***

Меня без конца гложет мыслительный паразит. Он измывается надо мной и чем-то напоминает садиста. Я не могу усидеть на месте от переполняющего меня раздражения. Подобно едким духам, вокруг меня витает незримая тревога. Нечто неосязаемое противится моему желанию закончить душевную баталию.

Мне хотелось признать в Алисе человека, но насилу мил не будешь. Невозможно заставить себя бессознательно измениться по щелчку пальца. Потому что есть одно обстоятельство, которое никак не отпускает.

И не отпустит оно, пока несчастный кот из закрытого ящика не явит мне свою истинную природу.

***

Понедельник.

На новой неделе Игруля спросила меня о том, почему я не пошел гулять на выходных, и я ответил:

— Холодно.

Не мог же я сказать о том, что пребывал в обществе своей душевной простуды?

— Зима, если ты не заметил. Холодно будет… — Игруля принялась загибать пальцы. — …до марта. Может, даже и до апреля. Так и будешь сидеть дома? Скучно же невыносимо.

Я пожал плечами.

— Дома тепло. Как говорил французский философ Жан-Поль Сартр: “Если тебе скучно наедине с собой, это значит, что ты в дурном обществе”

Игруля надула щеки.

— Любишь же ты умничать!

— Процитируй Ремарка, чтобы еще более наглядно выпятить свою тонкую натуру, сноб. — Бросила мне Аня.

Вадим тоже решил подключиться к диалогу.

— Как говорил тебе однажды один великий человек, (я имею в виду себя) ты попросту хиккан, Тимон.

Я пожал плечами.

— Одно другому не мешает.

Затем разговор зашел о более насущных делах.

— Ну, что, в столовую идем?

Игруля с Аней сразу отреагировали на предложение с энтузиазмом, а я отказался от приглашения. У меня даже не было возможности объяснить причины.

Игруля снова напала на меня.

— И в столовую он тоже не пойдет! Ну, что за человек!?

— Я плохо себя чувствую. — Ответил я. — Наверное, чем-то отравился.

Вадим подозрительно посмотрел на меня.

— Чем можно было отравиться, если ты из дома не выходишь?

Этот человек всегда поражал меня своей проницательностью. Мне только и оставалось сделать вид, что не вижу бреши в моей обороне из лжи.

К счастью, Вадим не собирался дальше разматывать клубок из моих недоговорок. Да и настаивать на моем присутствии в столовой тоже.

Он обратился к Алисе, которая сидела поблизости за партой:

— Пойдешь с нами?

Зеленоволосый демон отвлекся от телефона.

— Почему нет? Пойду.

Ребята принялись собираться в столовую, а я—

Принялся за реализацию плана, который вынашивал целые выходные.

— Алиса, давай мне свою сумку. Я, ведь, все равно в столовую не пойду. Закину сумку в кабинет тоже.

Вадим верно подметил, что я ничем не мог отравиться, если сидел все выходные дома. Я сказал о недомогании намеренно, чтобы у меня была веская причина не идти в столовую, а сразу пойти в кабинет, чтобы подготовиться к следующему уроку. Таким образом, все удачно совпало. У меня появился веский и ненавязчивый повод, чтобы предложить Алисе подобную услугу.

Аня усмехнулась.

— Ну, и кавалер.

Сейчас они все подумают о том, что таким образом я ухаживаю за Алисой. Неважно. Понятное дело, что целью моего плана является не что-то столь прозаичное, как желание завоевать сердце зеленоволосого демона. На самом же деле—

Это проверка на вшивость.

Если Алиса спокойно отдаст мне свой рюкзак, то все нормально.

Если же нет—

Алиса принялась неуместно хихикать.

— Нет, не стоит… ахах. Ты меня смущаешь, Тимофей.

Я пожал плечами.

— Ладно, как знаешь.

Забрав свою сумку с парты, я вышел из класса—

С тоской на душе.

Обыкновенный человек вроде меня не испытывает к неизвестности теплых чувств. Мне неприятно даже думать о том, что за одной партой со мной сидит чужак, который скрывает что-то опасное в своем рюкзаке. У меня нет иного выхода, кроме как открыть завесу правды. Как бы не было мне противно в чем-то подозревать Алису—

У меня не получится сомкнуть глаз, чтобы не видеть очевидного.

Все-таки—

Я не могу ей доверять.

Как-то я обмолвился о том, что воровство рюкзака — это шалость, которая достойна ученика начальной школы. Я высокомерно воспринял то воодушевление, с которым Вадим с Игрулей разрабатывали план похищения. Но теперь—

Я сам решил украсть рюкзак Алисы.

***

Вторник.

Самой главной помехой для достижения моей цели стало то, что Алиса не расстается со своей сумкой. Как бессмертный лич лелеет свою филактерию, в которой хранится его измученная душа, так и Алиса везде со своим рюкзаком. Все стало еще запущеннее после того, как у Вадима с Игрулей получилось стащить ее рюкзак. Теперь Алиса вцепилась в сумку намертво.

Должны же быть ситуации, когда она теряет бдительность?

Пришла в голову идея о том, чтобы во время урока физкультуры забраться в раздевалку девочек. Это были те несчастные моменты, когда Алиса расставалась со своей сумкой на продолжительный период, но и тут незадача. После того, как в школе завелся воришка, который присваивал себе карманные расходы других школьников, раздевалки начали запирать на время урока. Надо полагать, что это и было причиной, почему Алиса оставляла рюкзак в раздевалке.

Алиса слишком полагается на то, как работают человеческие взаимоотношения. Здесь виднеется возможность ее переиграть. Если есть замок, то есть и ключ. У Игрули были ключи от всех кабинетов в школе. Об этом я узнал, когда мы взрывали школу.

Я спросил Игрулю о том, не могла бы она одолжить мне ключ от раздевалки. Она сначала глубоко задумалась, но затем встала, руки в боки, и хмуро уставилась на меня.

— Зачем это тебе понадобилось залезть в раздевалку для девочек, а!?

Я сначала подумал о том, что она обвинит меня в желании что-то украсть, чем я и собирался заняться, но—

— Тимофей, ты извращенец.

— Почему это?

— Ну, а кто ты тогда? Что ты забыл в девчачьей раздевалке, скажи мне на милость, а-а-а!?

Ну, в самом-то деле, что за полет фантазии? Куда логичнее было бы обвинить меня в воровстве, раз в школе этим кто-то злоупотреблял накануне. Интересный вопрос: что лучше — быть вором или извращенцем?

— У вашего племени традиция такая? Обсуждать секретные планы так, чтобы услышать мог любой зевака?

Вадим, тут как тут.

Зря он это. Игруля переключилась на него и завопила.

— Это не мы обсуждаем секретные вещи как-то не так, а ты постоянно там, где тебя не должно быть! Тебе-то что надо!?

— Мне?

Вадим призадумался, а потом обратился ко мне.

— Когда залезешь к девчонкам в раздевалку, прихвати для меня какие-нибудь трусики, хорошо?

Игруля закричала так, что мне пришлось зажать уши.

— Не хорошо!!!

Она была настроена на то, чтобы не оставить на Вадиме и кусочка живого места.

— Ай! Хватит! Это шутка! Шутка! Ха-ха! Ты чего!?

В это было сложно поверить. Если кто-то говорит невыносимо кринжовую вещь, а затем добавляет, что это шутка, велика вероятность того, что — это не шутка.

Игруля планировала отправить Вадима в нокаут, и меня заодно—

Своим криком.

— Какая мерзость!!! Ты гадкий отвратительный извращенец!!! Да и чего бы в раздевалке трусам быть, а!? Мы, когда на фир-зу переодеваемся, не догола же все с себя снимаем! Ты полный придурок!!!

Вадим пытался сбежать, но все тщетно.

Он сегодня умрет.

— Да ну вас! Где ваше чувство юмора!?

Проведя похороны извращенца, Игруля бросила и на меня презрительный взгляд.

— Никаких ключей.

И ушла.

Из-за того, что Игруля отказалась давать мне ключ от раздевалки, мне пришлось прибегнуть к плану Б. Пока она была занята избиением Вадима, я вытащил нужный ключ и сделал слепок на куске пластилина.

***

Среда.

Предварительно я прикинулся больным, чтобы не идти на физ-ру. Сегодня были занятия на лыжах. Проскочить в раздевалку незамеченным было плевым делом. Дождался момента, когда все уйдут на улицу.

Внутри тесноватой комнатушки я сразу нашел рюкзак Алисы.

Там же лежала уже знакомая мне записная книжка—

Снаружи послышались шаги, которые эхом проникали во все темные углы гигантского спортивного зала. Казалось, что там расхаживает небывалых размеров сказочный великан.

Шаги приближались.

Тот, кто их издавал, точно не сможет пролезть в человеческую дверь—

В раздевалку зашла Алиса в белом лыжном комбинезоне.

Она напоминала оживший зефир.

Нам посчастливилось разминуться, потому что я успел забежать в комнату с душевыми кабинами. Нас разделяла лишь щель в двери, через которую я, с замиранием сердца, наблюдал за ней.

Зачем она вернулась?

Неужели почувствовала неладное?

Нет, только не это.

Не заходи ко мне.

Она почувствовала мое присутствие?

Пожалуйста, не приближайся…

Я услышал, как она открыла дверь в душевую. Сам же я спрятался в одной из кабинок. Вжался в угол так, словно хотел смешаться со стеной в единое целое.

Мне было боязно дышать.

Я мозолил взглядом недвижимую тень, что тянулась через всю душевую комнату и мерцала на глянцевой плитке—

Страшился того момента, когда тень снова оживет.

Дверь закрылась. Все помещение, в котором не было окон, превратилось в однотонную тень—

Раздался знакомый голос—

— Ты чего тут забыл, Тимофей?

После наглого щелчка выключателя душевую комнату поглотил свет.

Алиса стояла напротив меня.

Не знаю, как я не помер от ужаса в тот же момент.

— Если я ничего не путаю, то там где на человечке есть юбочка, то это для девочек, верно все говорю?

— Да…

— Ну, и что ты тут делаешь?

Что я могу ответить на это?

Я нахожусь в душевой кабине в женской раздевалке спортивного зала нашей школы—

Чтобы я не сказал — все прозвучит ужасно.

— Я…

У меня нет мыслей в голове.

Надо что-то сказать—

— Обычно ты соображаешь быстрее, Тимофей. У меня есть подозрение, что ты пытаешься придумать ответ на ходу, не так ли?

— Я…

Все, что у меня получилось придумать—

На меня потоком хлынула холодная вода.

— Я пришел, чтобы принять душ.

Алиса молча смотрела на то, как я, будучи в одежде, недвижимо стою под струей ледяной воды.

Интересно, она подозревает о том, что что-то не так?

В конце концов, Алиса только пожала плечами.

— А мне показалось, что ты на физ-ру не пошел из-за простуды.

— Закаляюсь.

Когда я выключил воду, то не мог зубы сложить в два ряда. Настолько мне было холодно. Я вышел в раздевалку, где Алиса потрошила свой рюкзак.

Она вытащила из него ту самую записную книжку и, уделила ей особое внимание.

***

Пятница.

Урок истории. Алису вызвали к доске. Когда она вернулась за парту, рассказав у доски о том, как Вестготы разрушили Рим, то по привычке перепроверила содержимое рюкзака. Ее уверенный взгляд сообщал о том, что ситуация под контролем.

Сработало.

Все произошло, как я и планировал.

Когда я попал в раздевалку, то не стал сразу же похищать записную книжку. Я вытащил ее из рюкзака и положил на скамейку. Достал свой телефон и принялся фотографировать: спереди, сзади, корешок, особенное внимание уделил краям, а также потрепанным страничкам, что были склеены между собой. После уроков я отправился в магазин канцтоваров на поиски двойника. Вернувшись домой, принялся подделывать книжку. Здесь и понадобились фотографии. С помощью кусочка наждачной бумаги сотворил потертости в нужных местах. Страницы аккуратно промокнул в воде, чтобы они взбухли и деформировались. Когда они подсохли, то оставил загорать края сложенных страниц под светом лампы.

К утру подделка была готова.

В тот момент, когда Алиса была уверенна в сохранности книжицы в ее рюкзаке—

Оригинал уже лежал у меня в сумке.

Я поменял книжки местами, когда она отходила к доске.

От осознания собственного успеха—

Я не смог сдержать смешка.

Алиса обратила внимание на то, как резко изменилось мое настроение.

— Ты чего?

— Ничего.

— Что смешного?

— Вспомнил одну забавную историю.

— Ну, рассказывай.

Мы смотрели друг другу в глаза. Никто бы и не догадался о том, что мы держим в руках фантомные игральные карты. Я упивался тем, что у меня был—

Флэш-рояль.

И Алиса об этом так и не догадалась.

Я не мог скрыть язвительного блеска в собственных глазах.

Мне нравилось играть с огнем, который способен превратить меня в пепел.

— Как-нибудь в другой раз.