***

Той ночью Кассиус, как обычно, пришёл в комнату. Он лёг рядом с Ибелией и естественно взял её за руку.

«Кассиус.»

«Да.»

Ибелия, лежавшая прямо, слегка повернулась к нему. Кассиус уже смотрел на неё.

Она на мгновение задумалась, подбирая слова, затем решительно заговорила:

«Я хотела сказать…Люк, кажется, скучает по своей маме. По своей…настоящей матери.»

Лёгкая улыбка на лице Кассиуса исчезла, и его выражение стало холоднее. Ибелия чуть сильнее сжала его ладонь.

«Я знаю, что тебе всё ещё тяжело. Но…»

Она продолжила уже увереннее:

«Нельзя же скрывать это вечно.»

«…»

«Кассиус.».

«Я не хочу об этом слышать.»

Он упрямо высвободил руку из её пальцев. Ибелия тихо вздохнула, глядя на лежащего рядом мужчину.

[Да…это будет непросто.]

[Кассиус всё ещё не рассказал ей историю Юлии. И уж тем более он не смог бы рассказать Люку правду о его настоящей матери.]

[Нужно подождать ещё немного.]

Ибелия решила не торопить события. [Сейчас существовало нечто более важное.]

[Как изменить сердце великой бабушки?]

Она придвинулась ближе и тихо позвала:

«Кассиус.»

Он, прикрывший глаза рукой, посмотрел на неё с лёгким недоумением.

«Да.»

«Я слышала…что после смерти мужа ваша бабушка всё время носит чёрное.»

«Да. Я тоже это знаю».

«А какой она была раньше?»

Когда тема разговора сменилась, Кассиус заметно расслабился и приблизился к ней.

Их лица оказались совсем рядом. Ибелия словно заворожённо смотрела в его алые глаза. Он тоже молча смотрел на неё.

Хотя в комнате было прохладно, воздух вдруг стал странно горячим. Тёплое дыхание Кассиуса щекотало её щёку каждый раз, когда он выдыхал.

Не выдержав его взгляда, Ибелия опустила голову.

«Я просто…хотела бы понравиться бабушке…»

«Я и сам плохо её помню.»

«Ах…»

«Но дворецкий знает её лучше всех.»

«Дворецкий…»

Странное чувство. Даже не поднимая головы, она ощущала его взгляд.

[Я ведь только что собиралась соблазнить Кассиуса…почему теперь будто пытаюсь остановить его?]

«Ив.»

«Д-Да?»

«Кстати…бабушка ничего тебе не говорила?»

Он спросил так, словно уже знал ответ. Ибелия поспешно покачала головой.

«Н-Нет. Ничего.»

«Правда?»

«Да.»

«Тогда почему ты избегаешь моего взгляда?»

«Это…»

Она не могла сказать, что его глаза сегодня слишком…опасны.

И в тот момент, когда она пыталась что-то произнести, Кассиус взял её руку и поднёс к губам.

Его губы коснулись кончиков её пальцев. Он осторожно прикусил один из них, и отпустил.

Будто уговаривая посмотреть на него.

«Ах…»

Ибелия резко отстранилась и спряталась под одеялом. Даже без зеркала она понимала, лицо пылает.

«Сладких снов.»

[Какое у него сейчас выражение?]

Ей было любопытно, но она так и не решилась посмотреть.

***

После утреннего приветствия Ибелия ясно почувствовала: её отношения с Александрой окончательно испортились. Та больше не скрывала своего недовольства.

Первым звоночком стал обед того дня. Кассиус ушёл по делам, поэтому за столом сидели только Ибелия, Люк и Александра.

«Разве ты не знаешь, что я терпеть не могу морепродукты?»

Александра с явным раздражением посмотрела на салат с лососем.

[Говорили ведь, что она не привередлива…]

Ибелия попыталась понять, это искреннее недовольство или придирка. По лицу Александры ничего нельзя было прочесть.

«Прошу прощения. Я распоряжусь приготовить другое блюдо.»

«Пустая трата еды. Семья Адельхарт, конечно, богата, но расточительность - дурная привычка.»

«Тогда в следующий раз я буду внимательнее.»

«Постарайся.»

[С этого всё и началось.]

[Александре не нравилось всё: комната, цветы в оранжерее, одежда Ибелии…]

[Теперь сомнений не осталось.]

[Она просто ищет повод придраться.]

К вечеру Ибелию охватило сомнение.

[Сможем ли мы когда-нибудь подружиться?]

Но вскоре она взяла себя в руки.

[Как бы то ни было, Люк должен быть признан наследником.]

[На самом деле одобрение Александры не было обязательным. Люк - наследник дома Адельхарт, и даже будучи частью семьи Кессингтон, она не имела права — это оспаривать.]

Но Ибелию тревожило выражение лица Кассиуса.

[Рядом с Александрой он выглядел удивительно спокойным.]

[Он говорил, что всё было бы иначе, знай она, что Люк - сын Юлии.]

Ради него Ибелия хотела, чтобы они сблизились.

[Я всё продумала.]

С мрачным видом она направилась к дворецкому.

«Госпожа, вам что-нибудь нужно?» - тепло встретил её Фрэнк Отелло.

«Скорее, я пришла кое-что спросить.»

«Слушаю вас.»

«Вы знаете что-нибудь о великом дедушки?»

«О супруге госпожи Александры?»

Дворецкий усадил её и даже подал чай, несмотря на её возражения.

«Господин Джозеф был очень заботливым человеком. Он хорошо относился к слугам…но больше всего, к самой госпоже Александре.»

Ибелия старательно записывала каждое слово.

Когда рассказ закончился, дворецкий мягко улыбнулся, словно понимал её замысел.

«Значит, подготовить всё именно так?»

«Да. Пожалуйста.»

С решительным видом Ибелия направилась в оранжерею.

***

На следующее утро она, как обычно, пришла поприветствовать Александру.

Сегодня в её руках был нежный розовый цветок.

«Я ведь говорила, что не нужно каждый день приходить.» - холодно произнесла Александра, даже не взглянув на неё.

Ибелия лишь улыбнулась.

«Как же я могу не поприветствовать вас?»

«Это граф Венион так тебя воспитал?»

«Нет. Так учила моя мама.»

Ибелия подошла ближе.

«Вы хорошо спали? Вам не холодно?»

«Давно здесь не была…даже с дровами прохладно.»

«Простите. Сегодня я попрошу лучше протопить комнату.»

Александра недовольно цокнула языком.

«Чем больше смотрю…»

«Да?»

«Ничего. Что это у тебя?»

Её взгляд остановился на цветке.

«В оранжерее всё так красиво цветёт. Я подумала, что он будет хорошо смотреться в вашей комнате.»

Александра махнула рукой.

«Не нужно. Я ненавижу цветы. И к тому же розовые, безвкусица…»

«Но посмотрите, как прекрасен этот лизиантус.»

Александра вздрогнула.

«Ли…Лизиантус?»

«Да. А знаете, что означает этот цветок? Его язык - неизменная любовь. Разве не романтично?»

«Хм. Видно, ты ещё молода, раз веришь в язык цветов.»

Ибелия лишь улыбалась, наблюдая за ней.

Хотя Александра отказывалась, её взгляд всё время возвращался к цветку.

«Если он вам не нравится, принести другой?»

Александра прищурилась.

Наконец она тихо сказала, отвернувшись:

«Оставь.»

«Да, бабушка!»

Ибелия поставила лизиантус и вышла.

Перед тем как дверь закрылась, она заметила: Александра держала цветок с печальной улыбкой.

***

«Дерзкая девчонка…»

Оставшись одна, Александра взяла лизиантус в руки.

И вместе с ним вернулось воспоминание многолетней давности.

Тогда она была такой же молодой, как Ибелия.

А стоящий перед ней Джозеф Кессингтон, таким же юным, как Кассиус.

«Алекс…»

В расплывчатом воспоминании Джозеф, смущённо покраснев, протягивал ей розовый лизиантус…