Вторая половину апреля, с поездки в Ноборибетсу прошло полгода.

Я стал учеником второго класса старшей школы, но так же любил одинокие путешествия.

— Я дома.

Вернувшись из короткого путешествия, в коридоре я поставил на пол пакеты с сувенирами и рюкзак. Ах, устал.

— О, вернулся, — тут появился моложавый красавчик.

Тсукисима Такеси. Мой отец.

Вообще бесит, что у меня такая родня, но выглядит он и правда классно.

На деле ему уже за сорок, но с виду и тридцати не дашь.

Только и остаётся думать, что он, как и мама принимал какое-то омолаживающее средство.

Работает поваром, сейчас он шеф-повар в известном столичном ресторане японской кухни.

Мой отец слишком уж хорош.

— Ты же в Гунму ездил?

— Да, в Кусатсу. В качестве сувениров взял яйца с горячих источников.

— А, не гёдза?

— Они в Тотиги. Ты же повар, запомни, где какие сувениры.

— Китайская еда — это не моё... И я гёдза хотел.

— Помолчи, будешь жаловаться, я всё сам съем.

— Мог бы я подумать, но сейчас не откажусь от яиц с горячих источников.

Чего? Быстро он переобувается.

Мы чаще общаемся не как отец и сын, а скорее уж как друзья.

Он и так выглядит достаточно молодо, потому общаться просто, но после того, как мамы не стало, мы естественно сблизились. Всё же мы семья.

— Снова ни одной фотографии с тобой?

— А? Это вообще-то моя камера!

Отец без разрешения достал камеру из рюкзака и стал просматривать снимки.

— Здорово, что столько пейзажей, но мог и бы и сам на снимке засветиться.

— Не нужно ничего лишнего на чудесном пейзаже. Я снимаю только идеальные снимки.

— Началось. Заладил про свои «идеалы».

— З-заткнись. Отвали от меня.

— Кайто, у тебя же ничего нет... Ты уже во втором классе старшей школы, но только путешествуешь, у тебя даже друзей нет... Как отец я переживаю, — он озадаченно почесал лоб, но меня это не волновало.

Я подрабатываю и на сэкономленные деньги езжу в путешествия.

Для меня это лучшая школьная жизнь.

— Кайто, понимаю, что ты только вернулся, но нам надо поговорить.

— М? О чём?

— Это важный разговор, — отец выглядел серьёзным. Обычно он ведёт себя довольно безалаберно даже для шеф-повара... Потому это необычно.

— Ладно, но можно хотя бы вещи убрать?

— Да, как закончишь, приходи в гостиную.

— Да, — ответил я, и отец ушёл в гостиную.

... Что ещё за важный разговор?

— У меня важное объявление!

Когда разобрал вещи и сел на диван в гостиной, отец внезапно стал декларировать громким голосом.

Ещё и в бубен застучал.

— Соседей потревожишь. Прекрати.

— А... Д-да. Прости, — поник он. И что он сделать пытался?..

— Так что за важный разговор?

— Э-это, да... — испытывая неловкость, он переминал пальцы.

Ты не девочка, которая в любви признаться собирается, говори уже.

Так я подумал, когда отец наконец заговорил.

— В общем я собираюсь снова жениться.

— ... А, что? — вырвалось у меня, когда я услышал неожиданное известие.

— Я собираюсь снова жениться.

— ... Серьёзно?

— Серьёзно. Ты так удивлён?

— Конечно удивлён. И даже напуган.

Я наконец переварил слова отца.

... Вот как, он снова жениться собрался.

— Что ты думаешь, Кайто? — тревожась, спросил отец.

Обычно он был уверен в себе, но если скажу, что не хочу, чтобы он женился, то возможно он этого не сделает.

Такой уж он человек.

После смерти матери он и работал, и приходил на мои школьные мероприятия, делал всё, чтобы мне не было одиноко.

Потому я не мог выразить словами мою признательность ему.

И хотел, чтобы он был счастлив. Как сын я его благословлял.

— Ты о чём, конечно женись.

— ... Точно? Ты правда не против?

— Нет. И это... Поздравляю, пап, — смущённо проговорил я.

— ... Спасибо, Кайто, — ответил он, когда его глаза стали влажными.

— Эй, эй, только плакать тут не надо.

— Придурок. Это сопли из глаз.

— Это ещё что за гадость?

Пришлось передать ему салфетки, и отец высморкался. Вот же плакса.

— ... Так на ком ты жениться собрался?

— Она очень красивая и добрая женщина. Работает хозяйкой в гостинице на Хоккайдо!

— Ничего себе, хозяйка гостиницы.

Целая хозяйка станет моей мачехой... Ощущаю давление.

— Но если она на Хоккайдо, что со свадьбой? Мы туда поедем?

— Нет, она сама сюда приедет.

— А, тогда как же гостиница? Она же хозяйка? — спросил я, а отец притих.

Что за тяжёлая атмосфера?..

— Вообще-то я после свадьбы думаю уволиться из ресторана и буду работать в гостевом домике.

— А? В гостевом домике?

В ответ отец закивал:

— Она всегда мечтала управлять небольшим гостевым домиком, потому хочет оставить гостиницу на родственников и заняться другим делом. А я хочу помочь воплотить её мечту.

— И потому бросишь работу...

— Проблем я тебе не доставлю, — он посмотрел прямо на меня. И выглядел решительным.

Не доставит проблем...

Это я в основном проблемы доставляю.

Я переживаю, но если отец всё решил...

— Хорошо. Поступай как считаешь нужным.

— Спасибо! Я знал, что ты меня поймёшь! — отец обнял меня.

— И так жарко! Прекрати!

— Вот что значит мой сын, люблю тебя, Кайто.

Бесит... Вырвавшись из его объятий, я пошёл к себе, чтобы немного вздремнуть.

— Точно, Кайто, я забыл сказать тебе ещё три вещи.

— Три вещи?.. И какие?

— После свадьбы мы сменим фамилию, — сказал он нечто шокирующее.

— Сменим фамилию?! И зачем?!

— У нас будет её фамилия. Мы поговорили, и решили, что гостевому дому лучше подойдёт её фамилию. Звучит она лучше, чем «Тсукисима».

— Это я понял, но фамилию-то менять зачем?..

И какая у нас будет фамилия?

Главное, чтобы не какая-нибудь странная...

— И ещё два момента... У неё есть дочь, и они скоро придут увидеться.

— М?! С ней дочь придёт?! Это же важно, надо было сразу сказать! — переполошился я, а отец рассмеялся:

— Да я как-то забыл.

Нашёл над чем смеяться.

— И ты сказал, что они скоро придут, но что если бы я был против брака?

— Я верил в тебя. Так что никаких проблем.

— Были и ещё какие... — я тяжело вдохнул. Ну, это вполне в духе отца.

Пока размышлял, в дверь позвонили.

— Эй, пап, неужели...

— Мы на более позднее время договаривались... — он достал телефон и проверил. — Прости, Кайто, похоже они раньше.

— Хоть бы проверял сообщения.

Вот же беспечный. А я даже ещё переодеться не успел.

В дверь снова позвонили.

— Ну вперёд, Кайто.

— А-ага...

Вместе мы направились в прихожую.

Там дочь будущей супруги отца. Я стану старшим или младшим братом... И всё же. Я всегда хотел брата или сестру и потому даже рад.

— Ува, как же я нервничаю...

— Всё хорошо. Веди себя как обычно.

— Это как раз и сложно...

Не взболтнуть бы чего лишнего.

Первое впечатление очень важно.

— Добро пожаловать!

Отец открыл дверь, и вошла женщина, излучавшая мягкую атмосферу.

Но на ней было роскошное кимоно, прямо ощущалось достоинство.

Она точно его невеста.

Перекинувшись с отцом парой слов, она посмотрела на меня.

— А ты Кайто-сан.

— А, д-да!

— Очень похож на Такеси-сана, так же хорош собой. В будущем из тебя получится чудесный муж.

— С-спасибо.

Было неловко слышать, что я хорош собой и из меня получится чудесный муж, особенно при первой встрече.

Вот что значит бывшая хозяйка гостиницы. Умеет с людьми контакт найти.

— Спасибо, что ты не возражаешь против нашей свадьбы.

— Я-я тоже рад знакомству, это...

— Ах, прости, я не представилась. Меня зовут Фуюнаги Кёка. Но можешь звать меня мамой.

— А-ха-ха... Рад познакомиться, Кёка-сан.

Слишком сложно было вот так сразу называть её мамой, потому я обратился к ней по имени, а Кёка-сан мягко улыбнулась. Довольно напористая, но явно хорошая.

Красивая, всё как говорил отец, красивая и добрая.

... И тут я понял.

Она сказала Фуюнаги? Где-то я слышал эту фамилию...

— Не прячься, тоже поздоровайся, — сказала Кёка-сан, и из-за её спины показалась девушка.

Чёрные шелковистые волосы, ясные глаза, от неё исходила атмосфера Ямато Надесико, где-то моего возраста... Это она?!

— М-меня зовут Фуюнаги Сиори. Умею хорошо готовить. Люблю слушать чужие истории о путешествиях. А, я и сама хочу путешествовать, но пока никуда не ездила...

— ... Фуюнаги, ты что здесь делаешь? — спросил я у Фуюнаги, чьё напряжение подскочило до максимума.

— П-почему тут Тсукисима-кун?!

— Это вообще-то я хотел бы спросить...

Мы озадаченно переговаривались.

— Что, так вы знакомы!

— Когда ты успела познакомиться с Кайто-куном?

Кёка-сан и отец немного удивились.

— Так дочь Кёки-сан — Фуюнаги?

— А ты сын моего нового папы?..

Мы задали друг другу вопросы.

А, понятно. То есть я и Фуюнаги станем семьёй.

... Серьёзно?

Через пару дней Кёка-сан и Фуюнаги вернулись на Хоккайдо и стали готовиться к переезду в Токио, а мы пока подали заявление на заключение брака.

И вот я из Тсукисимы Кайто превратился Фуюнаги Кайто, и стал братом и сестрой с Фуюнаги.

***На третий день как Кёка-сан перебралась к нам. Обычный будний день, я пришёл в школу, сел за своё место и планировал следующее путешествие.

— Вчера в школе был небольшой тест, те, кто плохо написал его, сегодня останутся после занятий.

— Серьёзно?! А я и не знал...

— Я тоже на дополнительные занятия остаюсь.

Ученики вокруг обсуждали тест, я же занимался как полагается, потому у меня был высший балл. Итоги ещё не вывесили, но я и так всё знал.

Что путешествия, что учёба, тут важна подготовка.

Так что я копался в телефоне, решая, куда отправиться дальше.

Хочется на Фудзи-сан посмотреть, может в Яманаси?

Перед этим я побывал в Сидзуоке, потому увижу Фудзи-сан с другой сторону.

И пока размышлял, что-то врезалось в мою руку.

— О, прости, прости.

Передо мной извинился ставший с этого года моим одноклассником жизнерадостный парень Хирата-кун.

— Да никаких проблем.

— Правда, прости, Тсукисима.

— Говорю же, всё нормально. И ещё... Я теперь не Тсукисима...

— Тсукисима, тебе нравится караоке? Я с друзьями собрался, не хочешь с нами?

Я так и не смог сказать, что сменил фамилию, а он продолжил говорить и пригласил меня в караоке.

Нас не назвать друзьями, но вот какие общительные парни вроде Хираты-куна.

— Прости, я сегодня работаю.

— Хм, вот как. Тогда позову в другой раз, — сказал он и вернулся на своё место.

Он уже три раза меня звал, и я три раза отказывался.

На первом году парень вроде него тоже звал одиночку вроде меня.

Но и ему я отказывал, так что он перестал звать меня, и сейчас будет так же. Когда постоянно отказываешь, начинают понимать, что звать бессмысленно.

Но меня всё устраивает.

Я в будние дни и правда работаю, а в выходные лучше отправлюсь в путешествие, чем пойду веселиться с кем-то.

Немного неловко перед теми, кто меня зовёт, но мне в моей школьной жизни нет нужны веселиться с одноклассниками.

Вот и перед Хиратой-куном немного неловко, но я сейчас ищу достопримечательности в Яманаси.

— Так, все по местам.

Пока размышлял об этом, дверь отрылась и вошёл наш классный.

Сегодня он рановато... А, вот в чём дело.

— У нас переведённая ученица, — заговорил он, и мои удивлённые одноклассники начали перешёптываться.

Обсуждали, кто это, парень или девушка, и как выглядит.

— Прошу, заходи, — обратился мужчина, и дверь вновь открылась.

В кабинет вошла девушка с чёрными волосами, настоящая Ямато Надесико... Фуюнаги.

Кёка-сан сказала, что сегодня она пойдёт в школу, но я не думал, что её переведут в мой класс.

— Фуюнаги Сиори, переехала сюда с Хоккайдо. Рада познакомиться, — она элегантно поклонилась как бывшая молодая хозяйка.

Наши парни, да и девчонки тоже засмотрелись на неё.

Учитель сказал, где ей сесть, и начался классный час.

Он прошёл обыденно, классный покинул кабинет, и все собрались вокруг Фуюнаги.

— Фуюнаги-сан, чем ты увлекаешься?

— Пойдём вместе повеселимся после занятий!

— Можно звать тебя Сиори-тян?

— Посоветуешь какие-нибудь места на Хоккайдо?

— Сиори-тян, ты такая милая!

— Если что-то будет не понятно, обращайся к нам!

В первый день она оказалась очень популярна.

... Но это ничего, что её окружили?

— Так! Популярные места на Хоккайдо...

Но Фуюнаги улыбалась им. Похоже я зря волновался.

Вот что значит бывшая молодая хозяйка. Умение общаться у неё в крови.

С её навыками в первый день в новой школе ей совсем не трудно, она смогла поладить с большей частью одноклассников.

Кстати, в конце классного часа классный сказал, что у меня сменилась фамилия, но все были так увлечены Фуюнаги, что его совсем не слушали, потому никто не заметил, что у нас одна фамилия.

... Так меня ещё какое-то время будут звать Тсукисима.

***С тех пор, как Фуюнаги перебрались в Токио, прошло две недели.

Заключив брак, отец и Кёка-сан начали своё дело... Они открыли «Фуюнаги», изакая, где можно было заночевать, у них уже были постоянные клиенты, и с управлением они справлялись.

Для этого они реконструировали старый дом в столице, все расходы взяла на себя Кёка-сан. Похоже копила деньги ради своей мечты.

Фуюнаги в школе вполне нравилось, она уже вписалась в коллектив.

— Отправлюсь на озеро Кавагути...

Как-то в выходной. Я решил, что отправлюсь на озеро Кавагути в Яманаси, и вот с телефона проверял транспорт и цены. В сети писали, что оттуда великолепный вид на Фудзи-сан.

Сейчас отец и Кёка-сан работали в «Фуюнаги», так что дома их не было.

Мы жили не в «Фуюнаги», а остались в нашем старом доме. Если бы перебрались в «Фуюнаги», то добираться до школы было бы дольше, потому мы отказались от этой идеи.

Но отец и Кёка-сан не проводили на работе всё время, когда наступал вечер, они оставляли заведение на сотрудников, а сами возвращались домой. Скорее всего, потому что не хотели, чтобы я и Фуюнаги испытывали одиночество.

Потому ужинали мы всей семьёй.

— Доброе утро, ты рано.

Пока я составлял маршрут поездки в Яманаси, в гостиную вошла Фуюнаги.

Она была в просторной домашней одежде, так сильно контрастировавшей с той, в чём я видел её в гостинице, я даже на несколько секунд засмотрелся, какая она была милая.

... И чего я пялюсь на девушку, которая стала членом моей семьи, это же мерзко.

Кстати, как они к нам заселились, Фуюнаги стала жить на втором этаже, а я в соседней комнате. Отец и Кёка-сан заняли родительскую спальню на первом этаже.

Комната Фуюнаги раньше была свободной, а в родительской комнате раньше жил один отец.

Когда мама была жива, они жили в комнате на втором этаже, сейчас в ней хранятся её памятные вещи, и комнату никто не использует.

Наша новая семейная жизнь началась две недели назад, но каких-то проблем у нас нет.

Кёка-сан добрая, готовит хорошо, и с Фуюнаги я сдружился.

Я узнал её ещё когда встретил в гостинице в Ноборибетсу, потому знал, что проблем с ней не будет.

Так что наша новая жизнь протекала вполне неплохо.

— Ты тоже рано, Фуюнаги.

— Когда работала в гостинице, вставала ещё раньше. Так что привычка сохранилась, — она осмотрелась вокруг. — А где мама и Такеси-сан?

— В гостевом доме.

— В-вот как...

— Хотела помочь? — спросил я, а девушка покачала головой:

— Хотела бы, но мама точно будет против.

— Да?..

В гостинице она была молодой хозяйкой, потому я думал, что она и тут работать будет... Но похоже ошибся.

— С-слушай, Тсукисима-кун. Я бы... Хотела с тобой поговорить... — голос Фуюнаги был немного напряжённым.

— Что? И я уже не Тсукисима.

— Т-точно. Но ты сам меня зовёшь Фуюнаги.

— Так ты Фуюнаги.

— И ты тоже Фуюнаги.

— ... Верно.

Нам было неловко обращаться друг к другу. Мы теперь брат и сестра, но я пока не привык оставаться дома наедине с девушкой, потому испытывал неловкость.

Кстати, день рождения Фуюнаги позже, чем у меня, так что хоть мы ровесники, но она моя младшая сестра.

— Давай обращаться друг к другу по имени! Я буду звать тебя Кайто-кун!

— Н-ну, только это нам и остаётся.

Когда она назвала меня по имени, моё сердце забилось быстрее.

Наверное ровесница впервые обращается ко мне по имени.

— Кайто-кун, и ты зови меня по имени.

— А, н-ну тогда... Сиори.

— М! Д-да! Вот так! — краснея, девушка похвалила меня. Понимаю её чувства, потому и не виню, но из-за этого и мне теперь немного стыдно.

— Т-ты говорила, что о чём-то поговорить хочешь, так о чём?

— Так вот... Я бы хотела тебя попросить.

— Попросить?.. А, хочешь, чтобы я рассказал про свои путешествия? Ты говорила об этом в Ноборибетсу.

— Н-нет. Конечно я хочу тебя послушать, но в этот раз речь не о том... — Сиори похоже было тяжело говорить. Так о чём же она хочет меня попросить?..

Мне было немного тревожно, и вот девушка заговорила.

— Я-я хочу, чтобы ты взял меня в своё путешествие!

Сообщив это, она указала на мой телефон.

— Ты же сказал, что собираешься на озеро Кавагути.

— Да, собираюсь туда... Так ты слышала?

— Мог бы ты... Взять меня с собой в путешествие? — спросила Сиори. Тогда в гостинице, она рассказывала, что её отец-фотограф любил путешествовать, потому и она сама хочет путешествовать.

— Почему ты хочешь поехать со мной? Могла бы и одна съездить.

— Знаешь, Кайто-кун. Об этом трудно говорить, но скорее всего среди старшеклассников только ты в одиночку путешествуешь.

— ... Ну да.

Она никогда не видела моих ровесников-путешественников, Сиори работала в гостинице, потому тут не поспоришь.

— К тому же я любительница в путешествиях, а ты мой ровесник и часто путешествуешь, потому мог бы многое мне рассказать...

Она была занята работой в гостинице, потому не ездила на школьные экскурсии.

— Так что? Ты возьмёшь меня в путешествие? — с беспокойством спросила Сиори.

Ещё в той гостинице я понял, что она хочет отправиться в путешествие.

Но...

— Прости, но я не могу взять тебя в путешествие.

В следующий миг её прекрасные глаза открылись шире, а потом она опустила голову.

— Никак нельзя?

— Никак.

— Я тебе правда не помешаю!

— Всё равно нельзя.

Она продолжала просить, но я был непреклонен.

— Это... Можно узнать причину? — расстроенным голосом спросила Сиори.

Немного подумав, я ответил ей:

— Когда мне никто не мешает, я могу ходить куда хочу... Путешествие в одиночку — самое лучшее. Потому я не хочу.

После моих слов девушка напряжённо задумалась.

И вот ей что-то пришло в голову...

— Т-тогда я будто случайно встречусь тебе в твоём одиночном путешествии... Будет одиночное путешествие, но вдвоём! Можешь не обращать на меня внимание и наслаждаться своим одиноким путешествием! Так что возьми меня с собой! — продолжала она убеждать меня.

Но что бы девушка ни говорила, соглашаться я не думал.

— Прости. Какой бы ни была причина, я не могу взять тебя с собой.

— ...Вот как.

Поняв, что всё бесполезно, Сиори поникла.

Она выглядела такой расстроенной, что у меня в груди кольнуло.

Но пусть я был виноват, я не думал брать её с собой.

— Сиори... Ты прости.

— Нет, если ты не хочешь, то ладно. Похоже тебе и правда нравится путешествовать одному. И я не хочу тебе мешать, — сказав это, она расстроенно вздохнула.

— Но ты можешь позвать подругу из класса и куда-нибудь съездить, — в том числе думая так, я и отказал ей. Она ведь довольно популярна в классе.

— ... В этом нет смысла, — пробормотала Сиори... Какого ещё смысла?

— Пойду умываться.

Я так и не задал вопрос, а Сиори ушла в ванную. Ничего я не понял...

Я раскрыл кулон, висевший у меня на шее.

— Всё же не могу я взять её с собой в путешествие, — говорил я, глядя на фото мамы.

Я не сказал Сиори о ещё одной причине, почему я не могу отправиться в путешествие с ней.

И это...

Семь лет назад. Тогда я ещё был в четвёртом классе начальной школы, а мама всё ещё была жива.

У неё всегда было слабое здоровье, и она постоянно лежала в больнице.

Она всегда была доброй и любящей.

— Мама! Сегодня я тоже получил высший балл!

Однажды в больнице. Я вошёл в палату мамы и начал громко хвастаться.

Чтобы не позволять ей волноваться, я старательно занимался.

Возможно моё стремление довести всё до совершенства связано с этим.

— Ах, вот как. Какой ты умный, Кайто, — мама мягко улыбнулась и погладила меня по голове.

Всё же я отчитался о своих успехах.

— Мама, а ты как? Всё хорошо?

— Да, всё хорошо. Увидела тебя, и мне сразу стало лучше.

— Правда?!

— Правда, спасибо тебе за это.

Тёплые слова мамы обрадовали меня и заставили улыбнуться.

— Но ты не обязан приходить каждый день. Играй и с друзьями иногда.

— Ты о чём? Пока ты не поправишься, для меня важнее ходить к тебе, а не с друзьями играть. Семья ведь важнее всего, такова заповедь нашей семьи!

— Ну да... Но эта заповедь появилась, когда ты родился, — слегка озадаченно сказала мама.

Но кто бы что ни сказал, я буду и дальше ходить в больницу. Папа занят на работе, вот и не может часто к ней ходить.

Потому я не могу позволить маме испытывать одиночество!

— Точно! Мы поедем в школьную поездку!

— Вот как? Как интересно!

— Да! Я накуплю кучу сувениров!

— Ах, как здорово. Тогда буду ждать очень-очень сильно!

Её слова вызвали у меня улыбку, и она тоже улыбнулась.

— И всё же школьная поездка. Я бы тоже хотела отправиться с тобой и твоим отцом в путешествие, — глядя в окно, проговорила мама.

Из-за её слабого здоровья мы ни разу никуда не ездили всей семьёй.

Но я представлял, как мы все вместе куда-нибудь поедем... И мне нравилась эта мысль.

— Я тоже хочу съездить куда-нибудь вместе! Давай съездим! — едва не запрыгивая на кровать, сказал я, а мама удивилась, а потом нежно улыбнулась.

— Да! Чтобы отправиться вместе в путешествие, я должна выздороветь!

— Ага! Объездим всю Японию!

— Хи-хи, всю Японию. Было бы здорово! Я постараюсь и поправлюсь! — мама приняла крутую позу.

Выглядела она хорошо, и я думал, что таким темпом скоро мы сможем отправиться в семейное путешествие.

Но в итоге мы никуда не смогли поехать всей семьёй.

Чтобы сдержать данное обещание, я вложил в кулон мамину фотографию и стал колесить по всей стране.

И мне не хотелось, чтобы кто-то вмешивался в осуществление данного обещания.

Потому я всегда путешествовал один.

Можно было бы поехать с отцом, но он что тогда, что сейчас был занят на работе, потому я хотел, чтобы он отдыхал, и вместе мы ни разу никуда не ездили.

Ну, мне и правда нравится путешествовать одному, одиночные путешествия совершенны, потому я только за.

По этой причине я и не мог поехать вместе с Сиори.

— Прости, Сиори, но ты ведь популярна, и можешь поехать, позвав ребят из класса.

Так я думал, но девушка сказала, что в этом нет смысла.

Какого смысла нет?.. Наверняка за этим ещё что-то стоит.

В общем я продолжил планировать своё путешествие в Яманаси.

Пялясь в телефон, я почти два часа планировал свою поездку.

Побываю на горячих источниках и осмотрю другие достопримечательности, отлично всё продумал.

Быстрее бы следующие выходные!

План путешествия получился просто отличным, я даже возбудился.

Вот за такое волнение я и люблю путешествовать один.

... Но даже при этом я всё ещё не мог выкинуть Сиори из головы.

***— Я дома.

Несколько дней спустя.

Я купил всё необходимое для поездки в Яманаси и вернулся домой, и за порогом стояла пришедшая чуть раньше Сиори.

«А».

Мы оба удивились, посмотрев друг другу в глаза.

Несколько секунд висела неловкость...

— ... С возвращением.

— А-ага. Я дома.

После пары слов Сиори сбежала на второй этаж.

Последние дни между нами была вот такая неловкость.

С тех пор как я отказал ей, мы общались по минимуму... И каждый день было тяжело. Теперь я понимаю, каково братьям и сёстрам после ссоры. Хотя мы и не ссорились.

— Ах, Кайто-сан, с возвращением.

Я погрузился в собственные мысли, и из гостиной вышла Кёка-сан.

— Кёка-сан, я дома. Как дела в гостевом доме?

— Сегодня выходной. Не работать же каждый день без выходных.

С её слов в первую половину дня у неё с отцом было свидание, а во вторую они отдыхали. Папа похоже всё ещё спал.

Ведь и правда, с тех пор, как открыли своё дело, они вообще не отдыхали.

— Скажи-ка, Сиори что-то сделала?

— А, нет, ничего...

— Вот как? Просто вы довольно странно ведёте себя в последнее время... — с беспокойством говорила Кёка-сан. Всё же заметила.

Не хотелось заставлять её переживать, но у меня никогда сестры не было, потому я не знал, как со всем разобраться...

— Прости, Кайто-сан.

— А, да, что такое?

— Я бы хотела кое-что отдать Сиори, мог бы отнести ей?

— ... Мне отнести?

— Я очень устала, и если не прилягу, прямо тут и завялюсь. Могу я на тебя положиться? — она с хитринкой улыбнулась. Хотела силком помирить нас... Но это была её обязанность, и возразить ей я не мог.

— Хорошо. Я передам.

— Спасибо. А, и пусть вы не родные, ты же на неё не набросишься?

— М?! К-конечно же нет! — я повысил голос, и Кёка-сан захихикала.

С отцом у меня таких разговоров не было.

— Мне это передать?..

Взял вещицу у Кёки-сан, я подошёл к комнате Сиори на втором этаже.

Это отказался плюшевый Будда. Ещё и с рожей странной. Его отец купил во время свидания, мне тоже достался подарок, он уже в моей комнате. Кёка-сан сказала, что Сиори нравится Будда.

Старшекласснице Будда нравится, довольно необычно...

— Сиори... Кёка-сан просила передать, можешь выйти? — спросил я, стоя перед дверью... Но ответа не последовало.

Неужели игнорирует?

— Эй, ты там? Сиори-сан, ты у себя?

Я продолжал звать, но она не отвечала.

Неужели настолько меня ненавидит? Вот это шок...

Хотя может в наушниках музыку слушает или спит...

Бам!

Тут что-то упало. Звук разнёсся из комнаты девушки.

— Эй, у тебя там что-то тяжёлое упало, всё хорошо? — с тревогой спросил я, но ответа вновь не было.

Эй, эй, точно всё хорошо? Но могу ли я войти в комнату девушки?..

Но вдруг что-то случилось!

— Сиори, я захожу!

Я открыл дверь и вошёл в комнату Сиори.

На глаза сразу же попалась милая розовая кровать и спавшая на ней Сиори.

Рядом с ней сидело пять плюшевых игрушек Будды.

— ... Что, так она спит.

Значит зря переживал.

То есть она меня не игнорировала.

Тогда тот шум...

Я осмотрелся и увидел на полу лежавшую раскрытой толстую книгу.

Довольно увесистая, наверняка это она упала. Похоже выпала из руки Сиори, скорее всего девушка уснула, пока читала.

— Толстая, что она там читала?

Я подобрал книгу и увидел на открытой странице вечерний пейзаж. А рядом были подписи.

Я знал его, видел на сайтах с достопримечательностями. Вечерняя Хакодате на Хоккайдо.

Но Сиори ведь ни разу никуда не путешествовала...

Я посмотрел на обложку, на ней было написано «Дневник путешествий», а ещё значилось имя — «Фуюнаги Акито».

Неужели она отца Сиори?

— ... М-м.

Девушка на кровати заворочалась.

Нельзя, чтобы она узнала, что я без спроса в её комнату входил. Ещё и заглянул в дневник её отца... Надо отсюда уходить!

Я собирался положить дневник на кровать. Просто как-то неправильно его на полу оставлять, а если положу ещё куда-то, она поймёт, что кто-то заходил.

Я подошёл к кровати.

И... Увидел слёзы у неё в глазах.

— М?!

Я удивился и споткнулся на ровном месте.

И чуть было не завалился на Сиори... Но успел опереться на кровать. В итоге отказался от неё всего в паре сантиметров.

О-опасно было... Ещё бы чуть-чуть, и случилась беда.

Но в итоге получилось её избежать.

— К-Кайто-кун, ч-что ты делаешь?..

Только я так подумал, как вдруг Сиори проснулась.

... И почему именно сейчас?

— Успокойся, Сиори. Ты всё не так поняла.

— Н-не так поняла, т-ты ведь без спроса вошёл в мою комнату... И на кровать лезешь...

— Погоди. Я никуда не лезу.

Я хотел оправдаться, а Сиори не слушала меня и на глазах краснела.

— ... Ва.

— Ва? Это что? — спросил я, и тут Сиори оттолкнула меня.

— Ай?!

Я даже с кровати слетел.

— Ваще-то стыдно!

Прикрывая красное лицо руками, она вылетела из комнаты.

... Это диалект Хоккайдо был?

— Кайто-кун, Сиори выбежала вся красная, ты набросился на неё? — тут появилась Кёка-сан.

— Всё не так. Кое-что случилось, но я не бросался на неё.

— Хи-хи, я шучу, — посмеявшись, она посмотрела на что-то.

Я проследил и понял, что она смотрела на дневник в моих руках.

— Он был в комнате Сиори?

— А... Д-да.

— Вот как... Значит он всё ещё у неё.

Женщина выглядела слегка озадаченной, но радостной.

— Это дневник отца Сиори?

— Да. Акито-сан очень любил путешествовать, когда возвращался, обязательно записывал всё в дневник.

— Ну... Я слышал от неё, что отец Сиори любил путешествовать. И из-за него она и сама хочет путешествовать.

В гостинице в Ноборибетсу... В «Нагиноя» девушка сама рассказала, когда я остановился там.

Кстати, мы рассказали родителям о том, что познакомились там.

Вначале они удивились, но в итоге только порадовались тому, что дела у новой семьи сразу же пошли хорошо... Хотя мне не кажется, что всё так уж хорошо.

— Ах, вот как... Ты слышал про дневник?

— Что?

Разве это не обычный дневник путешествий?

Потому что я считал так, Кёка-сан осторожно заговорила:

— Сиори узнала, где был Акито-сан, что он видел, какие чувства испытывал... И чтобы знать, где он побывал, ей захотелось побывать в местах из дневника.

— Чтобы узнать про путешествия отца?..

Я впервые слышал об этом. Я думал, что она просто хочет путешествовать, ведь её собственный отец путешествовал, так она сама тогда сказала.

— Пока работала в гостинице, Сиори постоянно читала дневник. Но как ты сам знаешь, она была занята, будучи молодой хозяйкой, и ей было не до путешествий.

Потом Кёка-сан решила выйти замуж на моего отца, они оставили управление «Нагиноя» на родственников, а сами перебрались в Токио.

Отчасти, потому что она не хотела тянуть нас на север, а ещё хотела выкроить время на путешествия с Сиори.

Кёка-сан сказала ей, что собралась замуж, и предложила проехаться по местам из дневника, но Сиори велела осуществить свою мечту.

Сиори было известно, что мать хотела открыть свой гостевой домик, для этого она копила деньги.

— Я хотела помочь Сиори, а в итоге она поддержала мою мечту.

Что бы ни говорила, девушка всё повторяла: «Я хочу, чтобы мама исполнила свою мечту».

В итоге женщина начала своё дело с моим отцом.

— Так что я решила, что теперь она работать не будет. Хочу, чтобы она занималась тем, чем ей самой хочется.

— Я слышал, как вы говорили об этом.

— ... Она у меня настоящая дурочка, — сказала Кёка-сан и мягко улыбнулась.

И Сиори, и Кёка-сан друг друга очень любят.

— Я хочу, чтобы она отправилась в путешествие... — Слегка озадаченно говорила она.

Значит Сиори ставит на первое место мечту матери... Вот уж не знал.

Я перевёл взгляд на дневник в руке.

Я всё думал о том, почему она хотела отправиться в путешествие со мной, но теперь начинаю понимать.

Она сказала, что нет никакого смысла, если она поедет с одноклассниками.

Если взглянуть на дневник, то вполне можно понять, почему она хотела поехать со мной.

И в зависимости от причины я могу ещё раз подумать о её просьбе.

— Это, Кёка-сан, понимаю, что это немного неуместно, но можно одолжить дневник?

— Дневник? А... Зачем? — с лёгким беспокойством поинтересовалась женщина.

Ну конечно. Этот дневник — память Сиори об отце.

— Хочу просмотреть, или нельзя? Я верну его до возвращения Сиори.

Кёка-сан приложила руку к подбородку и задумалась.

— ... Хорошо. Можешь просмотреть.

— Спасибо, — поблагодарил я и вместе с дневником покинул комнату Сиори.

— Ничего себе, — вырвалось у меня, пока я сидел у себя на стуле и просматривал дневник.

От страницы к странице я видел сияющее изумрудное море, накрытые снежной шапкой высокие горы, в дневнике были фотографии чудесных мест со всего мира, здесь же были и подписи автора о путешествиях.

Прочитав дневник, я понял, как сильно отцу Сиори нравилось путешествовать.

Я прекрасно мог понять очарование тех мест, что он описывал.

Думаю, отец девушки мог любому объяснить, как здорово путешествовать.

Потому-то Сиори, слышавшая его истории, сама хочет отправиться в путешествия.

... Но это не вся причина, почему ей хочется поехать в путешествия.

Я вспомнил, что сказала недавно Кёка-сан.

Что Сиори хочет отправиться в путешествия, чтобы узнать, каким же были путешествия её отца.

Когда отказал ей, я предложил поехать с одноклассницами, а она ответила, что в этом нет смысла, и я только сейчас понял смысл этих слов.

В дневнике отца Сиори было бесчисленное множество мест.

Даже если не получится побывать во всех, хотелось бы объездить побольше. Если иногда ездить с друзьями, даже малой части мест не увидеть.

Она понимает, что для того, чтобы понять чувства отца к путешествиям, нужен не тот, кто почти не путешествует, а тот, кто уже привычен к этому.

Потому Сиори и напрашивалась ко мне, то есть к тому, кто уже путешествовал много раз.

— Чтобы узнать о путешествиях отца, она сама хочет отправиться в путь.

Я езжу в путешествия, чтобы сдержать обещание, данное маме, и потому понимаю чувства девушки.

То, как сильно ей хочется поехать.

— Отлично, — я поднялся и достал книгу из своего рюкзака.

Путеводитель по Яманаси, который я купил после занятий.

Я вернул его на полку и решил ещё немного почитать дневник отца Сиори.

***Следующим утром я шёл через жилой район в школу.

Обычно я шёл в тишине один, но в этот раз всё было иначе.

— ... Слушай, Кайто-кун.

— М? Что такое?

— Ну... Почему мы вместе идём в школу?

— Потому что я предложил.

— Ну да... — испытывая неловкость, ответила девушка.

Да. Рядом со мной была Сиори. Я предложил пойти в школу вместе, переживал, что она откажет, но девушка согласилась.

— Если честно, я хотел с тобой поговорить.

— ... А нельзя было сделать это дома?

— При отце и Кёке-сан трудно говорить о таком.

— М?! При них трудно говорить?..

— Верно. И в школе при одноклассниках не смог бы поговорить.

— В-вот как...

Лицо ответившей Сиори было напряжено.

Она ведёт себя немного странно... Но когда я перейду к делу, она станет такой же как обычно.

— Так вот, я хотел поговорить...

— Кайто-кун! Подожди! Стоп, стоп! — внезапно она выставила руки и остановила меня.

Ч-что? Чего это она?

— Успокойся, Кайто-кун! Пусть и не родные, но мы брат и сестра.

— А-ага. Не родные, но мы брат и сестра.

Чего она об этом сейчас заговорила?

— Да! Так что даже если я тебе нравлюсь, встречаться мы... Ни в коем случае не можем!

— ... А?

Она сказала, что я её люблю...

Я же не ослышался?

— ... Сиори, ты всё совершенно не так поняла.

— Вот уж не думаю! Ты ведь признаться мне собирался?!

— Ты точно всё не так поняла! Я не собирался тебе признаваться.

— ... А? — захлопала глазами девушка. Хотя это мне бы тут ими хлопать.

— С чего ты вообще решила, что я тебе признаться собрался?

— Просто вчера ты ведь полез ко мне на кровать, разве ты сделал это не потому, что я тебе нравлюсь?

— А, вот ты о чём? За это... Прости.

Это точно моя вина, потому я и извинился. Хотя я и не пытался на кровать её залезть.

— Повторюсь: я в тебя не влюблён, так что можешь расслабиться.

— ... Не влюблён, тогда почему сделал это?

— Э-это, ну... Потом на колени встану, потому просто прости.

Я объяснил, что вчера случилось, и Сиори наконец поняла.

И вот я смог перейти к главной теме.

— То, о чём я бы хотел с тобой поговорит... Ты чего лицо прячешь?

— Просто я ведь так ошиблась. Хочу закопаться в снег на Хоккайдо и превратиться в снежную бабу...

Хоть девушка и прятала руками лицо, у неё даже уши были красными.

Если её сейчас взять на Хоккайдо, она и правда там может снежной бабой стать.

— Прости, что не дала договорить... Так о чём ты хочешь поговорить?

— Да, по этому поводу... О том, что раньше было...

Выглядела она рассеянной... Похоже не слушает особо.

— Ты говорила, что хочешь поехать в путешествие со мной.

— Д-да. Но ты мне отказал.

— Да, точно... Это...

Странно, думал, что сказать будет проще.

Хотя если так подумать, я вот так впервые говорю с девушкой, потому и нервничаю.

— Кайто-кун? — в глазах Сиори была озадаченность.

А я вспомнил слёзы в её глазах.

Наверняка она читала дневник отца и заплакала.

Всё же Сиори очень его любит.

Вначале я и правда ей отказал, но теперь мне немного хочется ей помочь.

И потому...

— Так вот... Не хочешь поехать со мной в путешествие?

Всё ещё нервничая, спросил я, а девушка перестала двигаться, будто время остановилось.

Я уже начал волноваться, но вот она пришла в себя.

— Я-я правда смогу поехать с тобой в путешествие?..

— Ага. Но как ты сама предлагала, это одиночное путешествие, куда мы поедем вместе... Там я тебя оставлю и буду заниматься тем, чем захочу, — заявил я, а Сиори внезапно приблизилась.

— Меня устраивает! Кайто-кун, спасибо тебе! — она схватила меня за руки и стала благодарить.

Улыбка на её лице была самой настоящей.

А у меня сердце тут же забилось быстрее от внезапного прикосновения.

— Но почему? Ты же не хотел...

— Э-это... Прости, Сиори. Я заранее должен перед тобой извиниться.

Она захлопала глазами.

Я рассказал о том, что читал дневник её отца, и о том, что знаю, что Сиори хочет побывать в местах, описанных в дневнике, чтобы узнать, на что были похожи путешествия её отца.

— Вот как... Так ты всё знаешь.

— Прости, без твоего разрешения я прочитал дневник твоего отца.

— Нет, ничего. Он бы наверняка обрадовался, если бы узнал, что его прочитал такой же любитель путешествий, как и он, — нежно улыбнувшись, сказала девушка.

— Но почему ты не рассказала о дневнике, когда попросила взять тебя с собой? Тогда я бы подумал...

— Если бы рассказала, это выглядело бы так, будто я тебя использую, — понурив голову, виновато сказала Сиори. — Сразу скажу: я хочу знать, в какие путешествия отправлялся папа и какие чувства испытывал, но в то же время мне хочется отправиться в путешествие с тобой!

— Да? Больше похоже, что я просто удачно подвернулся для твоей цели...

— Это не так! Мне очень понравилось слушать твои истории в «Нагиноя»! И я уверена, что если поеду с тобой, тоже будет весело!

С каждым словом Сиори приближалась на шаг.

В итоге её красивое лицо оказалось прямо передо мной, и сердце у меня начало биться быстрее.

Не смей возбуждаться от того, что сестра близко подошла. Ты же её брат.

— Приятно слышать твои слова... Но как мы уже говорили, это одиночное путешествие, куда мы поедем вдвоём.

То есть мы отправимся в одно место, но наслаждаться осмотром будем по отдельности.

Она просто предлагала считать это одиночным путешествием, но детали определю я. На уступки в одиночных путешествиях я не пойду.

... Так я сказал Сиори.

— Значит у нас «одиночные путешествия на двоих»!

— Одиночные на двоих?.. И это как?

— Мы вдвоём едем в одиночные путешествия. Потому у нас «Одиночные путешествия на двоих»! — она самоуверенно улыбнулась.

Неплохо придумано... И всё же почему-то бесит.

— Надо же. Я думал, ты что-то возражать будешь.

— Я уже говорила, что с моей стороны ничего такого не будет. К тому же если мы сможем насладиться достопримечательностями, не так важно, чем я буду заниматься между этим!

— Ну да...

Не очень мне нравится, как это прозвучало.

— Эй, Кайто-кун, давай отправимся в весёлое путешествие!

— Я ещё не всё спланировал... Ты торопишь события.

— А, ты же на озеро Кавагути собрался.

— В дневнике твоего отца сказано, что он туда зимой ездил. Значит нет смысла приезжать туда в другое время года.

Когда сказал это, девушка захлопала глазами.

— Что за реакция такая?

— Д-да нет. Просто... Подумала, что ты обо мне думаешь.

— М! П-просто я хочу, чтобы любое путешествие было идеальным! Потому для меня это естественно, предупреждаю: это не ради тебя! А ради меня самого! — решительно и громко сказал я, а лицо начало краснеть.

И Сиори тоже начала краснеть.

— Буду ждать путешествие с Кайто-куном.

— ... Н-ну да.

— Да! Точно! — всё ещё красная, она улыбнулась.

... Чёрт, хоть и сестра, но такая милая.

— Ну... Разговор окончен, а теперь в школу.

— Да! Идём!

Обрадованная тем, что отправится в путешествие, Сиори что-то мырлыкала по пути.

И вчерашней неловкости не ощущалось.

... Ну и слава богу.

Вот так я и Сиори отправимся вдвоём... Точнее в «одиночные путешествия для двоих».