Самуэль и Кэтрин стояли слишком близко.

Кэтрин, скрытая под фиолетовой маской, что-то прошептала ему, и он, будто очарованный, осторожно коснулся её щеки. Его лицо медленно склонилось к ней, ещё мгновение, и их губы соприкоснулись бы.

«…!»

В ту же секунду Самуэль резко сорвал с женщины маску.

В зале воцарилась тишина.

Лицо той, что притворялась Ибелией Венион, оказалось на виду у всех.

Шёпот пробежал по залу, взгляды гостей устремились к разоблачённой женщине.

По мраморному полу отчётливо зацокали каблуки.

Ибелия подошла к ним, подняла с пола упавшую маску и с лёгкой улыбкой произнесла:

«Снова встретились.»

Она смотрела прямо в глаза розоволосой Кэтрин.

«Ты…!»

Поняв, кто перед ней, Кэтрин исказила лицо злой гримасой.

«Я - настоящая Ибелия Венион!»

«Правда?»

Ибелия без лишних слов сорвала с неё парик.

Розовые пряди упали на пол, обнажив огненно-рыжие волосы.

Она наклонилась к уху Кэтрин и тихо прошептала:

«Если уж берёшься кого-то изображать, делай это безупречно.»

Кэтрин усмехнулась.

«Как ты смеешь! А что скажет герцог Адельхарт, если узнает, что ты здесь? Разве не покажется ему это подозрительным?»

«Ах, герцог? Ну…»

Ибелия подмигнула.

В тот же миг Кассиус Адельхарт, снял магическую маскировку. Чёрные как ночь волосы и алые глаза стали видны всем.

По залу прокатился вздох.

Теперь ни у кого не осталось сомнений: та, что стояла рядом с герцогом, и есть настоящая Ибелия Венион.

Кэтрин побледнела.

***

На следующий день в одной из самых уважаемых столичных газет, сразу после «Тревизи» вышла статья:

«Ибелия Венион оправдана!»

В материале подробно объяснялось, что недавний скандал в высшем свете стал результатом умышленного подлога. Не Ибелия посещала маскарад, а женщина, выдававшая себя за неё.

Имя подстрекателя также было названо - граф Венион.

Но этим всё не ограничилось.

В официальном заявлении дома Адельхарт говорилось, что Ибелия подвергалась несправедливому обращению со стороны семьи Венион. В знак протеста герцогский дом разрывает с ними всякие связи.

Это было не частное мнение, а официальная позиция рода Адельхарт.

Отныне семья Венион оказалась фактически изгнана из светского общества.

«Это хорошо.» - пробормотала Энни, заглядывая в газету через плечо Ибелии.

Та аккуратно сложила лист.

«Да.»

«Значит, граф больше не сможет досаждать вам?»

«Посмотрим.»

Несмотря на спокойный тон, в душе Ибелия сомневалась.

[Он что-нибудь предпримет.]

[В оригинальной истории граф Венион отравил няню Люка и даже пытался убить самого ребёнка. Такой человек не отступит из-за одного публичного унижения.]

[Жаль, что нельзя было уничтожить их окончательно.]

[Пока же их лишь отстранили от общества.]

«Осень уже на пороге.» - заметила Лаура, расставляя цветы в вазе.

За окном раскинулось ясное голубое небо.

«Скоро свадьба!» - радостно добавила Энни.

«Верно.»

«Раз уж всё уладили заранее, церемония пройдёт спокойно!»

Ибелия улыбнулась, глядя на чистое небо.

День был удивительно светлым.

***

Мадам Олетт лично прибыла в особняк Адельхарт, чтобы заняться свадебным платьем.

Даже в виде намётанной основы оно выглядело великолепно.

«Какое красивое…»

«Хотела бы я надеть такое хоть раз…»

Горничные не скрывали восторга.

Одна из помощниц мадам Олетт с гордостью объяснила:

«Это пока лишь примерка. Когда мы украсим платье жемчужной пудрой и драгоценностями…»

«Драгоценностями?» - удивлённо переспросила Ибелия.

«Разумеется.» - ответили служанки почти хором.

Но Ибелия замялась:

«В этом нет необходимости…»

Мадам Олетт мягко улыбнулась.

«Не беспокойтесь. Герцог велел создать идеальное платье, независимо от стоимости.»

«Герцог?»

«Конечно. А теперь примеряйте. Я столько дней ждала этого момента!»

[Спорить было бесполезно.]

Когда Ибелия вышла в платье, мадам Олетт захлопала в ладоши:

«Браво! Даже лучше, чем я представляла! Нужно лишь немного подчеркнуть талию…Как можно иметь такую совершенную фигуру?»

Ибелия неловко улыбнулась, пока мастерица работала булавками.

После примерки она угостила гостей чаем.

«С этим скандалом вам пришлось нелегко.» - заметила мадам Олетт. «Но хорошо, что всё быстро разрешилось.»

«Да.»

«Не волнуйтесь. Все сочувствуют вам. Кто угодно мог стать жертвой самозванки.»

«Спасибо.»

«Кстати, сейчас общество куда больше интересуется вами. Вам стоит устроить чайный приём.»

Ибелия рассмеялась.

«Пока я занята подготовкой к свадьбе. Позже обязательно.»

За разговором мадам Олетт вдруг спросила:

«А как вы познакомились с герцогом? В газетах писали, что это брак по любви.»

«Да…так и есть.»

Но Ибелия почувствовала неловкость.

[Мы ведь даже не обсуждали это.]

«Мне немного…стыдно рассказывать. В другой раз, хорошо?»

«Ох, теперь мне ещё интереснее!» - рассмеялась мадам Олетт, но расспрашивать не стала.

***

Вечером Ибелия отправилась к Кассиусу.

Он уже привык к её визитам и без лишних вопросов усадил её на диван, велел подать чай.

Когда служанка вышла, Ибелия сразу перешла к делу:

«Считают, что у нас с вами брак по любви, верно?»

Кассиус слегка кашлянул.

«В каком смысле?»

«В обществе.»

«Ах…Да. Логан так сообщил в газету.»

И действительно, по статьям их союз выглядел почти легендарным: незаконнорождённая дочь графа и могущественный герцог, разорвавший связи с её семьёй ради неё.

«Есть проблема.» - вздохнула Ибелия.

«Какая?»

«Мы не решили, как рассказать историю, то, как мы познакомились.»

Кассиус наклонил голову.

«Это важно?»

«Конечно! Когда я начну активно появляться в обществе, меня будут расспрашивать о нашей истории любви.»

«Какое бесцеремонство…»

«Это обычное любопытство между близкими знакомыми. Нам нужно придумать правдоподобную версию.»

Кассиус кивнул.

«Тогда…действуйте.»

«Пожалуйста, участвуйте активнее.»

«Хорошо.»

Ибелия прищурилась.

«Тогда…дайте мне перо и бумагу.»

Кассиус принёс письменные принадлежности.

Ибелия взяла перо.

[Раз уж мы играем в любовь…пусть это будет идеальная история.]

И она начала писать.