Солнце медленно опускалось за горизонт, освещая лес блеклыми золотистыми оттенками. Хидэка рядом с Каору сидели на пассажирском сиденье машины, стучя пальцами по стеклу. Впереди них за рулем находился Мукодзё, сидел сильно раздраженный.

— Тебе страшно? — спросил Мукодзё, его голос был тихим, но в нём чувствовалась странная усмешка.

Хидэка покосился на него:

— Страшно? Тебе смешно? Разве ты не понимаешь, куда всё это ведёт?

Мукодзё наклонился вперёд, его глаза сверкнули в полумраке:

— Ты ведь не пытаешься бежать от всего этого, Хидэка? Всё это… неизбежно. Рано или поздно ты встретишься с настоящей угрозой.

Хидэка сжал кулаки, глядя на дорогу впереди.

— Замолчи, — прошептал он, после этого посмотрел на Каору. А она ему в ответ лишь улыбнулась.

Мукодзё откинулся на спинку сиденья, довольный. Он продолжал молча смотреть на Хидэку и Каору, словно его присутствие само по себе терзало разум. Машина продолжала ехать вперёд, унося их глубже в заброшенные земли, где уже давно не ступала человеческая нога.

Тем временем Юта и Мию брели по узкой, едва заметной тропе. Лес окружал их со всех сторон, казалось, он дышит вместе с ними. Юта шёл впереди, уверенно раздвигая ветки, Мию осторожно шагала следом.

— Ты уверен, что знаешь, куда идти? — спросила Мию, подняв бровь.

— Не совсем, — честно ответил Юта, улыбнувшись уголками губ. — Но я чувствую, что где-то здесь есть что-то важное.

— Чувствуешь? — Мию вздохнула. — Просто гениальный план.

Несмотря на усталость, она продолжала идти, и вскоре деревья начали расступаться. Впереди показалась небольшая деревушка. Старые дома, крытые черепицей, и серый дымок из труб создавали ощущение времени, остановившегося где-то в прошлом.

— Что это за место? — тихо спросила Мию, всматриваясь в мрачные силуэты.

— Похоже на деревню, — ответил Юта. — Пойдём, узнаем.

Когда они подошли ближе, несколько жителей уже заметили их. Это были пожилые мужчины и женщины с измождёнными лицами и настороженными взглядами. Юта поднял руку в знак приветствия:

— Добрый вечер. Мы заблудились и искали место для отдыха. Можете помочь?

Некоторое время была тишина, но затем одна женщина кивнула:

— Заходите. Сначала поешьте, а там уже поговорим.

За деревянным столом в центре тёплой хижины собрались Юта, Мию и несколько жителей. В воздухе пахло дымом и варёным мясом. Лица крестьян были всё так же хмуры и задумчивы, даже несмотря на гостеприимство.

— Так вы искали что-то? — прервал молчание один из стариков.

Юта, отложив ложку, ответил:

— Да. Мы ищем человека, связанного с недавними убийствами… с расчленением людей.

Слова повисли в воздухе, как лезвие ножа. Жители замерли. Лица их исказились в страхе, а глаза наполнились тревогой. Одна из женщин прошептала:

— Расчленитель…

Старик покачал головой и заговорил быстро и прерывисто:

— Вам нельзя сюда. Возвращайтесь, откуда пришли! Это место проклято, и вы не найдёте ничего, кроме собственной смерти!

— Почему? — вмешалась Мию, сжимая кулаки. — Что вы знаете?

Жители переглянулись. Старик понизил голос:

— Этот… человек. Он не просто убийца. Это проклятие, вернувшееся спустя сто лет. Вы не понимаете, с чем связываетесь. Уходите отсюда, пока ещё можете.

— Но мы должны разобраться, — твёрдо сказал Юта. — Если мы его не остановим, кто знает, сколько ещё погибнет.

Жители замолчали. Лишь треск огня в очаге нарушал тяжёлую тишину. Наконец, старик взглянул на Юту с печалью:

— Тогда вы пойдёте на верную гибель. Запомните мои слова: зло не оставляет свидетелей.

Юта и Мию переглянулись. Чувство тревоги охватило их обоих, но отступать было уже поздно. Где-то в ночной темноте за стенами хижины снова завывал ветер, словно предупреждая их о надвигающейся беде.

За деревянным столом пламя свечей трепетало, отбрасывая длинные тени на потрёпанные стены хижины. Юта и Мию сидели на лавке, внимательно вслушиваясь в голоса жителей. Казалось, что даже воздух внутри помещения стал гуще и тяжелее.

— Расчленитель… — прошептала одна из старух, clutching край своего платка. Её руки дрожали, словно она вот-вот потеряет сознание. — Вы не должны даже произносить это имя. Вы не знаете, что пробуждаете.

— Кто он? — спросил Юта, сохраняя спокойствие, но ощущая, как что-то холодное сковывает его сердце.

Старик, который до этого времени хмуро молчал, поднял голову. Его глаза, мутные и усталые, казались пустыми, как бездонные колодцы.

— Это не человек. Это зло… зло, которое нельзя остановить. Оно не имеет возраста, оно не умирает.

— Глупости, — тихо фыркнула Мию, пытаясь сохранить видимость скептицизма. — Рано или поздно любой убийца попадается.

— Ты ошибаешься, дитя, — старик посмотрел на неё с жалостью. — Ты не понимаешь, о чём говоришь. Здесь, в этих землях, смерть не приходит сама по себе. Она приходит с его топором.

— Расскажите нам всё, что знаете, — настаивал Юта.

Старуха нервно перекрестилась, а ещё один мужчина, сидевший напротив них, заговорил:

— Много лет назад в нашей деревне рассказывали легенду… страшную, как сама ночь. Мальчик, которого все презирали, которого звали “отрепьем”, вернулся, чтобы забрать своё. Его лицо было изуродовано, его разум сломлен. Он убил всех, кто смеялся над ним. Всех. Даже тех, кто молился о пощаде. — Мужчина сглотнул и, понизив голос до шёпота, продолжил: — Но это было сто лет назад. Мы думали, что это просто сказка для детей, чтобы они не уходили далеко в лес. Но затем люди снова начали пропадать.

— Пропадать? — спросил Юта.

— Да, — подхватила другая женщина, её голос дрожал, как лист на ветру. — Сперва это были странники. Те, кто случайно забрёл в наши земли. А затем пропали наши. Молодые парни и девушки уходили в лес и больше не возвращались. Кто-то говорил, что слышал хруст веток, кто-то — топот шагов позади себя. Но когда оборачивались… там уже никого не было.

— Врёшь! — выкрикнул мужчина у двери, но его голос сорвался, и он осел на лавку, дрожа. — Я сам видел! Глаза… Его глаза… Они светились из темноты, как у зверя. Красные… нет, как угли в печи! Я не забуду их никогда!

— Замолчи, дурак! — вскрикнула старуха. — Не упоминай о нём! Он услышит! Он всегда слышит, когда его имя произносят.

Мию невольно поёжилась и взглянула на Юту. Весь этот разговор звучал нелепо, но страх, которым были наполнены голоса этих людей, был настоящим.

— Что-то ещё? — спросил Юта, голос его оставался твёрдым.

Старик снова заговорил:

— Расчленитель — это не просто человек. Это проклятие. Кто-то сказал бы, что это месть за грехи предков, но мне кажется, что он сам стал больше, чем легенда. Смерть не убрала его, не сломила. Теперь он ходит в тени. Ждёт. Охотится на тех, кто слишком близко подходит к его правде.

— Что вы имеете в виду? — Юта слегка наклонился вперёд.

— Каждый раз, когда кто-то пытался найти его, их находили расчленёнными. Тела… — голос старика дрогнул, а его глаза наполнились ужасом, словно он вновь видел перед собой тот кошмар. — Даже кости были переломаны, как спички. Ни один из них не успел понять, кто на него напал. Некоторые говорят, что это демон. Другие — что это сам дьявол. Но я скажу вам одно: его нельзя остановить. Никто не вернулся. Никто.

Наступила тишина. Только потрескивание огня нарушало звенящую пустоту.

— Почему вы тогда здесь живёте? — вдруг спросила Мию. — Почему не уехать отсюда?

— Уехать? — горько усмехнулся мужчина у двери. — Вы думаете, проклятие можно оставить позади? Лес не отпускает тех, кто узнал его тайну. Мы пытались, но люди, что покидали деревню, умирали раньше, чем добирались до городов. Лучше жить в страхе, чем умереть на дороге.

Старуха снова заговорила:

— Уходите. Оставьте всё как есть. Если вы думаете, что сможете победить это зло, вы ошибаетесь. Он почувствует вас. Он придёт за вами.

Юта молчал, всматриваясь в напуганные лица вокруг. Все эти люди не могли просто выдумать такие детали. Страх не подделаешь.

— Спасибо за предупреждение, — наконец сказал он, вставая со своего места. — Но я не могу просто уйти. Я должен разобраться с этим.

— Вы не понимаете, что делаете… — прошептал старик, опустив голову. — Молитесь, чтобы вам хватило сил пережить эту ночь.

Когда Юта и Мию вышли из хижины, холодный ночной воздух хлестнул их по лицам. Луна светила ярко, озаряя пустую деревню и лес, тянущийся за ней.

— Они все трясутся от страха, — прошептала Мию, обхватывая себя руками. — Но если даже половина из того, что они сказали, правда…

Юта посмотрел на лес впереди, и в его глазах блеснула решимость.

— Значит, мы должны узнать всё до конца.

Вмешиваясь в их разгавор — Вам нельзя идти дальше этой ночью, — сказал старик, его голос был более мягким, но всё таким же усталым. — Оставайтесь здесь. У нас найдётся место.

Юта нахмурился, взглянув на Мию, которая лишь пожала плечами.

— Это было бы… удобно, — заметила она, пряча усталость за спокойной улыбкой. — Ночь в этом месте явно не для прогулок.

Старуха махнула рукой и указала на небольшой домик у края деревни. Он был таким же ветхим, как и остальные: Стены из старых досок, крыша, покрытая мхом.

— Там есть комната. Одна… — добавила женщина, немного смущённо. — Но места мало. Придётся делить кровать.

— Что? — Юта вскинул брови и тут же махнул рукой, будто отсекая эту мысль. — Нет. Я посплю на полу.

Мию усмехнулась и подхватила свою сумку.

— Ладно-ладно, как рыцарь из сказки.

Они вошли в домик. Комнатка действительно была крошечной: кровать, покрытая старым одеялом, маленький стол и один стул. Воздух пах деревом и прелыми травами.

— Неудобно вышло, — буркнул Юта, бросая свою куртку на пол. Он огляделся и постелил её у кровати. — Я устроюсь здесь.

Мию, недолго думая, плюхнулась на кровать и, скрестив ноги, оперлась на стену.

— Как хочешь. Только не жалуйся, если простудишься.

Юта проигнорировал её колкость и сел на пол, вытянув ноги. Некоторое время они молчали, вслушиваясь в тишину, которая окутала деревню. Тревога казалась такой же живой, как их дыхание.

— Они правда боятся его, — тихо сказала Мию, глядя в окно. — Даже упоминание о нём доводит их до дрожи. Как думаешь, это просто страх или… что-то большее?

Юта задумчиво опёрся спиной о кровать и уставился в потолок.

— Что бы это ни было, они верят в это всем сердцем. Иногда легенды строятся на правде, пусть и искажённой. Но мы узнаем, что здесь происходит.

Мию кивнула, с любопытством взглянув на него. В полутьме Юта выглядел почти расслабленным, несмотря на обстановку.

— Ты правда всегда такой упрямый?

Юта лишь ухмыльнулся.

— Кто-то должен быть.

Они продолжили разговаривать, уже не о расчленителе. Мию начала рассказывать о своих детских приключениях, о том, как она в детстве лазала по заброшенным домам и пугала своих подруг историями о привидениях. Юта слушал молча, иногда хмыкая в ответ. Постепенно его голос стал тише, а ответы — короче.

— Эй, ты меня вообще слушаешь? — спросила Мию, посмотрев на него.

Она замерла. Юта уже спал. Он сидел, склонив голову набок, его дыхание стало ровным и спокойным. Казалось, весь этот разговор и усталость последних дней наконец-то его догнали.

Мию на мгновение замерла, затем улыбнулась уголками губ.

— Какой же ты упрямый, — прошептала она.

Аккуратно она сдвинулась ближе, взяла его голову и мягко уложила на свои колени. Юта даже не проснулся — лишь вздохнул и глубже заснул.

— Спи уже, герой, — пробормотала Мию, осторожно убирая его волосы с лица. Она смотрела на него, и впервые за долгое время её глаза были мягкими и добрыми. В этой крошечной комнате, посреди тьмы и ужаса, было удивительно спокойно.

Постепенно сон начал одолевать и её. Держа Юту за голову, она прикрыла глаза и, улыбнувшись, заснула.

За окном тени деревьев продолжали медленно качаться под луной, словно наблюдая за домиком, где двое незваных гостей нашли передышку от ночных кошмаров.