За два дня в дороге ничего необычного не происходило. Феликс рассказывал истории о своих поездках по стране, похождениях к женщинам и прочей ерунде. На его вопросы о нас я придумал историю о том, что я преступник, а Ева моя спутница. Думаю, он поверил. Мне его истории интересными не казались, а вот сестра слушала с упованием. Она быстро поладила с ним. Я даже удивлялся тому, как легко она строила общением с людьми, хоть с Урихом, хоть с Феликсом. Наверное, у нее талант, которым я обделен. Не то, чтобы он мне не нравился, но я не был склонен доверять кому-то, кого знаю пару дней.

От езды в телеге мышцы и кости начинали болеть при каждом движении и смене положения тела. Мы не так часто останавливались, только по нужде и во время привала.

— Далеко еще до Гринзы? — спросил я, во время очередного привала.

— Где-то день, может полтора, если не будет дождей и дорога не превратится в грязь.

Небо было чистым, солнце палило так, что ожоги начинали ныть с новой силой.

— Хотя нет, — вдруг добавил он, — думаю понадобится два дня.

— Почему? — удивился я такой быстрой смене.

— Надо бы заехать в Прит, на границе с районом синего пара.

— Хочешь продать там награбленное?

— А ты смышленый, — усмехнулся он. — Но да, лучше это не ввозить в район синего пара. Полиция там строже, а проблем я не хочу.

Нам некуда было торопиться. У меня не было никакого четкого плана действий, в отношении Регента и всего прочего. Обычно этим занимался Урих, но теперь я без понятия, как правильно поступить. Он сказал, что план с компроматом больше не актуален, но что теперь? Убийство? Я все еще не мог придумать, как мне подобраться так близко к нему. Какой план я должен разработать, чтобы защитить сестру и избежать наказания. Ведь если не будет меня, то кто защитит ее? Не знаю почему, но сама идея того, что мне придется убить кого-то - не пугала меня. Эти меры не казались мне излишними, каждый день кто-то умирает, так почему не Регент? К тому же, его политика может привести к сотням или тысячам смертей граждан страны, так что это меньшее зло. Единственный элемент плана Уриха, который все еще можно было использовать - подпольные группировки революционеров. Но нет никаких идей о том, как с ними связаться или хоть чего-то, об их активности. Что если там никого нет? Если Урих ошибся и нет никаких радикальных противников власти, которые могли бы мне помочь? Такие мысли посещали меня, но действительность была такова, что я не знал, как обстоят дела в столице. Все газеты, что мне попадались писали одно и то же о прекрасном правлении короля и процветании страны, однако, по крайней мере, одно из этого было не правдой.

Через полтора дня в зоне видимости появились стены Прита. Он мало чем отличался от других городов снаружи, так мне казалось.

— Хотите со мной? — спросил шляпник.

— Да, я хочу, — сказала Ева, до того, как я успел отказать.

— Ладно, давайте, — весело сказал он. — Ты маску даже в городе не снимешь?

— Нет.

Маска была на мне всю дорогу, снимал я ее только у небольших речек, где мы могли помыться, но и тогда я старался отойти подальше.

— Скажи им, что я твой телохранитель.

— Ладно, без разницы, — фыркнул он, отмахиваясь рукой и направляясь к городским воротам.

Мы стояли поодаль, пока Феликс показывал необходимые документы на ввоз товара в город. И где он только их достал? Может узнать и сделать такие же, наверняка это подделка. Через минуту он махнул нам рукой, и мы двинулись к воротам.

В городе все было спокойно, это нравилось мне больше, чем постоянная экзальтация жителей прошлого.

— Можете пока походить тут, только не забредайте далеко, я вернусь через пятнадцать минут. Если хотите зайдите в какую-нибудь лавку, — сказал он, направляясь в таверну с мешком награбленного товара.

— И что нам купить, ты забрал все наши деньги, болван, — крикнул я вслед, но он меня уже не слышал.

Прит был исключительно торговым городом, река, являющаяся границей районов, позволяла эффективно возить товар на пароходах. Здания были высокими и гладкими, большинство сделаны из белого камня с добавлением деревянных и металлических вставок. Практически под каждым окном красовался небольшой балкон с цветами. Улицы, вымощенные серой брусчаткой, украшали красивые фонари на длинных ногах. Труб на домах было несравнимо меньше, чем в районе белого пара, хотя ни одно здание без них не обходилось. Тут я увидел то, что уже видел во время поездки с Урихом: мужчины и женщины в красивых одеждах, гуляющие по городу, курящие трубки, выпускающие зелены дым. Барон был прав - они помешаны на нем. Практически на каждом были видны какие-либо элементы механизмов. На женщинах были браслеты, движущиеся вдоль всей руки, серьги, чей механизм был направлен только на то, чтобы они испускали тонкие струйки пара. Одна из них, судя по всему особенно богатая, была в платье, которое само по себе было механизмом: оно двигалось, меняло детали местами, открывая взгляду места с зеленым плотным паром, заточенным в металлической конструкции. Мужчины выглядели так же: Механизмы вместо бабочек на рубашках, шевелящиеся пуговицы, вращающиеся в разные стороны, словно часы, такие же запонки и прочие мелочи. Все это создавало ощущение, будто город живой и все в нем движется. На улицах было много автоповозок, шумящих и испускающих зеленый пар. Вдруг я услышал шум, подняв голову его источник был найден: над городом пролетал огромный дирижабль. Снизу он казался невероятным, его огромная белая наружная оболочка, ребра жесткости, ярко медного цвета, такого же цвета пассажирская гондола. Он испускал за собой столько зеленого пара, будто там целый город. Судя по всему, он направлялся к портовой части города, где возьмет новых пассажиров.

Когда дирижабль скрылся из виду я посмотрел на Еву. Она, также как и я, была заворожена этим городом и жизнью, кипящей в нем. Наше восхищение прервал шум в таверне, куда заходил Феликс.

— Что там? — спросила Ева, смотря на меня.

— Не знаю и проверять не хочу, — ответил я, но проверять не понадобилось.

Через секунду оттуда выскочил Феликс, а за ним четыре полицейских в синих шинелях.

— Бежим, бежим! — крикнул нам Феликс, и мы тут же бросились в противоположную от таверны сторону.

спустя пару минут погони мы смогли укрыться в переулке. Сестра тяжело дышала, я непонимающе смотрел на шляпника, лицо которого украшала улыбка.

— Какого черта?

— Да расслабься, полицейские, почему-то, не любят незаконные сделки, в которых сами не принимают участие.

— И что нам теперь делать? — спросила Ева, когда отдышалась.

— Ну, — начал он, — можно попробовать пробраться на корабль, пересечь реку и попасть в район синего пара. Хотя, пока мы доберемся уже все полицейские в городе будут иметь мой портрет в руках.

— Может дирижабль? — спросил я. — Мы видели, как он пролетал над городом.

— Нет, на нем мы в район синего пара не попадем, а мы должны быть в Гринзе через полдня.

— Ты должен, — поправил я.

— Да-да, но вам ведь тоже нужно как-то попасть в столицу.

Он был прав, будет не легко переправиться через реку за чертой города.

— Значит все-таки пароход, — заключил я.

— Похоже на то, только сменить хотя бы одежду и наложить слегка маскировку, чтобы не узнали.

Я огляделся. На третьем этаже здания, у которого мы стояли, на балконе сохло белье. Я подошел к стене и схватился за тонкую трубу, выводящую пар. Она скрипнула, но мой вес должна была выдержать. Подтянувшись появилась возможность схватиться за перегородки балкона второго этажа, чем я и воспользовался. Немного поднявшись и взглянув за стеклянную дверь, ведущую в квартиру, я увидел полного мужчину в нижнем белье, читающем что-то. Убедившись, что он не смотрит в окно я запрыгнул на балкончик, сразу пригнувшись так низко, как смог. Из-за этого маневра я не заметил маленький горшочек с цветком, стоящий у самого края, который тут же полетел вниз. Я уже был готов прыгать вниз, ожидая, что шум внизу привлечет либо хозяина квартиры, либо полицию или горожан, но Феликс ловко поймал его, предотвратив это.

Он поднял большой палец вверх, держа в другой цветок. Ловкий, надо же.

Через пару секунд я уже был на этаж выше и скидывал вниз вещи. Феликс тут же начал переодеваться. Они были ему немного велики, но, если он не хочет в тюрьму, то потерпит.

Спустя пару минут Феликс был одет как настоящий аристократ: белая рубашка, простенький красный камзол, такого же цвета штаны. Обувь немного выделялась, но что уж тут поделать.

— Ладно, сойдет, — пробурчал он. — Неплохо прыгаешь по стенам.

— Что будем делать с Кэт? — спросил я, показывая на сестру.

— Не думаю, что полиция запомнила вас, но на всякий случай… — он снял с себя шляпу и надел на Еву. — Подбери волосы под нее, они слишком светлые.

Она так и сделала.

— А ты выделяешься куда сильнее, Авель.

Я снял плащ и положил его в сумку, висящую на мне.

— А маску?

— Нет уж, сниму если попросят.

— Дурак, что, если нас узнают?!

— Идем, — сказал я и направился в сторону порта.

Феликс что-то бубнил себе под нос за нашими спинами. Мы шли осторожно, избегая больших улиц и через тридцать минут были на месте. пароход был такой же красивый как дирижабль. Отливающим медными и латунными цветами, широкий и длинный, по его бокам были огромные водяные колеса, помогающие основным турбинам позади.

— Феликс, — Обратился я к нему. — Деньги у тебя с собой?

— Чего? Ну, да.

— Ты знаешь, сколько стоит билет на него?

— Да, три монеты за человека.

— Раз ты вышел без товара из таверны, значит сделка состоялась. Дай нам с Кэт по три монеты, нужно пойти раздельно, чтобы нас не видели втроем.

Он недовольно цокнул, но все равно дал нам с сестрой по три монеты.

— Отработаете, когда доедем до Гинзы, — усмехнулся он.

Мы с Евой пошли первые. Подойдя к посту полиции, мы протянули монеты. Полицейский осмотрел их, затем нас, и его грузная фигура отодвинулась, освобождая проход на палубу.

Идя по мостику, я обернулся. У поста охраны стоял Феликс. Он явно нервничал. Что-то сказав полицейскому он посмотрел на меня.

— Юноша, — окликнул меня полицейский.

Я сказал сестре подниматься дальше, а сам спустился к Феликсу.

— Чем могу вам помочь? — обратился я к полицейскому.

— Этот мужчина утверждает, что узнал в вас разыскиваемого преступника и требует награду за вашу поимку.

Феликс, мелкий ты ублюдок. В картотеке торговых городов есть зарисовки почти всех разыскиваемых преступников, а из-за моей маски и навыков решил, что я и в правду один из них и попытался сдать меня первому полицейскому.

— Могли бы вы снять маску? — спросил он, держа так, чтобы можно было мгновенно снять с плеча ружье.

Феликс улыбался своей обычной улыбкой и смотрел в мои глаза.

— Конечно, — ответил я, расстегивая ремень на затылке.

Маска осталась в моих руках, полицейский достал из шинели несколько листовок с зарисовками лиц. Листая каждую, он внимательно всматривался мне в лицо, прося снять с волос шнур, если у преступника на рисунке были длинные волосы. С каждой пролистанной листовкой лицо Феликса понемногу теряло улыбку. Он понимал, если меня сейчас не арестуют, то ему конец.

Полицейский дошёл до конца.

— Что ж, похоже ошибка, — заметил он и извинился.

— Ничего, — улыбаясь ответил я. — но знаете, может мне показалось, но человек с последней листовки крайне похож на этого мужчину, — я указал на Феликса.

Он побледнел. Полицейский вгляделся в портрет, затем в лицо шляпника, его глаза расширились. Феликс и полицейский секунду смотрели друг на друга. Первый тут же бросился с места в сторону набережной, надеясь скрыться в толпе, но массивный полицейский успел пнуть его по ногам так, что тот упал вперед, даже не выставив руки. Из его рта струйками вытекала кровь. Когда его подняли, кусочек языка так и остался лежать на брусчатке.

Я поднялся на палубу, нашел сестру, и мы вместе заняли каюту.