Chapter 620

Прошло ровно пять минут, когда Аттикус растворился в багровом лесу.

Земля, усыпанная свежими кроваво-красными листьями, напоминала раскинувшееся под ногами море крови.

Он скользил меж теней, появляясь и исчезая, словно призрак. Каждый шаг был рассчитан — ни хруста листвы, ни малейшего звука, что мог бы выдать его присутствие.

За эти пять минут ему уже встретились десятки зверей мастера. Но в отличие от прежних, они держались группами или в опасной близости друг от друга, будто соблюдая негласное перемирие.

"Лесные твари не охотятся друг на друга?.."

Эта мысль показалась Аттикусу абсурдной. Идеальным вариантом для него был бы схватка с территориальным зверем — могучим, но предсказуемым. Такую добычу можно выследить, подкараулить, воспользовавшись моментом слабости.

Но вокруг — ни единого.

"Может, я поторопился с выводами?" — мелькнуло у него в голове. В конце концов, он искал всего пять минут.

Однако, несмотря на все его осторожные маневры, картина не менялась. Чудовищные твари попадались на пути одна за другой, но ни одна не вела себя так, как он ожидал.

Казалось, они существовали в странной гармонии. Или, что более вероятно, что- то удерживало их от естественной вражды.

Воздух был насыщен напряжением. Звери по природе своей — убийцы, а тут вдруг все словно подчинились невидимому закону. Слишком уж подозрительно.

"Здесь что-то не так. Кто-то или что-то управляет ими..."

Аттикус мысленно отметил эту догадку как верную, продолжая путь. И вдруг замер на месте.

"Стоп... Куда это я иду?" Аттикус машинально поднял взгляд на далёкий остроконечный пик. Погружённый в раздумья, он даже не заметил, как шагнул вглубь лесной чащи — нет, он шёл прямо к этой вершине!

"Тяга усиливается..."

Он чувствовал это физически. Теперь зов был куда мощнее, чем в первые дни после прибытия.

Аттикус глубоко вдохнул, сжал кулаки и взял себя в руки. "Чёрт, это было близко. Ещё чуть-чуть — и потерял бы контроль".

Такого больше не должно было повториться.

Оглядевшись, он понял, что забрёл гораздо дальше, чем собирался. Внутренний лес разительно отличался от окраин: деревья стояли чаще и массивнее, а их багряные листья горели, будто выкованные из меди.

Странное дело — казалось, будто лес дышит. По спине Аттикуса пробежали мурашки: неотступное чувство, что за ним следят, не отпускало. Да и зверей здесь почти не было.

Он уже развернулся, чтобы уйти, когда почувствовал приближение чего-то живого. Мгновенно замер и прижался к стволу.

Через несколько секунд из чащи вышел зверь средних размеров.

На фоне других лесных обитателей он выглядел невзрачно, но в нём было что- то... неправильное.

Существо отдалённо напоминало гуманоида, но его пропорции вызывали оторопь. Тонкие, как прутья, руки заканчивались тремя неестественно вытянутыми пальцами.

Зато ноги — массивные, несоразмерно огромные, занимали больше половины тела. Голова-шар сидела на тонкой шее, крохотный рот контрастировал с огромными глазами, налитыми багровой кровью. Всё тело покрывал жёлтый хитиновый панцирь.

Зверь двигался медленно, с хищной грацией. Деревья шелестели листьями, будто кланяясь своему повелителю. Аттикус сразу распознал его уровень — «мастер+».

Очень сильный.

Сложно было поверить, что перед ним всего лишь зверь. Каждое движение существа выдавало расчётливый ум, а взгляд фокусировался с такой осознанностью, которая присуща лишь разумным созданиям.

Не к добру.

Вскоре дурное предчувствие оправдалось. Человекоподобный монстр резко повернул голову и уставился прямо в ту тень, где затаился Аттикус.

Чёрт!

На мгновение его охватила паника, но он тут же взял себя в руки. Спокойно, может, просто совпадение... Однако пальцы уже сжали рукоять катаны.

Их взгляды скрестились. Шелест листьев замер.

Внезапно Аттикус ощутил, как пространство вокруг сжимается, наполняясь незримой угрозой. Инстинкты взревели в его крови, словно боевые горны.

Молекулы огня вспыхнули, окутав его вихрем, и в следующий миг он уже стоял в нескольких метрах от прежнего места.

Тонкие, как копья, корни взметнулись из земли, пронзая пустоту, где только что был Аттикус.

Ледяные голубые глаза встретились с багровым взором чудовища. В жилах закипела ярость, но он сдержался.

Он был здесь один. Второго шанса не будет. Глупости сейчас — смерти подобны. А если не сможет убить его с первого удара? Тишину разорвал оглушительный переполох. Аттикус кожей почувствовал, как к месту событий уже бегут люди.

Бежать. Немедленно.

Воздух сгустился вокруг него, молекулы стихии подхватили его тело и резко рванули вверх. В тот же миг чудовище наконец-то пошевелилось — казалось, оно вовсе не собиралось отпускать свою добычу. Существо лениво подняло одну из своих жалких лапок, и земля содрогнулась в ответ.

Деревья взвыли. Из-под земли, из стволов, из самых ветвей вырвались десятки корней, острых как копья. Они помчались к Аттикусу со скоростью пули, рассекая воздух свистом.

Зрачки Аттикуса сузились — древний инстинкт снова напомнил о себе. Деревья здесь были исполинскими, и даже на такой высоте он не чувствовал себя в безопасности.

Чудовище лишь разомкнуло пальцы — и в тот же миг пространство вокруг Аттикуса превратилось в смертельную ловушку. Со всех сторон на него надвигались корни, готовые пронзить насквозь.

Но если стихии и были хороши в чём-то, так это в том, чтобы творить невозможное.

Недели, проведённые в стихийных святилищах, не прошли даром. Аттикус освоил десятки техник, но свою любимую — мимикрию стихий — не забывал ни на день.

Теперь его движения стали такими же неуловимыми, как порыв ветра в густом лесу. Аттикус рванул вперёд.

Он петлял в воздухе, кувыркался и изворачивался, с ловкостью угря ускользая от острых корней. Ещё рывок — и вот он уже выше крон, наконец-то вырвавшись из лесного плена.

Но передохнуть не удалось. Воздух содрогнулся от рёва.

Аттикус похолодел, увидев, как с разных сторон на него несутся десятки массивных летающих тварей.