Так уж исторически сложилось, что каждая Коллегия в своем распоряжении имеет по одному архипелагу островов, которые в количестве шести штук окружают материк Атриэль. Такие острова обладают автономией и управляются Коллегиями отдельно от Совета, но так или иначе они подчиняются главному государству и в случае критической ситуации обязаны сделать всё для того, чтобы помочь Краю мира.

Каждый архипелаг имеет свою природу, климат и особенности рельефа, которые в основном зависят от Коллегий, которые перестраивают окружение под свои нужды. Например, Острова молнии – с трудом проходимые скалы, упирающиеся в облака, или даже превосходящие их, а на вершинах этих скал маги молний тренируются управлению своей стихией. Или, другой пример, Острова земли, где, после отделения Коллегии природы, стали преобладать каменистые пустыни и цепи гор – не такие высокие, как на архипелаге молнии, но тоже достаточно внушительные. Так, каждый архипелаг имеет свои особенности строения и все они разительно отличаются друг от друга.

Но Острова природы от Островов воды отличаются, как не странно, меньше всего, по крайней мере на фоне остальных архипелагов. На Островах воды развита умеренная растительность, зачастую та, что комфортно себя чувствует во влажном климате, или в воде, за ней тщательно следят и не позволяют разрастаться, потому что от растений, которые там растут, потом проблем не оберешься, если не уследить. Города и деревеньки состоят из камня, на каждом острове архипелага Воды имеется минимум два крупных поселения, если не учитывать тех экземпляров, на которых невозможно жить, как, например тот, с которого позволила мне упасть Викар. В основном Острова воды можно описать как некую золотую середину – немного того, немного сего, ни один из элементов кроме, очевидно, воды, не превалирует, а потому создаются весьма комфортные условия.

Острова природы, как бы это ни было неожиданно, являются, ну… островами природы. Ни разу за всё время моего пребывания тут, я не смогла заметить ни одного клочка земли, не покрытого зеленью, конечно, не учитывая территорий, на которых располагаются города, дороги и здания. Всё цветет и благоухает круглый год без выходных, потому что вряд ли природа может начать самостоятельно увядать, когда её ежедневно поддерживают сотни миролюбивых магов. По всему архипелагу разбросаны так называемые «растительные пункты», задачей которых является поддержание жизни на вверенной им территории и с этой задачей они справляются на все сто процентов, если не больше. Города аккуратные, сделанные из камня, использование дерева стараются свести к минимуму по очевидным причинам и в принципе всё это выглядит как прекрасный уголок, где человек и природа находятся в идеальной гармонии. Честно говоря, на Островах воды мне нравилось больше.

Не то чтобы я не люблю природу, наоборот, мне нравится ее исследовать и узнавать новые нюансы роста разных трав, но от количества цветочной пыли, витающей в воздухе, у меня скоро начнется аллергия, хотя я никогда не была аллергиком. К тому же, здесь был создан строгий свод правил, касающийся природы, который называется Кодексом вечноцветения и, если хоть одно из приведенных в нем правил будет нарушено, виновного ждет не самая сладкая участь, потому что, кажется, маги природы гораздо легче относятся к убийству человека, чем к раздавленному неосторожной ногой цветку. Стоит ли говорить о том, что это несколько… напрягает?

Ещё одной причиной моего желания как можно быстрее сбежать отсюда, является местная архитектура, а точнее отсутствие у неё каких-либо отличительных черт кроме ужасающего однообразия. Даже Лиморан, на который я возлагала надежды, нельзя назвать хоть сколько-то необычным или красивым городом несмотря на то, что это столица всего архипелага.

Коллегия природы, ведомая Идеалом Спокойствия, известна миру как наиболее миролюбивая организация, которая предпочитает скромность и удобство вместо вычурности и размаха, а потому Лиморан, по-видимому, отображает эти черты в полном объеме. Несмотря на то, что это, ещё раз, фактическая столица, она не кажется таковой стороны. Нет каких-то архитектурных шедевров, на которые можно смотреть часами, нет высоких башен и замков, лишь уже приевшиеся маленькие и компактные белые домики-кирпичи, выстроенные в ровные ряды по всей территории города, нет даже достопримечательностей, на которые можно было бы посмотреть туристу. Однообразные улицы, вымощенные серой плиткой без единого зазора, однообразные кварталы, в которых как ни старайся, не увидишь дом, отличный от остальных, однообразное буквально всё.

— Природа – вот наш главный архитектурный шедевр, - объяснял такими словами один из моих случайных собеседников, – она красит наш архипелаг и является его драгоценностью, а то, что строим мы - не более чем необходимость для того, чтобы хранить эту драгоценность невредимой.

Честно говоря, я никогда особо не проникалась философией магов природы, но отчасти её понимаю, а потому в таких разговорах предпочитаю придерживаться нейтральной стороны, или вовсе молчать.

В следствие всего вышеописанного, дорога к посольству Коллегии воды проходит… странно. Добраться до столицы труда не составило, любой прохожий подробно объяснит, как доехать до Лиморана, на каком транспорте и каким маршрутом, а вот после… Скажем так, среди однообразных белых домиков крайне сложно найти тот, что мне нужен.

— Как вообще здесь можно ориентироваться? – раздраженно вздохнула я, вертя перед лицом карту столицы.

Неужели нельзя было построить несколько отличительных зданий для более удобного определения направления? Ничего ведь не понятно! И что самое раздражающее - люди вокруг меня ходят так, как будто не испытывают совершенно никаких проблем с ориентированием! Хотя, если они живут тут уже несколько лет, а то и всю жизнь, оно и не удивительно.

— Так сложно что ли нарисовать хотя бы какую-нибудь жалкую каплю воды на стене? – бормотала под нос я, проходя мимо очередного белого домика. – Делов-то на десять минут…

В какой-то момент я откровенно устала бродить между одними и теми же зданиями, а потому, не особо стесняясь, начала заходить в первые же попавшиеся магазины, чтобы спросить дороги у местных. В первых двух мне указали примерно один и тот же путь, который я в итоге не запомнила, в третьем меня послали, при чем не до посольства, потому что я зашла в момент переговоров продавца с каким-то важным клиентом, а в четвертом, который, судя по вывеске, был магазином с травами, наконец нашлись хоть сколько-то понимающие люди.

— Здравствуйте! - громко сказала я, заходя в помещение. – Не подскажите как дойти…

— А ну тихо! – тут же прервала меня старушка за прилавком, после чего вернула свое внимание другому посетителю.

Решив не перечить ей и просто подождать, я смиренно подошла к прилавку и осмотрела помещение, куда попала.

Обычный магазин с травами, если их так можно назвать, потому что заместо трав тут только их семена и горшки с землей. Выращивать эти травы и измельчать их для алхимии надо самим покупателям, видимо такое решение обусловлено правилами Кодекса вечноцветения.

— Боюсь, я ничем не могу помочь, - вздохнула старушка. – Вам лучше обратиться к магам Коллегии, вероятно, это проклятье.

Краем глаза я посмотрела на мужчину рядом, который расстегнул жилет и отодвинул ворот рубашки, обнажив шею. Так как он стоит ко мне боком, точно рассмотреть, что было у него на шее, не получилось, но слова старушки о проклятье слишком уж меня заинтересовали, а потому я не постеснялась наклониться и взглянуть на место, которое показывает мужчина. Там красуется бледное, но уже приобретающее сероватый оттенок пятно, как будто кто-то неровно мазнул сухой кистью по шее человека.

— Это не проклятье, - спокойно сказала я, как только увидела проблему. – Может им стать, но пока что не проклятье.

Оба посмотрели на меня: старушка со вскинутыми в недоумении бровями, а мужчина с недоверием.

— Прошу прощения? – произнес мужчина.

— Проклятья могут появляться сразу, без каких-либо предупреждений, а могут начать развиваться постепенно, у вас последний случай, - объяснила я. – Пока что у вас первичное заражение кожи Тьмой, на этой стадии всё еще можно предотвратить развитие более тяжелого недуга, вам стоить избегать любых мест, где есть риск попасть под воздействие Тьмы, а также пропить курс алхимических препаратов, тогда развитие проклятья будет возможно предотвратить. Ещё можете обратиться к целителям, но на ваш страх и риск. Даже сейчас Тьма может конфликтовать со Светом.

Мысль о том, чтобы заткнуться и не демонстрировать свои познания о проклятьях первому встречному добровольно вышла из головы, как только встретилась с мыслью о том, что этого человека еще можно спасти без серьёзного вмешательства в работу организма. Желание помочь каждому случайному незнакомцу действительно когда-нибудь доведет меня до могилы, ну, до суда и заключения уже довело.

— Позвольте поинтересоваться, - протянул мужчина, – откуда такие познания?

— Одно время работала в лазаретах и изучала разные болезни, в том числе и проклятья, - соврала я, на ходу придумав отмазку.

Непонятно, поверил ли мне незнакомец, или нет, но лишних вопросов он, к моему облегчению, задавать не стал, заместо этого с открытым недоверием сказал:

— Первые слышу о первичном заражении Тьмой. И какие конкретно лекарства мне нужно пропить?

— Можно листок? – попросила я старушку. – Или что-то, на чем вы тут пишете, вряд ли господин запомнит их названия.

Когда предоставленный мне пергамент был полностью исписан названиями эликсиров, их дозировкой и рекомендациями по применению, я с гордостью продемонстрировала его мужчине.

— Отдам, если скажете мне, как добраться до посольства Коллегии воды, - предложила простую сделку я. – Уже полчаса брожу здесь и всё никак не могу понять, куда идти.

На этих словах мужчина вскинул брови и в его глазах я увидела что-то похожее на осознание, как будто он только что понял загадку, которую пытался решить.

— Безусловно, я проведу вас, - внезапно сказал он. – Пойдемте, не будем медлить.

Что? Еще и проводить меня собрался? Ну вот только сопровождения мне здесь не хватало…

— Не стоит утруждать себя, - неловко рассмеялась я, – достаточно будет просто сказать, куда идти.

— Позвольте, я настаиваю, - твердо сказал мужчина.

И, видимо в знак отказа принимать какие-либо возражения, он развернулся на каблуках, после чего уверенно направился к выходу из магазина. Открыв дверь, он выжидающе посмотрел на меня, явно не собираясь уходить, пока я не последую за ним. Что не так с этим дворецким?

Неуверенная, чего ожидать, я всё же вышла и, отдав лист с рекомендациями, последовала за ним по улочкам столицы.

Долгое время мы шли в молчании, пока мужчина уверенно вел меня по однообразным улочкам города и в какой-то момент я уже подумала, что, возможно, он действительно в знак благодарности покажет мне, где находится посольство Коллегии воды, но все мои надежды разбились в дребезги, когда я увидела человека стоящего на улице под охраной двух стражников и переговаривающегося с кем-то. Именно к нему меня и ведёт незнакомец.

Выглядит он хорошо – мужчина среднего возраста, с черными, короткими волосами, в которых уже видно приличное количество седины и суровыми серыми глазами. На первый взгляд – важный и серьёзный человек из разряда тех, которые имеют точное расписание дня и чопорно отодвигают мизинец, когда пьют чай. Монокль на левом глазу, выглаженный, ухоженный светло-зеленый костюм с часами в кармане пиджака, начищенные туфли и идеально ровные штаны со стрелками. Не знай я его, то определенно бы подумала, что это какой-то чиновник, или любой другой государственный деятель, но так уж вышло что я знаю его.

Это господин Итил – бывший глава Коллегии природы и правая рука нынешней главы Коллегии Имитры. Конечно же, в обмен на мою доброту, незнакомец, который, по-видимому, является одним из служащих Коллегии. решил сдать меня властям. Во второй сраный раз.

Не успела я возмутиться, или придумать план побега, как мужчина рядом крикнул, привлекая внимание Итила:

— Господин, подойдите, пожалуйста, сюда!

Итил тут же устремил взгляд сначала на позвавшего его человека, а следом на меня и в это же мгновение на его лице безошибочно прочиталось узнавание. Конечно, он знает кто я – этот мужчина был на моем суде и определенно запомнил меня. Ну вот и приехали.

Довольно быстро Итил оборвал разговор с человеком, с которым вел беседу до этого и широким шагом направился к нам, на ходу давая своим стражникам знак, чтобы они оставались на месте. Стоило ему приблизиться, как я, не желая терять времени н навлекать на себя лишние проблемы, выпалила:

— Сразу скажу, что я не сбегала, по крайней мере не специально, произошел несчастный случай. Остров, на котором я собирала травы для лечения пациентки, обрушился, и я упала в воду, а потом в ходе путешествия по волнам попала сюда. Что бы вы не подумали – я не хотела сбегать и сейчас намерена вернуться обратно в Коллегию воды с помощью посольства, до которого меня пообещал провести данный человек.

Я кинула укоризненный взгляд на незнакомца рядом, на что тот растянул губы в неловкой улыбке, как будто действительно испытывая вину. Итил, тем временем, прищурил глаза в явном недоверии и посмотрел на мужчину, видимо в поисках подтверждения моих слов.

— Всё так, - кивнул тот, когда понял, что от него ждут ответа. – Она оказалась в магазине, где я проходил осмотр, дала совет по лечению моего недуга, а затем попросила провести до посольства Коллегии воды.

В доказательство своих слов он помахал пергаментом, на которым длинным текстом идёт список необходимых для лечения лекарств.

— Неужели, - пробормотал Итил, вновь обратив внимание ко мне. – Хотите сказать, что, в ходе несчастного случая вы оказались на другом архипелаге без оков?

Что ж… ладно, теперь я понимаю, насколько абсурдно и неправдоподобно звучит моя история, но ведь самое забавное в данной ситуации то, что это – правда. Правда, которую я, тем не менее, не могу объяснить, потому что ни один адекватный человек не поверит в волшебных эхо, которые спасли меня и доставили с одного архипелага на другой.

— Слушайте, - выдохнула я, зажав переносицу между пальцами. – Вы можете думать что хотите, но факт есть факт – я хочу вернуться в Коллегию воды и ради этого проделала путь чуть ли не через весь архипелаг. Какой мне был смысл сбегать, если в итоге я пришла в столицу и уже битый час пытаюсь найти дорогу до посольства Коллегии воды? Честное слово, сделайте указатели, невозможно ориентироваться.

Итил выразительно вскинул бровь, то ли удивленный моим желанием вернуться обратно в место заключения, то ли не ожидавший жалоб на ориентацию в Лиморане. Некоторое время он молчал, после чего перевел взгляд на незнакомца рядом и сказал:

— Благодарю вас за содействие, думаю, дальше я разберусь сам.

Тот возражать не стал – коротко кивнул в знак понимания, попрощался, после чего направился по улицам в ту сторону, откуда мы пришли, вероятно, чтобы вернуться в магазин и купить необходимые лекарства. Хоть бы «спасибо» сказал, предатель.

— Итак, правильно ли я понял ситуацию, - произнес Итил, когда мужчина скрылся за углом. – Ученица нашей Коллегии, доверенная вам, сейчас страдает от проклятья в Коллегии воды, в то время как вы каким-то образом оказались на нашем архипелаге и занимаетесь чем угодно, но не обещанным лечением.

Ядовитой требовательности в его голосе не услышал бы только глухой, а потому я устало вздохнула и сказала:

— Я как раз пытаюсь попасть в Коллегию воды, чтобы заняться обещанным лечением. Повторяю: произошел несчастный случай. Во время поиска нужных мне трав, остров, где проходил сбор, начал обрушаться, в результате чего я оказалась в открытом океане, а следом попала на берега вашего архипелага.

Хочется, конечно, упомянуть одну раздражающую особу, благодаря которой весь этот хаос и происходит, но довольно быстро я пришла к мысли, что, скорее всего, это не самое лучшее решение, потому что оно отразится в первую очередь на Митаре и его взаимоотношениях с Коллегией природы. Да, к Викар есть много претензий, но не к её дяде, благодаря которому у меня наконец появился шанс провести лечение пораженного проклятьем на законном уровне. И черта с два, я упущу этот шанс из-за своей неприязни к кому-либо.

— Если так мне не доверяете, то, конечно, можете взять под стражу и провести расследование, но я была бы признательна, если бы вы не тратили время на бесполезную бюрократию и позволили мне просто вернуться в Коллегию, чтобы заняться лечением пациентки, - продолжила я спустя секунду молчания. – Уверена, что это в этом вопросе наши с вами интересы схожи.

Итил задумчиво склонил голову на бок, устремив на меня внимательный, пронизывающий до костей взгляд, который я, тем не менее, стойко выдержала. Он мужчина умный и прекрасно понимает, что в некоторых ситуациях легче и эффективнее действовать в обход правил, установленных законом – бывший глава Коллегии как-никак. В данной ситуации моё заключение будет совершенно бессмысленным, потому что в конечном итоге приведет к тому же результату – возвращению в Коллегию воды, куда я, итак, без особых препирательств, хочу вернуться.

Некоторое время мы провели в молчании, после чего Итил испустил долгий вздох и, развернувшись на каблуках, пошел по улице, бросив через плечо:

— За мной. Я доведу вас до посольства.

Я двинулась следом за ним и, не скрывая недоверия в голосе, поинтересовалась:

— Точно до посольства, а не до тюрьмы? Меня так уже провели прямо к вам в руки.

— Привести вас ко мне было обязанностью того человека, - отрезал Итил, - в ином случае его бы ждали очень тяжелые последствия вплоть до исключения из управляющего состава Коллегии природы.

На мгновение мужчина замолк, после чего дополнил:

— И я не разбрасываюсь словами, госпожа Виомор. Мы идём в посольство, где я лично прослежу за тем, чтобы вы отправились в Коллегию воды.

Надо же, а он, видимо, серьёзно относится к обещаниям.

Что ж, мне же лучше, если рядом будет столь важный человек, то работники в посольстве точно допустят меня к служебному телепорту. Решив довериться Итилу, я смиренно продолжила идти следом, параллельно планируя в голове побег, если вдруг он всё-таки доведет меня до тюрьмы. В случае начала конфликта, первым делом надо указать на тот факт, что я хочу спасти Мелани, им ведь важна жизнь собственной подопечной, верно? Тогда они должны будут меня выслушать и позволить связаться с Митаром.

Кстати, о Мелани…

— Вам знакома пациентка, которую вы предоставили мне на лечение? – спросила я.

— Мелани, да, знаю её, - ответил Итил.

— Я слышала о заражении, которое поглощает ваши острова, и, полагаю, что она пострадала из-за него. Но ведь Коллегия природы не станет отправлять учеников тренироваться рядом с опасной для жизни зоной, верно?

— У нас есть четкий регламент установки мест тренировок учеников, - твердо отчеканил мужчина, смерив меня недовольным взглядом, – если вы хотите указать на нашу некомпетентность…

— Нет-нет, ни в коем случае! – тут же замахала руками я. – Я лишь хочу сказать, что не понимаю, как она могла оказаться рядом с зараженной зоной, если вы их туда не посылали.

Итил поджал губы и нахмурился, видимо обдумывая услышанные слова.

— Я не знаком с её семьей, - медленно произнес мужчина, как будто не уверен в том, стоит ли ему говорить дальше или нет, – но матерь Мелани явно не уделяет ей столько внимания, сколько нужно, а дети в переходном возрасте… думаю вы сами понимаете, как они жаждут быть замеченными. При чем неважно, каким путем они добьются внимания.

Я понимающе кивнула. Эти слова никак не облегчили ситуацию, но, по крайней мере, внесли в неё чуть больше ясности.

— Раз уж речь зашла о ней, - продолжил Итил, – то хотел бы сообщить, что состояние девочки ухудшилось. Последний доклад от Коллегии воды говорил о том, что у неё поднялась температура, начались проблемы с дыханием и всё время она проводит в бреду. Вам стоит поторопиться.

Я встала как вкопанная, услышав это. Поднялась температура? Проблемы с дыханием? Для классической Паутины такие симптомы совершенно не характерны, проблем не возникает, пока Паутина цела, но, если Итилу ещё не пришло оповещение о смерти Мелани, значит проклятье не повреждено.

— Сколько дней она в таком состоянии? – спросила я.

Итил тоже остановился и посмотрел на меня, явно насторожившись.

— Оповещение пришло позавчера, - произнес он.

Я проснулась на берегу вчера днем, до Лиморана добралась только сегодня утром. Если предположить, что в океане эхо тащили меня где-то день – потому что вряд ли они могли нести меня по воде целую неделю и при этом я бы осталась жива - то получается, что Мелани в таком состоянии уже почти три дня.

Классическая Паутина – самое лёгкое из возможных проклятий, потому что при желании с ней можно прожить всю жизнь, ведь если не повреждать пораженное место, то никаких тяжелых симптомов не наблюдается. Мелани страдает от высокой температуры, проблем с дыханием и бреда, вряд ли это из-за того, что она подхватила еще одну болезнь, а значит Паутина ей попалась вовсе не классическая.

— Нам надо спешить, - выдохнула я, – очень сильно надо спешить.

Итил задавать вопросов не стал, кивнул и перешел на полноценный бег, а я побежала за ним. Уже скоро мы оказались у очередного, словно сделанного под копирку здания и, войдя в него, я с облегчением заметила магов в знакомой мне одежде голубых и синих тонов.

— Господин Итил? – спросил один из них – Чем обязаны?

— Мне нужно связаться с Митаром, - сказала я быстрее, чем мужчина смог вставить хоть слово. – И воспользоваться телепортом до Коллегии воды.

— Боюсь, это слишком специфичная просьба, - протянул маг, – для этого нужна веская причина. Мы можем предложить вам обсудить проблему с представителем…

— Это действительно неотложное дело, - покачал головой Итил, – я лично прошу вас немедленно связаться с главой Коллегии воды.

Вау, а он действительно ценит жизнь ученицы Коллегии, да?

Маги неуверенно переглянулись, но, благодаря тому, что Итил является важной личностью, через некоторое время раздумий всё же провели нас в комнату связи. Пока устройство светилось белым, настраиваясь и вызывая Митара, я нервно расхаживала по комнате, всё не находя в себе места.

Я могу опоздать. Я действительно могу опоздать. Прямо сейчас, пока я стою тут, проклятье может начать действовать и все труды будут напрасны, Мелани умрет, впав в болевой шок и не дожив даже до совершеннолетия. Впервые за очень долго время я начала чувствовать тянущее волнение в животе.

Так, спокойно. Я всё еще темный маг, а потому мне нельзя поддаваться эмоциями. Надо сделать вдох, выдох и принять ситуацию, с самого начала я твердила о том, что не могу со стопроцентной вероятностью излечить пациентку, к тому же, если кто в этой ситуации и виноват, так это госпожа Иламон, которая решила, что её убеждения важнее жизни девочки. Мне надо поговорить с Митаром на тему того, какое воспитание проводится в их знатном и благородном роду.

Словно услышав мои мысли, устройство связи зашумело, после чего в помехах послышался голос Митара, постепенно ставший четким.

— «Что за внезапная связь? Почему вы не запланировали разговор? - голос мужчины кажется на редкость недовольным. – У меня нет времени разбираться с бесцеремонностью…»

— У нас тоже нет времени ждать запланированного разговора с вами, - немедля влезла в разговор я, – и прежде, чем вы что-либо подумаете, я хочу сообщить, что нахожусь в добром здравии, ясном уме, ни на кого не нападала в приступе безумия, или что там еще эта стерва вам наговорила!

Митар долго молчал, видимо пребывая в шоке. В какой-то момент я подумала, что связь просто оборвалась, или возникли проблемы с соединением, но прежде, чем я успела спросить об этом у магов, мужчина наконец произнес:

— «Попрошу воздержаться от грубых высказываний в сторону Викар, она всё еще представительница рода Иламон, - вздохнул он. – Что произошло? Почему ты сбежала?»

— Я не сбегала, произошли определенные события, связанные с вашей дражайшей племянницей, потом случился обвал, благодаря которому я упала в океан, но сейчас не это самое важное! Мне нужно как можно быстрее увидеть Мелани, её проклятье тяжелее, чем я думала, если мы будем дальше топтаться на месте, то она может очень скоро умереть! Если хотите, я вам потом детальный доклад обо всём напишу с картинками, схемами и пояснениями, а затем его перескажу, но сейчас мне надо увидеть пациентку!

— «Мелани сейчас нужен покой, она…»

— Если я сейчас не приду, то покой у нее будет исключительно посмертный, - раздраженно прервала его я. – Неужели вы думаете, что она простыла? Мне казалось, вы не настолько наивный человек.

Прошло где-то полминуты молчания, прежде чем Митар наконец испустил тяжкий вздох и сказал:

— «…проведите её к телепорту».

Маги, всё это время растеряно слушавшие наш разговор, с некоторым промедлением, но всё же издали смятенное: «да, сэр», после чего направились в другую комнату, где, по всей видимости, находится служебный телепорт. Я испустила облегченный вздох, после чего развернулась к Итилу, стоящему неподалеку, и низко поклонилась, выражая благодарность.

— Спасибо, - сказала я. – За то, что не стали арестовывать и за то, что помогли вернуться.

— Я просто выполняю свою работу, - спокойно ответил тот. – Рекомендую вам выполнить свою.

Мне оставалось только кивнуть, после чего, услышав зов магов из другой комнаты, направиться к телепорту.

Оказавшись в знакомых помещениях Коллегии я, не обращая ни на кого внимания, сразу же рванула в лазарет, где была только один раз, когда посещала Мелани перед вылазкой за перволистом, но дорогу, благо, запомнить успела.

Честно говоря, возможность того, что маги нападут на меня из-за непослушания и неподчинения, волнует меня в самую последнюю очередь. Если понадобится, то хоть отбиваться буду, но до девочки доберусь и разберусь что с ней делать, или не делать. К моему удивлению, однако, нападать на меня никто не спешил, даже когда я, грубо расталкивая прохожих, прошла в лазарет и добралась до палаты Мелани.

— А теперь замедлись, - не успела я зайти внутрь, как меня тут же остановил Митар, который, видимо, заранее пришел в лазарет, ожидая моего появления. – Что происходит? Почему она в опасности?

— Я не узнаю этого, пока не осмотрю её, - бросила я, протискиваясь мимо мужчины, – в ваших же интересах мне не мешать.

Мелани выглядит плохо. Побледневшая, обливающаяся потом, лоб настолько горячий, что чуть не обжигает, грудь поднимается и опускается совершенно неравномерно, пораженная рука находится под защитным барьером, но это ничуть не облегчает воздействия проклятья.

— Уберите это, - махнула рукой я целителям, стоящим рядом.

Один из них бросил взгляд на Митара и, дождавшись его кивка, быстрым движениям снял барьер, предоставляя мне беззащитную руку.

Приложив пальцы к Паутине и, стараясь не оказать никакого давления, я закрыла глаза, сосредотачиваясь на Тьме внутри девочки. Всё кажется точно таким же, как и в прошлый раз – по всем признакам классическая Паутина, но не могло же девочке стать плохо просто так. Я нахмурилась и переместила пальцы дальше вдоль руки по каналам, отходящим от основной капсулы, пытаясь найти любые отклонения от установленных стандартов… что-то должно быть, что-то обязательно должно быть. Остановившись на сгибе локтя у одной из вен, я наконец-то нашла нужное отклонение.

— Это не стандартная Паутина, - выдохнула я, открывая глаза, – а Паутина временного типа.

— И что это значит? – спросил Митар, подходя ближе.

— Паутина соединена с кровеносными сосудами с помощью каналов и Тьму внутри от крови отделяет лишь перегородка, созданная организмом. В стандартной Паутине перегородка достаточно крепкая, чтобы выдержать напор жидкости внутри, пока она в спокойном состоянии, но если организм ослаблен, или Тьма внутри находит дополнительную силу в виде эмоций, а я напомню, что Мелани сейчас в переходном возрасте, то перегородка неспособна выдержать силу проклятья и постепенно истончается, пока не исчезнет вовсе. Когда она становится достаточно тонкой, чтобы в любой момент порваться, начинаются первые симптомы: повышенная температура, затрудненное дыхание, аритмия, иногда рвота.

Я перевела взгляд на Митара и целителей вокруг.

— Внутри Мелани фактически бомба с зажженным фитилём. Нужно проводить операцию прямо сейчас. Мать пациентки дала согласие на ампутацию?

— Нет, - покачал головой Митар. – Она думала, что еще есть время.

— В таком случае судьба девочки в ваших руках, глава, - подвела итог я. – Ампутировать ей руку, или сохранить?

Митар нахмурился и поджал губы, сложив руки на груди. Он переводил взгляд с меня на Мелани и обратно, нервно постукивая пальцем по своему плечу.

— Ты сможешь спасти ей жизнь? – спросил он, явно говоря о моем вмешательстве.

— Я уже проводила подобные процедуры, - пожала плечами я, – из семи четыре успешные. Мелани нужно вывести из сознания, а мне нужна полная тишина, ни звука, ни единого писка или любых других отвлекающих факторов до конца процесса.

Митар испустил дрожащий вздох и только благодаря этому стало понятно то, что мужчина сейчас пусть и немного, но нервничает. Быстрым движением он подал знак целителям.

— Выведите девочку из сознания.

Когда целители удалились за нужными зельями для погружения в сон, он смерил меня до крайности тяжелым взглядом и сказал:

— Если топтаться на старых методах, то далеко мы не уйдем, а потому я доверюсь тебе. Но если Мелани умрет…

— Я достаточно осознаю лежащую на мне ответственность, - прервала его я.

Митар молча кивнул и в этот момент вошли целители с бутыльками в руках. Они подошли к Мелани и один из них сел рядом с головой девочки, когда она внезапно открыла глаза и уставилась в потолок невидящим взглядом. Её губы задрожали в преддверии слез, ровно, как и голос:

— Пожалуйста, - прошептала она, – я не хочу умирать… я не знала! Я не знала, что произойдет! Я лишь… я лишь хотела, чтобы мама посмотрела на меня! Я хотела… не хотела… мне так жаль…

Слезы скатились по её щекам, и она зажмурилась, громко всхлипнув.

— Я не хочу умирать, пожалуйста… пожалуйста, спасите меня…

Целитель молча накрыл глаза девочки рукой, после чего влил содержимое бутылька в рот.

— У вас есть сорок минут, - сказал он.

Я кивнула. Очень скоро Мелани затихла, лицо разгладилось и теперь она лежит так, как будто просто спит, а её жизни совершенно ничего не угрожает.

Стоило целителю отойти, как вокруг кровати девочки и меня возник ледяной купол, в котором я как будто с затычками в ушах – кроме моего дыхания не слышно больше ничего. Посмотрев на Митара, я увидела его короткий кивок, после чего сделала глубокий вдох, выдох, и положила ладони на пораженную руку Мелани, закрыв глаза.

Всё окружение перестало иметь значение, перестало иметь значение мое дыхание и тело, я сосредоточилась на ощущении нежной кожи под своими ладонями, на пульсе крови в её венах и на выпирающей под кожей уродливой Паутине, которая с каждой секундой приближает девочку к смерти.

По рукам прошлись неприятные, колющие мурашки, и Тьма начала действовать, проникая в организм, медленно обходя каналы Паутины и подбираясь к тем местам, где они соединены с кровеносными сосудами девочки. Как и ожидалось, мест соединений крайне много, но и чувствуются они хорошо – словно тяжелый, холодный камень среди ваты. Я медленно провела ладонью дальше вдоль руки Мелани, распространяя действие Тьмы дальше по конечности, прекрасно ощущая каждый виток Паутины. Медленно, но верно, магия проходит сквозь ткани организма, подбирается к черным каналам и замирает, ожидая момента, когда будет отдан приказ действовать.

Процесс проходил медленно, но в конце концов рука девочки оказалась пронизана Тьмой, что тонкими нитями окружает Паутину. Каждый самый маленький виток проклятья находится под моим взором, и я не позволила себе приступить к обрыву связи, пока несколько раз не прошлась по руке в поисках каналов, которые могла упустить. Но все места соединения уже окружены, даже у плечевого сустава, которое я тоже на всякий случай проверила, не оказалось места, которое бы не было осмотрено. Пора приступать к самому важному.

Вновь глубоко вдохнув, я подняла ладони, оставив на коже девочки только кончики пальцев.

Три…

Пальцы нажали на кожу чуть-чуть сильнее, готовясь к одному, четкому движению, от которого будет зависеть жизнь пациентки.

Два…

Мое дыхание замедлилось, пока вовсе не затихло. В ушах размеренным пульсом стучит кровь, ровно, как и в руке Мелани, лежащей без сознания. Я подняла плечи и локти, приготовилась, точно зная, сколько Тьмы мне нужно использовать.

Один.

По пальцам вновь прошлись мурашки, оповещающие о том, что магия была использовала, после чего у меня была потеряна всякая связь с Паутиной. Немедля, я открыла глаза и тут же прижалась ухом к груди девочки, вслушиваясь в её ровное дыхание и стук сердца.

Тук-тук.

Пауза, длившаяся не более половины секунды.

Тук-тук.

Пауза, на этот раз более долгая. Секунда тишины, грудь медленно опустилась, не спеша подниматься обратно.

Тук-тук.

Грудь поднялась, вместе с тихим вдохом девочки. Сердце продолжает работать, с неравномерными перерывами, но продолжает работать. Я медленно подняла голову и посмотрела на спящее лицо девочки. Пульс под пальцами продолжает биться в течении следующей минуты гробовой тишины.

Я выдохнула и тихо рассмеялась, опустив голову на грудь. Получилось. Мелани продолжает жить.

И, словно подгадав мои мысли, внезапно дыхание девочки сбилось, переходя из тихого и ровного, в хрипящее, крайне тяжелое, задыхающееся. В следующую секунду, я подбежала к ледяному куполу и стукнула по нему.

Митар, быстро поняв, опустил лед.

— Что происходит? Ты ошиблась? – спросил он.

— Если бы я ошиблась, то она бы мгновенно перестала дышать, - ответила я. – У неё перегрузка. Быстро, принесите эликсир солнцецвета, отмерьте дозу в половину от той, которую обычно даете, иначе есть риск интоксикации. Вы, налейте миску с водой, смешайте ее с Белой иворой и оботрите руку девочки, но ни в коем случае не давите, просто водите по коже, не прикладывая никаких усилий. Вы, принесите бинты, смочите Митерилей, и приложите её к носу девочки, дальше…

Не обращая больше никакого внимания на Митара, я начала раздавать целителям задания и те, видимо ранее получив приказ от главы, беспрекословно слушались, выполняя в точности то, что я сказала, за что большое им спасибо. Благодаря слаженной работе, мы довольно быстро смогли взять ситуацию под контроль и сбить основные симптомы перегрузки, которые могли угрожать жизни девочки. Наблюдая за тем, как, через некоторое время, целители самостоятельно поняли, что им делать, и как действовать, я решила выдохнуть и отойти, чтобы не мешать им выполнять свою работу. Заместо этого моё внимание вновь переключилось на главу, который всё это время стоял в стороне, но и уходить не спешил.

Митар хмуро смотрит на то, как медленно, но верно, судорожное дыхание девочки выравнивается, а на кожу возвращается хоть немного цвета. Вскоре, покрытая тканями, пропитанными алхимией, Мелани осталась лежать на кровати, пока её грудь медленно поднимается и опускается.

— Нам удалось выправить её состояние, - оповестил один из целителей, – но пока неясно, очнется она или нет.

Митар перевел вопросительный взгляд на меня. Заметив его, я лишь сказала:

— Паутина пока не является угрозой, но после всего произошедшего немал шанс, что её организм просто не выдержит. Мы больше ничего не можем сделать.

Подойдя к девочке, я приложила руку к ее остывшему лбу и аккуратно убрала прилипшее к коже волосы.

— Выживет она или нет… сейчас всё зависит от Мелани.

Палата погрузилась в гнетущее молчание, пока я совместно с целителями, завершала последние процедуры по уходу за пациенткой.