— Ямада… — Аоки приподнял свой меч, встав в среднюю стойку. Он молча уставился на гордо возвышающегося Элазара. Однако, даже после удара в его взгляде не было ненависти. Юноша улыбнулся, — да, это и правда ты. Твои вечно нахмуренные брови ни один генерал демонов не подделает.

— Если все слышал, то лучше бы и не вставал.

— Что за глупости? Разве ты не знаешь? Герой не имеет право бросить попавших в беду.

На слове “герой” глаз Ямады дернулся, тихие слова с ноткой сочувствия вырвались из его уст, — мда, театр сгорел, а актер остался. Жалкое зрелище.

— Хм? Что-что?

Но Элазар молча надел шлем и направился в сторону юноши. Нет, он шел не к нему самому. Его взгляд был прикован к валяющейся лиарин, парень же для героя был словно прозрачен. Аоки это понимал.

— Ямада не делай этого… — но герой все также был безразличен к его просьбам, — мы еще можем все обсудить. Я понимаю, возможно монстры причинили тебе много боли в этом мире… и люди здесь их не собираются прощать… но разве они пережили меньше боли? Разве так должна выглядеть твоя справедливость? Мы же не отсюда Ямада… у нас есть то, что может изменить местные порядки. Знание которое наш мир получил бесчисленным количеством жертв. Подумай сам. В прошлой жизни страны веками воевали друг с другом… и это не привело ни к чему хорошему. Лишь спустя века человечество смогло осознать, что кровопролитием ничего не решить. Сколько разрушенных жизней пришлось принести, чтобы до нас дошел этот урок. Так зачем здесь повторять нашу кровавую историю? — Ямада подошел совсем близко. Аоки тяжело вздохнул — понятно… значит вот что ты выбрал… — взгляд юноши стал чуть серьезней, — извиняться потом не буду. Раз уж словами до тебя не достучаться мне придется прибегнуть к силе! — и Аоки уверенно взмахнул своим мечом, нацелившись в шею противника.

— “Хруст” — раздался звук на всю улицу. Это был деревянный меч юноши. Элазар без всяких усилий перехватил его рукой и сжал так, что деревяшка разлетелась на две части. На лице Аоки мелькнуло удивление.

— Сила? — сухо протянул Элазар, — у тебя здесь нет никакой силы.

Аоки нахмурился, но из-за одной неудачи сдаваться был не намерен. Он выбросил остаток меча и ринулся вперед. Его кулак летел прямо в шлем Элазара. Этот был невероятный удар Аоки, что ранее он никогда не использовал в полную силу. Парень понимал, стоит ему перестараться, и от его кулака горы разлетятся в щепки, города сотрутся с лица земли, а моря осушатся. Но в этот раз его противник был достоен узреть эту силу. Кулак только легонько дотронулся до шлема… и великий удар Аоки как и ожидалось привел к невероятным разрушениям… невероятным разрушениям в его костяшках. Однако в пылу битвы Аоки не придал значения такой странности. Второй удар ниже, в сочленение брони привел к тому же результату. После, попытка сбить равновесие пинком. Равновесие и правда было сбито, правда у самого Аоки. Далее неразрываемый захват. Он был разорван. Парень двигался быстро, резко, но с каждым ударом… в его взгляде читалось нарастающее удивление. Словно что-то было не так. Разве эта сцена боя не затянулась? Почему его удары ни к чему не приводят? Зачем нужна эта пустая трата времени между событиями? Из-за подобных вопросов Аоки ускорялся еще сильнее. Он надеялся количеством движений поскорее добиться желаемого. Словно он верил, что вот-вот какой удар да продолжит его великую историю. Увы реальность, как и Элазар, не разделяли его стремлений.

Герой не пытался увернуться или хотя бы поставить блок. Он всем своим видом показывал юноше насколько бесполезны его попытки. Но до Аоки все не доходило и потому Элазару ничего не оставалось, кроме как немного подтолкнуть его к принятию истины.

Лёгкий поворот плеча и очередной кулак Аоки скользнул по гладкой пластине героя. Короткий толчок локтем и вот парень уже отлетает, врезаясь спиной в стену каменного дома. Пыль осыпается с кладки.

Аоки, сплюнул кровь, — признаю, ты и правда силен. Давненько я не встречал кого-то своего уровня. Но итог этого боя уже предрешен. Я еще даю тебе шанс сда…

— Хватит болтать. Вставай или я убью ее, — сурово произнес Элазар.

Аоки посильнее стиснул зубы. Он рывком встал, но в тот же миг неприятно сморщился. Нижняя часть стопы на правой ноге отозвалась колкой болью. Тем не менее парень выхватил деревянный нож из сумки. Смешное оружие против стали, но в глазах парня это был непобедимый клинок. Аоки попытался ударить Элазара в щель под мышкой, после порезал по ремням, зацепился за пластины, его удары стали более нестандартными. Хоть парень и сменил стиль, суть одна, он все также продолжал искать тот самый удар, развивающий его сюжет. Это вовсе не походило на дуэль или хотя бы на серьезную схватку. Скорее напоминало, как уличный мальчишка участвует в драке за кусок хлеба, против сурового стражника. И пусть его движения были быстры, беспорядочны, но в каждом из них искрила отчаянная изобретательность.

Вдруг Элазар перехватывает запястье юноши. Скрежет металла. Одно короткое движение и Аоки снова летит, на этот раз кувыркаясь по булыжникам. Деревянный нож сломался, отлетев в сторону.

— Неплохо, весьма непло…

— Поднимайся, — вновь прервал пустую болтовню парня герой.

Рука Аоки чуть дрогнула. Под грозным взглядом Элазара даже юноша почувствовал тяжесть. На лице Аоки больше не осталось места улыбке, ее заменила кровь. Одежда разорвана, нога болит все сильнее, а взгляд начинал плыть. Но не смотря на все это Аоки встал.

В следующий миг из сумки вылетела склянка. Парень швырнул её в шлем Элазара. Стекло разбилось и жидкость стекла по металлу.

— Не советую тебе двигаться. Это зелье дала мне великая волшебница. Сделай хоть шаг и…

Элазар спокойно сделал шаг не дослушав парня.

— И… она меня обманула… — договорил юноша и вновь рванул к герою.

Кулаки, колени, локти. Удар за ударом. Он бил так, словно придумывал движения на ходу. Иногда использовал попадающиеся под руку предметы. Камни, фрукты, рыбу. Пот начинал стекать по его телу, смешиваясь с кровью. Он не экономит силы, он сжигал всего себя. Сжигал ради своей истории.

Элазар принимал удары на броню. Иногда отводил их щитом предплечья. Иногда просто позволял им разбиться о сталь. А потом отвечал. Всегда коротким, быстрым движением.

Вот и в очередной раз, разнесся по улице удар тыльной стороной ладони. Аоки поднялся в воздух, перевернулся и упал на спину. Воздух выбился из лёгких. Камни исцарапали кожу.

— Поднимайся, — как и всегда потребовал Элазар.

Аоки перевернулся на живот. Попытался встать, но стоило ему только хоть немного приподняться на руки, как вдруг он тут же упал обратно, с силой ударив лоб об камень.

Но Элазар не обратил на это внимания, он повторил, — поднимайся.

Аоки вновь попробовал, но в этот раз рука скользнула в собственной крови, обеспечивая очередной удар по лбу.

— Поднимайся.

В этот раз попытка оказалась еще более жалкой.

— Поднимайся.

И вот так продолжалось некоторое время. Парень все больше истекал кровью, добавляя себе новые ссадины от неудачных попыток. Было видно как ему становилось все больнее и тяжелее. Но героя это не волновало, в отличие от… наблюдающей за всем этим Силакви.

— Прекрати… — тихо начала она, но голос ее быстро стал звонок, — Прекрати! Хватит! Что ты творишь?! — но парень не сдавался, тем самым заставляя девушку-рысь сильнее сжимать в руке папин коготь, — не понимаю… Я не понимаю тебя! Почему?! Ответь мне! Почему ты так стараешься?! Очнись же наконец! Я… я твой враг! Я хочу убить твоих сородичей! Я ненавижу вас! Слышишь! Ты не должен меня защищать! Я проиграла! И мне… мне как проигравшей суждено умереть!.. Так и должно быть!.. Так… всегда было… но ты… Люди не должны так себя вести! Люди ни за что не станут рисковать жизнью ради нас… — но Аоки продолжал. Наконец девушка рысь не выдержала. Ненависть затихла, а из глаз Силакви потекли слезы. Вместо грозного крика раздался тихий шепот, — просто хватит… не надо… если я смогу тебя понять… если смогу выжить… как мне по твоему продолжать жить?! Что я должна буду чувствовать?!

“Несмотря на то, что мы один народ, у нас есть как плохие лиарины, так и хорошие. Также и у людей”, — при виде парня, вспомнились папины слова девушке рыси, — Папа… что бы ты сделал на моем месте?.. Разве подобное… может происходить в этом бескрайнем море ненависти нашей войны?.. — конечно она знала, что никто ей не ответит… но внезапно…

— Просто смотри доченька, смотри как медленно меняется этот мир, — раздались слова у самого уха девушки.

— Папа?! — удивилась Силакви, но рядом никого не было. Она поняла, что ей этого всего лишь послышалось… и тем не менее девушка-рысь вновь повернулась на парня… и глаза ее широко распахнулись… он стоял.

______________

Пустая улица средневековой деревни дрожала от каждого шага этого парада битв. Старые каменные дома с узкими окнами только и могли что молчаливо наблюдать мимолетные блики фигур виновников этих сотрясений. Однако вскоре к ним присоединились еще два незваных гостя.

— Пресвятая Матерь… да что за бесовщина здесь творится?! — в шоке прокричал один из рыцарей орда Кристаллио. Пусть гильдия и уверяла, что монстрами займется отряд авантюристов, долг рыцарей велел им удостовериться, зло не расползётся дале. Но вместо сражения с монстром их взорам предстала иная картина, — это же герои из легенд! Какого лешего они сражаются с отрядом Элазара?!

— То-то сир Вильгельм говаривал, что с этими героями что-то неладное! — с ухмылкой заявил второй рыцарь.

— И что будем делать? По хорошему нам следует вмешаться и остановить их! Сражения такого размаха в черте деревни недопустимы!

— По чести и долгу надлежало бы, — твёрдо поддержал второй и в тот же миг очередной взмах жрицы, прошедший мимо Мардекая разрубил часть каменного дома пополам.

Второй рыцарь посмотрел на это, после чего неторопливо снял меч с пояса, задумчиво взвесил его в руке… и метнул на крышу ближайшего дома. После чего с разочарованием сказал, — ох, вот же ш досада… никак клинок мой из рук где-то выпал. Боюсь брат придется тебе без меня.

Первый рыцарь посмотрел, как Макото уворачивается от десятка каких-то темных шаров и резким движением вывихнул себе руку, — эх, да куда ж я, у самого рана с прошлого боя не зажила.

— Ну видать не судьба, не нам вершить сей суд.

— Истинно так. Мы сделали всё, что было в нашей власти.

— Хм?.. Эй, погляди-ка туда! — второй рыцарь указал на край улицы. Там посреди мостовой стоял огромный мужчина в лохмотьях. Его левая рука поблёскивала сталью и даже сквозь гул борьбы сложный механический протез пощёлкивал шестернями, когда тот сжимал и разжимал пальцы. Напротив него стояла маленькая девочка, — это же тот самый, кого сир Вильгельм повелел схватить! Вот и повод явился. Смуту чинит, авантюристам препятствует.

— А верно! Я слыхал у таверны у наших че-то там не вышло, награда, стало быть, всё ещё обещана.

— Вот-вот! Поговаривают также, что великан сей лишь с виду грозен, а по сути труслив и немощен. Только и может, что за старцами да детьми укрываться.

— Да понятно дело! Ты только глянь против кого он стоит! Пха-ха-ха! Вот это я понимаю легкая добыча нам выпала! Ну что, пош…

— Ещё раз! — вдруг радостно выкрикнула малышка и в тот же миг исчезла, — навык берсерка! Молот Гефеса!

Джеф едва успел повернуться, мостовая взорвалась под её кулаком. Каменные плиты разлетелись в крошку. Удар, способный расколоть небеса, пришёлся в его скрещённые руки. Стальной протез взвыл, выпуская пар, когда он принял на себя основную силу. Девочка чуть отпрыгнула назад готовясь ко второму удару, но мужчина даже не думал уклоняться. Напротив, он с широкой улыбкой шагнул ей навстречу.

— Навык берсерка! Многотонный кросс! — второй удар, в грудь. Джеф расправил плечи и принял его.

— Навык берсерка! Яростный джеб! — третий в челюсть. Капля крови выступила на губах, но глаза мужчины оставались спокойны.

Девочка смеялась от счастья, её кулаки сияли разрушительной силой. Каждый удар сотрясал улицу, выбивал ставни, дробил стены, а Джеф лишь подставлял стальные и живые мышцы, позволяя буре обрушиваться на себя.

Не защита беглеца. Не уклонение воина. А терпение скалы, что дозволяет волнам разбиваться о себя. От очередного удара его отбросило назад, он прорыл пальцами ног борозду в камне, но устоял. И снова сделал шаг вперёд.

Рыцари молча наблюдали.

— А впрочем… — первым нарушил тишину один, — не пристало нам, доблестным мужам, тревожить дуэль… старика и ребенка.

— Воистину, — кивнул второй, — дадим же авантюристам случай урвать свой момент славы.

И оба весьма поспешно решили, что сегодня их долг исполнен сполна.

— Неплохо малышка! А ну поддай еще жару! Дай дядьке наконец прогреть свои застоявшиеся косточки! — с тёплой усмешкой сказал Джеф, блокируя очередной сокрушительный выпад. В ответ девочка засмеялась и прокричала.

— Так точно дяденька злодей! Навык берсерка! Небесный апперкот! — Миа ударила снизу и в тот же миг в глазах Джефа улица исчезла. Мир перевернулся.

Мужчину подбросило в воздух, словно он ничего не весил. Каменная крошка взметнулась следом. Но девочка уже оттолкнулась от обломка стены и настигла его в небе. Нависнув над мужчиной их взгляды встретились и каждый увидел в них отражение себя. Отражение трепета и азарта от столь яркой битвы.

В воздухе бой стал ещё быстрее. Пока Джеф вращался, прикрывая голову и корпус, стальной протез искрил от столкновений. Девочка же то отталкивалась от его плеча, то от собственного ударного импульса, то от разлетающихся камней. Казалось будто гравитация для неё была лишь рекомендацией. Удар. Блок. Вращение. Искры.

— Навык берсерка! Рожденный в земле! — прокричала девочка и замахнувшись ногой обрушила свою пятку. Однако немного потеряв равновесие удар полетел криво. К счастью Джеф смог вовремя перехватить ее ногу, схватив её за голень механической рукой. Аккуратно, почти бережно, он направил её инерцию в себя, чтобы девочка не влетела в колокольню на площади.

Тем временем Мардекай продолжал спокойно уклоняться и отводить меч жрицы. Неожиданно он шагнул чуть глубже назад и, не глядя, пяткой подтолкнул стоявшую позади телегу с сеном. Та тяжело скрипнула и откатилась вдоль улицы на несколько локтей. Это действие было настолько естественным и спокойным, что поставило девушку в ступор. В нем не было смысла ни для защиты, ни для атаки. Однако в следующий миг ответ обрушился с неба. С нарастающим свистом в телегу с грохотом рухнул здоровяк вместе с Киа. Сено взметнулось вверх, а борта жалобно треснули. Мардекай же даже не обернулся.

Первой радостно подпрыгнув поднялась девочка, — взлетели! Ха-ха-ха! Мы взлетели! Как же весело! — краем глаза она увидела стоящую рядом жрицу, — тетя Зифиса! Вы видели?! Мы сражались прямо в воздухе!

— Взлетела?! В воздухе?! Ола! Я тоже хочу! — надула щеки жрица и посмотрела на Мардекая.

— Даже не думай, я не буду подкидывать тебя в воздух, — как отрезал, отказался самурай.

— Бу! Ну почему мой милый соперник такой вредный.

— Ох… повезло хоть посадка мягкая, — показался Джеф, рядом с Киа и заметил неподалеку Мардекая, — о, самурай, как у тебя?

— Неплохо. Узнал вот что сражаться тремя мечами не шибко практично.

— Ничего не неплохо! Этот молодой человек отказывается со мной серьезно сражаться. Только и делает что уворачивается и защищается, — пожаловалась Зифис.

— Ха-ха, вы уж его простите, даже в Центруме, город откуда мы прибыли, ходят слухи что он не сильно большой фанат сражений, — неловко почесывая затылок объяснил Джеф.

— Ты был в Центруме? — чуть приподнял бровь Мардекай.

— Парень, я из первого отряда так-то, а Макото из второго. Ты что решил нам подсобить, даже не зная кто мы такие?

— Вот оно как, что ж, это многое объясняет, — зевнул самурай.

— Кстати о Макото, — вспомнил Джеф и повернулся в сторону еще одной парочки, — эй, котопарнишка, ты там в порядке?

— Все хорошо, Джеф-сан, не волнуйтесь за меня! — с милой улыбкой заверил кото-инженер, буквально каждую секунду изворачиваясь в самых разных позах, дабы избежать попадания проклятья.

— Да как ты можешь так изгибаться?! Даже самые сильные ассасины, что я встречала давно сдавались! — раздраженно спросила Цецилия.

— Хе-хе, все потому что коты это жидкость!

— Звучит как тост, — произнесла жрица и достала новую бутылку вина. Самурай же воспользовавшись моментом секундного спокойствия потянулся за очередным пирожным. Однако только он хотел откусить, как приостановился. Он повернулся к Джефу и протянул угощение, — будешь?

— О, благодарю, не откажусь. У меня как раз и чай с собой есть, — улыбнулся здоровяк.

— Вау! Пирожное! А мне можно?! Можно?! — воодушевилась Мия и Мардекай спокойно протянул и ей. Девочка посмотрела на жрицу, — тетя Зифис, вы же не против?!

— Бери конечно милая. Уверена эти доблестные войны не стали бы использовать такой подлый прием, как яд. Правильно я же говорю?

— Что за глупости, яд бы полностью испортил вкус, — заявил Мардекай. Похоже его в данной стратегии волновало только это.

— Спасибо! — с улыбкой взяв десерт поблагодарила Мия и поспешно достала что-то из небольшой сумки, — точно! Элазар недавно купил мне пряники на рынке! Угощайтесь.

— О, пряники это хорошо! Макото, присоединяйся, — прокричал Джеф.

— Правда можно? Вот спасибо! У меня как раз осталось парочка мятных конфет, берите, не стесняйтесь, — котопацан продолжая уворачиваться, забавно дернул ушками и присоединился к трапезе.

И вот рыцари моргнуть не успели, как яростное побоище превратилось в чаепитие. Попутно с полдником Джеф и жрица обсуждали методы выбора качественного вина, а Макото рассказывал восхищенной Киа как выглядят разные миры и какие невероятные изобретения в них есть. И так бы могло продолжаться и дальше, если бы…

— Вы какого черта здесь пикник устроили?! Не забыли, что мы в середине сражения?! — гневно прокричала Цецилия и начала отчитывать своих товарищей вместе... с их противниками. После всеобщих извинений авантюристы вернулись к противостоянию с обладателями кристаллов.