Ох, как же голова раскалывается... Где я вообще? Кажется лежу на каменном полу. Вон нога Оливера виднеется.

*бульк—бульк* — мимо меня медленно проплывала рыба. Чего?

Подняв голову, я осмотрелся: мы находились на круглой площадке, окруженной колоннами. С трудом встав и шатаясь, я подобрался к краю площадки, сев спиной к колонне и спустив одну ногу вниз.

В метре от меня проплывал большой косяк желтой рыбы с красными пятнышками. Где то вдалеке виднелись кораллы, сильно поросшие водорослями, словно древний лес.

Под нами находилось нечто вроде индийского дворца, а наша площадка венчала одну из его башен. Странно видеть подобную постройку здесь, поросшую кораллами...

Да, всё это место находилось под водой. Это было ясно по «небу», что в реальности оказалось лишь водной гладью, сквозь которую пробивались тонкие лучи света, и как высоко отсюда находилась поверхность, я почему то затруднялся ответить. Возможно, это место тоже нарушает геометрию пространства.

И всё таки, тут красиво, а еще очень спокойно и светло. Не знаю откуда идет свет... Может от множества светящихся кораллов.

Не важно; не хочу об этом думать. Я так вымотался за все эти месяцы, что теперь возможность просто посидеть в тишине и отдохнуть, кажется мне райским наслаждением.

Наверное никогда ещё в своей жизни я так долго и целеустремленно не шёл к чему то. Если вспомнить первые недели в «безымянном мире», то по сути, я просто двигался по течению, без видимой мотивации. Хах, разве «месть» за человека, которого ты встретил впервые, можно назвать адекватной мотивацией? А ведь я был готов пожертвовать жизнью, и в итоге подставил Луну.

Теперь же я чувствую себя сильно взрослее. Особенно после ситуации с Гордостью, и того видения... Во мне словно прибавилось уверенности.

Хотя всё ещё приходится полагаться на других. Без своего меча, я бы точно погиб в бою против Чревоугодия.

Я достал клинок из пустоты, и положил его колени.

«Будешь говорить?» — мысленно обратился я к нему.

«Не надейся услышать от меня что то, пока не пройдешь беатификацию,» — раздался голос наглого подростка в голове.

«Ладно ладно, не злись. Могу я хоть узнать конкретнее, что это ещё за беатификация? Те образы что ты мне показал, довольно сильно пугали,» — я старался показать себя с дружелюбной стороны.

— Даже не знаю... Вообще то я не должен тебе этого рассказывать, — задумчиво произнёс меч.

— Не должен? Но почему? Это же нелогично.

— Потому что тогда ты точно откажешься. Хотя я и так не верю, что ты на это решишься, — мрачно заметил парень.

— Да ладно тебе, давай колись, что это такое. Может быть всё не так страшно, — постарался я успокоить меч.

— Не знаю не знаю, — парень замолк на несколько минут.

— Хотя, думаю немного тебе рассказать можно. В общем... Беатификация — первый шаг на пути становления святым. Для неё есть несколько ступеней, но сколько и каких, я тебе не скажу. По сути это процесс принятия тобой силы грехов, заключенных внутри меня. Принимая эту силу, ты постепенно должен сделать её своей, — подытожил клинок.

— А святые это...

— Я не знаю, кто они и зачем. Даже не пытайся меня спрашивать.

— Как так? Разве они создаются не благодаря тебе?

— Какой ты умный. Много ты знаешь людей, которые полноценно прошли чистилище и победили 8 грехов? Я вот ни одного. Было несколько ребят, что почти справились... Но один застрял на середине, а двое других обломились на последнем грехе. И всё потому, что они отвергали беатификацию.

— А что насчет тех образов, которые ты мне показывал? От чего такой облик?

— Они использовали беатификацию не поглотив ни одного греха. Это чревато страшными мутациями и мучительной смертью, как и если ты не справишься с грехами внутри себя.

— Звучит мрачновато, но я уже поглотил 4 греха, и меня таким не напугаешь, — с улыбкой заметил я, глядя на проплывающую вдалеке медузу.

— Значит ты согласен? — в голосе подростка послышалась нескрываемая нотка надежды. Неужели кто то действительно запечатал ребенка в меч?

— Не то чтобы согласен, но и не боюсь. Просто думаю, что для этого пока нет времени, — резонно заметил я. Ситуация действительно не располагает к новым испытаниям.

— Вот как? Тебе в любом случае придется пройти беатификацию, если ты решишь дойти до конца чистилища. Иначе твоих сил не хватит, — назидательно напомнил мне клинок.

— Да, ты прав, я слабый и мне постоянно нужна чья то помощь. Но всё таки, я пока что хотел бы справляться со всем сам, на столько, на сколько могу. Кстати, я Алан, а ты? — я постарался мыслить позитивно, обращаясь к мечу как к другу. В любом случае нам придется подружиться, если мы планируем сражаться вместе...

— Я Убийца Богов, и человеческого имени у меня нет. А на счёт силы ты несешь какую то чушь: она ведь и так твоя, раз ты самостоятельно победил грехи. Почему ты отказываешь от награды?

— В твоих словах есть смысл, но я пока просто не готов проходить все эти испытания на волю и психику. Я ужасно устал за эти месяцы, и сейчас хочу просто немного отдохнуть. К тому же с готическими соборами у меня всегда плохие отношения, и этот наверняка не будет исключением.

— Делай что хочешь, — раздраженно ответил клинок замолкая в моей голове. Какой же у него всё таки сложный характер. Дети часто такие психованные и нерассудительные... Прямо как я иногда.

— Алан, ты где? — послышался стон сзади.

— Да тут, я тут. Что случилось? — я медленно подошел к лежащему на каменной плитке человеку, что был замотан в зеленый плащ. Его внешность изменилась... От образа таракана не осталось и следа.

— Ого, так ты излечился от проклятия? Поздравляю.

— Сп.. — парень потрогал свое лицо, и хотел что то мне ответить, но вместо этого вдруг начал заливаться слезами. У него были необычайно красивые голубые глаза и седые волосы. Похоже, он как и я, повидал многое. Пришлось дать ему немного времени на успокоение.

— Что ж, с возвращением, — я протянул ему руку, и он крепко схватив её, поднялся на ноги.

— Спасибо, Алан. Если бы не ты, я бы навсегда остался в этой ужасающей форме... Это правда очень очень важно, — Оливер сиял от счастья, не иначе.

— Поблагодаришь меня, когда выберемся из чистилища, — скромно заметил я, выглядывая с края башни наружу, и разглядывая округлые крыши башен.

— Ладно, давай отдохнем тут, пока я полностью не восстановлю ману, а потом будем спускаться вниз. Может мне даже удастся немного расширить лимиты за это время. Главное собрать как можно больше маны.

***

— Мы что... можем упасть под водой? — Оливер пытался слезть с крупной каменной статуи мужчины, удерживающего на плече изогнутый двуручный меч. К сожалению, он всё ещё не мог использовать ману, и потому на его спуск с собора понадобилось некоторое время. Я же просто спрыгнул вниз.

— Да, тут с водой что то не так. Она ведь и в рот не попадает, когда говоришь. Кстати Олли, я вот тут подумал когда спускался: а какой у тебя атрибут?

— А я и сам не помню,хехе, — парень расплылся в широкой улыбке, сидя на земле. Пару секунд назад он неуклюже упал со статуи.

— Ладно, потом выясним. Посмотри лучше на это: — слева от статуи находились массивные, закрытые врата из зеленого металла, гравированные изображениями существ, напоминающих сфинксов. По обе стороны от врат располагались статуи воинов с мечом.

Подойдя ближе, я заметил нечто вроде замочной скважины. Меч по форме явно сюда не подходил.

Открыть врата тоже не получилось: на них сильный барьер, прям как в ордене узурпаторов.

— О нет, только не опять, — мне хотелось сесть на землю и закрыть голову руками. Ну сколько можно этих ребусов?! Как будто я прохожу плохие квесты нулевых на компьютере, а не испытание силы и воли.

— Ладно, делать нечего, пойдем вон по той дороге из камня, что ведет в густые водоросли. Может хоть она нас куда выведет, а то тут вокруг буквально ничего больше нет: одни подводные поля из кораллов, да леса из водорослей. Кажется, мы попали сюда слишком рано.

— И то верно, — согласился Оливер.***

— Алан, как думаешь: что сказал слепой мужик, зайдя в таверну?

— Ну и что он сказал? — уныло посмотрел я на своего сверх-энергичного собеседника.

— «Всем привет, кого не видел!» ахахаха, — Оливер заливался слезами от смеха.

— Пфф, неплохо, но я знаю лучше. Вот смотри: почему разорвался косоглазый?

— Почему? — Оливер удивленно вытаращился на меня, в нетерпеливом ожидании развязки.

— Пошел, куда глаза глядят! Ха! — я едва сдержал смех от этой глупой шутки. Всё таки черный юмор, тема спорная.

— Хахахаха. Неплохо неплохо! Мне ещё есть у кого поучиться хорошему юмору, — парень снова заливался смехом. После того, как он вернул себе полноценный облик, его поведение стало уж больно жизнерадостным.

— Хорошему юмору? Ты сейчас серьезно? Это анекдоты категории Б, дружище. О таком стыдно говорить в приличном обществе.

— А по моему очень даже смешно, — надул щеки Оливер.

— Смешно то смешно, но не каждый поймет. Юмор на свою аудиторию, так сказать.

— Угу, — собеседник одобрительно кивнул, прищуренно глядя вдаль. Мы уже некоторое время шли по каменной дороге, окруженной с двух сторон высокими многометровыми водрослями, словно в лесу.

— Слушай, а там вдали случайно, не какое то здание? — указывал он рукой вперед.

И действительно: прямо на дороге меж водорослей, стояло что то вроде каменной крепостной стены, с большой подъемной решеткой, как в древних замках.

Если приглядеться, то стена эта уходила глубоко в обе стороны, ограждая нечто от внешнего мира.

Подойдя вплотную к решетке, я не заметил каких то рычагов или спусковых механизмов. Впрочем, они были не нужны: решетка отлично поднималась рукой.

— Пролезай, пока я держу, — обратился я к Оливеру, пока тот разглядывал что то на вершине стены.

— Слушай, там что то есть! — парень пролез под решеткой, и побежал наверх по каменной лестнице.

— Алан, тут какой то скелет! — послышался крик сверху.

— Скелет? — поднявшись наверх, я и вправду обнаружил скелета. Он был донельзя замотан в одежду, словно какой то кочевник. При себе у него оказалась лишь пара монет, да ржавый железный кинжал.

— Я вот тут подумал... А что происходит с трупами людей, погибших в чистилище? — обратился я к Оливеру, разглядывая трещины на черепе погибшего.

— Ну, они лежат как ни в чём небывало... Гниют там, и вот это всё.

— Хм, да? Я как то не особо замечал. А может память подводит... Пойдем, я уже отсюда вижу какие то дома вдалеке.

***

Дома располагались ближе чем я думал. Пять минут пути мимо водорослей, и дорога поворачивает прямиком в местный центр, окруженный высоким кораллом со всех сторон. Из интересного тут пара десятков квадратных каменных домиков, очень напоминающих мне жилища в Накейских пустошах, да колодец в центре.

— Смотри, тут ещё один, — Оливер вытаскивал очередной скелет из колодца.

— Хм, и этот замотан в одежду, как пустынный кочевник. Тебе не кажется странным весь этот антураж? Тут что то не вяжется... — я никак не мог понять, в чём же подвох.

— Ну не знаю, я такого раньше не видел. На Наэрии ведь почти нет пустынь. Разве что в глубине континента одна небольшая.

— Понятно. Ну тогда не знаю... Давай проверять дома. В колодце кстати ничего нет? — я заглянул внутрь, но колодец как оказалось, занесло песком почти до самого верху, и теперь внутри ютились маленькие крабики.

— Что вам тут нужно? — прозвучал спокойный мужской голос откуда то со стороны домов. Обернувшись, я увидел силуэт человека плотно закутанного в одежду. На спине у него висел клинок, так же замотанный в ткань.

— Да мы просто посмотреть пришли, — непринужденно ответил я, выходя вперед и встречаясь взглядом с собеседником. Взгляд у него к слову, был, довольно равнодушный, а зрачки прямо алого цвета.

— Просто посмотреть? Да ладно? — парень сел на край крыши, свесив одну ногу и перекинув изогнутый клинок через плечо, — и ты думаешь, я в это поверю?

— А что, к вам редко захаживают гости? — с издевкой заметил я, переводя взгляд на скелетов в одежде.

— Да, и это проблема. Если тебе интересно, я в этом городе единственный выживший.

— Не расскажешь свою историю?

— Я мог бы, но зачем выкладывать всё случайному прохожему? — парень зевнул, и встав на ноги, развернулся в противоположном направлении, — ну всё, покеда. Как то мне неинтересно с вами стало.

— Постой. Ты случайно не знаешь, как открыть дворец, тут, неподалёку?

— М? — фигура резко замерла на месте, — допустим знаю. А у тебя там какие то дела? — его вопрос прозвучал несколько... угрожающе.

— Можно и так сказать. Вообще то, я узурпатор. Наверное надо было представиться сразу.

— Узурпатор на 50 этаже? Пфф... Это сказка для детей? — собеседник повернул голову, и в его взгляде блеснула угроза. Через мгновение ткань с его клинка уже парила в воздухе, а сам он пытался подавить мой блок, что я выставил, мгновенно среагировав на его атаку. Этот блок лишь доказывал, что я наконец привыкаю к своему мечу.

— Не плохо да? Я ещё так умею, — представив палец противника, я использовал на нём атрибут смерти. Думаю, этого будет достаточно для демонстрации силы.

— Ааа, — человек выронил клинок, хватаясь за руку.

— Ну прости уж, что так жестоко. Хотя ты ведь сам напал, верно? Я мог тебя и убить.

— Вот ведь... — человек поднял глаза полные бессильной злобы.

— Да ладно тебе, не серчай так. Вот моя метка узурпатора, если ты не веришь, — я показал парню запястье с символом, вместе с тем заметив на узоре новые штрихи. У обоих перевернутых крестов словно появилась «терновая окантовка».

— Видишь? Уже 4 греха на моем счету. Осталась ровно половина, — я постарался улыбнуться настолько дружелюбно, насколько мог в подобной ситуации.

— Я тебя понял, — парень встал на ноги, и махнув рукой, призвал к себе изогнутый меч, сильно напоминающий скимитар, но большего размера, и с зазубренным лезвием, которое странным образом «дышало». Тот подплыл, словно рыба, и ткань сама начала обвивать лезвие.

— Так вот как проходит настоящая демонстрация силы? — парень протянул мне руку, на которой начал постепенно расти новый палец, — я Ханбар. Друзья звали меня «песчаный червь» или же просто Хан.

— Алан. А вот тот парень, который сейчас что то тащит из чужого дома полностью нас игнорируя: Оливер, — я пожал Хану руку, — очень приятно.

— А он всегда такой? — Хан уныло посмотрел на меня, словно я отец Оливера.

— Эээ... ну он конечно со странностями, но ничего опасного для жизни.

— Понятно.

Повисла неловкая тишина.

— И давно ты тут живешь? — поинтересовался я, протирая меч.

— Столько, сколько себя помню, — ответил Хан, словно очнувшись ото сна, — пойдемте со мной, я должен вам кое что показать, пока оно не вернулось.