На равнине, где не было ничего, кроме нескольких деревьев, камней и плывущих по небу облаков, собрались четверо людей, один орк и один кот.

Уже одно это зрелище казалось странным, но то, чем они занимались, выглядело ещё страннее.

топ-топ-топ

— Шеф! Шеф! Я все трупы собрала! Похвали меня!

— Молодец. Ты в сто, в тысячу раз лучше этого пустоголового Георга.

— ……

Девочка, как ни в чём не бывало, собирала два страшно раздавленных трупа; красавица смотрела на неё с одобрением; а мужчина наблюдал за этим так, словно всё происходящее было для него привычным делом.

вжух!

вжу-ух!

вжу-у-ух!

И, не обращая внимания на этих троих, золотоволосый юноша всё продолжал разминаться, раз за разом взмахивая двуручным мечом.

О двух оставшихся и говорить не приходилось.

Орк, у которого обе руки были сплошь покрыты татуировками, и кот, неспешно паривший в воздухе, сами по себе были существами до крайности необычными.

Один из этих необычных существ, орк-заклинатель духов Кубар, сказал:

— Неужели есть какой-то способ?..

В его голосе не было силы, а лицо было полно тревоги.

Он видел, во что превратилась сила Айрена, когда тот оказался под воздействием убийственной ауры Шарлотт и Виктора, стоявших на грани падения.

Это была холодность, которую и сравнивать нельзя было с тем, что он показал в горном убежище Альхад.

«Если она командир Чёрного рыцарского ордена Священного королевства, то наверняка истребила немало демонизированных людей. Если захочет, то сможет излучать давление, почти не уступающее настоящему демонизированному человеку».

Но сумеет ли Айрен выдержать настолько мощную силу?

Уверенности у него не было.

Тут Лулу сказал:

— Кубар, поверь.

— ……

— Айрен, конечно, из тех, кто слишком много думает и временами безумно тормозит, но он не из тех, кто бросается словами, которых не сможет сдержать. Раз уж он сам об этом заговорил, значит, уверен.

— …Пожалуй, ты прав.

Кубар кивнул и снова посмотрел в сторону Айрена.

В его взгляде теперь было куда более твёрдое доверие, чем прежде.

Но было кое-что, чего эти двое не ожидали.

«Смогу ли я?»

Сам Айрен Парейра тоже совсем не был в себе уверен.

Вообще-то это было естественно. Будь у него такой способ, Айрен с самого начала не отправился бы в путешествие по континенту.

Тогда почему он вызвал Игнет Кресенсию на спарринг?

Как ни странно — из-за гнева.

«Странно. Почему я так злюсь?»

Сперва он думал, что всё дело в Иллии Линдсей.

Он до сих пор помнил.

Разговор, который произошёл между ними после окончания финального испытания.

Человек, которого Иллия, наконец отыскавшая собственный путь, всё равно подчёркнуто называла целью, которую должна превзойти.

И вот это существо стояло прямо перед ним, да ещё и пыталось силой навязать ему свою волю.

Айрену казалось, что, уступи он в такой ситуации, у него не хватит лица смотреть Иллии Линдсей в глаза.

Но нет.

Чем дольше он разминался перед спаррингом, чем чаще взмахивал мечом, тем яснее понимал, что это не его истинные чувства.

Понимал, что это не его настоящий гнев, и только теперь, спустя несколько минут, осознал: он злится именно на Игнет.

«Но почему?»

Айрен задал себе этот вопрос.

Вообще-то он не был человеком вспыльчивым.

Даже если ему говорили гадости, даже если над ним смеялись в открытую, он просто принимал это как данность.

Об этом ясно говорило хотя бы то, что в начале обучения в Школе меча Кроно он молча продолжал тренироваться среди презрения и насмешек.

За всю жизнь он по-настоящему разозлился на кого-то лишь однажды.

И это были только люди из дома виконта Гайрын.

Но нынешняя ситуация не имела с тем ничего общего.

Тот случай, когда разом взорвались копившиеся больше десяти лет ненависть, чувство вины перед отцом и собственное самобичевание, даже сравнивать с нынешним было нельзя.

И всё же, пока не прошло целых пять минут, Айрен так и не сумел толком разобраться в своих чувствах.

Однако озарение пришло с другой стороны.

Он понял, что этот гнев сейчас — единственный способ обуздать волю мужчины из сна.

ух-х!

Искра Айрена Парейры разгорелась сильнее.

Разумеется, внешне это никак не проявилось. Это была всего лишь искра в его сердце.

Но все, кто собрался на равнине, без исключения это почувствовали.

И Кубар, и Лулу, и Аня, и Георг — даже Игнет Кресенсия — посмотрели на золотоволосого юношу странными глазами.

Айрен не обратил внимания.

Воткнув двуручный меч прямо перед собой, он медленно закрыл глаза.

И начал мысленную тренировку, которой научился в кузнице Вулкануса.

вспых!

Пять лет назад… нет, шесть. Маленькая искра, зародившаяся тогда, когда он, отставая, гнался за Иллией Линдсей.

В Деринку совет, который дал ему Кубар, снова разжёг её, и она выросла настолько, что её уже можно было назвать пламенем.

Достаточно, чтобы даже перед лицом Шарлотт и Виктора, заметно превосходивших его, он мог помыслить: «Я победлю».

Но этого было мало.

Совершенно недостаточно.

Воля мужчины из сна была не просто обычной железной глыбой — это была уже сталь.

Чтобы придать этому железному колу, выдержавшему тысячи и десятки тысяч ударов молота и закалок, форму меча, требовался жар куда сильнее.

И теперь в сердце Айрена Парейры вспыхнула искра, несравнимая с прежней.

вспых-вспых!

Искра.

Пламя.

Жар, настолько сильный, что его уже можно было назвать не пламенем, а пожаром.

Айрен поднёс его к железному колу.

А затем, сосредоточив разум, с силой ударил.

дзан!

дзань!

И всё равно этого было недостаточно.

Железный кол был таким огромным и твёрдым, что от одной этой короткой попытки он, казалось, никак не мог превратиться в меч.

Но Айрен не сдался.

Он продолжил колотить по раскалённому докрасна железному колу.

И тогда, пусть понемногу, но перемены начались.

дзан!

дзань!

дзан!

Вместо того чтобы бить по всей поверхности, он сосредоточился только на одном месте — на самом конце.

Без раздражения. Без усталости. Просто продолжал бить снова и снова.

И после долгого натиска форма наконец изменилась.

Толстое основание, за которое прежде невозможно было даже ухватиться, пусть и грубо, но всё же приобрело очертания рукояти, за которую можно было взяться и размахивать.

— Фу-у…

Айрен глубоко выдохнул.

Пот лил с него как дождь: стекал с бровей, по щекам, по подбородку и падал вниз.

Но он этого даже не чувствовал.

Сейчас он обеими руками сжимал наконец-то созданную рукоять и поднимал гигантский железный кол.

нгх-х-х…!

Он почувствовал поразительную мощь.

Ему казалось, что он уже более-менее понял силу мужчины, — но оказалось, что совсем нет.

Это ощущение было… словно он целиком поднимал гору, сделанную из стали.

«Пусть управляться с ним всё равно трудно, но…»

Айрен внутри своего сознания пару раз взмахнул железным колом.

Это было нелегко. Он был настолько тяжёлым, что тело заваливалось в ту сторону, куда уходил железный кол.

Но теперь это уже не имело значения.

Айрен Парейра наконец открыл глаза.

И увидел Игнет Кресенсию, словно давно уже ждавшую его, с саблей на плече.

— Похоже, ты закончил подготовку.

— …Да.

Айрен кивнул.

Этого было достаточно. Уверенность, совсем не похожая на прежнюю, пробудила всё его тело.

Он посмотрел на Игнет таким горячим взглядом, будто мог обжечь.

И она сказала:

— Из милости к младшему уступлю тебе первый ход. До тех пор, пока наши клинки не столкнутся трижды, можешь развлекаться как пожелаешь.

— Да.

— Спарринг начнётся в тот миг, когда я выпущу свою силу. Ты понял?

— Да.

— Тогда…

Игнет Кресенсия опустила саблю вниз.

Для человека, перед которым стоял мечник уровня Эксперта, в её позе было слишком уж много расслабленности, но никто не стал на это указывать.

В конце концов, она была одной из тех Мастеров меча, которых на всём континенте не набралось бы и сотни.

Однако и Айрен Парейра, стоявший напротив неё, вовсе не выглядел подавленным.

Он был похож на стального великана, всего объятого пламенем.

И в тот миг из тела Игнет, наблюдавшей за ним, вырвалась чудовищная сила.

шууа-а-ах!

Страх.

Мрак.

Ужас.

Омерзительное давление хлынуло вперёд так, словно перед ними и вправду явился настоящий демонизированный человек.

Сила, которую невозможно было ожидать от командира рыцарского ордена Священного королевства.

Глаза Айрена дрогнули.

Это потому, что сила мужчины из сна рефлекторно попыталась вырваться наружу.

Железный кол в его сердце — нет, двуручный меч в реальности — заметался из стороны в сторону.

скрип!

Айрен выдержал.

Жаркое пламя и яростный ветер влили силу в его хват.

Когда пальцы, чья хватка могла бы раскрошить даже скалу, мёртвой хваткой стиснули рукоять, дрожь постепенно утихла — и вскоре совсем исчезла.

Он победил. Наконец-то победил.

И как раз в тот миг, когда, добившись желаемого, он уже собирался улыбнуться от радости, Игнет молниеносно приняла стойку и с ужасающей скоростью ринулась вперёд.

топ!

Одним толчком преодолев расстояние и оказавшись прямо перед противником, она взмахнула саблей.

Увидев косой удар, летевший снизу вверх, Айрен вздрогнул и поспешно вскинул меч.

ба-а-ах!

— Кх!

Хотя это было столкновение удара одной рукой против двух рук, назад отбросило именно Айрена. Отшагнув целых пять шагов, он хотел что-то сказать.

Но времени на это не было.

На Игнетов второй удар Айрен, крепко стиснув зубы, ответил своим.

бах!

ба-а-ах!

В одно мгновение они обменялись ещё тремя столкновениями.

И каждый раз Айрен отступал назад, теряя равновесие.

Не только руки и ноги — даже мысли у него пошли кругом, так что он совершенно не мог прийти в себя.

И когда в него полетел кулак левой руки, он уже никак не успевал защититься.

бум!

— Кх-ха…

Это был удар в корпус такой силы, что его ноги оторвались от земли.

Стоя на коленях и бессильно роняя слюну, Айрен Парейра в конце концов не выдержал и потерял сознание.

Так спарринг и закончился.

у-у-ух…

По широкой равнине ранней осени пронёсся одинокий порыв ветра.

Наступила такая тишина, что даже этот звук показался особенно громким.

Первым нарушил её Георг, с самого времени наёмного отряда следовавший за Игнет.

— Заберём его с собой?

— Ты хочешь выставить меня лгуньей? Айрен Парейра доказал свои слова. О вербовке теперь и речи быть не может.

— Понятно. Но разве вы уже не солгали?

— О чём это ты?

— Вы ведь сказали, что уступите ему первый ход.

— Это было поучение для младшего. Как он собирается пробиваться через этот жестокий мир с такой простой и наивной душой, если принимает слова противника за чистую монету?

— ……

— …Хотя была и другая причина. Этот парень пытался не просто доказать свои слова.

— Тогда…

— Он собирался одолеть меня. Всерьёз.

— Что?

Даже Георг не мог не изумиться.

Подумать только — всерьёз пытаться сокрушить мечницу, которая уже семь лет как стала Мастером меча и занимала третье место по силе в Священном королевстве.

Даже слова «безрассудство» тут было мало.

— Да он полный безумец.

— Именно. Безумец.

Игнет перевела взгляд на потерявшего сознание Айрена Парейру.

Орк и кот, поздно спохватившись, уже подбежали к нему и осыпали беспокойными вопросами.

Долго глядя на это, она в конце концов добавила:

— И всё же такие мне, пожалуй, нравятся.

***

— У-ум…

Айрен Парейра, тихо застонав, открыл глаза.

Впервые за долгое время ему приснился не сон о мужчине, а что-то другое. Ему снилась Игнет.

Во сне она вообще его не слушала и только и делала, что непрерывно избивала.

Он защищался — она била. Убегал — она била. Стоял на месте — она всё равно била.

Когда это так его взбесило, что он уже собирался дать отпор, он и пришёл в себя.

Тяжело выдохнув, он огляделся.

Слева от кровати, на стуле, клевал носом Кубар, а у него на коленях похрапывал Лулу.

«Значит, они принесли меня сюда, пока я был без сознания. Мы вернулись в Деринку?»

С этой мыслью он повернул голову направо — и увидел сидящую там Игнет Кресенсию.

Айрен в ужасе вскрикнул:

— Ах!