Пухлый стражник согласился провести меня в домик. Похоже, он был главнее или же смелее, но его фигура говорила об обратном. Перед тем как открыть дверь, полноватый страж промолвил:

— Вы точно хотите это видеть?

— Да — ответил Курисими.

Страж открыл дверь, и первое, что я увидел, — обувь, разбросанную по всей прихожей.

— Какой ужас...

Внутри домика было темно. Страж взял свечной фонарь и протянул его мне.

— Идите, я буду за вами, — сказал стражник. Передавая мне фонарь, я заметил, как слегка тряслись его руки, а ручка фонаря была влажной от пота.

Что же здесь произошло что сам стражник вооруженный испуган?

Фонарь осветил вокруг, и я увидел на стенах глубокие царапины, словно в дом пробрался дикий медведь.

Пройдя дальше, я ощутил порыв холодного воздуха. Выйдя из коридора, я оказался в просторной гостиной. Пройдя по кругу заметил перевёрнутый деревянный стол, выбитое окно и следы крови, ведущие на кухню, расположенную слева от гостиной.

— Я отойду ненадолго. Если что-то случится — кричите! — промолвил страж и убежал так быстро, что Курисими даже не успел обернуться.

Зайдя в кухню, я увидел два тела, накрытых меховой курткой.

Осмотревшись, Курисими решил взглянуть на тела. Он убрал куртку и увидел мужчину без левого запястья. На его теле виднелись многочисленные ножевые ранения, нанесённые в хаотичном порядке. Казалось, женщина отчаянно защищалась, нанося удары куда только могла.

Краем глаза Курисими заметил, что глаза мертвеца словно следят за его действиями, медленно шевелясь.

Что? Может, мне показалось… Может, это моё воображение играет со мной после всего услышанного сегодня… — подумал Курисими.

Он поднёс фонарь ближе к лицу мертвеца. Свет осветил его черты и отразился в глазах мёртвого, будто звёзды на ночном небе. Это зрелище удивило священника.

Решив взглянуть ближе, Курисими наклонился, приблизив своё лицо к мертвецу. Он посмотрел прямо в его глаза и на мгновение словно провалился в чужую реальность.

Видении он оказался в другом теле. Перед ним разворачивалась сцена: женщина отчаянно защищалась, нанося удары ножом. Но мужчина, словно не чувствуя боли, продолжал по зверски избивать её.

Затем Курисими ощутил сильную боль в районе горла. Вернувшись в реальность,он увидел перёд собой руку исходящую из трупа мужчины, держащую его за горло.

— П-по-ммоги-те — прохрипел Курисими постепенно терял сознание, в шаге от смерти он услышал голос пухлого стражника, но уже было поздно.

—Батэрэн!Батэрэн!!, вы меня слышите? Что здесь происходит?!

Прибежал в кухню страж увидел лежавшего на полу Курисими.

— Каори, скорее врача сюда! Батэрэн что же с вами произошло? что вообще происходит в этом проклятом доме!

Курисими снился один и тот же сон. В нём его руки были окровавлены, а вокруг бушевало пламя, постоянные крики разносились вдали.

Очнувшись, он увидел знакомый интерьер. Попытавшись поднять голову, Курисими ощутил сильную боль в шее.

— Ты очнулся, Курисими… Я так волновалась, — раздался взволнованный голос. Перед собой он увидел заплаканное лицо Марии.

— Что случилось, Мария? Почему я здесь? Я ведь был в доме той женщины…

Мария удивлённо посмотрела на него.

— В каком доме? Какая женщина?

Ты потерял сознание по дороге домой. Местные ребятишки нашли тебя. Ты целый день был без сознания. Курисими задумался.

Та женщина… старейшина… стражники…

Неужели всё это было лишь страшный сон?

Но тогда… откуда эта боль в шее?

— Курисими, ты меня слышишь? — голос Марии ворвался в зыбкие раздумья.

— Д-да… прости…

— Ты чувствуешь себя плохо?!

— Нет… всё хорошо. Просто… боль в шее.

— Я схожу за травами. Не вставай, хорошо?

— Хорошо… спасибо.

Он остался один. Тишина комнаты стала какой-то гнетущей. У меня такое ощущение, будто я что-то забыл… но что? Не буду пока тревожить Марию — ей и так тяжело… Разберусь сам, когда полегчает. Курусими закрыл глаза, надеясь немного отдохнуть. И тогда… В чёрной пустоте сознания всплыл символ —окровавленного глаза, смотрящий прямо на него.

Курисими резко открыл глаза — в тот же миг его пронзила боль в правой руке. Он попытался пошевелить ею — безуспешно. Рука не слушалась.

— А-а-а-а!.. — вырвался хрип.

Он пытался освободиться, но рука словно жила собственной волей.

Что происходит?!

В ответ — в его голове раздались чужие, раздражающее смеха.

— Ха-ха-ха

Эти голоса… Они были не человеческие. Шипящие, хриплые, будто звучали одновременно изнутри и снаружи.

— О Господи… избавь меня… поспеши,на помощь мне!.. — прохрипел Курисими.

В ту же секунду через окно в комнату хлынул свет — не обычный дневной свет, а ослепительный, как сияние тысячи звёзд.

Рука ослабла. Смех, звучавший в голове, превратился в дикий, пронзительный вопль… и затих. Курисими судорожно вдохнул, поднимаясь с постели. Боли больше не было. Ни в горле, ни в теле.

— О Господи… Ты ли это?.. Спасибо… Спасибо! — прошептал он и упал на колени.

Несколько недель спустя. Жизнь шла своим чередом. Курисими вновь начал выходить на служение,общаться с людьми — как будто ничего не произошло. Он не делился с Марией или кем-либо ещё тем, что случилось той проклятой ночью.

Слишком странно. Слишком ужасно.

Он убедил себя, что это был сон, горячечный бред… галлюцинация. Он даже провёл небольшое расследование. Поговорил с соседями, заглянул в дома, где, по его памяти, должна была быть та женщина.

Но такого дома не существовало. Старейшина, о котором он пытался расспросить, не появлялся в посёлке уже несколько дней — по слухам, уехал в город и не вернулся. Никто ничего не знал. Никто ничего не видел.

Значит, всё это… было лишь плодом болезни?.. Или что-то, что не должно было быть понято? И всё же, в глубине души Курисими знал: то, что он пережил, было реальным. И свет, что пронзил тьму — не был случайностью.

День выдался холоднее обычного. Серое небо нависло низко над землёй, как тяжёлое покрывало, а ветер пронизывал насквозь.

Курисими закутался потуже и направился в лес нужно было нарубить дров для печи, чтобы прихожанам было тепло в храме.

— Хук-хук... ещё одна — и домой, — пробормотал он, поднимая очередную ветку.

Вдруг… по лесной гуще разнеслось эхо. Глухо, будто издалека, но ясно:

— Помогите! Помогите!..

Курисими вздрогнул. Сердце забилось чаще. Не колеблясь, он рванулся в сторону крика.

— Меня кто-нибудь слышит?! Что происходит?! — выкрикнул он, но в ответ — лишь завывание ветра.

Он оглянулся назад… и похолодел. Снег замёл все следы, а ветер усиливался с каждой минутой. С деревьев срывались снежные вихри, будто сами лесные духи не желали отпускать его.

— Я заблудился. Прекрасно, просто замечательно, — пробурчал Курисими с иронией, но в голосе чувствовалось нарастающее беспокойство.

И тут он заметил её. Небольшая пещера, спрятанная между скал, будто вырезанная из самой темноты.

Что это был за голос?.. Кто звал на помощь? Снова?.. Снова это начинается?

В голове разрастался вихрь вопросов. Он сел у входа в пещеру, укутавшись,просидел до самой ночи. Снег усилился, ветер стал злее. Мысли мешались с усталостью и холодом.

Солце зашло,темной глухой ночью ураган стих, Курусими наконец смог подняться и выпрямиться, тело почти онемело, но что-то внутри подталкивало его — нужно идти. Нужно выбраться отсюда.

— Меня кто-то слышит?! — снова крикнул он в темноту леса.

В ответ — лишь тишина. Давящая, безжизненная.

Он шёл дальше, пока не ощутил в воздухе странный запах — тяжёлый, обжигающий. Запах дыма. Сердце сжалось от тревоги.

Курусими ускорил шаг. И вот — через просвет в елях он увидел их.

Тучи чёрного дыма. Что-то большое, мощное — сгорело. Курисими сжал топор в руке и побежал.

Выбежав из леса, он увидел. Поселение, дома, улицы — всё что ему знакомо было превращено в обугленные щепки.

— Нет… этого не может быть… — прошептал Курисими, остолбенев на месте.

Ни звука. Ни крика, ни стона. Лишь треск тлеющего дерева и холодный ветер.