— Все твои достижения, вся твоя идеальная жизнь, все было подстроено, — повторились слова Элазара в голове Аоки, что слабо приоткрытыми глазами смотрел в небо. Холодная мостовая слегка заглушала боль от недавнего поражения.

— “Не понимаю…” — словно клин, застрял в голове юноши вопрос, что казалось понемногу разрушал саму его суть, — “что значит подстроено? Я же избранный… герой, призванный в этот мир остановить все зло… тот, кому уготовлено судьбой встретиться с самим владыкой демонов… тот, кто должен сражаться с несправедливостью… такова моя новая идеальная жизнь. Ведь так?.. — юноша повернул голову и посмотрел на сломанный шокер, — но тогда почему… почему я не могу встать?.. Что-то не сходится… Я уверен, что должен остановить Элазара… Но у меня больше не осталось сил... мне не хватает времени... Может... Я что-то упускаю?..

— Эго-кун! Просто потрясающе! Вы написали прошлый тест лучше всех в параллели! Сразу видно наследника Зеленого рассвета! — говорили преподаватели.

— В общем, Эго-кун, не хочет стать моим парнем? — каждый день мне предлагали встречаться самые популярные девушки в университете.

— И первое место по легкой атлетике занимает Эго-кун! — трубили судьи на соревнованиях.

“В прошлой жизни… у меня всегда все шло по плану… что бы я не решил… получалось легче легкого… двигаясь от пункта к пункту… от секунды к секунде… я достигал всего, что хотел… моя жизнь была для меня как открытая книга, в которой не было места неудачам и неожиданностям… От того я и понял, увидев другой мир… что был создан для куда более великих дел… дел которых нельзя было совершить в моей прошлой жизни… И все прошло как надо… Даже сама богиня благословила мой путь героя… все… как я и планировал… Дальше началась новая глава… Глава моей борьбы с Владыкой демонов, основная часть истории… Я уже победил стольких… его посланников… пережил все уловки, что он для меня уготовил… но Элазар… что-то совсем не так в нашей битве. Неправильно, все как-то неправильно…

— Может быть уже хватит жить в своих фантазих?! — вновь грозным голосом пронесся голос героя где-то глубоко в Аоки. И с этим криком… все яркие краски сцен его подвигов начали медленно стекать, обнажая серую, суровую правду.

— Нет… дело не в Элазаре… я почувствовал это еще в первые секунды, как переродился… мой идеальный план… моя идеальная жизнь… все трещало по швам… будущее, что я видел ясным взглядом начало утопать в тумане… словно оказавшись в этом мире… все перестало вертеться вокруг меня… Если так посудить… с момента моего перерождения я не совершил ни одного подвига… ни победил ни одну дуэль… А что если… все мои истории и правда не больше чем фантазии? Что если я стал заполнять свои неудачи… своим жалким воображением?.. Просто чтобы не признавать… что мой идеальный план… давно не идет как надо… Я не знаю… ведь если это правда… если я на самом деле не избранный… кто я тогда… вообще такой?..

— Эй, парнишка авантюрист, ты в порядке? — раздался голос рядом и свет солнца преградил крупный силуэт.

— Знакомые яйца… ученик, это ты?.. — слабо спросил юноша.

— Ученик? — удивился Джеф, но тут же помотал головой, — в прочем не важно. Ты чего разлегся то? Разве ты не собирался спасти ту девушку-монстра?

— Что за глупые вопросы? Разумеется я ее спасу, — словно очнулся Аоки и постарался вновь встать, вот только… парень понял, что у него нет сил даже поднять руку. Его привычно уверенный взгляд был несколько встревожен. Он смотрел на свою неподвижную руку и наконец вслух сказал тот факт, которого так старался избежать, — Но… я попусту не смогу этого сделать…

— Это еще почему?

Аоки пару секунд помолчал, пока тихо не спросил, — ученик… мы злодеи?

— Что?

— Это единственное объяснение, что я смог найти… Если я не могу победить Элазара… значит он прав… а я поступаю неправильно… может монстры и правда… должны сгинуть в этом мире?..

Джеф удивленно посмотрел на Аоки. Парень и сам не знал, какой ответ хочет услышать. Он окончательно запутался. И первым толчком из этого тумана сомнений… стал громкий смех здоровяка, — а вы все здесь и правда забавные ребята!

— Ч-что? — пораженно прошептал юноша.

— Послушай…

— Зло и добро сильно упрощенные понятия! У каждого есть свои убеждения и даже у добрых людей они иногда могут быть противоположными! — весело прокричала подбежавшая Мия.

— Именно, умничка, — посмеялся здоровяк и погладил девочку по головке.

— Я… не понимаю…

— Послушай парниш. Злодей ты или герой, разве это сейчас важно? То, на что ты должен ответить для себя, это, почему ты решил защитить этого монстра?

— Почему?.. — повторил юноша, — “и правда… почему… по правде… Защита монстров… как и противостояние их и людей первоначально совсем не входили в мой идеальный план… Когда я представлял этот мир монстры были скорее чистым злом… — внезапно глаза Аоки широко открылись, — точно… вот оно в чем дело! Вот почему мой план не работает в этом мире! Я построил его лишь на своих ожиданиях от перерождения, но они сильно отличаются от реальных! Тогда… тогда если я забуду о нем… если вернусь к первой чистой страницы моего путешествия… то чего я хочу достичь в этом мире?.. Почему я хочу защитить монстра? — и вспомнив образ израненной девушки-рыси. Ее глубокие печальные глаза и руку тянущуюся к когтю… парень впервые ухватился за крепкий канат из бездны, — потому что я считаю это правильным.

Джеф улыбнулся, — именно. Я тоже так считаю, а значит остальное не имеет значение. Кто ты, кто я, главное сейчас это спасти ее. Неправда ли?

Однако Аоки нахмурился, — но как? Элазар ведь намного сильнее меня… значит ли это, что истина на его стороне?

Джеф достал сигару и присел. Закурив мужчина с ноткой грусти ответил, — нет, это не так. Не мир создает истину, а люди живущие в нем. И как бы грустно это ни было, зачастую люди, даже с самыми жестокими и бесчеловечными убеждениями, оказываются чертовски сильны.

— Ученик… не уж то… ты хочешь сказать, что у меня нет шансов?

Джеф усмехнулся, — ну да, так и есть.

— Вот оно как… — с небольшой грустью протянул Аоки и вновь посмотрел на небо, — “выходит мои опасения оказались правдивы… Элазар прав… Пришла пора посмотреть правде в глаза… Мой идеальный план закончился вместе со смертью… Все что было дальше не более чем кучка фантазий… Хах, нет, даже не так. Еще вся моя прошлая жизнь была лишь иллюзией созданной влиянием моего отца… Я никогда не был избранным и не мог ни на что по настоящему повлиять… Как же долго мне потребовалось времени чтобы понять… моей истории никогда не было… все моя жизнь это обычный белый лист…”

— Однако, — внезапно продолжил Джеф и даже с закрытыми глазами юноша внезапно увидел слабый проблеск света. Это была вспыхнувшая зажигалка, — как не раз показывал мой хороший друг. Ноль шансов это более чем достаточно.

— Ч-что?..

Внезапно Джеф резко поднялся и голос его зазвучал гордо и громко, — открой же свои глаза пошире юный герой! Отрой и посмотри, на что способна твоя истина! Даже столкнувшись с безысходностью! Даже стоя на краю гибели! Нет в человеке большей силы, чем его убеждения!

И устремив взгляд туда, куда так пристально смотрел здоровяк, Аоки увидел… сражение его последней надежды и суровой реальности…

___________

Жрица вздохнула и с ноткой грусти отвернулась от поверженного Мардекая. Ей было приятно одолеть впервые за долгое время достойного и интересного противника, но в то же время грустно, что их поединок так жалко закончился. И словно сама судьба разделив ее чувства…

— И куда ты собралась? — прозвучал уверенный голос самурая, от чего у девушки пошли приятные мурашки.

— Ола? Разве все не кончено, мой милый противник? С такой раной ты едва сможешь продолжить.

— Кончено? — повторил Мардекай и под шляпой показалась слабая усмешка, — ну нет, так не пойдет. Ты сама меня втянуло в это нелепое подобие сражения. Сама разнылась, что я пренебрежительно отношусь к “танцу со смертью”, хотя никакой смертью здесь даже не пахнет. Осквернила прием, что были способны сделать лишь величайшие войны. Боюсь, после всего этого я не могу позволить тебе просто свалить.

Зифис посмеялась, — Ала, и как же ты планируешь меня остановить?

— А разве я тебе уже не говорил? Пока я не вдолблю в твою наивную голову, что значит считаться со смертью, ты отсюда и шагу не сделаешь.

Несмотря на улыбку, бровь Зифис дернулась от раздражения. Однако посмотрев на самурая, что продолжал неподвижно стоять на одном колене, спрятав свой лик за шляпой, она попусту не смогла рассердится. Он уже совсем не выглядел угрожающе.

— Мой милый противник, я понимаю твою обиду от поражения, но не стоит продолжать пустую хвальбу. У тебя нет оружия или хотя бы сил встать. Ала, оставь хотя бы частицу своей чести и не порть мое впечатление о себе.

— Оружие? Силы встать? — Мардекай слабо усмехнулся, — все это необходимо только в настоящей битве. Ты же, после всего что сделала, умерла для меня, как противник.

— Хах, что за пустой вздор?! — не выдержала жрица. Впервые в голосе самурая звучало такое призрение. Казалось словно не он стоял на колене, а она. Не выдерживая такого позора, Зифис надменно ухмыльнулась, — ала! Ала! Ала! Ну хорошо! Давай же, научи меня о “великий” мечник! И что же ты сделаешь?! — чтобы доказать свое превосходство жрица убрала меч и приблизилась к самурая, — ну же! Дерзай! Что?! Попытаешься ударить меня своей жалкой деревяшкой?! Или кинешь в меня эти дурацкие пирожные?! Мне уже осточертели твои красивые речи! Если хочешь что-то доказать, докажи это силой, как настоящий войн! Вот только, даже если бы тебе хватило поднять меч, ты бы ничего мне не смог сделать! Пойми же наконец! Я сильнее тебя! Я выносливей! Но главное, пока в моих жилах течет магия я бессмертней! Можешь сколько угодно кричать свои нелепые фразы, но ты не более чем капля вина в моей бутылке. Можешь считать это трусостью, вот только пока я способна исцелять себя, я непобедима! Так в чем проблема? Какая разница если победа всегда будет за мной?

И наблюдавший за этим всем Аоки почувствовал… почувствовал знакомое отчаяние, — “ему не победить,” — укрепилась твердая мысль от подобной картины. И самое обидное, что все эти пустые слова самурая походили на те же, что он совсем недавно говорил он сам, — “Что хочет донести мой ученик… его слова совсем не сходятся с тем, что происходит… — Аоки посмотрел на обессиленного Макото, — “и здесь то же… одному требуется одолеть бессмертного, другому изменить сами законы мироздания… невозможно… даже для меня это кажется не более чем фантазиями… но почему эти двоя выглядят таким спокойным?.. Неужели они не осознают своей безысходности? Им не победить, это попусту невозможно… Все… ведь кончено…”

— Теперь понимаешь, пока ты будешь копошиться, оттачивая свой жалкий стиль риска и ран… — девушка приблизила свое лицо к поникшему самурая и нежно приподняла его голову. Она посмотрела в спокойный океан внутри глаз самурая и с победной улыбкой закончила, — я, о мой милый противник, уже давно достигла самой вершины масте…

— Тьфу, — все с таким же безэмоциональным лицом что-то выплюнул самурай и в тот же миг жрица затихла. Сделав несколько быстрых шагов девушка внезапно сильно закашляла и схватилась за горло.

— “Че?” — удивился авантюрист. Он увидел всего один легкий плевок… плевок который вообще не вписывался в столь серьезную сцену. Но парень еще даже не осознавал… что такое легкое и комичное действие… разрушило его так называемое невозможное.

— Зифис?! Что у тебя там происходит? — услышав доносившиеся хрипы спросила эльфийка и в тот же миг…

— Мисс, прошу не отвлекайтесь, вы же пропустите самое интересное, — произнес Макото и… на глазах Сисилии… проклятье от которого пытались избавиться сотни самых великих магов за всю историю жизни… просто испарились в воздухе…

— Ч-что? — лишь смогла вымолвить она. Но эльфийке повезло куда больше, ведь ее подруга жрица сейчас не могла даже произнести слов своего удивления. Упав на землю она начала судорожно использовать свое исцеление, однако было видно, что оно не особо помогает.

Неожиданно, не смотря на рану, Мардекай спокойно встал и зевая потянулся. Он подобрал свои ножны, повесил их на место, устало вздохнул и как ни в чем не бывало поправил свой смокинг, — мда, любишь же ты поболтать, — произнес он, неторопливо пройдя мимо лежащей Зифис. Девушка проследила за ним слезящимися глазами.

— “Быть не может…” — заметив резкую смену настроения осознала Зифис, — “Так те его слова… Он сказал это специально чтобы спровоцировать меня и сократить дистанцию?!”

Однако парень не обращая на нее внимания посмотрел на часы, — мда уж, как быстро летит время, вечереет. Надеюсь принцесса Лилия не сильно расстроится, что я так задержался. И колено что-то побаливает, к дождю что ли? Эх, не получилось погреться на солнышке. Может хоть в трапезной поспать? Надеюсь еще осталось немного супа Ванессы.

Парень сделал уверенный шаг, словно собираясь уйти восвояси, но жрица резко схватила его за штанину брюк. Самурай лениво на нее посмотрел.

— А? Что такое мисс бессмертная? Выглядите не очень, — хмыкнул серьезно Мардекай, — мне казалось вы уже достигли вершину своего мастертсва. Боюсь я тогда вам не нужен.

В глазах Зифис виднелась злость, но ее быстро смещало отчаяние. Наконец разглядев мольбу, самурай вздохнул.

— Ну что с тобой поделать, — после этих слов Мардекай стал чуть серьезней, — знаешь, в моем отряде есть одна ведьма. Наши взгляды в магии с ней всегда… мягко говоря различались. Она считает, что волшебство это сильное оружие, но как по мне это не более чем иллюзия. Иллюзия безопасности и силы. Именно поэтому я не люблю иметь с ней дело. Я уже встречал людей доверявших свою жизнь этой иллюзии, поверь, ни одного из них уже нет на этом свете. Холодный меч в твоей руке, чувства твоего тела, вот что тебя никогда не обманет. В месте, где я вырос не существовало никакого исцеления или этих ваших огненных шаров. Поэтому, у меня никогда не было шанса на ошибку. Все что мне было дано при рождении… это только моя жизнь. Но именно поэтому я знаю насколько она ценна. Понимаешь?

— “Не могу… дышать…” — теряя сознание проносилась в панике мысль у Зифис, — “почему… что этот самурай сделал? Что-то… застряло в моей трахеи…”

Мужчина в привычной манере достал из пакета еще одно пирожное и откусил, — вкусно. Знаешь, а пусть оно и без души, оно и правда вкусное. Вкусное, но не идеальное. В этом мире нет ничего идеального. У всего есть слабые сторону, поэтому мы и должны искать пути, которые бы компенсировали их. Если будешь сосредотачиваться лишь на одном, рано или поздно люди заметят твой, — самурай показал язык на котором была косточка, — изъян. Зря ты отказалась от пирожного. Попробуй ты хоть кусочек знала бы, что я тебя обманул. Они не брусничные, они… с вишней…

Однако Зифис уже почти не слышала слова Мардекая. Звуки вокруг затихали, сознание меркло, —вот оно как… он нашел слабость в моем восстановлении… и воспользовался им… всего одно легкое движение… это ведь даже не атака… хах… ха-ха… теперь я понимаю… все мое огромное превосходство… стояло на маленьком камушке… мыслить… становить тяжело… вот оно как… так это и есть смерть… я так давно не чувствовала ее…” — и последние силы великой мечницы Зифис, что одолела сотни воинов… были потрачены не на последнюю атаку… а на слабую улыбку, — а ведь она, такая прекрасная…

— Тетя, Зифис! — испугалась Мия и собиралась подбежать к подруге, но Джеф уверенно преградил ей путь рукой.

— Не волнуйся, — с улыбкой сказал он, — все будет хорошо.

— Но…

— Упс, ну вот, похоже теперь я сам заболтался. Извиняюсь, этот урок можно закончить, — вдруг донесся голос из внешнего мира и жрица почувствовала точный и сильный удар ножнами в спину.

— Кхе! Кхе! Кхе! — косточка вылетела из ее горла и Зифис вновь смогла глубоко вздохнуть. Чуть приподнявшись на руки она в холодном поту смотрела на серую мостовую, понемногу приходя в себя. Наконец, когда внешний мир вновь заиграл красками и звуками девушка… засмеялась…

— Ала, косточка… ха-ха-ха… маленькая косточка… — с грустной улыбкой Зифис произнесла, — как мало было нужно, чтобы полностью меня разрушить…

Мардекай зевнул, — да дело вовсе не в косточке. Зачастую слабые места воина это не точки тела или внутренности… в первую очередь это их убеждения и цели. Самоуверенность, заблуждения… вот что стало причиной твоего поражения.

— Одного понять не могу, ала. Как ты пережил мою атаку? Я же попала прямо в печень.

Самурай спокойно расстегнул свой смокинг и приподняв окровавленную рубашку показал рану. Жрица с удивлением увидела шрам рядом с ней.

— Я же говорил, что уже однажды видел такую атаку. Этот шрам нанес мне один мечник из моей страны. Признаюсь, тогда я и правда был в шаге от смерти. Но мое тело выжило и запомнило ту боль. С того дня моя печень немного сместилась.

— Вот оно как… какая ирония, — осознала жрица и печально подвела итог, — признаю… я проиграла… — и вместе с этим подумала, — “простите меня командир… я подвела вас…”

Однако самурай внезапно заявил, — проиграла ты или нет, это мы сейчас посмотрим. Вынесла ли ты урок.

— Что? — Зифис посмотрела на самурая, — разве… ты не пойдешь спасть лиарин?

— Ну раз уж ты и так отняла у меня столько времени, этим займется кто-то другой, сейчас у меня есть более важная задача, — Мардекай поднял меч и кинул жрицы, — поднимайся. Пока не пошел дождь, у меня еще есть возможность сделать из тебя настоящего воина.

Зифис смотрела на этого спокойного, ленивого, с виду безалаберного самурая, не сводя взгляд. Шок? Непонимание? Нет, сейчас при виде его она могла испытывать лишь одно… восхищение…

— Запомни, Зифис. Ты научилась всему, что я успел познать за свою жизнь. Но будь уверена, твой путь мечника еще далек от завершения, — вспомнился запах моря и слова ее мастера, смотрящего в синею даль, — однажды ты еще встретишь воина, что сможет тебя поразить. В мире много людей берущих в руки меч… но ты поймешь, что я говорю именно о нем. Ведь лишь в этом мечнике, ты почувствуешь неведомую тебе силу и честь.

Закрыв глаза жрица тихо прошептала, — так вот о чем вы говорили учитель… — и уверенно поднявшись Зифис прокричала, — Ала! Да мой милый мастер!

— Это… это невозможно! Чтобы проклятье просто взяло и исчезло… — продолжала тем временем ужасаться эльфийка. Руки ее тряслись, а с лица лил холодный пот. То, что она только что увидела, это было не чудо, не магия… а самый настоящий удар в ее душу.

— Фух, хе-хе, я уж боялся, что не сработает, — совершенно беззаботно весело сказал котопацан, поднимаясь. Казалось он только что не разрушил законы этого мира, а с успехом выполнил будничную рутину.

Сисилия опустила голосу и покрепче сжав от обиды кулачки прокричала, — как?! Объясни! Как ты это сделал?!

— О, интересно? — радостно спросил котоинженер и с энтузиазмом достал из своей сумки небольшое устройство, — все благодаря этим малышам.

Эльфийка увидела небольшую металлическую коробочку в его руке с странным отверстием. Внезапно она кое-что осознала. Посмотрев по сторонам эльфийка убедилась в своей теории.

— Заметила? — с пугающей дружелюбностью спросил Макото.

Она увидела такие же устройства расставленные вокруг них в форме треугольника. Она еще во время боя обратила внимание на одну странность. Кото-паренек во время своих уворотов не стоял на месте, не пытался напасть, а лишь понемногу перемещался вокруг нее.

Кото-пацан достал раскладную доску и принялся спокойно что-то рисовать на ней, будто речь шла не о чуде, а о скучном лабораторном эксперименте.

— Ты ведь еще помнишь о аэрофагах и аэтероне? — он кивнул в сторону того места, где исчез чёрный шар. — Так вот. Твоё проклятье это не “объект”, как ты считаешь. Это процесс. Колония аэрофагов, объединённая в устойчивую конфигурацию, которая непрерывно перерабатывает аэтерон в направленную энергию. В данном случае в самоподдерживающуюся структуру с функцией преследования цели.

Он сделал паузу, давая ей переварить сказанное.

— “Бесконечность” твоего шара не более чем иллюзия. На деле он просто постоянно подпитывается аэтероном из окружающей среды. Пока есть питание процесс продолжается, а когда его нет система распадается, — Макото слегка постучал носком ботинка по одному из своих устройств, — а теперь самое интересное! Представь, что будет, если изменить условия среды!

Он чуть наклонился вперёд, и ушки его дернулись в предвкушении, — эти устройства не уничтожили твой шар. Они сделали куда более банальную вещь, локально исказили распределение аэтерона. Создали область, в которой его концентрация падает ниже порога, необходимого для стабильной работы аэрофагов. Ну а если говорить еще проще, — он развёл руками, — это обыкновенный голод. Тот же самый, что испытывают все живые существа. Ничто в этом мире не может работать без энергии, таков закон равноценного обмена. И вот колония, формирующая проклятье попусту не смогла найти доступ к новой энергии. Ключевые аэрофаги потеряли связь, структура рассыпалась, и твой “бесконечный преследователь”… просто прекратил существование, — короткая пауза, — так что нет, — тихо закончил он, — я не победил твоё заклинание. Я сделал так, чтобы его… никогда не могло существовать в этих условиях.

Эльфийка с пустым лицом застыла посреди улицы. Нижняя часть губы ее задрожала. Но вдруг Сисилия вновь до боли сжала кулаки и уже более уверенным взглядом посмотрела на Макото. Всего за секунду она выросла из разбитого фанатика до ученого, внимательно слушающего интересный материал, — хорошо, в таком случае объясни, каким образом эти устройства исказили рассперделение аэтерона. Мы веками проверяли стабильность этого проклятья в разных средах, воде, под землей и даже в огне. Однако там оно никогда не давало сбой.

Макото некоторое время молча смотрел на неё. Такая резкая смена в эльфийки одновременно и удивляла и радовала его. Он с восторгом произнес, — вот теперь ты задаёшь правильный вопрос!

Кото-инженер перевёл взгляд на устройства, тихо гудящие вокруг.

— Понимаешь, ваши проверки не дали результата именно поэтому. Вода, камень, огонь, всё это разные материальные среды. Вы меняли условия… но не трогали сам аэтерон, — он сделал шаг ближе, — вы тестировали, как ведёт себя заклинание внутри среды. Я же изменил саму среду, в которой это заклинание вообще возможно, — Макото указал на доску, — а теперь внимательно, — он нарисовал несколько линий напоминающие волны, — Аэтерон, как я уже говорил, это не вещество. У него нет плотности в привычном смысле. Но у него есть состояния, устойчивые конфигурации, на которых могут “работать” аэрофаги, — кото-инженер слегка наклонил голову и забавно дернул ушками, — ваше проклятие стабильно в воде, под землёй и даже в огне… потому что во всех этих условиях сохраняется одна вещь, фазовая когерентность аэтерона, — Макото поднял палец, — целостность его колебаний. Согласованность. Устройство делает ровно противоположное, — кото-инженер активировал один из модулей и воздух едва заметно дрогнул, — оно вводит аэтерон в состояние декогеренции. Не разрушает его, не убирает… а лишает согласованности, — Макото провёл рукой, словно разрывая невидимую ткань, — представь, что у тебя есть идеально настроенный инструмент. И вдруг каждая струна начинает звучать в своей тональности… причём меняет её каждое мгновение. Формально музыка есть, но на деле это уже просто бесзвязный шум. Аэрофаги не могут поглощать аэтерон с «шумом». Им нужны стабильные моды, чтобы извлекать энергию, синхронизироваться между собой, удерживать структуру проклятья. Иными словами Аэрофаги попусту не смогли распознать привычный им аэтерон как пищу и от того умерли с голоду.

Наконец Макото закончил лекцию, но видя загоревшийся огонек в глазах эльфийки решил немного добавить, — но есть ещё один момент, который вы, судя по всему, упустили за века исследований, — он слегка улыбнулся, однако не в насмешке, а уважительно, — аэтерон используется аэрофагами не только как источник энергии… но и как канал передачи сигналов, — Макото сделал жест, будто рассылая волны, — устройства вносят в это поле плавающий фазовый сдвиг. Постоянно меняющийся, неустранимый. В результате каждая часть колонии получает разную версию реальности. А без этого… это уже не проклятье. Это просто набор бактерий, которые больше не понимают, что им делать.

— Поразительно… но если ты говоришь правду, то тогда… — внезапно Сисилия закашляла кровью и пала на землю.

— Ого, поразительно, ты и правда все поняла и даже пришла к верному выводу, — похлопал Макото.

— Раз у аэрофагов сейчас нет пищи то…

— Они умирают. А так как они уже стали частью организма и поддерживали некоторые процессы…

— Организму требуется время чтобы адапитроваться… иными словами это что, что мы называли синдромом манового истощения.

— Верно. Но не волнуйся, через пол часа устройства выключаться.

Сисилия проиграла. Все во что она верила было разрушено в один миг и потому… как и следовало ожидать она… заплакала… заплакала от счастья, — поразительно… я думала, что в этом мире больше не осталось ничего что меня может удивить… но это все меняет. Я стану первой кто переступит ступеньку науки в этом мире.

Эти чувства были прекрасно известны Макото от чего на его лице появилась довольная улыбка, — поздравляю тебя, Сисилия.

Но тут девушка озадачено спросила, — погоди. Если ты уже успел расставить все эти устройства, то почему ты пробурчал недавно что ничего не вышло?

— А, на счет этого, — неловко засмеялся Макото и в тот же миг потоп крови вырвался из его рта отправив кото-инженера на землю, — я не успел… создать себе безопасную зону…

И вот лежа на мостовой и смотря в небо эльфийка произнесла, — эй, странник из другого мира… можешь ли ты мне… поведать еще о научных достижениях разных миров…

Макото широко улыбнулся, — с радостью!.. Так, с чего бы начать… может с Т34?

________

— Тудум… тудум… тудум! Тудум! Тудум! — впервые Аоки так четко слышал, как билось его сердце. Нет, не потому что вокруг вдруг стало тихо и явно не от того, что его слух стал лучше. Просто раньше оно никогда не испытывало такого восторга, — “Невозможно! Это было невозможно! Они так просто сотворили чудо!” — остывшая кровь авантюриста забурлила с новой силой. Он впервые увидел то, во что верил всю жизнь, то, что сам мечтал когда-то сотворить. Чудо! И не молочный коктейль, а настоящее чудо! Парень почувствовал как он прикоснулся к тому, во что всю жизнь верил, но никогда не встречал. И это произошло именно в тот момент, когда его вера больше всего ослабла.

— Хе-хе, видал?

— Потрясающе… — не удержав свою искреннею реакцию, прошептал Аоки. Однако опухоль, порожденная Элазаром не собиралась сдаваться так просто, — но… эти люди явно необычные… таинственный самурай, чьи шрамы сами кричат о его огромном опыте… ученый из другого мира… они явно не обычные люди… а избранные… ответь мне ученик… разве у такого как я получится сотворить то же самое, что и они?

Джеф вновь разразился громким смехом, — Избранные? О чем ты? — и вот авантюрист впервые в жизни услышал то, что лишь он повторял себе всю жизнь, — в таком случае ты тоже избранный парень! Разве не ты тот, герой что был послан в этот мир остановить владыку демонов! Не забывай, твой путь благословила сама богиня!

— Ч-что?.. — прошептал Аоки, не отводя взгляд, — р-разве это правда?

— Разумеется, правда! Сам подумай, кому об этом лучше знать, чем не одному из генералов демонов! Вставай, мой владыка еще ждет встречи с тобой! Когда…

— Достаточно…

— А?

Аоки закрыл глаза и слабо улыбнулся, — я говорю достаточно мой ученик, я все понял, — и наконец слова истины, что так хотел донести Элазар… с дребезгом разбились о мир фантазий. С неизвестно откуда взявшейся силой Аоки встал, а на его лице вновь появился уверенный лик, — мда, какой позор, похоже чары Элазара неплохо так потрепали мой мозг, — и больше не говоря ни слова парень отправился в путь.

— И куда ты собрался? — напоследок спросил Джеф.

— Делать то, что правильно, — спокойно заключил юноша.

— Дяденька злодей, вы правда генерал демонов?! — когда парень отошел на достаточное расстояние, удивилась Мия.

— Что? Разумеется нет? — посмеялся здоровяк.

— Но тогда почему вы его обманули?

Джеф посмотрел вслед Аоки и спокойно ответил, — я уже уговорил, Мия. Воображение очень сильная штука, — мужчина повернулся и добавил, — к слову, спасибо тебе, что рассказала о его фантазиях. Ты здорово выручила.

Обращался он к все время прятавшейся за его спиной дочерью мясника.

— Не за что меня благодарить. Я уверена, ему все равно не одолеть Элазара.

— Тетя Эста, а почему ты ему помогла? Мия думала ты ненавидишь этого парня, — спросила девочка.

— А-а? Н-ничего я не помогла! — смутилась девушка и отвернувшись тихо добавила, — кто вообще станет помогать такому дураку…