Прошел очередной день. Они все сидели в изнеможении у стены хижины Джина. Даже неутомимый Джин начал терять хватку. Но теперь они сидели вместе, раскаленные и потные. Юн Рен и Го Рен разделись по пояс, свалились на бок и жадно пили воду. Даже Мейлин была раздета до пояса, только дудоу хранил ее скромность, и стонала от боли в пальцах и спине. Большой Ди тоже был зачислен в рать, он относил законченные мешки Мейлин к Джину и получал больше волокон, чтобы Мейлин могла ткать.

И вот все дела сделаны. Как сказал Джин, в конце второго дня был собран последний рис.

83 40-килограммовых мешка риса. Исключительное количество для небольшого количества земли, которую Джин выделил под вспахивание.

Юн Рен удовлетворенно вздохнул после того, как закончил пить, провел руками по спутанным потным волосам и улыбнулся сосуду. Бамбуковая трубка, в которой была вырезана канавка, чтобы можно было прикрутить крышку. Мейлин с трудом открывала свою, ее красные, переутомленные пальцы тряслись и соскальзывали, пока Джин не протянул руку и не открыл сосуд для нее.

- Брат Джин, отличная посудина. С ней в полях намного легче работать. - сказал он и попытался передать пустую штуку Джину, который покачал головой.

- Оставь себе, брат Юн Рен. Их легко сделать. Вообще-то, когда я только начинал, они часто ломались и вода постоянно проливалась. Эти более прочные и их легче отмывать.

Го Рен застонал, перемещаясь в сидячее положение.

- Брат Джин, ты выслужил нас, как волов, - жаловался он, но с гордостью смотрел на многочисленные корзины, - Но видеть проделанную работу - это всегда удовольствие.

- Так и есть, не так ли? - спросил Джин с мягкой улыбкой. Они сидели в непринужденной тишине, прохладный ветерок словно бальзам их потным телам.

В конце концов, Джин встал и потянулся.

- Пойдём, помоемся, потом приготовлю ужин. Сегодня у нас будут раки.

В это время года река была ещё тёплой, и с маленьким куском мыла, который был у Джина, грязь и шелуха быстро смылась с их тел. Об их истощении говорило то, что нормально бодающиеся братья ни разу не пытались окунуть друг друга и не пытались развязать войну брызгами.

Вместо этого Юн Рен просто передал брату гребень. Ворчащий Го Рен покорно расчесывал сначала волосы старшему брату, а затем Мейлин, пока Джин готовил для них еду.

Сначала он раскопал ведерка вдоль реки. Потом Джин разделил раков поперек, удалив из них внутренности, а затем добавил перец и масло в вок, а также лук-порей, имбирь и чеснок. Он обжаривал все, пока раки не покраснели, а затем подал с рисом.

Большой Ди ужинал остатками раков.

На этот раз все расположились лагерем в маленьком домике Джина. Мейлин не предприняла даже символической попытки изысканности, просто затащив Джин к себе на постель, что было очень кстати для развлечения братьев.

- О нет, брат! Мы должны действовать, нужно сохранить невинность брата Джина! - пошутил Юн Рен. - Неудивительно, что старейшина Гон послал нас, его дочь - похотливое чудовище!

Го Рен фыркнул и смотрел на них уставшими глазами.

- Думаю, он будет в порядке. Она спит почти уже.

Юн Рен еще раз посмеялся.

- Действительно, - сказал он и сел, у него было задуманное выражение лица.

- Брат Джин?

- Да, брат Юн Рен?

- Ты позаботишься о нашей Мейлин, да?

Джин кивнул и подтянул Мейлин ближе к себе.

- В меру своих возможностей.

///////

- Ммфух. Го Рен, ты негодяй, отвали. - Мейлин проснулась от раздраженных звуков Юн Рена, Го Рен перевернулся на него ночью.

Было еще очень ранее утро. Мейлин села и зевнула, растягиваясь, чтобы избавится от пролежней.

Их не было. На самом деле, она чувствовала себя прекрасно, несмотря на проделанную работу. Ее мышцы все еще ныли, но не было никакой явной боли, которую она ожидала. Рядом с ней все еще спал Джин, как и Го Рен, а Юн Рен уже сидел и с раздражением смотрел на своего брата.

- Доброе утро. - Мейлин прошептала ему, взамен получив что-то невнятное.

- Разожги огонь, я принесу яйца? – прошептала Мейлин, Юн Рен кивнул, взявшись за руку и потянувшись.

Он сделал паузу, а потом вытянул руку дальше назад. Он выглядел довольным, а потом встал, чтобы схватить дрова, а Мейлин пошла в курятник. Выйдя из дома, она заметила Би Ди, зверя-духа, на одном из столбов забора. Он повернулся к ней в свете предрассветного солнца и поклонился.

Мейлин ответила на приветствие. Кур удовлетворенно кивнул, а затем, к ее удивлению, прыгнул ей на плечо легким шагом, как он делал с Джином. Ее рука поднялась, и она погладила его великолепные перья на груди под одобрительное кудахтанье.

Собрать яйца было легко. Би Ди просто каркнул, курицы покорно отошли в сторону. Юн Рен зажег огонь, когда она вернулась, а первые лучи рассвета осветили горизонт. Би Ди соскользнул с плеча Мейлин и вернулся на столбы забора встречать утро.

Джин поблагодарил их обоих, пока они готовили завтрак, и ушел, чтобы начать погрузку своей тележки для поездки обратно в Гон Яову.

На завтрак были яйца и остатки риса, поделенные хорошей компанией.

////////

Мейлинг беспокоилась за свою жизнь, пока телега неслась по дороге. Рядом с ней молился Юн Рен.

- Уважаемые предки, уберегите своего недостойного сына, ибо он глупец громадных размеров...

Го Рен, естественно, завывал от смеха с их затруднительного положения.

Все началось после того, как они загрузили тележку, на которой было пристегнуто мало-полно сорока мешков с рисом. Тележка, безусловно, была перегружена, рама гнулась, но не ломалась под огромным весом. Го Рен хвалил мастерство, но Мейлин знала ответ почему так. В ней была ци Джина.

Они были готовы вернуться домой. Джин попрощался со своим духовным зверем, который низко поклонился ему в мольбе и поднял бдение на ограде фермы.

Братья Сюн выглядели обеспокоенными грузом и прикидывали как его сдвинуть, когда Джин с легкостью поднял переднюю часть повозки и без тени усилий пошел с ней.

Они посмотрели друг на друга и пожали плечами.

Темп был приятным, погода была умеренной, когда они выдвинулись в путь, но уже приближался полдень.

- Завтра вечером, думаю, - сказал Го Рен, глядя на небо. - Может быть, ещё немного, ноги всё ещё болят.

Мейлин согласилась. Боль возвращалась, хотя всё ещё было не так уж и плохо.

Джин указал на тележку.

- Запрыгивайте, доставлю нас к вечеру.

Это было довольно грубо для них сидеть, а Джина держать в упряжи, как будто у них на побегушках, но он был настойчив.

Так что они сели в тележку, сверху на мешки, и Джин приказал им держаться.

А потом он начал бежать.

Вот мы и здесь. Держались за тележку с рисом, в то время как Джин бежал так же быстро, как лошадь.

- Брат Джин, ты можешь быстрее?! - с радостью спросил Го Рен.

- НЕ СМЕЙ, ЧЖИН РУ! - закричала Мейлин и озаботилась тем, чтобы отшлепать идиота за его идею.

Юн Рен продолжал молиться.

Джин был прав. К ночи они достигли Гон Яову.

Мейлин и Юн Рен были бледны, а Го Рэн загорелся прицепить свиней к повозке, чтобы воссоздать ощущения.

///////

Один из разведчиков-искателей вернулся. От него несло-пахло радостным мускусом.

- Да-да. Мы хорошо-хорошенечко все обнюхали. Хорошая-прехорошая ци и вкусная-превкусная еда.

Владика-хозяин был заинтригован. Эти земли были плохими-бедными. Они были разбиты-раздавлены и изгнаны из своих Первородных-коренных насестов-гнезд, с земель избытка-изобилия. Многие-многие из их количества-числа полегли, лишь горстка сохранилась-осталась в живых.

Чтобы отыскать-найти новое место ци? Оно понадобится им, чтобы восстановить-возродить их количество.

- Хорошо-хорошо. Найдите-отыщите стража той земли, и разузнай-выясни его мощь-силу.

- Да, да, Владыка-хозяин. Я слышу и повинуюсь! - его слуга поспешил прочь.

Владыка-хозяин кивнул и обратился к одному из своих слуг.

- Просыпайся-вставай Гнездо-Насест. Мы идем-выдвигаемся этой ночью.