Юта проснулся внезапно. Что-то нарушило его сон, оставив после себя гнетущее ощущение тревоги. Комната была погружена в полумрак, лишь слабый свет луны пробивался через щели в занавесках. Его взгляд сразу упал на место, где должна была быть Мию. Пусто.

Сердце сжалось.

Он быстро поднялся, оглядывая комнату.

— Мию? — позвал он, но в ответ — тишина.

Юта натянул куртку и выбежал из дома. Холодный ночной воздух ударил в лицо, пробирая до костей. Улица казалась странно тихой, но вскоре он услышал низкий, едва уловимый шум. Это был не голос, не звук шагов — что-то более первобытное, как будто сама земля стонала под тяжестью чего-то зловещего.

Он пошёл в сторону этого звука. Деревенская площадь была почти пуста, за исключением нескольких жителей. Но их поведение… Юта остановился, наблюдая.

Женщина средних лет стояла неподвижно у колодца, её руки механически поднимали ведро вверх-вниз, хотя воды в нём не было. Мужчина с пустыми глазами медленно вырезал что-то на деревянной табличке, но узоры казались хаотичными и лишёнными смысла. Где-то неподалёку раздавался гулкий стук — двое детей одновременно били палками по одному и тому же дереву, будто пытаясь его разбудить.

Юта чувствовал, как волосы на затылке встают дыбом. Это была не просто странность. Что-то было неправильно.

Он ускорил шаги, направляясь к дому главаря деревни. У двери его встретил стук собственного сердца — он готов был ворваться, но всё же постучал. Ответа не последовало.

Юта толкнул дверь и зашёл внутрь. Главарь сидел у стола, его лицо было освещено дрожащим светом свечи. Он поднял голову, встретившись взглядом с Ютой.

— Где Мию? — резко спросил Юта, не сдерживая гнева.

Главарь, казалось, даже не удивился его появлению. На его лице появилась мрачная, почти трагическая улыбка.

— Её приносят в жертву.

Юта почувствовал, как ледяная волна прокатилась по его телу.

— Что ты сказал?

— Мы должны спасти деревню, — голос главаря звучал почти благоговейно. — Она станет жертвой, чтобы расчленитель оставил нас в покое.

— Вы все спятили! — закричал Юта, подойдя ближе. — Где она сейчас?!

Главарь медленно поднялся.

— Ты её не найдёшь, — произнёс он с пугающим спокойствием. — Но она уже в руках того, кому предначертано забрать её душу.

Юта почувствовал, как злость и отчаяние смешиваются внутри него.

— Говори, где она, или я…

Главарь лишь покачал головой, его взгляд словно пронизывал Юту насквозь.

— Если пойдёшь за ней, ты встретишь то, что никогда не сможешь победить.

Тем временем где-то глубоко под землей:

Мию очнулась на холодном, сыром полу. Её голова гудела, а перед глазами всё плыло. Она попыталась подняться, но ноги дрожали, как будто всё тело предало её. Вокруг был мрак, но где-то вдалеке тускло мерцал свет.

“Где я?.. Что происходит?”

Последние воспоминания: ночной дом, Юта рядом, странный звук… А потом провал. Она с трудом встала, ощупывая стены. Они были покрыты символами, высеченными прямо на камне. Символы казались ей зловещими, будто смотрели в её душу, но их значение оставалось тайной.

Она подошла к массивной деревянной двери и попыталась её толкнуть. Дверь не поддалась. Тогда Мию закричала:

— Эй! Кто-нибудь! Помогите!

Её крик разлетелся эхом по темнице, но в ответ была лишь тишина. Прошло десять минут, и она уже начала терять надежду, как вдруг в коридоре послышались тяжёлые шаги.

Дверь открылась с оглушительным скрипом, и на пороге появился мужчина. Он был огромен: под два метра ростом, с массивными плечами, испещрёнными шрамами. Его лицо скрывала уродливая маска из кости, а глаза, едва видимые через прорези, холодно блестели. В руках он держал длинный нож, а на поясе висели ещё несколько орудий.

— Никто тебя здесь не услышит, — произнёс он грубым, низким голосом, в котором звучала насмешка.

Мию отшатнулась, чувствуя, как её сердце заколотилось. Мужчина вошёл в темницу, закрыв за собой дверь. Он внимательно осмотрел её с головы до ног, как хищник, разглядывающий свою добычу.

— Ты избранная, девочка. Сегодня ты станешь частью великого обряда, — он ухмыльнулся, обнажая жёлтые зубы. — Но сначала… нужно проверить, готова ли ты.

Он подошёл ближе, а Мию отступила назад, пока не упёрлась спиной в холодную стену.

— Не подходите ко мне! — закричала она, но в голосе дрожала беспомощность.

Мужчина не слушал. Он схватил её за запястье, с силой притянул к себе, и боль пронзила её руку. Он медленно провёл ножом по её коже, не раня, но оставляя за собой тонкий след, как будто смаковал момент.

— Не бойся, боль очищает, — прошептал он, склонившись к её уху.

Он начал мучить её: стягивать запястья верёвками, слишком туго, оставляя красные следы. Вскоре нож начал играть свою роль — он делал неглубокие порезы на её коже, оставляя алые линии. Мию кричала, умоляла остановиться, но его только раззадоривали её мольбы.

Она пыталась сопротивляться, но силы покидали её. С каждой минутой ей становилось всё труднее дышать, как будто стены сжимались вокруг. В какой-то момент ей показалось, что она слышит смех — не мужской, а чей-то ещё, тонкий и зловещий, раздающийся отовсюду.

Её разум начал затуманиваться. В какой-то момент она почувствовала, как её тело становится лёгким, как будто вот-вот провалится в бездну. В последнем рывке сознания она прошептала:

— Юта… найди меня…

Юта ощутил, как его гнев накатывает волной, но стоило только произнести требовательный вопрос, как главарь только хмуро посмотрел на него. Юта почувствовал, что его крики, несмотря на всю ярость, не производят никакого впечатления. Главарь лишь сидел, молча, почти не двигаясь, и это сразу вызывало у Юты раздражение.

— Где она? — снова заорал Юта, пытаясь встряхнуть старика. Но тот не сдвинулся с места.

Юта, осознавая, что слова не действуют, почувствовал, как гнев превращается в решимость. Он схватил главаря за грудки и с силой начал колотить его. Удары были жестокими, но старик всё равно сохранял странное спокойствие, его взгляд был пустым, как будто он уже был вне этой реальности.

— Ты зря теряешь время, — сказал старик с ледяным спокойствием, — Я одна нога в могиле. Ты ничем мне не угрожаешь.

Юта, взревев от отчаяния, ещё несколько раз ударил его, но потом замер, услышав его слова. Он понял, что тут не обойтись без другого подхода. Сжав кулаки, он выдохнул.

— Где она? — спросил Юта тихо, но с каким-то новым отчаянным решимостью.

Главарь вздохнул, как будто решив, что Юта заслуживает хотя бы подсказки.

— Поднимешься на холм… там, где камни, — произнёс он тихо, — Ты найдешь её там. Но знай, что это место… оно не из этого мира. Твоя душа не вернётся целой, если ты осмелишься зайти туда.

Юта почувствовал, как холодный пот пробежал по спине, но выбора не было. Он бросил взгляд на старика, чувствуя, что эта встреча может стать последней. Стиснув зубы, Юта вскочил с места и направился к двери.

— Если с ней что-то случится, — сказал он, оборачиваясь, — вам всем не поздоровится.

Главарь лишь страшно усмехнулся.

Когда Юта покинул дом главаря, воздух вокруг ощущался всё более давящим. Кажется, сами стены деревни начали сжиматься, а жители продолжали вести себя ещё более странно. Женщина, которая ранее крутого ведро с пустыми руками, теперь стояла у стены и повторяла одно и то же движение, будто её тело двигалось без участия разума. Мужчина, который вырезал странные символы на табличке, теперь вовсе перестал двигаться, только его глаза следили за Ютой с пугающей фиксацией.

Юта начал всё больше ощущать, что эта деревня была обречена. Люди вели себя как машины, управляемые чем-то зловещим. Но самое страшное было не в этом. Его мысли снова вернулись к Мию, и к подсказке главаря. Где-то на холме, среди камней… Он должен был найти её там. Но мысль о том, что это место может быть чем-то иным, чем реальность, заставляла его сердце биться быстрее.

Он поспешил, обходя улицы, не обращая внимания на странные взгляды жителей, его взгляд был сосредоточен на пути, который предстояло пройти. Внутри всё кипело — ему нужно было найти Мию, и если эта подсказка действительно приведет его к ней, он не мог терять ни минуты.