— Сейчас она не понимает, что вы её отец, и всё ещё считает, что вы лишите её сил.

— Я сказал ей, что этого не случится, но её нелегко переубедить.

— Значит, вы говорили неубедительно.

Салливан ясно выразила свои чувства.

— Не вытащить, не взять? Слишком банально. Вы должны сказать ей так, чтобы она была уверена в том, что вы не лжёте. Девочка считает, что все люди в мире хотят её силу.

Когда бы Иванна ни встречала кого-нибудь, она всегда спрашивала, не хочет ли этот человек забрать её силу.

— Она, должно быть, ужасно страдала в течении этих двух лет, настолько, что ход её мыслей полностью исказился. Сейчас такому ребенку нужна абсолютная уверенность, а не утешение или комфорт. Первое, что нужно сделать, это как можно быстрее забыть эти два года.

— Не утешение или успокоение, а уверенность.

— Вы не должны просто отпустить ее руку и просто наблюдать только потому, что она боится людей. Пожалуйста, дайте ей понять, что не все люди страшные, а иные могут быть нежными и милыми.

— Она заплакала от страха, когда я к ней подошёл.

— Не стоит сразу же подходить к девочке. Я хочу сказать, что нужно сокращать расстояние постепенно. Используйте то, что нравится юной леди, чтобы узнать её лучше.

Любимая игрушка Иванны - Мяу, сделанная Луизой, а ещё ей нравится клубника.

Это всё, что знал Данте. Он чувствовал себя очень жалким отцом.

— Единственное, что сейчас привлекает её внимание, это вопросы, связанные с матерью.

Луиза Хьюгор.

Глаза Данте дрогнули при упоминании имени его пропавшей возлюбленной.

— Именно вы сейчас лучше всех знаете о лорде Хьюгор в этом особняке. Более того, вы отец юной леди.

— …

— Пожалуйста, расскажите ей побольше о матери. Эту историю можете рассказать только вы, сэр. Не имеет значения, если это что-то банальное. Пожалуйста, сделайте так, чтобы она чувствовала себя спокойно.

После того как Луиза исчезла, Данте охватили гнев, тревога и смятение.

Может ли быть так, что кто-то, жаждущий её силы, похитил ее, и она страдает, так как сила вытягивается в данный момент?

Чем больше он думал и беспокоился о ней, тем больше злился. Ему было больно и горько от того, что он ничего не мог сделать.

Данте был настолько зол, что даже близнецы дрожали, чувствуя гнев отца.

Так было и сейчас, шесть лет спустя. Всякий раз, когда он вспоминал о Луизе, в памяти всплывало не только счастье, но и боль.

Однако он готов вернуть эти воспоминания настолько, насколько это возможно для своей  дочери, которая потеряла мать и должна была жить одна, испытывая ужасную боль.

"Боль, которую я ощущал, была не такой мучительной, как боль Иванны."

Это был его грех за то, что он провел шесть лет, не зная, что у него родился ребенок, который жил в муках.

В ту ночь Данте снова искал её.

Иванна и сегодня сидела на корточках в углу комнаты, и только Мяу на ее руках давало тепло.

— Иванна...

Девочка с шорохом поднялась. Данте всё ещё не знал ни истинного цвета её волос, ни цвета глаз, скрытых под волосами.

Он хотел знать, похожа Иванна на Луизу или же на него.

— Ты пришел забрать мою силу?

То, что сказала Салливан, было правдой.

Иванна все ещё не считала Данте своим отцом и не верила, что он не заберёт её силу.

Это было ужасно.

— Нет, я пришёл не за этим.

— Тогда, когда ты это сделаешь?

Сердце Данте упало.

— Все забирали её в первый день моего приезда, когда же ты сделаешь это?

— Этого никогда не произойдёт.

— Почему?

Иванна не могла понять. Все жаждали её силы. Все хотели владеть ею, говоря, что это жертва Бога для людей. Все, кроме её матери, хотели этого.

Но Ева, которую она видела днём, Алейна, и этот "папа" перед ней, почему они не забирают силу?

— Отныне никто не отнимет у тебя твою силу. Никто не посмеет мучить тебя, потому что я теперь здесь, чтобы защитить тебя.

— Ты говоришь это только для того, чтобы забрать мою силу, да? Я знаю.

— Почему ты так думаешь?

— Все поначалу так говорили, но в итоге всё равно поступали иначе. Они все равно заперли меня в тюрьме. Ты собираешься сделать то же самое, не так ли? Я знаю это. Но теперь, когда у меня есть моя мяу, я не против. Я могу терпеть боль.

Девочка крепко держала котенка в одной руке и протянула другую. Сердце Данте колотилось как сумасшедшее. В гневе, в боли, в печали.

— Я буду слушаться, так что не отправляй меня в тюрьму. Если у меня будет моя мяу, я выдержу всё, так что позволь мне остаться здесь. Обещаю вести себя тихо.

Его пятилетняя дочь хладнокровно произнесла эти слова. Она опустилась на колени, словно моля.

Данте чуть упал в обморок при виде своей совершенно разбитой дочери.

Всё, что он говорил, не доходило до Иванны. Она не верила и не принимала его.

Всё, что он сказал вчера, прозвучало как ложь.

Данте закрыл глаза.

— Иванна, обещаю. Я никогда не отправлю тебя в тюрьму.

— Все так говорили, но всё равно делали иначе.

— Я не «все». Ты продолжишь жить здесь. Это комната, где жила твоя мама, Луиза.

Иванна подняла верхнюю часть тела. Ее маленький рот открылся.

"Ты действительно реагируешь только на слово "мать"."

У Данте сжалось сердце.

— Твоя мама всегда останавливалась в этой комнате, когда сюда приезжала. Вид из окна очень красивый.

Данте указал пальцем на окно. Иванна повернула голову в ту сторону.

— Это комната твоей мамы, поэтому ты останешься здесь.

Иванна еще раз оглядела помещение. Большая сверкающая комната была достаточно велика, чтобы вместить в себя хижину, в которой жили Иванна с матреью.

Мама жила здесь.

— Тебе не нравится место, где жила твоя мама?

Иванна покачала головой. Ей нравилось всё, где бы ни была мама.

— Я хочу, чтобы ты осталась здесь. Поскольку это была комната твоей мамы, единственный, кто может здесь жить - это ты.

— Почему?

— Потому что ты, Иванна - дочь Луизы и моя тоже.

Дочь.

При этих словах рот Иванны вновь открылся. Данте не мог разглядеть как следует, потому что он был скрыт её беспорядочными волосами, но был уверен, что её глаза тоже широко раскрыты.

— Дочь?

— Да. Дочь Луизы и моя дочь. Иванна. Ты моя дочь.

"Дочь моих мамы и папы. О, да. Ясно.

Раз я мамина дочь, значит, и папина тоже. Понятно.

Этот человек - мой папа.

Он мой папа."

— Я твой папа, поэтому не собираюсь забирать твою силу. Я не буду причинять тебе боль. Я буду защищать тебя, как и твоя мама.

"Как моя мама.

Да, она всегда защищала меня. Всегда обнимала и никогда не делала больно.

Папа такой же, как мама."

Иванна вытерла губы и крепко обняла Мяу.

— Но у меня никогда не было папы…

Она говорила о том, что не встречала своего отца до самой смерти в первой жизни, но слова девочки звучали иначе для Данте, который ничего об этом не знал.

Казалось, это был упрёк за то, что он не знал о её существовании, пока она не выросла.

Его сердце вновь сжалось.

— Папа будет продолжать упорно трудиться и в будущем. Так же, как и мама.

— Но я должна уехать через год.

— Уехать?

— Я переезжаю каждый год. Все так говорили. Из-за того, что им нужна моя сила, мне нужно продолжать передвигаться.

В своей первой жизни Иванна перемещалась с трёхлетнего возраста до самой смерти в возрасте шестнадцати лет. И каждый год её силы вытягивали без остатка.

Она ждёт, что эта жизнь будет такой же, как и в прошлый раз. Девочка удивилась, что у неё появился  отец, но ничего не изменилось.

— А как насчёт тебя? Хочешь уехать?

Иванна не смогла сразу ответить.

Здесь тёплые полы, вкусная еда, мяу, а это комната, где жила мама.

Уехав, она уже не сможет вернуться. Думать об этом было очень грустно.

— Ты можешь ответить, Иванна. Хочешь уехать?

Иванна колебалась. Все злились каждый раз, когда она говорила "нет". А она не любит, когда её бьют.

— Иванна, если ты скажешь, что не хочешь уезжать, я не позволю тебе уехать.

Девочка подняла голову.

— Если захочешь остаться здесь, я разрешу. Но если захочешь уйти, я приму и это.

— …

— Иванна, чего ты хочешь?

Девочка склонила голову и обняла пушистого Мяу.

Даже если позже отец передумает и решит забрать ее силы, ничего страшного, ведь она сможет утешиться с Мяу.

Иванна, опустив голову,  покачала ею.

— Понятно.

Данте рассмеялся. Он был рад за дочь, и, сама того не осознавая, его рука погладила Иванну по голове.

Девочка подняла голову.

— Прости, ты испугалась?

Когда она подняла голову, ее испугала большая рука, и Иванна попятилась. Тело затрепетало. Данте поспешно убрал руку.

— Мне жаль.

Иванна взглянула на страшную руку. Она ненавидела человеческие руки. Они постоянно били её, и это всегда сопровождалось болью. А раз рука большая, будет ещё больнее.

Кстати, что это?

Иванна распахнула глаза и, сама того не осознавая, протянула ручку.

— Кольцо.

— А?

— Кольцо моей мамы.

Ах. Данте взглянул на свою левую руку. Его обручальное кольцо с Луизой, которое никогда не снималось, оставалось на месте и по сей день.

Он осторожно протянул руку. Иванна же, словно испугавшись, протянула ручку и погладила кольцо.

"Кольцо было теплым. Такое же было и у матери. Она говорила, что это потому, что она всегда его носит.

Значит, и папа всегда носил это кольцо."

— Иванна, ты сегодня будешь спать на кровати, да? Твоя мама тоже спала здесь.

Иванна оторвала взгляд от кольца и посмотрела на кровать.

Он говорит, что эта большая широкая плоская вещь -  ноги сломаются, если упасть - тоже принадлежала маме?

— Всё здесь принадлежит твоей маме. Ты можешь делать всё, что захочешь.

"Это всё моя мама. Почему-то мне стало щекотно. После ухода из хижины не осталось ни одной вещи от мамы, а здесь их много.

Я чувствую себя такой счастливой!"

— Хочешь спать на кровати?

Иванна встала со своего места и поспешила к кровати. Данте помог ей подняться, потому что кровать была слишком высокой.

Словно не чувствуя себя комфортно, Иванна некоторое время ходила по кровати.

— Ты уходишь?

Данте, который уже собирался выйти, думая, что дочери будет спокойнее, когда он уйдет, тут же остановился.

— Кольцо моей мамы…

Данте тут же сел на стул рядом. Иванна подошла, когда он положил левую руку на кровать тыльной стороной ладони вверх.

Забинтованный жёсткий палец ребенка коснулся кольца.

Данте был в восторге.

— Твоя мама носила кольцо?

— Она всегда его носила. Кольцо было теплым.

Сердце Данте сжалось от хорошей новости, полученной от любимой дочери.

"Луиза не забыла о своём обещании."

Он был так счастлив, что неосознанно улыбнулся.

Он прикрыл глаза и растянул губы в счастливой улыбке.

Иванна подняла на Данте пустой взгляд.

Все, кто вытягивали её силу, улыбались ужасно, но папа улыбался иначе. Это было очень красиво.

Это было похоже на лицо её матери, которая всегда улыбалась, глядя на кольцо.

Иванна долго глядела на лицо отца.