Декабрьский вечер укутывал город мягкой тишиной. Снег медленно оседал на пустынные улицы, приглушая звуки и размывая привычный ход вещей граждан. Всеми забытый, никому не нужный узкий переулок и ничем не примечательная на первый взгляд встреча. Но именно с нее… началось спасение… тогда еще не ведомого никому мира.

— Ааа! Твою мать! Гребаный кусок дерьма! Да чтоб ты провалился! — в гневе выругался крупный мужчина, захлопывая служебную дверь заведения.

— Плохой день? — неожиданно послышалось со стороны. Мужчина удивленно повернулся и увидел молодого юношу, опершегося об стену. Его коллегу.

— А… ты же… новичок, что устроился сегодня? Прости, не думал, что здесь еще кто-то есть…

— Все в порядке, — пожал плечами парень.

Нарушитель тишины резкими движениями вытащил сигарету и попытался подкурить. Однако зажигалка, словно назло, отказывалась выдавать пламя, щелкая впустую раз за разом. Это и стало последней каплей. Потеряв оставшиеся крупицы терпения, мужчина уже было замахнулся предательницей, дабы разбить ту о стену, как вдруг чья-то рука спокойно перехватила упрямую вещицу. Молодой юноша без лишних слов щёлкнул и на кончике фитиля вспыхнул тусклый, но уверенный огонёк.

— Спасибо… — поблагодарил мужчина, поджигая сигарету.

— Проблемы с директором? — протягивая зажигалку спросил парень.

— Да, мягко сказано, — показывая жестом, что тот может оставить ее себе ответил мужчина, — этот сукин сын снова выписал мне штраф из-за какой-то хуйни! Видите ли мой хмурый вид отпугивает посетителей. Да пошел ты нахуй! Как я должен улыбаться во всем этом дерьме! Я работаю блядским официантом! Перерабатываю как собака! Сплю по паре часов, лишь бы не свести концы с концами! У меня долг по ипотеке, жена стерва и никакой даже маленькой надежды, что это дерьмо закончится… что жизнь станет хоть чуточку лучше! А он хочешь, чтобы при всем при этом я улыбался?! Улыбался смотря в такие же заебанные тоскливые лица, которые не могут позволить себе поесть в нормальном месте, а не в этой бичовке! Я устал от этого вечного круговорота отбросов и неудачников… — стоило мужчине выкрикнуть все это, как его плечи заметно расслабились. Наконец мужчина опомнился, — ох, извини. Только устроился, а к тебе тут же старых хрыщ со своим нытьем, — натянуто улыбнулся Ямада.

Однако юноша неожиданно серьезно спросил, — полегчало?

— А? — чуть удивился мужчина, после чего слабо рассмеялся, — Да, да… спасибо…

Постояв пару секунд в тишине, он спросил, — тебя как звать-то?

— Аоки Эго, с сегодняшнего дня буду вашим младшим.

— Ямада Игараси.

И так пожав руки, началась наша жалкая, короткая дружба. Она сводилась лишь к небольшой привычке, встречаться во время работы на перекуре. Первоначально я думал, это долго не продлится. В прошлой жизни я был озлоблен на весь мир, из-за чего и характер у меня был соответствующий. Другие коллеги предпочитали держаться подальше. Я думал, что и Аоки вскоре последует их примеру, учитывая еще и разницу в возрасте. Но на свое удивление я быстро понял, этот парень далеко необычный. В нём чувствовалось какое-то странное, не по годам зрелое понимание. Он спокойно выслушивал мою ругань, без насмешки, без раздражения, а иногда даже мог дать действительно ценный совет. Он был первым человеком за долгое время… кто понимал меня…

— Эй, Аоки… — в один день, выкуривая очередную сигарету задумчиво начал Ямада.

— Да, что такое?

— Твоя жизнь… ведь тоже не сахар. Работаешь совсем не давно, а график уже даже хуже, чем у меня. Еще и начальник отчитывает в сто раз чаще… Живешь от зарплаты до зарплаты, нигде не учишься, близких людей нет… тогда ответь мне… на что ты рассчитываешь?

— В смысле? — слабо удивился юноша.

— Как ты планируешь выбраться из этого ада? Откуда ждешь надежду? Ведь если подумать… такими темпами мы так и проведем всю жизнь в этой сточной канаве неудачников, просто чтобы не сдохнуть от голода.

Казалось, такой вопрос должен был поставить кого угодно в тупик. Но Аоки ответил почти сразу — спокойно, без колебаний.

— Ну так все идет согласно моему плану. Я и собирался до самой смерти так жить.

— Что?! — ужаснулся мужчина и стиснув зубы спросил, — и тебя это устраивает?!

— Вполне.

— Тогда ответь, как?! Как ты можешь быть таким спокойным?! Как можешь находить силы встать по утрам?! Как можешь выслушивать каждый день унижения?! Как можешь продолжать, зная… что у многих жизнь намного лучше…

— Ха-ха! — самодовольно усмехнулся юноша, озадачив мужчину еще сильнее, — хочешь узнать?

— Ну… да?

Аоки уверенно поднял взгляд к небу и тихо произнёс, — Ямада. Я поведаю тебе об одном мире. Прекрасном мире, не знающем границ. Мире доблести и славы. Мире приключений. Мире, где ты можешь стать кем захочешь… — и так юноша начал свой рассказ о месте из своих фантазий. Ямада слушал и не понимал, издевается над ним коллега или же попусту уже сошел с ума. И тем не менее, он не смел его даже прервать. Было что-то в том, как Аоки говорил… Его лицо, обычно спокойное и почти равнодушное, сейчас светилось неподдельным, почти детским восторгом. Словно этот мир для него был не выдумкой, а чем-то настолько же реальным и осязаемым, как и сигарета в руках мужчины. Наконец, Аоки замолчал, закончив свой рассказ.

— То есть ты… хочешь сказать… что просто ждешь своей смерти… чтобы оказаться в каком-то воображаемом мире?

— Воображаемом? Нет, что ты, он вполне реален. По нему ведь столько аниме и игр сделали. Ну а так, ты прав, все верно.

Ямада долго смотрел на чудака. И вдруг, впервые за долгое время, вечно ворчливый мужчина, проклинающий всё и вся, громко и искренне рассмеялся.

— Ха-ха-ха-ха-ха! Аоки! Да чертов псих!

Однако Аоки озадаченно удивился, — а что не так?

И всё же, как бы я ни считал его мечту полным бредом… я ему завидовал. Ведь в его улыбке уверенности было больше, чем во всей моей жизни. У Аоки была цель. То, к чему он стремится. То, ради чего стоит продолжать жить. И, глядя на него, на его упрямые старания… я и сам понемногу начинал верить, что всё не так уж и плохо. Вплоть до того дня.

— Как это понимать?! Я же не пропустил ни одной смены! Да и косяков стало меньше! — кричал Ямада в кабинете директора.

— Ямада, успокойся. Я же сказал, нам просто нужно сократить персонал, — лениво ответил упитанный старикашка собирая какие-то бумаги.

— Но я здесь дольше всех!

— Вот именно. Дай дорогу молодым. Я не понимаю, что тебе не нравится? Я же не заставляю тебя уволится по собственному желанию. Тебе полагается трехмесячные выплаты и...

— Да при чем тут это?! У нас в городе все переполнено! Где я найду новую работу?! Вы не можете со мной так поступить!

— Ямада, я все сказал, — холодно заткнул работника директор и вдруг случайно уронил один листок и своего кейса. Ямада рефлекторно бросил на него взгляд и увидел… знакомую фамилию на договоре. Договоре о продаже заведения. Его глаза тут же широко раскрылись.

— Эго?.. — тихо повторил он и в гневе прокричал, — как это понимать?!

— Тсс!!! — тут же всполошился директор, — ну тише, тише Ямада! Это не то, о чем нужно кричать направо и налево! Что если Аоки услышит!

— Что все это значит?! При чем здесь Аоки?!

— Мда, ты похоже и правда не в курсе, кто этот парень.

Тогда-то директор мне и рассказал, кем были родители Аоки и что они задумали. В тот миг… что-то внутри меня сломалось. Единственный человек, которого я считал родственной душой… человек которого я мог назвать другом… все это время… был лишь жалким актером…

— Эй, Ямада, что сказал директор? Снова верещал как мудак? — с слабой улыбкой спросил Аоки, когда мужчина вышел из кабинета. Однако вместо привычного угрюмого взгляда он встретил… чистую ненависть.

— Пошел ты… — ответил Ямада и толкнув плечом озадаченного парня убрался прочь.

Что именно я потерял в тот день? Работу? Друга? Или последнюю причину жить?.. Я не знаю. Одно лишь помню точно, в свой последний вечер. Пустое выражение лица, смотрящее сквозь меня из зеркала. И этот же пустой взгляд… я наблюдаю прямо сейчас.

____________________

Элазар возвышался над лиарин, окутывая ее окровавленное тело в своей огромной темной тени. В его руках блестел меч, но забирать жизнь девушки-рыси тот похоже не спешил. Мужчина лишь смотрел ей в глаза, будто вглядывался в нечто гораздо более далёкое, чем этот миг, — мда… быть может Аоки в чем-то и прав… — тихо прошептал Элазар, — между людьми и монстрами действительно есть что-то общее. — Он лучше любого понимал, что значили эти глубокие, бездушные глаза. Девушка-рысь уже давно смирилась со смертью… И когда в этой пустоте внезапно мелькнула искра, заставив выражение лица лиарин полностью преобразится, Элазар тоже, как никто другой знал, на что она смотрела… или точнее на кого…

Спокойно повернувшись, мужчина встретился взглядом с едва стоящим на ногах юношей. Ни удивление, ни злость не отразились на его лице, лишь лёгкое, почти усталое разочарование. Элазар тяжело вздохнул, — выходит, мои слова так и не помогли до тебя достучаться.

— Ты не прав, — неожиданно заявил Аоки и… поклонился, — спасибо тебе Ямада, теперь я все понял.

Однако герой скривился. Он уже знал, Аоки понял далеко не ту истину, которую должен был, — объяснись.

— Я вел себя не подобающе для избранного героя. Мои цели были туманны, а вера слаба. Я не учел различия этого мира от моих эгоистичных ожиданий, из-за чего взял не те переменные. В итоге уравнение моего идеального плана работало не правильно.

— Идеальный план… да… припоминаю… ты часто твердил, что благодаря ему все в твоей жизни идет как надо. Однако это был всего лишь сценарий твоих родителей. Его никогда не существовало.

— Я не был достоин одолеть тебя, в столь жалком виде, — проигнорировав замечание Элазара, продолжил юноша, — однако теперь я до конца убедился, чего желаю и зачем был послан в этот мир.

Мужчина нахмурился, — и чего же?

— Я желаю… — произнёс Аоки, медленно поднимаясь… И в тот же миг, словно сам мир на мгновение замер в ответ на его слова, из-за туч пробился луч света, осветив силуэт юноши, — добиться мира, между монстрами и людьми.

От увиденного Элазар и лиарин невольно вздрогнули. С виду Аоки не изменился. Всё тот же наивный идиот, что совсем недавно раз за разом падал от любого удара Элазара. Всё то же нелепо серьёзное выражение лица, то же жалкое, избитое упрямство во взгляде. Но вот голос… В нём больше не было ни тёплой мечтательности, ни пустой уверенности. Это были слова полные решимости и холодного расчета. Словно как когда-то в переулке, он говорил о цели, которую несмотря на весь абсурд, он определенно добьется.

— Да ты просто псих! — наконец не выдержав прокричал Элазар.

— Навеет воспоминания, — усмехнулся юноша.

— К чему все это?! Определился со своей целью?! Стал достойным?! Это все бред! Бред который ты внушил себе в голове! В действительности ничего не изменилось! Какая разница чего ты хочешь?! Ты все еще жалкий слабак! Ты едва стоишь на ногах! Тебе все еще и за сотню лет меня не остано… — продолжал кричать мужчина, как вдруг по непонятной причине в раздражении зажмурил глаза.

— Похоже ты не понял, Ямада, — сделал неспешный шаг в сторону героя спокойно начал Аоки, — это не я здесь в фантазиях, а ты смотришь в искаженную действительность. Я же тебе рассказывал. Это мир в которым ты можешь стать кем угодно. Твоя воля здесь становится материальной. Я сомневался, достоин ли тебя одолеть. Не мог понять, чья истинна сильнее. Верил, что судьба сама встанет на чью-то сторону… но если говорить о твоей скучной действительности, то… — юноша приподнял руку и серьезно закончил, — план как тебя остановить, у меня существовал с самого начала. Исследовательский навык, святящийся шар! — в тот же миг после команды, в руке Аоки образовалась вспышка, настолько яркая, что всем вокруг пришлось на миг зажмурить глаза.

— Пф, только и можешь нести красивые речи, да перебирать жалкие фокусы! Какой толк от этого навыка?! Я вижу все твои движения в будущем! Тебе не застать меня врасплох! — заранее прикрыв глаза рукой огрызнулся мужчина, в то время как Аоки ринулся к нему.

— Нет, командир, вы ошибаетесь, — в то же время удивленно протянула Сисилия, пусть Элазар ее и не слышал.

— Что ты имеешь ввиду? — поинтересовался Макото.

— Пассивный навык нашего командира — «Смотрящий вдаль». Благодаря ему Элазар постоянно видит фрагменты ближайшего будущего. В каком-то смысле он словно одновременно смотрит в два окна: настоящее и то, что ещё не произошло. И если увиденное его не устраивает, он мысленно прокручивает варианты собственных действий, подбирая тот, что приведёт к нужному исходу.

— Уго, у вас в мире и такие сильные навыки есть… прямо как кристаллы миров…

— Не совсем. Это навык запредельного уровня. Существа рожденные в нашем мире никогда не смогут овладеть им. Лишь реинкарнированным из другого мира боги дают нечто подобное.

— Но если ваш командир видит будущее, то и правда, какой толк от этого отвлекающего мане… — задался вопросом кото-инженер, как тут же наострил ушки, — вот оно что!

— Именно. Если этот парень и правда настолько умен, то он использовал его чтобы понять дальность навыка командира.

— То есть когда он зажмурился в первый раз…

— Да, он увидел эту вспышку в будущем. Достаточно посчитать про себя до момента реакции Элазара, а после в обратном порядке и использовать навык… а этот парень не так уж и бездарен.

Тем временем Аоки уже приблизился к Элазару. Мужчина оставался спокоен, с высоко поднятой головой, однако… всего за секунду в его взгляде появилось странное замешательство. Никто не знал какое будущее он видит, но что-то в нем было явно не так. Юноша же на тратя не секунды… ухватился за край брони мужчины у груди. И лишь тогда бровь Элазара слабо дрогнула.

— Понятно, — серьезно протянул он, — шокер? Мне казалось, что я сломал его ранее.

— Ты прав, вот только… у моего магического оружия все же есть одна особенность. Если он поврежден или находится слишком далеко, то через некоторое время телепортируется ко мне в рукав, — объяснил юноша.

— Хм… — задумчиво протянул самурай, лёжа на телеге с сеном. В их тренировке с жрицей наступил короткий перерыв. Глаза Мардекая были закрыты, лицо обращено к небу, но Зифис, наблюдавшая за боем своего командира, сразу поняла. Эта неожиданная реакция была вызвана словами Аоки.

— Ала, мой милый мастер, вас что-то заинтересовало в действиях этого юноши?

— Не то что бы… — лениво ответил мужчина, — просто… Мои опасения подтвердились.

— Опасения?

Мардекай медленно открыл глаза. Взгляд его стал неожиданно серьёзен, — этот парень крайне опасный противник. Я бы точно не хотел вступать с ним в бой.

— Ала?! — подобное высказывание от столь сильного мечника повергло жрицу в шок, — что вы имеете ввиду?! Разве ему не просто повезло? Он лишь дождался, пока сработает условие мистического оружия!

— В этом то и проблема. Даже я не могу определить, было ли это везение.

— Прошу, поделитесь своей мудростью!

— Ну… как бы объяснить… с одной стороны его попытки остановить вашего командира были весьма искренни, уверен он и правда надеялся на чудо и силу своей воли… с другой же, это идеально ложиться под его трюк. Его жалкие удары потянули время, а их нелепость убедила противника в своем совершенстве настолько, что тот даже позволил ему спокойно ухватится за броню.

— Ала, но… что из этого правда?

Неожиданно Мардекай ответил, — вероятнее всего и то, и другое.

— Что? Я… не понимаю...

— Это и невозможно понять таким как мы. Людям, что доверяют только своим глазам и телу, —мужчина прикрылся шляпой и задумчиво ответил, — пока этот парень сражался на чистой вере в свою победу, его другая сторона, о которой тот вероятно даже не подозревал, уже просчитала путь к ней. Иными словами… этот парень одновременно живёт в мире своих грёз и в мире холодной логики, опираясь на оба сразу, — самурай устало вздохнул и закончил, — а такого противника невозможно прочитать. Нельзя предугадать действие, о котором твой оппонент сам ещё не знает.

— Ала… разве можно одновременно биться с одними лишь надеждами и в то же время… использовать ровно противоположный подход?

— Просто смотри…

Тем временем Аоки спокойно заявил, — я знал, что благодаря твоей самоуверенности и гордыни ты позволишь мне схватится за тебя, если в будущем не увидишь ничего опасного. Все кончено Элазар. Если ты не сдашься, мой ток повергнет тебя.

Однако на уверенное заявление юноши Элазар лишу грустно покачал головой, — это не самоуверенность. Я уже говорил… как бы ты не старался, это все не имеет смысла, пока ты слаб. Ты допустил в своем плане одну маленькую ошибку, — герой посмотрел на дрожащую руку юноши, — из-за особенностей моего навыку ты не сможешь использовать свое мистическое оружие, до запланированного момента. Иначе создался бы временной парадокс.

— Никакой ошибки нет. Я предвидел это… мне требуется протянуть всего пятнадцать сек… Кх!!! — не дав договорить Аоки, герой со всей силы ударил того в живот.

— Нет, это и есть твоя фатальная ошибка. Ведь если не разожмешь свою руку… тебя будет ждать лишь смерть, — с размаха ударяя по челюсти юноши, продолжал Элазар. Аоки едва не потерял сознанию, попутно попрощавшись с парой зубов, — приступим… к началу твоего мемориала. Навык великого война, шквал.

Его руки сорвались с места, будто опора над висельником. Удар. Ещё один. Затем — уже не удары, а обрушившийся поток, в котором исчезали промежутки, намерения, даже сами движения.

Тело Аоки сначала дёрнулось, пытаясь найти опору, но опора закончилась быстрее, чем он успел это осознать. Колени подломились, и дальше он уже не падал — его просто удерживали в воздухе следующие удары, как если бы сама боль не позволяла ему закончить падение.

Голова безвольно качалась, взгляд стал пустым и расфокусированным, словно смотрел сквозь всё сразу. Кровь стекала по подбородку тонкой нитью, разрываясь на капли при каждом новом движении Элазара.

И всё же… не смотря на все это… его рука оставалась сомкнутой.

Он уже не стоял. Висел, как сломанная марионетка, зацепившаяся за единственную нить. И этой нитью был сам Элазар.

Наконец мужчина прекратил бить. Оставалось лишь пять секунд, но Элазар совсем не был испуган. Лишь слабое тяжелое дыхание. Вот все, чего стоили адские муки парня. Герой серьезным взглядом посмотрел на все, что осталось, от некогда симпатичного, мечтательного друга и… тяжело вздохнул. Никто еще тогда не понимал, что значит этот вздох. Он тихо прошептал…

— Прости Аоки… я все же не смог тебе помочь…

И, уступив место мёртвой тишине, Элазар закончил. Юноша резко выдохнул, и этот выдох совпал с влажным звуком разрывающейся плоти. На мгновение всё застыло. А затем все увидели самый страшный финал противостояния двух стремлений. Аоки, с пронзённой грудью, безвольно висел на клинке Элазара.

— Нет! — в ту же секунду закричала лиарин.

— Пацан! — в тот же момент встревоженно заорал Джеф, но Мия преградила путь здоровяку, — малышка! Достаточно! Это уже перебор! Он убьет его!

Однако по сильно зажатым глазам, из которых вытекали маленькие слезки, становилось ясно, что девочка не может его пропустить. Она лишь тихо повторяла одно и то же, — дядя Элазар никогда не сделает ничего плохого! Он хороший! Он мой герой! Он спасет этот мир!

От ее вида Джеф стиснул зубы еще сильнее. Он понимал, что больше не может стоять в стороне. Что это он надоумил парня. Что все это может быть его вина.

— “Неужели… я ошибся…” — сжимая кулак думал он, пока… кое-кто сам не дал ему ответ.

— Почему?.. — впервые покрывшись холодным потом прошептал Элазар, смотря как рука юноша разжимается… До его ушел дошел едва разборчивый шепот.

— Я… же… сказал…

— Три… два… — донеслось со стороны подсчет Мардекая.

— Все идет четко по плану…

— Один.

Элазар в отчаянной попытке резким движением отбил руку юноши, пусть и прекрасно видел… это ему не поможет…

— Шокер… 220 вольт… — наконец прохрипел падающий на землю Аоки свои победные слова. В тот же миг по телу Элазара пробежала бешеная вспышка тока. Мышцы мужчины свело в чудовищной судороге, челюсти с хрустом сомкнулись, а из груди вырвался звериный, рваный вопль. Ослепительные разряды рванули по доспехам ветвящимися молниями, жадно перепрыгивая с пластины на пластину, прожигая воздух резким треском. Запах палёной стали и горелой плоти смешался в один удушающий всплеск.

Последний разряд сорвался с его доспехов тонкой синей нитью и тело Элазара обмякло. Меч выскользнул из ослабевших пальцев и с глухим звоном вонзился в землю рядом.

Ноги подкосились. На краткий миг он ещё стоял — пустой, обездвиженный, будто статуя, в которой внезапно угасла жизнь. А затем рухнул вперёд всей своей тяжестью, с таким грохотом, словно на поле боя пал не человек, а целая крепостная стена.

Почти все были в шоке от увиденного, не смея проронить и слова. Лишь Мардекай оставался в привычной ему манере спокойным.

— Как?.. — первой тихо спросила жрица. Она была уверенна, что за момент до удара видела, как рука парня успела соскользнуть. И тем не менее, ток все равно добрался до ее командира.

— Я же говорил… Людей, как этот парень, невозможно предсказать. Им нельзя верить на слово. Присмотрись.

Жрица последовала совету своего мастера и ее глаза еще сильнее раскрылись в шоке. Магический предмет, который должен был быть в рукаве парня… все это время лежал под его ногой, что незаметно от всех глаз, тоже соприкасалась с героем.

— Вероятнее всего он кинул его во время той вспышки, после чего зажал кнопку пуска своей ногой, — объяснил Мардекай.

Услышав это объяснение Сицилия тоже все поняла, — в то время как командир пытался прокрутить варианты в будущем, как отцепить руку юноши, опасность была совершенно в другом месте… он просто не успел обдумать нужные варианты своих действий… Поверить не могу… кто черт побери этот парень?..

— “Неужели… у него и правда получилось?..” — в оцепенении подумала Лиарин. Её взгляд дрогнул, — “но… что сейчас произошло?.. Человек… впервые в истории… отдал свою жизнь… чтобы спасти монстра?..” — На миг в памяти всплыл голос отца, — “это… то, о чём ты говорил, папа?..” — но в следующее мгновение на смену растерянности пришла ярость. Девушка до боли стиснула зубы и сорвалась на крик, — и что всё это значит?! Зачем?! — голос дрогнул, — я не просила… не просила твоего спасения! Слишком поздно! Ты хоть знаешь сколько страданий мы испытали?! Твоя жертва уже ничего не изменит! Так зачем?! Зачем было умирать ради подобного?! Ты отдал свою жизнь чтобы прыснуть маленькой каплей в яростное неостановимое пламя! Ничего в жизни я тупее не видела! Ты идиот! Полный идиот! Кретин! — её когти впились в ладони до крови, — Ты слышишь меня! Вставай! Вставай! Ты не можешь умереть вот так! Не ради такой тупой цели! — она сорвалась почти на хрип, — как… как мне теперь прикажешь жить… зная, что существо, которое я ненавидела всем сердцем… отдало за меня свою жизнь?! — Лиарин в отчаяние протянула руку к юноше, — ты должен мне объяснить… — последние слова прозвучали почти шёпотом, надломленным и пустым, — ты не можешь просто уйти… — и затем снова крик, полный боли, — ответь мне!.. Человек, Ао… — но тут она резко замолчала.

— Малышка! Пропусти! Им нужна помощь! — попросил Джеф, однако на удивление… девочка продолжала преграждать ему путь. Спустя секунду… мужчина узнал страшную причину, почему… он замер как и Лиарин.

Без всяких слов… он медленно поднимался… Поднимался не как человек… а как нечто, что сама смерть не могла заставить преклонить колени. Мостовая под его ладонью треснула, когда он оттолкнулся от неё. Обугленные доспехи тихо осыпались пеплом, с тела всё ещё срывались тонкие синие искры, а тяжёлое дыхание звучало, словно далёкий рокот грома. И вот Элазар снова стоял. Будто падения никогда и не было. Пока Макото и Джеф не верили своим глазам, товарищи Элазара похоже не были сильно удивлены. Однако самому герою не было ни до кого дела. Он смотрел лишь на тело юноши перед собой.

Из уст героя донеслись тихие слова, — этого недостаточно… слишком много… слишком много душ… я несу на своих плечах, чтобы пасть от такого… и твоя не исключение… — он протянул руку, — исцеляющий навык… — однако прервался, заметив кое-что. На парня внезапно запрыгнул маленький слайм и стал медленно поедать его тело. Мужчина убрал руку, — какая ирония… я не хотел тебя убивать… но и не смогу исцелить, пока этот монстр здесь… но ведь, если я убью его, то оскверню твои стремления… ты умрешь, за то, что верил… умрешь, будучи съеденным теми, кого хотел защитить… Спасибо Аоки… твое выступление было прекрасным… Пустым, выдуманным, но тем не менее… прекрасным... твоя жертва укрепила мою веру… как и тогда… прости, но я украду твою мечту об этом мире. Украду и перепишу под себя. Прощай, мой старый друг…