— Ещё раз, - медленно, по словам, сказал Ровас, усиленно пытаясь уложить информацию в своей голове. - Я сказал тебе подарить госпоже Иламон подарок на день рождения, чтобы наладить общение, так?

— Так, - кивнула я, наблюдая за этой забавной картиной.

— Ты выела мне все мозги, чтобы я купил несчастный ежедневник у придурка на главной площади, дабы ты потом извела эту книжонку на свои алхимические штуки, так?

— Так.

— И после этого ты внезапно решила отвести её на остров, где находятся руины её дома, заставила уничтожить дух собственного ребенка и довела до слез на могиле мужа.

Он поднял взгляд на меня и одними только глазами спросил: «что с тобой не так?».

— Ну, что-то вроде того, - выдавила я, сдерживая смешок.

Красноречивая тишина, которая воцарилась в лаборатории после этих слов, может с легкостью переплюнуть любую другую, в которой мне до этого доводилось находиться, ведь в этой тишине я на удивление четко услышала внутренний крик Роваса.

— Ты не думаешь, что тебе надо немного поработать над своими методами налаживания общения? – спустя долгое время наконец спросил он, перед этим сделав глубокий вдох и выдох.

— Результат в любом случае положительный, так что не вижу в этом никаких проблем, - махнула рукой я. – Что интересного в Коллегии происходило, пока нас не было?

— Как ты думаешь, был ли рад дорогой дядюшка Викар, когда узнал, что она задерживается по неизвестным причинам? - не скрывая яда в голосе спросил Ровас, легко проигнорировав мою попытку сменить тему. – А когда ему доложили, что с каждым днем она выглядит всё хуже? При чем проблему создала ты, а пизды дали мне.

— Семеро, ну… не знаю, прости? – вздохнув развела руками я. – Хочешь я тебе ещё одну настойку сделаю?

— Да за мной теперь чуть ли не личная стража ходит, следит, чтобы я не пил на работе, - такого откровенного недовольства в голосе друга я не слышала, наверное, ни разу с момента нашего знакомства. – Чтоб я ещё хоть раз в жизни тебе какой-либо совет дал…

Я не выдержала и тихо рассмеялась, почувствовав привычное облегчение на душе. Коллегия воды и её маги… да, я определенно буду скучать по здешней атмосфере. Думала, что загнусь тут в первую же неделю под давлением Света, но на деле продержалась гораздо дольше ожидаемого. Только сейчас начинаю чувствовать серьёзные последствия нахождения в месте концентрации Света, но даже с ними как-то… ну, все равно хорошо. Легко.

Посмотрев на Роваса, раздраженно ругающегося под нос, я растянула губы в улыбке и сказала:

— На самом деле, спасибо тебе. Не только за то, что про день рождения Журавлика сказал, но и вообще… за всё. Без тебя, торчащего в лаборатории, было бы в несколько раз скучнее.

Эти слова заставили мужчину наконец перестать материть меня на чем свет стоит и внимательно посмотреть на мне в глаза.

— С чего вдруг такие благодарности? – с нескрываемым подозрением в голосе, поинтересовался он.

— Вот-вот меня отправят в Коллегию Тьмы и вряд ли мы ещё встретимся в столь благоприятных условиях, - пожала плечами я. – Так что решила сказать, пока есть возможность.

Ровас невесело хмыкнул и посмотрел на стопку книг, перемешанных с бумагами на краю моего стола. Немного подумав, он вытащил случайный лист, который, судя по большому количеству каракулей на нем, оказался обычным черновиком, где я беспорядочно писала мысли и формулы во время исследований.

— Я в научной сфере настоящий дилетант, - протянул он, - но даже мне понятно, как много ты сделала. Не часто можно встретить человека, настолько одержимого своей идеей и в то же время сохраняющего связь с реальностью…

Мужчина испустил протяжный усталый вздох, после чего вернул взгляд ко мне.

— Это я к тому, - продолжил Ровас, - что было бы хорошо, если бы мы снова встретились и смогли бы так поговорить. Желательно чтобы ты была в своем уме, пусть и вне закона.

— Тебя легко казнят за любую связь с темным магом, - напомнила я.

— Не то чтобы мне есть что терять, - пожал плечами Ровас, – а от разговора с интересным человеком не откажусь. В общем, я надеюсь, что ты выберешься, раз уж мы тут на откровения решили перейти.

Я благодарно кивнула, после чего достала с полки рядом заранее заготовленную стеклянную бутылку, внутри которой в дневном свете сверкает жидкость медового оттенка.

— Как и обещала, - сказала я, пододвигая бутылку к Ровасу. – Можешь подержать ещё пару месяцев, но большого эффекта это не даст, такой ольфтенд лучше пить более или менее свежим.

— И в чем отличие от обычного? – спросил мужчина, беря бутылку в руки и проворачивая её.

— В способе приготовления, - ответила я. – В обычном ягоды сильно обрабатывают и разбавляют, а спирт уже подмешивают позже в контролируемом количестве, чтобы не перебить вкус. Я же свела обработку к минимуму, только чтобы избавиться от риска отравления. Ты знал, что при правильной алхимической работе, из одного лишь сока ольфалин можно сделать настоящий, хороший алкоголь? Только мой вариант… скажем так, выдержка не имеет особого значения, потому что вкуса ты, скорее всего, не почувствуешь.

В голове всплыли недоверчивые лица травников, когда я им сказала, что мне нужны эти ягоды исключительно для исследовательской работы, ничего более. В конце концов они согласились, вероятно подумав, что приготовить алкоголь в моих условиях невозможно. Что ж, никогда нельзя недооценивать мощь исследователя, помешанного на своем деле.

Ровас заинтригованно вскинул бровь, в то время как я лишь махнула рукой, мол: «попробуй».

— И кому я говорил о страже..? – вздохнул мужчина, но всё же открыл бутылку, после чего принюхался.

Некоторое время подумав и покидав взгляды, полные опаски, на телепорт, он в конце концов сдался и, тихо цокнув в знак поражения, сделал небольшой глоток. Сразу же после этого Ровас со стуком поставил бутылку на стол и, сильно сморщившись, прижал кулак ко рту. Казалось, ещё чуть-чуть и мужчина вообще заплачет, судя по тому, как зажмурился.

— Крепко, не так ли? – довольно усмехнувшись, спросила я.

Ровас ответил не сразу. Ещё некоторое время он приходил в себя, после чего, закрыв бутылку, кое-как выдавил:

— Это точно не яд? Кажется, после этого с печенью я точно распрощаюсь.

— Вряд ли твоей печени ещё что-то может навредить, - заметила я.

— Не поверишь, я тоже так думал ровно до этого момента, - нервно усмехнулся Ровас, посмотрев на ольфтенд таким взглядом, как будто он ему в кошмарах будет сниться. – Но спасибо. Ещё ни разу не пробовал настолько крепкую дрянь. Надо придумать этому орудию смерти имя… темный ольфтенд?

Я выразительно закатила глаза и помахала рукой в знак своего неодобрения. И как такой человек смог придумать такую банальщину?

— А мне кажется звучит, - пожал плечам Ровас. – Светлый насыщенный вкус или темная жгучая крепость, какую сторону выберешь ты?

— Тебе бы заголовки для газет придумывать, - фыркнула я. – Уже пьян что ли?

— Учитывая то, насколько эта штука ядреная – вполне возможно, - не стал отрицать мужчина.

В этот момент раздался шум телепорта и из луча света показался Натан – молодой ученик Роваса, тут же устремивший недовольный взгляд на наставника.

— Боги, к вам уже и надзорных приставили, а вы всё равно пьете, - укоризненно сказал он, подходя к мужчине и быстро забирая бутылку.

— Разве у тебя сейчас не должна быть практика в лазарете? – протянул Ровас, смерив мальчишку усталым взглядом. – Отдай, невежливо забирать подарок.

— Закончилась раньше, чем планировалось, - ответил Натан, делая шаг назад и демонстративно поднимая бутылку вверх в знак того, что отдавать её не собирается. – Верну после того, как сходите со мной на ярмарку. Вы обещали.

Ровас вымученно вздохнул и, откинулся на спинку стула с таким видом, как будто уже вторую неделю от головной боли страдает.

— Зачем я тебе там? – спросил он. – Позови друзей, или родителей.

— Мне нужно выбрать правильные учебные книги для дальнейшего обучения, друзья и родители мне в этом не подмога. К тому же, вам нужно больше ходить, я слышал, как врач рекомендовал вам двигаться, чтобы суставы меньше беспокоили.

— Попроси своего наставника-целителя? Я боевой маг, Натан. Не знаю, чем думал Митар, когда выдавал мне тебя как ученика, но у нас разные сферы деятельности. И с моими суставами все в порядке, не жалуюсь.

Натан раздраженно нахмурился, после чего упер руки в бока, упрямо вздернув нос и выпятив грудь.

— Вы обещали, - повторил он, - а обещания необходимо выполнять. В ином случае, думаю, будет вполне справедливо, если я со злости разобью эту бутылку.

Он вытянул руку с ольфтендом и демонстративно покачал им из стороны в сторону. Я присвистнула, после чего, встретившись с недовольным взглядом Роваса, лишь подняла руки к верху, мол: «ничем не могу помочь».

Мужчине не оставалось ничего, кроме как пробормотать очередную порцию ругательств, но всё же подняться и с тихим, ворчливым «ладно, иду» пройти к телепорту. За ним с крайне довольным выражением лица последовал Натан, но перед тем, как скрыться, он остановился и оглянулся, посмотрев на меня.

— Вас вызывает глава Митар, - оповестил юноша. – Сказал, что к вам гость.

Это заставило насторожиться. Гость? Ко мне? Очевидно, я не жду никаких гостей. Посланники Края мира пришли раньше, чтобы побыстрее упрятать меня в Коллегию Тьмы? Хотя, вряд ли бы Совет стал действовать так открыто и грубо, по крайней мере не Илонари, за остальных говорить не могу.

Я проводила Роваса и Натана, скрывшихся в свете телепорта, задумчивым взглядом, после чего посмотрела на свои оковы, думая, надо ли мне убегать, прорываться на свободу, или что-то в этом роде. Но, через несколько секунд вспомнив, что за мой побег будет отвечать в первую очередь Митар, я всё же решила не делать поспешных решений и сначала узнать, что же за гость там такой. Всё равно уже морально приготовилась к черным стенам Коллегии Тьмы, чего сейчас-то начинать нервничать.

Вздохнув, я собралась с духом и вышла из лаборатории, направившись в кабинет главы Коллегии. В течении всего моего пути не было встречено ни одного облаченного в три слоя доспех стражника – уже хорошо, хотя, возможно, они прячутся по углам. Может, этот «гость» - просто спутавший адрес почтальон или что-то в этом роде? Да нет, вряд ли бы Митар тогда стал уделять ему внимание.

«Ладно, не увижу - не узнаю» - подумала я и шагнула в телепорт, ведущий в кабинет главы Коллегии, стараясь не обращать внимание на то, как неприятно сжало грудь при телепортации.

— Ивис, - Митар, сидя за своим столом, поприветствовал меня кивком головы, - проходи.

Я кивнула в ответ и, последовав просьбе главы, подошла к столу, после чего обратила внимание на ещё одного человека, сидящего напротив Митара.

Это оказался мужчина средних лет, явно не из деревенщин, судя по выглаженной, хорошо сшитой и определенно недешевой одежде. Расчесанные русые волосы с первыми прядями седины, ухоженное, вытянутое лицо, сложенные в элегантном замке костлявые пальцы и внимательный взгляд серых глаз, направленных на меня. Кто-то важный.

— А это, полагаю… гость? – спросила я, посмотрев на Митара.

Тот коротко кивнул, после чего перевел взгляд на мужчину и в его глазах я прочитала столько же недоверия, сколько испытываю сама. Понятия не имею кто этот человек и что ему от меня надо.

— Вы госпожа Виомор? – спросил, тем временем, мужчина.

— Да, - кивнула я. – Вам что-то от меня надо?

Он не ответил, заместо этого достал из-за пазухи ровно сложенный конверт с красной печатью и передал его мне.

— Вам послание от родителей, - коротко сказал он.

…

Что ж. Вау. Я ожидала чего угодного, но не этого.

— Прошу прощения? – с нервным смешком переспросила я, надеясь, что это глупая шутка.

— Элиза и Альберу Виомор желают видеть вас в родовом поместье, - ни капли не смутившись, пояснил мужчина, после чего указал на письмо. – Всё в этом конверте.

И ведь имена правильные назвал, несмотря на то, что все остальное в его предложении – полный бред. Этот чудик хоть понимает, в какую несусветную чушь пытается заставить меня поверить? Как Митар вообще пропустил его? Я недоуменно посмотрела на главу Коллегии, но встретилась лишь с его спокойным взглядом и вскинутой в вопросе бровью. Он что, не знает?

…да, он, скорее всего, не знает. Откуда ему вообще знать?

Вновь посмотрев на явившегося мужчину, я склонила голову на бок и растянула губы в улыбке, которая, как я надеюсь, не выглядит слишком насмешливой. Это что, какая-то попытка заманить меня в ловушку? Один из недоброжелателей, о которых я не знаю, или просто очень глупый мошенник? Интересно, и что за бред он написал в письме?

Опустив взгляд на конверт, я с удивлением увидела знакомый оттиск на красном воске – шестерню, оплетенную ветвями дерева. Подумать только, даже семейную печать где-то сумел откопать, сколько же архивов ему пришлось ради этого перерыть?

Открыв конверт, я достала оттуда пергамент, уже предвкушая тот бред, который здесь увижу.

«Дорогая Ивис.

Много лет прошло с нашей последней встречи, мы провели в разлуке столько времени, сколько не должны проводить члены семьи. Твой побег из дома стал для нас очень важным уроком, возможно, мы не до конца понимаем, что заставило тебя прибегнуть к таким радикальным мерам, но пожалуйста, пойми: мы любим тебя и хотим увидеть вновь, а потому готовы исправить свою ошибку, какой бы она ни была. Только скажи, только покажись, дай нам увидеть твое лицо, как ты выросла и кем стала.

В конце концов, мы семья, а семья должна держаться вместе. Ждем тебя на Островах земли, в нашем доме тебе всегда рады, звездочка.

Элиза и Альберу Виомор.»

Звездочка? Звездочка?? Если собрался написать фальшивое письмо, так старайся не употреблять слова, которые могут выдать его фальшь, господин неудачливый мошенник. Ни мама, ни папа никогда не называли меня звездочкой, что это вообще за прозвище?

Наверное, надо бы разозлиться на такое полное отсутствие какого-либо уважения к моей семье, но я почему-то лишь прыснула, стараясь подавить веселье от настолько неумелой попытки обмана.

— Так… вы получили это письмо от моих родителей? – спросила я, посмотрев на Мошенника.

— Да, госпожа, - кивнул тот, не поведя и бровью на мой наверняка заметный смех. – Вас что-то смущает?

А он умеет держать лицо, должна отдать ему должное. Но, все-таки, я не особо хочу играть с ним и придумывать несуществующие ситуации, а потому с нескрываемым весельем сказала:

— Да так, есть пара моментов. Из дома я никогда не сбегала, ну и ещё мои родители уже много лет как мертвы.

На несколько секунд наступило неловкое молчание, после чего Мошенник, с на удивление искренне звучащим недоумением в голосе, спросил:

— О чем вы, госпожа? Я точно помню, что говорил с ними!

— Много пьете? Возможно, вам следует сократить потребляемое вами количество алкоголя.

Мужчина сильно нахмурился и посмотрел на меня как на сумасшедшую. Ой да ладно, неужели ему так важно держаться за эту историю? В такой ситуации любой бы отступил, а этот всё пытается что-то доказать.

— Быть того не может, - пробормотал Мошенник, - не может же меня подвести память! В последний раз, когда мы виделись, Элиза смеялась и пила кофе, а Альберу совершал ежедневную прогулку, они были бодры и полны сил!

Мама ненавидела кофе, а папу вытащить из мастерской на свежий воздух было настоящим подвигом, придурок упертый. Подумать только, какой талант нужно иметь, чтобы настолько сильно ошибиться буквально во всем? И ведь продолжает играть, ничего его не смущает.

— Почитайте некрологи Островов земли, вы будете сильно удивлены, - сказала я спустя секунду молчания.

Мошенник некоторое время сидел в оцепенении, после чего внезапно посмотрел на меня взглядом, в котором смешано смятение, раздражение и одновременно с этим… презрение? Обманывает тут он, а презирают меня?

— Госпожа, если вы настолько сильно не хотите видеть своих родителей, то можете просто сказать об этом, а не притворяться, что они мертвы, - сказал мужчина с недовольством в голосе. – Это крайняя степень неуважения.

Так, ладно, это уже начинает бесить.

— Слушай, друг, - вздохнула я, зажав переносицу между пальцами, - хватит играть в театр одного актера. Ты попытался меня обмануть и очень сильно облажался, так что не мог бы ты пожалуйста перестать обвинять меня в чем не попадя? Кто ты? И что тебе от меня нужно?

— О чем вы говорите? – недоуменно спросил Мошенник. – Я бы в жизни не посмел обмануть кого-либо из семьи Виомор! Да я вашему отцу жизнью обязан!

— Мой отец был известен в близких кругах своей привычкой держаться в стороне от любых дел, не касающихся его, или семьи, - оповестила я, с усмешкой наблюдая за смятением на лице мужчины. – Доброй душой он не был и жизней никому за просто так не спасал. Не расскажете, как он вам помог?

— Спас меня и мою семью от знати, которые хотели повесить на нас свои проступки! Если бы он не вмешался, я бы сейчас сидел в тюрьме!

«— Слышал? Недавно кто-то из дворянских семей отдал целую деревню Охотникам просто чтобы выбить место на постройку загородного особняка для детей.

— Я должен удивиться? Меня в самую последнюю очередь волнуют дела дворян. Пока они не лезут к нам - пусть делают что хотят.»

Давний разговор родителей за столом прозвучал в голове, заставив меня тихо рассмеяться. Эта ситуация действительно становится похожей на какую-то крайне плохую комедию. Мошенник, однако, мой смех воспринял явно очень плохо, потому как резко поднялся на ноги и посмотрел на меня с таким сильным гневом в глазах, как будто я только что всю его семью у него на глазах убила. Хотя, казалось бы, злиться тут должна я.

— Прямо сейчас вы проявляете ужасное неуважение как ко мне, так и к собственным родителям, - процедил он, покраснев от гнева. – Разве вступления путь Тьмы было для вас недостаточно, чтобы опорочить их честь? Кем вы себя возомнили..

— Уважаемый гость, - раздался громкий стук фарфора и, посмотрев на стол главы, я увидела, как Митар с силой поставил сервизную чашку на блюдце и пристально посмотрел на мужчину. - Хочу напомнить, что вы находитесь в стенах моей Коллегии как посетитель, а потому будьте добры, сохраняйте подобающий тон общения. Я не приемлю ссор и оскорблений прямо передо мной.

Это заставило Мошенника наконец успокоиться. Сначала он раскрыл рот явно для того, чтобы возразить, но потом крепко сжал губы и опустил раздосадованный взгляд в пол.

— Прошу прощения, - явно через силу выдавил он.

Митар ещё несколько долгих секунд изучал мужчину задумчивым взглядом, после чего сдержанно сказал:

— Не могли бы вы подождать в соседнем помещении? Нам с госпожой Виомор нужно обсудить это недопонимание.

Некоторое время Мошенник мялся, но в конце концов кивнул и, кинув на меня последний недовольный взгляд, широким шагом направился к телепорту. После того, как спина мужчины скрылась в столпе света, мы пару мгновений провели в молчали, прежде чем я повернулась к Митару и, вскинув бровь, поинтересовалась:

— Когда к вам приходит человек и говорит, что родители заключенной хотят с ней встретиться, у вас не возникает никаких подозрений?

— Возникает, - спокойно ответил Митар, - но он предоставил эмблему Островов земли.

Эмблему? Серьёзно? Где он смог добыть её? Эмблемы Островов доступны только должностным лицам и послам, которые отправляются на другие острова с целью переговоров, или каких-либо других государственных дел. В качестве доказательства официальности события, они предоставляют документ, на котором красуется оттиск герба Коллегии, выполненный особым способом. Каким именно – не знаю, но явно с использованием магии, потому как при взаимодействии с определенной печатью, которая обычно находится у главы Коллегии, или его приближенных, оттиск начинается светиться.

Итак, мы имеем какого-то чудика, у которого есть официальный государственный документ, он сам явно не из бедных, судя по одежде и при всем при этом искренне пытается убедить меня в том, что мертвецы не то что восстали, а даже не умирали. Что за хаос творится у Закира на островах?

— Замечательно, - вздохнула я, садясь на стул напротив Митара и зажимая переносицу между пальцами. – Кто это вообще? Имя, должность?

— Паур Матремор Ди’Авераль , - ответил Митар, - посол Коллегии земли. Прибыл по собственной инициативе, ни глава, ни другие вышестоящие лица, ему приказа не давали.

— Я, конечно, не эксперт в управлении, но в какой момент Коллегия земли стала настолько несобранной, что её посланники отправляются с государственными документами куда хотят и за чем хотят? – протянула я.

Если уж на то пошло, то Коллегия земли вообще не та организация, которая будет позволять такие вольности своим магам и послам. Под покровительством Идеала Силы Коллегия земли известна в первую очередь жестким строем и грубой политикой, в которой свобода – самое последнее, что человеку позволяют обрести.

На Островах земли практически всё подчинено Коллегии – торговля, деятельность дворян, обычных людей, магов, алхимическая деятельность, да и в общем-то абсолютно любая деятельность находится в рамках, установленных главой Закиром, который взошел на свой пост больше пятидесяти лет назад. За время своего правления он быстро смог установить жесткий контроль как на Островах, так и в Коллегии, а потому становится вдвойне странным тот факт, что посол смог по собственному желанию взять эмблему и отправиться на другие острова.

— Что за бред, - пробормотала я, не в силах уложить эту информацию у себя в голове. – Пришел непонятно кто и непонятно как, ещё и о мертвых говорит. Это точно не сон, или что-то в этом роде?

— Надеюсь, что так, но пока нет возможности это проверить, - пожал плечами Митар.

Некоторое время он молчал, задумчиво стуча пальцем по костяшкам другой руки, после чего поднял взгляд на меня и с явной осторожностью спросил:

— Ты уверена, что твои родители мертвы?

— Абсолютно. Я своими глазами видела их смерть.

Митар раскрыл губы в беззвучной, понятливой «а», после чего взял в руки письмо, которое притащил в Коллегию Паур.

— Я сообщу Закиру об этом… событии, - сказал он. – Посланника мы пока задержим в Коллегии, он отправится с вами на корабле в Край мира, где его уже встретят нужные люди…

— А-а, кстати об этом! – перебила его я, стараясь не обращать внимания на нервозность в своем голосе. – Мне кажется, главе Закиру не обязательно знать об этом маленьком недоразумении.

Конечно же, такой проницательный человек как Митар, сразу же заметил подвох и посмотрел на меня, выразительно вскинув бровь.

— Почему ты так решила? – спустя некоторое время молчания спросил он.

— Ну, знаете, глава Закир очень занятой человек, - начала оправдываться я, - он даже на мой суд не пришел! Вероятно, это событие он и вовсе не заметит! Ну, вы же знаете этого Закира, всегда себе на уме.

Молчание, наступившее после этих слов, было довольно неловким и красноречивым. Митар посмотрел на меня таким взглядом, как будто прекрасно знает всю мою подноготную и причины такого поведения. Честно говоря, под этим взглядом мне внезапно захотелось спрятаться под стол.

— Посол без разрешения Коллегии явился ко мне с эмблемой в руках, после чего пытался выманить опасную заключенную давя на родственные связи, - наконец сказал он спустя некоторое время, которое показалось мне вечностью. – Я, как глава, не могу этого оставить. Закир, или его приближенные, обязаны об этом знать, потому как это грубейшая ошибка с их стороны.

Да, точно, главы и их взаимоотношения.

Понимая, что в этом вопросе с Митаром спросить бесполезно, я обреченно подняла руки к верху в знак поражения. Ну, что ж, остается только надеяться на то, что Закир воспримет это событие как очередную глупость, не стоящую его внимания, а он, скорее всего, так это и воспримет. Хоть какой-то плюс в данной ситуации все же есть.

— Ладно, думаю на этом закончим, - Митар, наконец отвел взгляд и спрятал письмо в ящик своего стола. – Иди отдыхай, о посланнике я позабочусь. Через несколько дней отправляется корабль в Край мира, так что приготовься к долгому плаванию.

Смена темы заставила меня выдохнуть и расслабиться, правда, ненадолго. Мысль о предстоящей поездке не приносит больше радости, но, по крайней мере, с ней я хотя бы примерно представляю, что делать.

Со слабой улыбкой я попрощалась с Митаром, после чего вышла из кабинета главы, направившись в свою лабораторию и стараясь не обращать внимания на Паура, с которым случайно встретилась взглядами на выходе. Кто этот человек и зачем именно пришел – понятия не имею, но полное отсутствие былого гнева в его глазах настораживало также, как и холодное любопытство, с которым он изучал меня, пока я не ушла из помещения, где находился посол, окруженный стражей.

Прошло несколько дней, в течении которых больше никакие внезапные гости не пытались поговорить со мной о мертвецах, а оно и хорошо. О Пауре ничего слышно не было – вероятно его отправили дожидаться рейса где-нибудь в отдаленных от моей лаборатории помещениях Коллегии, по крайней мере я на это надеюсь. В конечном итоге, оставшаяся пара суток до злополучного отплытия в Край мира пролетела совершенно незаметно и, прежде чем я успела это осознать, наступила моя последняя ночь в стенах Коллегии.

И что ж, никто не может обвинять меня в этом, что в эту ночь мне совершенно не удается заснуть. Я не редко сталкиваюсь с бессонницей, но в основном она связана либо с волнением от нового, полностью захватившего меня исследования, или какого-то важного события, либо с Тьмой и особенностями её влияния на мой разум. Вероятно, в данном случае сработало всё вместе.

Я со вздохом села на кровати, оставив последние попытки найти удобное положение и наконец заснуть. Мысли о путешествии, которое должно начаться буквально через несколько часов, всё не оставляют меня и, не в силах остановить себя от размышлений, я раз за разом прокручиваю в голове все возможные события, которые могут произойти. Честно говоря, за эту ночь мой мозг, наверное, израсходовала все свои ресурсы на бессмысленное обдумывание ситуации и такие же бессмысленные фантазии о будущем. В тишине лаборатории, погруженной в ночную темноту, так легко поддаться мрачным размышлениям.

Немного подумав, я устремила взгляд на огромные водопады, бушующие в океане. Никогда не перестану удивляться их размеру. Даже если наблюдать за ними издалека, всё равно дыхание невольно замирает от осознания того, как легко человек может исчезнуть за столь большим и бурным потоком воды. В какие-то моменты это вселяет страх, а в какие-то – такой, как сейчас – водопады кажутся не столько пугающими, сколько завораживающими. Круглый диск луны, вместе с мириадами звезд, мягким свечением озаряющие океан, прекрасно дополняют по-настоящему чарующую картину глубокой, умиротворенной ночи.

Только сейчас ко мне в голову неожиданно пришла мысль о том, что, впервые за очень долгое время, я наконец смогла обрести что-то похожее на… покой. Что ещё более смешно – этот покой мне подарила Коллегия воды, в которой я заключена. Да, до безмятежного и родного дома тут ещё далеко, но, по крайней мере, здесь я хотя бы смогла задержаться. Не просто вылечила одного человека, а затем сразу же ушла в другой город, а даже… ну, наверное, пожила тут какое-то время. Для кого-то это прозвучит странно, но для меня место, я могу жить и при этом заниматься тем, что мне нравится – самое ценное из всех возможных. Даже если это место моего заключения.

Из груди вырвался тяжелый вздох, когда я откинулась на спинку кровати, с тоской вслушиваясь в тишину моей лаборатории, в которой раздается только тихое тиканье часов на нижнем этаже. Да уж. Я действительно буду скучать по Коллегии. Ну, по крайней мере мне удалось побывать тут перед смертью, это уже хорошо. Наверное. Сложно сказать, учитывая то, что, опять-таки, это место моего заключения.

Так я и просидела на кровати, наблюдая за водопадами, до самого утра, когда пришли стражи.

Перед уходом из лаборатории, мне не удалось сдержать себя от того, чтобы оставить на столе маленькую записку с простым: «спасибо». Понятия не имею найдет её Митар или нет, но, если найдет, пусть знает, что я благодарна за то, что он дал мне возможность проявить себя. За то, что рискнул заглянуть за устоявшийся образ темного мага и позволил мне стать чем-то большим, чем обычный заключенный, запертый в одном помещении с оковами на руках.

После этого, мы, вместе со стражниками, довольно быстро собрались и отправились в путь, готовые к предстоящему долгому плаванию.