Этой ночью я не спал. Не то что бы меня мучила бессонница, просто не мог себя заставить сомкнуть глаза. Мне нужно было осмыслить произошедшее за последние дни. Всё, что со мной случилось, было слишком длинным для простого сна и слишком реальным для чьего-то глупого спектакля. Двигаясь взад-вперёд по тесной каморке, которая служила местным госпиталем, я думал, думал о семье, о товарищах, вероятно попавших сюда вместе со мной и оказавшихся в похожей ситуации, о усатом рыцаре, которой недвижимо лежал в кровати, легонько посапывая, и о своём преследователе. Всё-таки я отнял человеческую жизнь. Вернее, не совсем человеческую, да и он сам чуть не убил Годрика, но всё же. Разве это можно считать оправданием? Я – убийца, самый настоящий, как ни назови. От этих мыслей на сердце будто бы начинало что-то давить. У меня ведь до сих пор перед лицом было его полное страха и боли лицо, пожираемое синем пламенем.

Но почему же он вообще пытался схватить меня? Вернее, не так. Как он понял где меня искать и то, что надо искать именно меня? Его кто-то послал за мной, кто-то очень умный, тот, кто знал о моём появлении. Его хозяин узнал обо мне и разумеется отправил ловца. Теперь его верный слуга – мёртв окончательно и если он ещё не в курсе, то скоро об этом узнает и примет ответные меры. От этой мысли по спине невольно пробежал холодок. Если в его силах бросать в погоню за мной такое чудовище, то нужно бежать как можно дальше. Лучше всего затеряться в городе, а если это будет город эльфов, то это ещё лучше. Я до сих пор частенько ловил себя на том, что ощупывал собственные уши и не мудрено. Так случается, если одну часть твоего тела заменяют на её деформированный и увеличенный в размерах аналог.

Но как же так получилось, что шар не только перенес меня неизвестно куда, но и превратил вполне обычного москвича в представителя сказочных тварей? Если и был среди живых человек, знавший ответ, то им точно был хозяин упыря, но встреча с ним не сулила мне ничего хорошего. Я мог скрыться только в этом небольшом городке, и он должен это понимать, а это значит, что скоро здесь будет целый отряд упырей, а может и что похуже. В любом случае нужно было найти остальных. К тому же если у меня не оказалось шара значит он у кого-то из моих друзей. Если найдем друг друга, то выберемся из этого кошмара и чем скорее, тем лучше. Нас уже наверняка ищут по всей Москве.

Подойдя к окну, я слегка отодвинул тканевую шторку. Абсолютно пустая улица освящалась одиноким фонарём, в тени которого не срывались фигуры с крылатыми шлемами, что не могло не радовать. Я запустил руку в карман и нащупал продолговатый кусок пластика. Через пару секунд темное оконное стекло озарилось тусклым теплым светом. Я смотрел на его источник лишь несколько мгновений, после чего плюнул и затушил зажигалку. Обычно созерцание именно одного маленького, почти ничтожного языка пламени, вырывавшегося из зажигалки или отчаянно цеплявшегося за поверхность спички, всегда успокаивало меня. Обычно, когда я видел то, как пламя колеблется, дрожит на ветру, но борется за собственное существование, это меня успокаивало и даже воодушевляло, но теперь в огне я видел лишь очертания искаженного лица чёрного рыцаря, укоризненно смотревшего на меня. Даже не хотелось думать о том, какие слова выплевывают его немые губы.

Отойдя в глубь комнаты, я уселся на соседнюю кровать, которая предательски скрипнула, но Годрик не проснулся. Он так и не пришёл в сознание. Лекарь обработал рану на шее какой-то мазью и пообещал, что жизни рыцаря ничего не угрожает, но тревога меня всё равно не отпускала. Я так и лежал на соседней со своим спасителем кровати в темной комнате три на четыре шага, погруженный в собственные мысли, пока усталость наконец не взяла верх, и я не провалился в непродолжительный сон без сновидений.

Проснулся я от резких толчков в бок. На кровати рядом со мной сидел сам старенький лекарь. Тряся меня за плечо жилистой рукой, он произнес:

― Вставайте господин. Вы ведь не собираетесь спать до обеда? Даже ваш спутник уже очнулся.

Услышав последние слова, я резко вскочил и бросил взгляд в сторону ложа Годрика. Тот спокойно сидел на кровати и энергичными движениями вычерпывал из небольшой глиняной миски остатки супа. Лицо его всё ещё было нездорово бледным, но он хотя бы пришёл в сознание.

― Дал бы парню поспать. У него была тяжелая ночь. ― Сказал он. После чего обратился уже ко мне. – Как ты, друг мой?

― Да со мной то все хорошо. Вы как? Шея не болит? ― Спросил я, поглаживая собственное горло.

― Ха! Не родился еще тот вурдалак, который смог бы справиться с Годриком фон Лихтеном! ― Гордо произнес рыжий рыцарь, ударив кулаком себе в грудь. ― А шея, думаю, поболит, но от царапин не умирают.

― Я бы посмотрел, как бы вы тут бахвалились, господин рыцарь, если бы я вашу “царапину” не обработал. ― Проворчал лекарь, передавая уже мне миску супа.

― Спасибо. ― Поблагодарил я, принимая свой поздний завтрак.

― Твоя правда, мейстер. ― Произнёс Годрик, отставляя пустую глиняную миску с деревянной ложкой на прикроватную тумбочку. ― Спасибо тебе. Мы в долгу не останемся.

После этого Годрик извлёк из кармана две блестящие серебряные монеты с выбитой на них короной лекарю. Тот покрутил их в руке, нахмурил брови и спросил:

― Мне не ловко просить, но нет ли у вас меди, господин? ― Спросил травник. ― Вы уж не сочтите меня за деревенского дурачка. Просто у нас здесь серебро не в ходу.

― Увы, но ничего другого я вам предложить не смогу. ―  Развёл руками Годрик.

― А почему вы не используете серебро? ―  Спросил я уже доедая остатки наваристого супа из белых грибов.

― Юный господин, мы сейчас у самого края королевства. Единственные с кем мы торгуем - это соседние деревни и некроманты. Вот и подумайте почему мы не особо любим брать серебро.

― Может мне тогда стоит забрать серебро обратно? ― С напором спросил Годрик.

― Не гневайтесь, господин рыцарь. Я – человек не брезгливый. Если предлагаете серебро так я не посмею вам отказать. ― Быстро проговорил лекарь, укладывая монеты в карман бурых штанов.

― А чем же вы всё-таки торгуете с некромантами? ―  Спросил я, укладывая свою опустевшую миску поверх миски Годрика.

― Как чем? Нами. ― Ответил лекарь, сдвигая воротник рубашки и тем самым обнажая два маленьких шрама на шее. ― Собственной кровью и покойниками.

— А что вы получаете взамен? — Спросил Годрик. — Золото?

— В основном провизию, но иногда и золото. — Улыбнувшись ответил лекарь.

— Хотите сказать, что нечисть вас и едой снабжает? — Спрашивал я, косясь на миски, стоящие рядом.

— Всем, кроме мяса. Вы не подумай ничего такого. Овощи как овощи. У нас ворожей каждую партию проверяет, так что проблем с ними нет. Вот так мы и живём, и многим этот жизненный уклад весьма угоден. Но одной ночью мне в дом ввалились эльф и раненный рыцарь, которые умудрились прикончить вампира. Если меня не покарают некроманты за укрывательство вас, то это наверняка сделают мои дорогие соседи, которые не захотят разрывать деловых сделок с чернокнижниками из-за какого-то старика и двух чужаков. Вы не поймите меня неправильно. Я не желаю вашей смерти, но и у себя укрыть тоже не смогу.

— Я бы мог добавить ещё пару монет, если ты найдёшь в себе достаточно храбрости… — Предложил Годрик.

— Простите, господин рыцарь, но жизнь за деньги не купишь. Особенно если рассориться с некромантами. — Прервал его лекарь. — Я отправил одного своего хорошего знакомого за вашими вещами. Он как раз должен скоро вернуться. Так что вы пока посидите, отдохните, соберитесь с мыслями, но к вечеру – покиньте мой скромный дом. Хорошо?

Ответом Годрика послужил короткий кивок, после которого лекарь поклонился и вышел вон из комнаты.

— Годрик, а что вы вчера сделали с вампиром? Из-за чего он забился в приступе кашля? — Спросил я, когда шаги удаляющегося лекаря стихли.

— Это был, так сказать, запасной план на тот случай если мы не успеем дойти до города до сумерек. Ты ведь помнишь, как я выдал тебе флягу у церкви? — В свою очередь спросил Годрик.

— Да. — Ответил я.

— И мы всю дорогу пили из них воду. Верно?

— Верно. — Согласился я.

— Вода была не совсем обычная, а освящённая. Я помню, как ещё в детстве читал один сборник баллад и преданий, где рассказывалось о похождениях сэра Стефана Самоуверенного и его оруженосца. В одном из рассказов Стефану пришлось столкнуться с вампиром. Перед сражением он благоразумно напился солёной святой воды, поскольку и соль, и святая вода - губительны для нежити. Правда в том бою это никакой роли не сыграло, поскольку вампир трусливо сбежал, потеряв в поединке правую кисть. Я вот и подумал, что нам такой трюк мог бы и помочь. Если бы вампир укусил в первую очередь тебя, то я бы воспользовался его замешательством и прикончил бы чудовище, а если бы он решил укусить меня, то ты бы смог сбежать, пока этот упырь корчился бы от боли, но всё повернулось иначе. Я уж думал, что погибну, исполнив рыцарский долг, но ты не только уничтожил бестию, но и донёс меня на руках до лекаря.

— Ну не прямо на руках… — Начал было я, почёсывая затылок.

— Да какая разница! Ты совершил настоящий подвиг. Ты спас мне жизнь, и я искренне тебе благодарен. Будь ты старше и благородных кровей, я бы даже посветил тебя в рыцари.

— Всегда рад помочь. — Смущённо улыбнулся я. — Вот только что нам делать теперь?

— А выход у нас только один – из города надо уходить и чем скорее, тем лучше.

— Но вы ведь ещё не оправились… — Попытался возразить я.

— Чепуха. — Произнёс Годрик, вставая на ноги, но те не смогли удержать рыцаря и тому сначала пришлось опереться о прикроватную тумбочку, а затем снова сесть. — Может ты и прав. — Печально заключил он.

— А вдруг удастся раздобыть лошадь? — Предложил я.

— Я уже спрашивал об этом хозяина дома. Местные не станут ничего продавать чужакам, а на кражу я не пойду… Есть у меня одна идея, но для её реализации нам придётся разделиться.

— И в чём же она заключается? — С интересом спросил я.

— Возьми. — Годрик достал из-за ремня небольшой металлический кинжал с рисунком в виде ворона на деревянной ручке и протянул его мне. Это был хороший кинжал, добротный. Длинное узкое лезвие пускало солнечных зайчиков по потолку комнаты, а эфис был выполнен в виде небольшлго чёрного шара.

— А зачем он мне? — Спросил я, принимая оружие.

— Мне не легко тебя просить, особенно после вчерашнего, но можешь ли ты сделать мне одно одолжение?

— Конечно. — Не раздумывая ответил я.

— Хорошо… Сегодня ты должен будешь покинуть город без меня. Отправляйся дальше по тракту во владения Колдвуэла Корвуса, герцога-ворона. Мой отец Дункан сейчас служит ему как капитан стражи в замке Кроздон, его же именуют “Гнездо” или “Воронье гнездо”. Если ты сумеешь его отыскать и покажешь ему этот кинжал, то он поверит, что прислал тебя именно я и обязательно куда-нибудь пристроит.

— Но я не могу вас здесь бросить. Вы же меня не оставили на растерзание вампирам. — Запротестовал я.

— Знаешь, один человек как-то сказал мне: “Делай то, что можешь, и с тем, что имеешь.” Я сейчас не смогу уйти по тракту вместе с тобой, как бы ни хотел, но могу остаться в городе и через пару дней двинуться следом.

— Но что если на вас нападут? За нами точно вышлют кого-то в погоню.

— Да, но к тому моменту эльфов в городе не будет, а найти чужака в толпе людей с идентичными шрамами на шее точно не успеют. Встретимся в Кроздоне, а если я не приеду через неделю, то попроси моего отца послать за мной. Хорошо? — Спросил Годрик, протянув мне правую руку.

— Ладно. — Наконец, скрипя сердцем, согласился я. — Встретимся там.

— Вот и славно. — Заключил Годрик. — Я дам тебе карту и немного денег на дорогу. Главное запомни, наш мир – вещь очень сложная. Чтобы выжить в нём, в первую очередь надо его понимать. Не лезь на рожон, будь почтительным и внимательным, а главное – сохраняй добродетельность. Добродетельный человек волей-неволей собирает вокруг себя тех, кто обязательно ему поможет, а вот тот, кто лишён этого качества может рассчитывать только на себя.

— Спасибо вам, Годрик. — Ответил я. — Спасибо за всё.

Рыцарь слегка улыбнулся своими пышными рыжими усами и похлопал меня по плечу.

— Да помогут тебе Боги, друг мой.

Уже через час я вышел из дома лекаря. В старом походном плаще и с аптекарской сумкой на плече я шёл между домами, стараясь не привлекать к себе излишнего внимания. Городок и правда оказался большой деревней, где рядом с каждым домом был загон с животными и небольшой огород. Люди занимались своими повседневными делами, болтали с соседями, пропалывали сорняки, кормили кур и не обращали особого внимания на незнакомца, проходящего мимо. Наверное, единственным, кто меня заметил был стражник, окликнувший меня, когда я уже выходил из деревни обратно на тракт. Видимо их и было всего двое на всю деревню.

— Эй! Это ты, Арен? — Спросил невысокий бородатый мужик в таком же медном нагруднике и с самодельным копьём в руках.

Я повернулся на голос и скинул с головы капюшон.

— А ты ещё кто такой? Откуда взялся? — Спросил стражник, наконец рассмотрев меня получше.

— Телепортировался. — Ответил я, разведя руками и пошёл дальше по дороге, оставляя стражника в явном недоумении.

Вместе с деревней кончился и лес, а дальше до горизонта расстилались лишь бесконечные зелёные поля с редкими деревьями. Чистый равнинный воздухом толкал измученные ноги вперед, очищая голову и сердце от давящей на них усталости и страха, так сильно мучавших меня прошлой ночью. Чувствовал себя Фродо, который смог уйти от преследователей и теперь беспечно шел к своей цели, но оно было обманчивым. Цели были краткосрочны и расплывчаты, а преследователи – не так уж и далеко.

Дорога давалась на удивление легко. Мне и раньше приходилось гулять по пересечённой местности. Например, по той же тропе Галицина, что в Крыму, ещё в те допотопные времена, когда на ней ещё не успели расставить скамейки и стоянки для кемпинга, но двигаться здесь было намного легче. Ведь, если подумать, то вчера и позавчера я постоянно был в движении, но при этом сильной усталости или голода ни разу не испытывал, хотя почти не ел. Когда я лежал в больнице после удаления аппендицита, мне пришлось поголодать чуть больше суток, но за это время я успел перебрать у себя в голове все возможные блюда и напитки, а теперь… Теперь я был уже не совсем я. Эльфов часто описывают как следопытов, способных на далекие броски. Может это и есть их характерная отличительная черта, ну помимо ушей и надменного нрава, хотя последнего я за собой не замечал, что не могло не радовать. Вообще мне бы не хотелось ассоциировать себя с представителем сказочного народца и уж тем более говорить о себе в таком ключе. Подсознание моментально воспринимало такие мысли в штыки и возвращало сознание на прежний круг обращения. Что-то в этом придавала дополнительной уверенности. Я знал, кто я такой, я помнил свою цель и не позволял себе в этом сомневаться.

Вскоре дикие травы сменила пшеница, а одинокие деревья - амбары и дома фермеров, работавших в поле. Именно здесь я наконец почувствовал усталость и решил сделать привал. Остановившись на обочине и перекусив куском хлеба, который согласился выделить лекарь, и ореховой смесью, которой поделился Годрик, я сверился с картой. На куске жёлтого пергамента был искусно выведен материк со множеством дорог, гор, озёр и рек. Все обозначения были на неизвестном мне языке, смахивавшем то на немецкий, по виду букв, то на какой-то восточный, по их написанию, но благодаря указаниям Годрика я успел сделать необходимые пометки. Чтобы добраться до владений герцога мне нужно было двигаться по тракту, пройдя через три небольших городка, в каждом из которых можно было бы переночевать, не опасаясь поимки. Потом нужно будет перейти на другой берег реки и двигаться по прямой до владений герцога.

Как же на самом деле это всё-таки нелепо. Герцоги, вампиры, некроманты… Тьфу. А рациональных оправданий этого не было, ну если не считать оправданием, что всё вокруг – это лишь игра разума, который как-то пытается развлечь впавшего в кому владельца. Но если всё обстоит так, то худшее чем я могу сейчас заниматься – сидеть на земле и мысленно ныть. Встав на ноги, я поднял глаза к небу. Оно ничуть не отличалось от того, каким было час назад или два. Ему был безразличен и я, и мир вокруг. Даже время над ним безвластно, ведь пройденные столетия не заставят солнце взойти на западе и опуститься на востоке, не заставят голубую синеву стать багряно-алой, а серп Луны – сиять ярче. И не в силах смертных что-то изменить…

— К чёрту всё. — Пробормотал я, смотря в бесконечную синеву. — К чёрту всё! — Уже перешёл на крик. — Если всё это – мой бред, то я его проживу так, как захочу, и кончится он так, как этого захочу я! — Обратился я к невидимому собеседнику, который прятался за голубой дымкой. — Если же нет, то конец будет тот же самый! Я найду своих друзей, избавлюсь от этого маскарада… — Я дёрнул себя за ухо. — …и мы вернёмся домой! Вместе! — Поклялся я неизвестно кому. Ответа разумеется не последовало.

Закончив свою тираду, я уложил карту в сумку, закинул ту на плечо и воодушевлённый двинулся дальше. Путь предстоял не близкий, да и не известно сколько он продлится, но одно я знал точно – я дойду до конца.