Преодолев ненормально большое количество ступеней, мы наконец остановились на очередном этаже, где Тайна – каким-то образом даже не запыхавшаяся после всего этого увлекательного путешествия по бесконечной лестнице – открыла дверь в, судя по очередному религиозному символу, жилую комнату убитого Слышащего. Я зашла внутрь и огляделась, внимательно осматривая обстановку. Как и ожидалось, личные комнаты жертв мало чем отличаются от общей обстановки в башне. Мрачная, серая коморка с не особо большим окном, кроватью у одной стены и комодом с личными вещами у другой. Ничего интересного, ничего запоминающегося, только изощренный рисунок печати у входа, которая, судя по всему, должна была обеспечивать безопасность Слышащего, запрещая любое проникновение в комнату извне без соответствующего ключа. Что ж, очередное подтверждение того, что убийство мог совершить только тот, кто находился к Слышащему ближе всего – писарь.

И мне кажется, или тут есть какой-то странный звук? Наверное кажется, после долгого дня… несмотря на то, что сейчас утро. А может, здешние лестницы сводят с ума и доводят людей до галлюцинаций.

— Комнату уже осматривала стража и записала всё, что посчитала нужным записать, так что не стесняйтесь переставлять мебель, перекладывать вещи и делать всё необходимое для расследования, - оповестила Тайна.

— Хорошо, - кивнула я, подходя к кровати и комоду. – Что-то интересное в комнате нашли?

— Нет, - ответила писарь. – Преступник тщательно замел следы.

Странно… как писарь мог исчезнуть из этого места незамеченным? Окно есть, но высота тут такая, что прыгать из него – самоубийство, если писарь не был магом воздуха. Потайных ходов нет, выход из башни только один – через дверь внизу, так почему же стража не смогла заметить человека, выбегающего на улицу? О магах государства, конечно, можно много лестных слов говорить, но они уж точно должны быть способны заметить того, кто выходит из единственных дверей в здании. Или… стража его заметила, просто не стала об этом сообщать?

«Мы думаем, что он заранее спланировал побег и действовал вместе с сообщниками.» - прозвучали в голове слова капитана, сказанные ранее. Боги. Похоже это будет очень долгое и нудное расследование.

Я, сдержавшись от тоскливого вздоха, решила сосредоточиться на осмотре комнаты. На стенах и мебели ничего необычного не видно, в комоде из вещей только старая одежда и какие-то деревянные игрушки, которые вертят в руках, чтобы чем-то себя занять или успокоиться – похоже, это единственное развлечение Слышащих в стенах башни. Под кроватью ничего, кроме сменного комплекта обуви, на кровати – запачканные высохшей кровью простыни. Их решили пока не менять.

— Слышащего убили во сне? – уточнила я.

— Вероятнее всего, - отозвалась Тайна. – Никаких следов борьбы.

Ладно… хорошо, надо подумать. Писарь убил Слышащего, сговорился со стражей и вышел из башни незамеченным. Наиболее вероятным мотивом убийства на данный момент является послание Идеалов, которое изрек погибший. Это установили. Довольно сложно, на самом деле, сосредоточиться, когда где-то на краю сознания гудит противный звук. Тут продувает, что ли?

— Что происходит с посланиями, которые изрекают Слышащие? – спросила я. – Их где-то хранят?

— Писари составляют перевод стуков и отправляют его в хранилище, - пояснила Тайна.

— Полагаю, пропавший писарь перевода вам не предоставил, да?

Отвечать на этот вопрос женщина не стала, потому что, очевидно, он риторический. Итак, у нас есть писарь, который узнал что-то настолько ужасное от посланника богов, что решил убить Слышащего – хотя в чем смысл убивать его? Чтобы убрать другого свидетеля послания? – и спрятать перевод от общественности. Что это вообще за писарь такой решительный, который смог организовать убийство буквально на следующий же день после того, как Слышащий изрек послание? Чтобы договориться со стражей и при этом не вызвать подозрений у посторонних, нужно немало времени и мастерства, а этот смог всё провернуть буквально за сутки.

— Вы можете что-то рассказать о сбежавшем? – поинтересовалась я. – Что-то, что не защищено клятвой Священной тайны. Может, характер, или какие-то повадки, которые вы за ним замечали?

Странно, конечно, что несмотря на чрезвычайную ситуацию, писари отказываются предоставлять важную информацию о возможном убийце, но, с другой стороны, нарушение клятвы Священной тайны означает не только предательство богов, но и немедленную смерть, если не от гнева Идеалов, то от клинков палачей – уж точно. Полагаю, тут можно только смириться.

Тайна, тем временем, на мгновение замолкла, обдумывая вопрос, после чего с явной осторожностью произнесла:

— Пишущий Четвертого, профессионал, сосредоточенный на своей работе. Всегда исправно выполнял возложенные на него задачи. Никто из нас не ожидал, что он будет способен на что-то подобное.

Конечно, никто ничего никогда не ожидает. Я продолжать тему не стала за неимением смысла, заместо этого скользнула взглядом по стенам и мебели в комнате, пытаясь найти что-то необычное, за что можно было бы зацепиться глазом. Слышащий спал, сопротивляться не мог, значит следов борьбы так или иначе быть не может, но вдруг писарь всё-таки оставил после себя что-то? Учитывая обстоятельства, он должен был делать всё в спешке, невозможно спланировать сговор со стражей и идеальное убийство всего за сутки. Или он планировал это заранее, а послание стало лишь предлогом? Тогда всё ещё нелогичнее, в чем смысл убивать Слышащего, это же буквально подписание смертного приговора, при чем смысла от этого не особо много.

Убийство посланников воли богов провоцирует усиленное расследование и всеобщий переполох, а результата от этого столько же, как если бы Слышащий остался жив – ноль. Проходит какое-то время и в башню прибывает новый избранник, ничего не меняется. Тогда какой смысл убивать Слышащего, как если не из-за… да что это за шум?

Я огляделась, пытаясь найти источник неприятного звона, засевшего в голове с того момента, как мы зашли в комнату. Раздражает. Кажется, что совершенно незаметный, но в то же время от него невозможно отвлечься, слишком настойчивый. Тут что-то есть? Почему так неприятно?

— Где-то поблизости расположены работающие механизмы? – спросила я, потирая виски. – Что за шум?

— Какой шум? – ответила вопросом на вопрос Тайна, озадаченно нахмурившись.

Посмотрев на женщину, я увидела на её лице искреннее недоумение. Ах. Похоже, этого звона нет в обычном, физическом мире да? Опять Мозаика? Тогда всё ещё сложнее…

Я снова огляделась и медленно сделала круг по комнате, пытаясь понять, откуда исходит звук. Если звенит Мозаика, значит дело связано с магией, но я не вижу никакого скопления осколков, если не считать тех, которые летают у источников света. Это что-то другое. Сделав круг, я остановилась у окна, когда поняла, что рядом с ним звон становится чуть громче. Но в стекле и раме нет ничего необычного, что могло бы издавать такой звук.

— Здесь стоит печать? – поинтересовалась я, проводя пальцами по стеклу, пытаясь понять, есть ли на нем какой-то изощренный, незаметный рисунок, который сложно увидеть.

— Нет, только замок, - отозвалась Тайна. – Могу я узнать, что вас заинтересовало?

Я лишь неопределенно пожала плечами, потому что будет довольно сложно объяснить всю свою историю со смертью, воскрешением и его последствиями.

— Интуиция, - только сказала я, щелкая замком на раме и открывая окно.

В лицо ударил свежий морской воздух, выглянув из комнаты, я с замершим дыханием уставилась на океан и земли Атриэля, простирающиеся внизу. С этой высоты весь Аврель как на ладони и даже другие города вдалеке виднеются, прикрытые туманной дымкой. Наверное, если посмотреть вниз, то можно упасть банально из-за того, как сильно закружится голова, а потому я решила этого не делать, неуверенная в собственной устойчивости, потому что такая высота поразит даже подготовленного.

«Сосредоточься» - сказала я себе и прислушалась к звукам, стараясь пробиться сквозь вой беспокойного ветра, чтобы уловить нужный мне звон. Благо, звучание Мозаики достаточно необычное, чтобы его можно было отличить от остального окружения и уже скоро мне удалось услышать раздражающий шум, исходящий откуда-то… сбоку? Я нахмурилась, повернула голову вправо и сделала шаг в ту же сторону, с удивлением понимая, что да, теперь звон стал громче. Так… это необычно.

Набрав в легкие побольше воздуха и постаравшись забыть про высоту, на которой выхожусь, я выглянула из окна, игнорируя обеспокоенный возглас Тайны, видимо испугавшейся того, что неразумная следовательница решит выпрыгнуть из окна. С этого места темно-бежевые кирпичи, коими выложена башня, кажутся настоящими памятниками истории – практически все они испещрены царапинами, трещинами и бороздами, оставленными после событий, многие из которых, вероятно, даже не упомянуты в древних текстах. Создается ощущение, что этому строению не четыреста лет, а вся тысяча, или около того. Честно говоря, будь башня чуть более приветливой и не такой пугающей, я бы, наверное, была рада тут задержаться, чтобы изучить получше все эти царапины и их историю. Но ладно, это сейчас не так важно, важно то, что мне наконец удалось увидеть следы вещицы, которая может издавать такой звук.

У одного из кирпичей рядом с окном виднеется подозрительное скопление осколков. Не настолько большое, как, например, возле самых простых источников света, но всё равно достаточно заметное, чтобы привлечь внимание. Что это? Какой-то магический кирпич? Почему от него так много шума?

— Послушайте, я понимаю, что у вас свои методы работы, но это вызывает опасения, - вновь попыталась достучаться до меня Тайна. – Пожалуйста, объясните, что вы пытаетесь сделать.

— Что-то, в чем совсем не уверена, - только ответила я, после чего потянулась к нужному кирпичу, благо, он находится достаточно близко к окну.

Конечно, мой ответ нисколько не успокоил писаря, но её волнение – последнее, что меня интересует, пока я чуть ли не всем телом высунулась из окна на огромнейшей высоте и от падения меня спасают только собственные ноги, упершиеся в стену. Очень старательно не смотря вниз, я двумя руками дотянулась до нужного кирпича – ради богов, что с этой башней не так и почему тут есть какие-то волшебные кирпичи? – вцепилась в него пальцами и потянула. С трудом, а также неприятным скрежетом камня о камень, тот поддался.

— Что бы вы не хотели, уверена, нам будет гораздо проще, если вы не будете так рисковать, ради всего святого, спрячьтесь, пока не свалились вниз и.., - Тайна оборвала себя на полуслове, когда я с торжествующим «да!» вытащила кирпич и поставила его на подоконник. – Что вы…?

Возможно, мне нужно перестать так откровенно игнорировать старшую в башне, но у меня расследование, ладно? Нельзя обвинять следовательницу в том, что она полностью увлечена своей работой.

Кинув быстрый взгляд на вытащенный кирпич, я поняла, что источником шума является не он – осколков вокруг предмета практически нет – значит проблема в том месте, которое закрывал этот кирпич. Вновь высунувшись из окна, я протянула руку к голому участку башни, оставшемуся после моих несложных махинаций и со слабой ухмылкой обнаружила там слишком большое пустое пространство, которого не должно было остаться после кирпича. Я похлопала ладонью по бетону в поисках чего-то необычного и уже спустя пару секунд наткнулась на твердый, холодный материал, который издал звонкий металлический звук из-за неаккуратного движения. Вау. Это действительно сейчас происходит? Схватившись за найденный предмет, я вытащила его из выемки и притянула к себе, уже примерно представляя, что именно нашла.

Да. Это кинжал. Это действительно кинжал. Сделанный явно с декоративной, или ритуальной целью, потому что у меня нет ни единого представления, как настолько сильно погнутое лезвие можно применить в бою, кроме как зарезать спящего человека, свидетельством чего является грязно-коричневый цвет, оставшийся на клинке после высохшей, размазанной крови. Эфес покрыт золотом, тонкие прутья сплетаются в затейливые узоры вокруг сверкающих красных камней, на темно-коричневой, обитой кожей рукояти, выжжен религиозный символ, отдаленно напоминающий один из знаков, который используется в современном веровании, но всё же… не тот. Слишком много неточностей, чтобы это можно было принять за ошибку в написании.

Оружие странное, не похожее ни на одно из тех, которые я встречала раньше, даже на страницах исторических учебников не было зарисовок чего-то подобного. Но, помимо необычной природы кинжала, меня интересует ещё один момент.

Убийца что, идиот?

— Да ну нет, - пробормотала я, смятенно нахмурившись. – Не может такого быть.

— Как вы.., - Тайна выглядит не менее растерянной, потому что, очевидно, она не рассчитывала на то, что в стенах её башни спрятано оружие убийства. Или нет?

Что за абсурд. Писарь подготовил заговор, убил Слышащего, смог организовать невероятный побег и при этом при всем додумался спрятать одну из улик в башне? С одной стороны это невероятно иронично и в какой-то мере гениально, но с другой – просто образец идиотизма, потому что убийца, похоже, был больше озабочен символизмом, чем тем фактом, что его тайник рано или поздно бы всё равно нашли. Да, стража не обладает способностью видеть магию, но она очень упорна и, порой, в ней работают совершенно помешанные на своей деятельности люди, готовые убить всю жизнь на расследование одного дела.

Каким образом он смог всё это провернуть под носом у стражи? Понятно, что некоторые из них были подкуплены и состояли в сговоре, но если весь остальной пост не заметил то, как один из писарей высовывается из окна и колотит стену башни, чтобы вытащить оттуда кирпич, значит города охраняют редкостные идиоты, или слепцы, не замечающие очевидного. Или в сговоре состоял весь пост стражи?

Боги, насколько велика вся та паутина, которая окружает убийство Слышащего?

— Можете что-то сказать об этом? – поинтересовалась я, демонстрируя кинжал Тайне.

Пока женщина осматривала оружие, я внимательно наблюдала за её реакцией, ища любые признаки нервозности или узнавания. Может ли быть такое, что люди, поклявшиеся хранить Слышащих и их тайну были теми, кто ударил их в спину? Если сбежавший писарь каким-то образом смог договориться со стражей, то должен был и через Тайну пройти, учитывая то, что, насколько мне известно, писари заперты в башне точно также, как и Слышащие. Никто из них не может вот так просто выйти, чтобы спланировать побег с острова.

Тайна, тем временем, взяла в руки кинжал и провернула по кругу, рассматривая со всех сторон. На её лице отображена, кажется, искренняя растерянность и смятение, которое испытывает человек, совершенно не ожидавший того, с чем ему пришлось столкнуться. Если играет – то очень хорошо, сам Безликий ей бы поаплодировал.

— Это.., - женщина замолкла, поджав губы, - не понимаю…

— Не понимаете что? – с интересом уточнила я.

— Не понимаю, откуда он, - закончила Тайна. – Это похоже на ритуальный нож, которым мы разделываем мясо, прежде чем подать Слышащим, но…

Она недоверчиво нахмурилась и подняла взгляд, без капли страха встретившись со мной глазами.

— Но в этом кинжале всё не так. Лезвие, рукоять, и даже символ. Представить не могу, чтобы такая вещь хранилась в башне.

Замечательно, получается писарь ещё каким-то образом смог непонятно зачем протащить сюда оружие из внешнего мира, при этом сумев подобрать его таким образом, чтобы оно было вроде и похоже на ножи, которым пользуются писари, и в то же время нет. И всё это он провернул за одни сутки. Какой целеустремленный, однако, слышащий.

— Давайте в общих чертах обрисую ситуацию, чтобы ничего не упустить, - размеренно произнесла я. – Башня Святых жертв – изолированное от общего мира строение, жители которого никак не контактируют с внешним миром. Насколько я поняла, из всего состава башни только вы, старший писарь, можете общаться со стражей, чтобы запросить медицинскую помощь, продовольствие и другие вещи, необходимые для жизни. Это верно?

Тайна с промедлением кивнула.

— И находясь в столь отрезанном от мира месте, один из ваших писарей смог, - я начала загибать пальцы, - первое – пронести внутрь оружие, которого, как вы утверждаете, просто не может быть в стенах башни, следовательно, он где-то его увидел, где-то нашел средства на покупку и как-то доставил к башне, при этом провернув всё так, что вы ничего не заметили. Второе – найти сообщников для осуществления убийства сразу же после того, как Слышащим было изречено послание, то есть менее чем за сутки. Третье – каким-то образом вытащить из стены башни кирпич, чтобы спрятать там оружие убийства. Четвертое – сбежать незамеченным, прихватив с собой изреченное послание, так что ни вы, ни стража, даже не заметили, как он уходил.

Кажется, когда я озвучиваю ситуацию, она звучит достаточно абсурдно даже для Тайны, которая с каждым моим словом хмурилась всё сильнее, пока не свела брови вместе настолько сильно, что у неё, кажется, появились новые морщины вокруг глаз. Некоторое время мы провели в тишине, пока женщина осмысливала сказанное, после чего я всё же заметила:

— Вы же понимаете, что всё это невозможно провернуть в одиночку, за сутки? Здесь необходима помощь, при чем не только стражи.

Тайна практически мгновенно напряглась и устремила на меня полу настороженный, полу оскорбленный взгляд, словно я сейчас по всему её семейному древу прошлась, не стесняясь в выражениях.

— Вы что, обвиняете писарей в том, что мы подстроили убийство Слышащего? – с крайним недоверием в голосе спросила она. – Да ты хоть понимаете, о каком страшном преступлении говорите?

— Мне нужно проверить все версии, - пожала плечами я. – Убийство не было спланировано за одни лишь сутки, я понятия не имею, что было в изреченном Слышащим послании, но преступление планировалось задолго до него. И каким образом убийца смог всё это сделать незаметно для вас?

— Я не всеведуща, не в моих силах следить за всей башней и людьми, что тут проживают, - резко покачала головой Тайна.

— Я и не обвиняю конкретно вас. Просто делаю очевидный вывод о том, что всё это невозможно было сделать без ведома как минимум стражи. Писарь, может, был исполнителем, но он далеко не единственный, замешанный в этом деле.

И если уж на то пошло, то кому вообще может сдаться убийство Слышащего? Материальной выгоды от этого никакой нет, только спровоцированное активное расследование, которое вполне может привести к проблемам, поэтому вариант того, что в этом замешан какой-нибудь дворянин, или высокопоставленный человек отпадает. Такие люди не совершают подобных опрометчивых поступков.

Версия событий с посланием, как выяснилось, тоже отпадает. Я, конечно, всегда считала, что целеустремленный человек способен на многое, но то, что смог сделать этот писарь всего за сутки уже из разрядка сказок, которые рассказывают старики, приукрашивающие события, чтобы вспоминать свои молодые годы с радостью и гордостью, а не с горечью осознания прожитых впустую лет. Изреченное Слышащим послание Идеалов, возможно, играет роль в происходящем, раз убийца решил его скрыть, но не оно стало мотивом для преступления.

Тогда что остается? Кто может быть заинтересован в убийстве буквально символа всей религии? Вероятно, только тот, кому есть какая-то выгода с этого убийства, если не материальная, то, может, моральная? Кто-то, кто ненавидит богов и верование настолько, что готов совершить преступление и кто-то, кто находится в городе достаточно долго, чтобы обрести какие-то связи для этого.

Что ж. Возможно, Викар была права.

— Не знаю, кто в этом замешан, а кто нет, но вам лучше не разбрасываться подобными обвинениями, - раздраженно сказала Тайна, видимо не заметив моих усиленных раздумий. – Займитесь своей работой, а не подозрением тех, кто поклялся собственными жизнями защищать Слышащих.

Я лишь мрачно хмыкнула, почувствовав укол злобной усмешки при этих словах.

— Как видите, ваша клятва не так много стоит, - пробормотала я, забирая кинжал из рук Тайны и направляясь к выходу из помещения. – Впрочем, как и любая другая.

***

— Есть результаты? – капитан подошел ко мне сразу же, стоило только выйти из башни. – Парни видели, как вы что-то смотрели на стенах башни.

А, так теперь вы смогли это увидеть, какое чудо. Я посмотрела на мужчину невозмутимым взглядом спокойной следовательницы, совершенно точно не скрывающей улики от стражи, и сказала:

— Нет, ничего. Мне показалось, что на стенах могли остаться следы, если убийца спускался по ней, но моя теория оказалась неверна.

Сложно сказать, поверил мне капитан, или нет, его лицо кажется таким же невозмутимым, как и у меня, а значит скрываем информацию в этом разговоре мы оба. Мужчина размеренно кивнул, принимая ответ, после чего поинтересовался:

— Каков дальнейший план?

— Мне необходимо ознакомиться с документацией, собранной вами в ходе расследования, - с готовностью ответила я заранее придуманную фразу. – Можете предоставить мне копии, чтобы я могла изучить их в штабе?

Понятия не имею, есть ли у следователей Совета какой-то штаб, или база, но, полагаю, есть, раз капитан не стал задавать по этому поводу лишних вопросов.

— Для всех нас будет безопаснее, если не вы будете выносить столь важные документы за пределы острова, - заметил капитан. – Конечно, с учетом того, что за вас поручился советник, я не имею права указывать, но регламенты безопасности есть регламенты безопасности.

Только идиот не заметил бы в его словах странной интонации, которой, вероятно, не должно звучать в голосе уверенного капитана стражи. Ну надо же.

— Боюсь, дело требует моих немедленных действий, а потому информацию необходимо держать при себе, чтобы в любой момент можно было к ней обратиться, - с вежливой улыбкой отрезала я. – Думаю, в столь неординарном деле можно пренебречь регламентом.

И доверием к страже тоже. Понятия не имею, что тут происходит и насколько сильно капитан замешан в происходящем, но я буду полной дурой, если решу раскрывать этому определенно подозрительному человеку детали расследования. Боги, а кому вообще детали расследования раскрывать можно, если на этом острове, возможно, все замешаны в совершенном преступлении?

Безликий недостаточно платит мне за это дерьмо. Он в принципе мне не платит.

В конечном итоге, капитан, не без видимого сопротивления, конечно, но согласился и мне предоставили достаточно толстую стопку каких-то бумаг, ни одна из которых не похожа на хоть сколько-то вменяемый отчет о расследовании, или хотя бы сборе улик – только сплошное полотно бесполезного текста-описания места преступления, перемешанного с каким-то образом затесавшейся тут историей башни с самых древних времен, когда на её месте был только выжженный солнцем пустырь. Я вежливо улыбнулась, поблагодарила за содействие, а следом бросила эти бумаги на кровать в снятой комнате таверны, не прочитав их даже на четверть. Затем, не особо задумываясь над своими действиями, схватила сумку, закинула в неё пару дополнительных катушек нитей и смело отправилась в город искать себе неприятностей.