«…Что?» - переспросил Лионель так, будто ослышался.

[Нет, он всё прекрасно расслышал. Просто не хотел верить.]

Ибелия это понимала. Но всё же спокойно, отчётливо повторила:

«Мы не собираемся рассказывать Люку о его рождении…»

Лионель поднял руку, останавливая её. Ибелия замолчала, она слишком хорошо представляла, что он сейчас чувствует.

Спустя короткую паузу он холодно спросил:

«Вы собираетесь нарушить закон?»

[Реакция была ожидаемой.] Ибелия ответила так же спокойно:

«Я считаю, что однажды Люк должен узнать всю правду.»

[Тайн, которые длятся вечно, не существует. Когда-нибудь Люк всё равно узнает, о своих родителях, о Кассиусе…обо всём.]

Ибелия решила, что лучше он услышит это от них, чем случайно и слишком поздно, и будет ранен этим знанием.

[Но сейчас, не время. Ребёнку, который искренне верит, что Кассиус его отец, нужно время.]

Её лицо стало серьёзным, непривычно строгим.

«Но сейчас - нет. Будет лучше для самого ребёнка, если мы подождём. Когда всё уладится…и когда Люк станет старше.»

«Ха…»

Лионель закрыл лицо ладонями. Ибелия молча ждала.

[Это должно быть невыносимо.]

[Ребёнок, которого он считал погибшим, оказался жив. Уже одно это способно было разорвать сердце.]

[Возможно, пока он не увидел Люка своими глазами, он собирался наверстать всё, дать то, чего не смог раньше.]

[А теперь даже не может открыто назвать себя его отцом.]

Ибелия понимала это слишком хорошо и не находила слов, чтобы облегчить его боль.

Наконец Лионель поднял голову.

«Хорошо. Пока что…поступим так, как желает герцогиня.»

«Благодарю.»

«Взамен…позволите ли вы Люку проводить время со мной, пока он находится в Королевстве?»

«Разумеется. У меня нет права запрещать это.»

«Спасибо.»

Лионель глубоко вздохнул и склонил голову.

«Благодарю вас за то, что заботились о моём ребёнке. Люк вырос замечательным.»

«Люк…»

Ибелия уже знала, что собирается сказать Кассиус, и незаметно ткнула его в бок. Он посмотрел на неё. Она едва заметно покачала головой.

Кассиус вздохнул и поправился:

«Я лишь делал то, что должен. Благодарности не требуется.»

«И всё же…спасибо. И за имя - Люциус.»

«Это было желанием Юлии. Не стоит благодарить меня и за это.»

«Понимаю…»

Лионель замялся, а затем тихо спросил:

«Юлия…какой она была?»

Кассиус крепко зажмурился, словно даже одно её имя причиняло боль.

«Она просто…продолжала ждать.»

«…»

«И если биологический отец Люка вернётся…»

Его голос дрогнул.

«Она просила передать, что она была счастлива встретить тебя. И счастлива родить этого ребёнка.»

«…Вот как.»

Голос Лионеля прозвучал глуше, чем у Кассиуса.

Он не заплакал. Но Ибелия видела, сейчас ему больнее, чем тогда, когда он рыдал при виде Люки.

***

«Вы друг тёти Юлии?»

Люк, игравший с Сельсионом и Трикой в стороне, широко раскрыл глаза.

Ибелия присела рядом с ним.

«Да. Он был самым дорогим другом тёти Юлии.»

«Правда?!»

До этого Лионель стоял позади Ибелии, напряжённый и скованный. Теперь он осторожно спросил:

«Ты знаешь Юлию?»

«Конечно!»

Люк защебетал, словно воробей:

«Я недавно видел её портрет! Она такая красивая! Как ангел!»

«Знаю…»

Лионель опустился на одно колено и осторожно коснулся пухлой детской щеки.

«Она была очень красивой.»

«Да!»

«Ты очень на неё похож.»

«Я? Но…все говорят, что я похож на папу.»

«Это правда. Но если присмотреться, в тебе много от Юлии. И характер тоже.»

Лионель осторожно обнял Люка. Ребёнок сначала растерянно замахал руками, а потом обнял его в ответ.

«Знаете что?»

«…»

«Можно я буду звать вас дядя Лионель?»

«…»

Ответа не последовало.

«Нельзя?»

«Конечно можно. Называй, как захочешь.»

«Правда?!»

«Правда.»

«Ура!»

Люк улыбнулся так ярко, что у Ибелии защемило сердце.

[Люк был стеснительным ребёнком. Но к Лионелю он тянулся без колебаний.]

[Кровь…всё-таки зовёт.]

Ибелия смотрела на них с тихой, горькой улыбкой.

[Пусть однажды все смогут быть счастливы.]

***

«Попробуй и это.»

Лионель положил на тарелку Люка традиционный десерт Сезии.

«Я уже наелся…»

[И правда, Лионель так старался угостить его всем подряд, что Люк съел больше обычного.]

«Это было любимое лакомство Юлии…» - тихо добавил Лионель.

Глаза Люка загорелись.

«Правда? Тёте Юлии нравилось?»

«Да. Бывало, она целую неделю ела только это на десерт.»

На губах Лионеля появилась мягкая улыбка воспоминания.

Люк решительно взял кусочек.

«Я тоже хочу попробовать.»

Он отправил десерт в рот, и его глаза засияли.

«Вкусно!»

«Я знал. Раз ты похож на Юлию, тебе понравится.»

«Я правда так сильно на неё похож?»

«Да. Тебе это не нравится?»

Люк покачал головой.

«Нет, всё хорошо.»

«Слава богу…»

Лионель ласково погладил его по волосам.

Напротив, за столом, Ибелия ела десерт рядом с Кассиусом. Она тихо склонилась к нему.

«Может, оставим их одних?»

«…»

«Не хмурься.»

Кассиус, который весь ужин сверлил Лионеля взглядом, наконец отложил вилку и поднялся. Ибелия последовала за ним, прежде обратившись к Люку:

«Люк, нам с папой нужно кое-что обсудить. Мы поднимемся наверх. Повеселись с дядей, хорошо?»

«Хорошо!»

Лионель благодарно кивнул. Ибелия одними губами произнесла: «Пустяки», и пошла следом за Кассиусом.

В комнате он сел у окна. Ибелия медленно подошла.

[У него тоже всё непросто.]

[Столько лет Кассиус ненавидел и презирал неизвестного отца Люка. А теперь оказалось, что у того были свои причины.]

[Ненависть лишилась опоры, но боль не исчезла.]

[Как Люку и Лионелю нужно время, так и Кассиусу - тоже. Время принять и отпустить.]

Ибелия поколебалась, затем села к нему на колени. Он удивлённо посмотрел на неё. Она обняла его за шею и уткнулась лицом в плечо.

«Ты злишься на меня?»

«За что мне злиться на тебя, жена?»

«Я попросила оставить их вдвоём.»

«Разве я могу злиться на такое?»

Она мягко погладила его по спине.

«Не переживай так.»

«…»

«Даже если Люк однажды узнает правду, он не станет тебя винить.»

[В далёкой, забытой версии истории Люк злился на Кассиуса за молчание. Но эта злость рождалась из любви и уважения.]

[Он боялся даже мысли, что мог ненавидеть человека, которым восхищался.]

[Теперь всё иначе. Их отношения стали крепче. Ибелия приложила к этому немало усилий.]

[Она была уверена, что Люк всё равно будет любить и уважать Кассиуса.]

[Но сам Кассиус, похоже, сомневался.]

Он крепко обнял её за талию и прошептал:

«Если Люк, узнав правду, выберет своего настоящего отца…»

Он тяжело вздохнул.

«…Если он выберет Королевство Сезия…я не знаю, что тогда делать.»