Многие люди думают, что знают все стороны нашего мира. Не раз от таких можно услышать за просмотром новостей нечто подобное. “Ха, ага, поверил, ну и бредятина. Эти СМИ реально думают, что могут меня одурачить такой нелепой сказкой?”. Они знают, что их обманывают и считают себя умнее всех… особенными… но при этом забывают самое главное… а какая по итогу правда? Для них это уже не столь важно, им хватает довольствоваться фактом, что они раскусили ложь… что ящик с болтами дал им возможность потешить свое тщеславие… сами не осознавая эти глупцы попадают в ловушку лжи. В то время голод, смерть, жертвы, войны, молитвы, пропажи, потери, слезы, крики, несправедливость… все это остается в тумане…

Я был второй маской созданной создателем. В отличии от последующих я прекрасно осознавал, кто я. Я знал, что мои воспоминания фальшивые, знал, что я лишь подобие человека, и знал свою роль. Из-за всего этого я сразу не подходил под главную цель создателя, вновь стать настоящим человеком. Но это не важно, ведь у меня была иная задача. Меня создали с четким пониманием - общество это сборище отребья, что делится на идиотов и тех, кто ими пользуется. Не доверяй никому, повсюду грязь и жестокость, вся жизнь это поле битвы. Иными словами, я был полной противоположностью того дурочка, последнего творения создателя. Идеальная машина для выживания в этом мире, идеальная личность, и все это чтобы… превзойти всех в этом мире… и не смотря на это… прямо сейчас мне… — “приходится исполнять последнее желание какого-то наивного простака,” — тяжело вздохнув подумал про себя Джастин. Хотя эта маска предпочитала себя называть по своему бывшему позывному, “отзвук”, — “безумие, как можно было додуматься кинуть в меня свою часть в момент смены масок. За всю историю своего существования я не помню ничего подобного... Нет… удивительно даже не это… как у такого глупца может быть настолько сильное желание? Я чувствую, как оно словно раскаленный камень обжигает мои внутренности. Поразительно… просто поразительно, я еще никогда не испытывал нечто подобное. Отдою должное, иметь такую сильную волю… это заслуживает моего уважения… мне плевать на справедливость. Плевать и на эту девчонку. Но в знак уважения я так и быть исполню его желание. Дам услышать ответы, что он не успел получить. Покажу то, чего он так мечтал увидеть… дам его ярости течь в моих жилах… это последние, что я могу сделать тому, кто оказывается был не так от меня и далек…”

— Эй…

— …

— Эй! Парень с винтовкой!

— …

Кабаненок шел рядом с Отзвуком через грязные улицы и неотрывно смотрел на стрелка. Однако тот был словно в трансе. Наконец не выдержав он спросил терзающий его вопрос.

— Ты… кто такой?..

Наконец парень опустил на кабаненка свои пустые темные глаза.

— Заметил? Удивлен, обычно люди посчитали бы смену масок за простую смену настроения.

— Не недооценивай меня, — гордо задрал пяточек кабаненок, — как никак в прошлом я был великим воином. Я вижу, как твоя аура полностью изменилась. Да и это уродливое зловещее лицо еще хуже, чем у того грубияна.

— Вообще-то внешне я никак не изменился. И с каких пор кабанята способны видеть ауру?

— Ты мне клыки то не заговаривай! А ну быстро вернул тело тому пареньку а не то я тебя! И я не каба… погоди, как ты меня назвал?

— Кабаненок. Ты же так просил ту маску себя называть?

Кабаненок удивленно похлопал глазками, после чего с серьезной мордой легонько стукнул копытом по ноге парня, — теперь ты мой кент.

— Кент? Ты разве не хотел вернуть прошлую маску?

— Похер, ты мне нравишься больше.

— Ну как скажешь… правда у меня нет союзников… запишу тебя, как аварийный провиант.

Пройдя пару шагов в полной тишине кабаненок задал назревающий и вполне ожидаемый вопрос,

— Что ты… планируешь делать, когда мы придем?

— Кто знает, — безэмоционально вылетело из уст стрелка, однако кабаненок уже понял, что на самом деле значат эти слова. Даже за маской безразличия он почувствовал эту безобидную лож.

— Не делай глупостей.

— Как-нибудь сам разберусь.

— Будь ты тем же, кем был пару минут назад я был спокоен. Даже узнав правду, что нам поведали, тот ты мог бы в ответ что-то вычудить от злости и отчаяния. Но я уверен от этого никто бы не пострадал. Однако твои методы… вряд ли столь же безобидны, как и его… — на удивление серьезно и точно заметил кабаненок.

— Ты и правда неплохо разбираешься в людях. Признаю, в твоих глазах начинается виднеться некогда бывалый войн.

— Одного не могу понять… зачем тебе это? Злость это вполне нормальная реакция на ситуацию с Бертой. Но обычные люди просто посочувствовали бы ей… а такие как ты и вовсе не обратили никакого бы внимания… Какой толк тебе наживать новых проблем?

Отзвук вновь косо посмотрел на кабаненка и на его лике отразились смешанные чувства, что казалось никогда не могли быть вместе. Чувства гнева и безразличия. — Все просто. Та маска не смогла бы решить данную проблему не сломав свои первостепенные принципы, потому и исчезла. Мне же совершенно безразличны судьбы людей. Но так уж вышло по нелепой случайности, что его желание смешалось с моей сутью. Иными словами я тот, кого в принципе не могло и не должно было существовать. Словно оружие, что научилось стрелять само по себе.

От подобного высказывания кабаненок застыл. И тут Отзвук обнаружил, что впервые за долгое время не мог понять, что в мыслях у своего собеседника.

— Вряд ли ему понравится, то, что ты планируешь сделать… — спокойно протянул кабаненок, — это не геройство… это самосуд.

— А я и не герой.

И вот они дошли до нужного дома, кабаненок молча остался у двери. Он провожал взглядом Джастина, Отзвука или то, чем являлось эта сущность в последний путь, понимая. Что бы там не произошло, он выйдет уже совершенно другим человеком.

Внутри комнаты стояли жуткая вонь. Мусор валялся в каждом углу и посреди всей этой помойки за облеванным столом распласталось пьяное с опухшим лицом напоминание человека. Но сейчас смесь Отзвука и Джастина видел перед собой лишь кости и мясо, обернутые кожей.

Юноша подошел к столу и от звука шагов мужчина проснулся.

— Ох, сир Вильгельм. Ик! Простите, не заметил, как вы заш… — заговорил отброс, пока не посмотрел на Отзвука, — а? А ты еще кто такой? А ну пошел вон с моего дома!

— Берта Берчард ваша дочь? — спокойно спросил юноша.

— Хэ? На кой хуй тебе нужна эта никчемная дура? — но тут до мужика дошло, — а, так ты один из клиентов. Извиняй, сильно уж ты опоздал, у нее уже есть постоянная работа, хотя… За хорошую плату думаю мы можем сделать исключение.

— Вы отдали ее на растерзание похотливым отбросам, таких же, как и вы, с самого детства.

— Что?! За языком следи! — возмутился мужик, но Отзвук не обратил на это никакого внимания.

— Вся ее жизнь была полна боли и страданий.

— Все! Сделки не будет пошел вон!

— И мне интересно только одно… — внезапно Отзвук пнул стол, от чего тот отлетел в сторону и разломался на части. Юноша навис над мужчиной, — ради чего это все?

— Иии! — в ужасе завизжал мужик и его грязные штаны потемнели, — да кто ты черт возьми такой?!

— Шрамы, что заполнили все ее тело, — мужчину почувствовал внезапный удар в живот, от чего его тут же вырвало, — отчаяние в ее глазах, — еще удар, но в этот раз в шею, — Я спрашиваю… Это стоило пару бутылок бухла?

Отзвук был холоден, но каждое его движение таило в себе неописуемую ярость. Мужчина терпел один удар за другим, не успевая даже вскрикнуть, пока юноша наконец не остановился. Лицо ублюдка превратилось в кровавое месиво, но из его глаз больше не текли слезы. Сквозь залитые кровью глаза он посмотрел на своего убийцу и… рассмеялся.

— Вот значит как… я сдохну… хе… хе-хе-хе… да и похер… — дрожащей рукой он дотянулся до валяющейся выпивки, на донышке которой оставалось всего парочка капель, — так значит… ты ее герой спаситель?.. или просто возмездие за все мои грехи?.. Ха-ха, я уже и не надеялся, что какой-нибудь придурок вроде тебя наконец объявится… Ты спрашиваешь зачем… Да? — мужчина допил склянку и швырнув ее в стену и стиснув зубы прокричал, — не делай вид, что все знаешь, сукин ты сын! Все вокруг только и делают, что ржут за моей спиной! Говорят о том, какой я жалкий подонок! Хотя сами ничем не лучше! Ты думаешь я хотел такой жизни?! Нет! Это все она! Эта продажная шлюха! Если бы она мне только не изменила… Если бы не заставила меня взять тот блядский чайник… — мужчина отдышался и тут из его глаз вновь потекли слезы, что смешиваясь с кровью превращались в две алые струйки. Мужчина, словно отрезвев, тихо прошептал, — я просто хотел счастливой семьи… Просто хотел искренней любви… Разве я так много просил…

Юноша долго пустыми глазами смотрел на мужчину, пока не, перезарядив затвор, направил на того винтовку, — и вы считаете, что предательство жены хуже, чем то, через что пришлось пройти из-за вас вашей дочери?

— Нет… разумеется нет… но я никогда не мог увидеть в ней свою дочь… сколько бы не пытался. Вечно глядя на нее, перед глазами всплывал образ этой шлюхи… Она словно была ее маленькая версия… Поэтому я подумал, раз уж она рано или поздно все равно станет шлюхой как ее мать, то пусть хоть с этого я получу какую-то выгоду. Она для меня всегда была не больше… чем вещь для заработка. Такой же инструмент, как кирка для шахтера или топор для дровосека… — мужчина устало вздохнул, — Ладно, извини что так разоткровенничался, больно уж хотелось выговорится. Что-то этот разговор затянулся, давай не тяни, закончи уже мои страдания.

— Что тогда будет с Бертой? — внезапно спокойно спросил Отзвук.

— Ха… Бесишь… Ты даже не заинтересован в моей смерти, просто хочешь помочь этой дуре… Плевать, я все расскажу. Хочу, чтобы от моей смерти был хоть какой-то толк, — мужчина дьявольски улыбнулся, — отправлю тебя на верную смерть вместе с собой.

Отец девушки поведал все о Вильгельма. То, как он ее использует в своей игре, то, как забавляется, когда захочет, то, как обманул в детстве и наконец то, как сильно он любит слышать хруст ее костей.

— Вот только, ты ничего не сможешь с этим поделать… Ты лишь жалкая затерявшаяся сошка, по сравнению с Вильгельмом. Он раздавит тебя.

— Да мне как-то все равно, — холодно ответил Джастин и наконец, нажал на курок… но ружье, которое никогда раньше не заедало… впервые дало осечку. Юноша застыл на месте.

— Пхахаха, похоже тебе сегодня не везет, — улыбнулся мужчина, пока кое-что не заметил — А?

Парень все так же спокойно посмотрел на винтовку, и внезапно заговорил с ней, — и ты хочешь оставить его в живых? Серьезно? После всего того, что он сделал, — разумеется в ответ ему никто не ответил. Спустя пару секунд парень вздохнул, — остаешься верной своему хозяину, даже после его исчезновения. Ну это его месть, думаю тебе виднее… хотя признаюсь я немного разочарован… — парень откинул винтовку и перед тем, как уйти взглянул на нее в последний раз, — извини, но оставшуюся работу я сделаю без тебя. Прощай, мы все равно никогда особо не ладили.

— Что?.. Эй! Куда это ты собрался сукин сын?! А ну быстро вернулся! Закончи то, что начал! — в ярости закричал мужчина, но парню уже не было до него никакого дела.

Кабаненок смотрел в спину уходящему во тьму Отзвуку продолжая сидеть у двери. Он не собирался дальше идти за ним, по крайне мере не сейчас. Слабо улыбнувшись, единственный свидетель чего-то великого, что могли видеть только его глаза, кабаненок прошептал, — ох уж эта юность, череда плутаний и сомнений.

______________

Сам того не заметил, как перед нами возвышалась массивная церковь, построенная из тяжёлых серых каменных блоков, потемневших от времени и ветров. Несмотря на древность, здание не выглядело разрушенным — в его величии чувствовалась сила веков, пережитых бурь и молитв. Высокие стены уходили вверх к стрельчатым сводам, а башня-колокольня словно стремилась коснуться неба. Вокруг церкви скопилось огромное количество крестьян – мужчины, женщины, старики, дети, нищие и местные авторитеты, иными словами, считай все слои общества. Внутрь их пускал по одному молодой самурай в смокинге. Выглядел он строго, но в то же время казалось, что внутри светится от счастья. Предположу от доверенной ему работы. Если не ошибаюсь он был учеником того, второго, что вечно то ли спит, то ли просто прикидывается.

— Зачем… мы пришли в церковь? Здесь что-то известно о моем кристалле? — неуверенно спросил я.

— Эх, ты можешь просто пока помолчать и не задавать лишних вопросов?

— Понял…

Проходя мимо явно возмущенной очереди мы направились к входу.

— О-о, мисс Кейт, добрый день. Вы к принцессе Лилии? — заприметив нас, спросил самурай.

— Увы...

— А это кто с вами?

Я даже ответить не успел, ведь девушка сказала за меня.

— Небольшая ошибка природы, извращенец, идиот, короче называй его, как хочешь. Можешь не волноваться, он со мной и ничего не натворит... — Кейт строго посмотрела на меня, — по крайне мере я на это очень надеюсь.

Зайдя внутрь нас встретил прохладный полумрак, наполненный запахом камня и старого дерева. Свет падал мягкими пятнами через высокие витражные окна. На каждой стеклянной панели — узоры и сюжеты: цветочные орнаменты, местные божества, герои прошлого, ангелы с расправленными крыльями. Когда солнечные лучи проходили сквозь них, весь зал переливался сотнями цветных отблесков — красных, золотых, голубых.

Стены и колонны покрыты фресками. Похоже в них — целые истории: сцены из священных книг, события праздников. Краски хоть и выцвели за века, но не потеряли живости; в каждой линии чувствуется рука мастера, вложившего душу и веру в свой труд. Потолок обвит росписями, где небесные фигуры парят над головой, словно наблюдая за каждым, кто пришёл сюда.

Тишина в церкви тоже была особенная — глубокая, насыщенная смыслом. Она не давила, а словно обнимала, заставляя невольно говорить шёпотом. И в этой тишине ясно ощущалось — здесь прошло бесчисленное количество людей, их молитвы и надежды остались в камне, стекле и красках, вплетённые в само сердце храма…

По бокам церкви стояли скамейки для прихожан, а впереди возносился орган. Но самое интересное, что прямо перед этим органом, на троне, восседала девушка, в белом, почти прозрачном одеянии. И я уже видел эту груд... В смысле девушку. Если не ошибаюсь она была из третьего отряда. Но прямо сейчас казалось, что она словно сошедшая с неба богиня, с чьей красотой не сравнилась бы ни одна фреска вокруг. Неподалеку от девушки стояла рыжеволосая низкая ведьмочка в шляпе и круглых очках, а в тени, если присмотреться, словно в противовес свету богини, в тени дремал второй самурай в касе.

Внезапно тишину в церкви прервал радостный крик.

— Спасибо! Спасибо вам огромной пресвятая Лилия, что показали истинный путь такому грешнику! Обещаю, я вернусь к жене и все исправлю! — в слезах кричал какой-то мужчина в потрепанной одежде. Судя по всему местный крестьянин.

— Хи-хи, ну что вы, мое сердце всегда открыто для своих последователей. Но истинную благодарность вы должны выразить самому себе. Я не могу спасти вас от грехов, я лишь указываю путь, где вы можете их избежать. Но идете по этому пути именно вы, — ответила девушка и один из ее цветков, прикрепленный к золотистым волосам выпал, — держите, — сказала она и подобрав его, протянула мужчине, — похоже, что он выбрал вас.

— Спасибо! Огромное спасибо! Я буду хранить его до конца жизни! — и с этими словами мужчина выбежал из церкви, крепко прижав к груди полученный подарок. Я едва мог скрыть свое восхищение. При виде такой сцены даже мне захотелось упасть на колени и покаяться во всех своих согрешениях… по крайне мере так было пока “богиня” не заметила Кейт.

— Кейти! — радостно прокричала она и от всей атмосферы могущества и величия не осталось и следа. Девушка словно по щелчку пальцев превратилась в маленького ребенка, — я так скучала! Почему ты ко мне так и не заходила?! Я же еще в первый день пригласила тебя на вечернее чаепитие, — заключив в объятия раздраженную Кейт спрашивала принцесса, активно обтираясь о нее грудью… интересно, кто-нибудь еще в мире когда-нибудь на секунду хотел стать респиратором?

— Да, да, отпусти уже а, — сдержанно попросила девушка и высвободилась из хватки принцессы.

— Вы знакомы? — удивился я.

— Типа того, наши командиры дружат и потому иногда приходилось пересекаться на тренировках и стажировочных заданиях.

— О, какие люди, неужто наша маленькая отшельница Кейт-сан решила порадовать нас своим присутствием, — с уставшей улыбкой сказал самурай в касе.

— Я же говорила не называть меня так, — раздраженно сжала кулак девушка, но мужчина уже переключил свое внимание на меня. Он без слов подошел ко мне в притык и начал разглядывать.

— Ч-что?.. — неуверенно спросил я, пока наконец самурай радостно не сказал.

— Вот оно как… так ты… партнер Кейт-сан… — он положил руку мне на плечо, — неплохо парнишка, отваги тебе не занимать. Прошу, сделай подругу нашей милой принцессы счастливо…

Но не успел тот договорить, как тут же достал катану из ножен и отразил несколько летящих в него пуль. Очевидно это была работа дрона девушки.

— Мордекай, — холодно и сурово протянула Кейт, — даже в шутку говорить такое это наивысшая мера оскорбления в мой адрес. Впредь будь более рассудительней в своих выводах.

— “Наивысшая мера оскорбления?..” — немного грустно повторил в голове я.

— Просто так уж получилось, что мы с этим парнем существуем в одном цикле миров. Не больше не меньше. Так что не надумывай себе лишнего, — вздохнула Кейт.

— “Существуем в одном цикле миров… то есть она меня даже за товарища не считает?” — вновь грустно повторил я.

— Переводя с твоего языка получается… он твой друг? — оставаясь совершенно спокойным несмотря на недавнее нападение продолжал играть с огнем самурай.

— Ясно… значит ты все же выбрал смерть, — вздохнула девушка.

— Ах! Так ты новый друг Кейти! — Обрадовалась принцесса и… нет, она просто элегантно пожала мне руку. Но ее кожа была такой мягкой! — надеюсь мы с тобой тоже подружимся!

— Я же сказала, он не мой друг!

Однако Лилия не слушая Кейт легонько прыгала на месте от радости, от чего вслед за ней, подпрыгивали и еще два... кавуна... Я правда хотел бы отвести взгляд, но мой мужской дух попусту не давал этого сделать. Но я ведь не делаю ничего плохого, верно? Однако похоже Кейт заметив куда устремлен мой взгляд была с этим немного не согласна. Она вновь вздохнула, медленно достала с сумки вилку и не думая ни секунды... воткнула ее в мой правый глаз.

Пропустим крики и катания по полу от боли.

— Вау! Этот юноша так смешно себя начал вести! Это у вас игры такие? Можно я тоже попробую! — восхитилась принцесса и одолжив катану своего самурая с миловидной улыбкой замахнулась ей.

— Эй! Погодь! А моего мнения вообще никто не хочет спросить?! У меня и так один глаз остался! — в панике закричал я.

— Да ладно паренек, ты же вроде бессмертный, дай нашей принцессе немного повеселится, — сложив руки попросил самурай.

— А ну… это конечно так… но калечить людей это не нормально!

— Хм? Но Кейт ты же позволяешь? Да ладно, пусть всего разочек тебя пырнет.

— Д-да не то чтобы я ей позволял… она вроде никогда не спрашивает разрешения… — пытался объяснить я, но Лилия меня даже не слушала. Теперь она уже напоминала дьяволицу, нежели богиню! Как человек может идти с такой милой улыбкой пырять людей?! Нет! Это точно не нормально! Я не хочу!

Однако не успел я даже блок поставить как… Кейт спокойно остановила Лилию взяв ее за руку.

— Ха? — удивилась принцесса и все остальные в церкви вместе с ней, даже я.

— Поверь, лучше держись от таких отбросов как он подальше, — посоветовала девушка.

— Бууу, ты же просто жадничаешь, — высунула язык принцесса… однако Кейт стрельнула в нее суровым взглядом, от чего Лилия нервно сглотнула, — поняла, поняла, — неуверенно сказала она и посмотрев на меня извинилась, — прости Саймон, что не могу тебя пырнуть. Кейт запрещает с тобой играть.

— Да… ничего страшного?.. — ответил я, а сам подумал… Кейт что… только что защитила меня?..

— Мисс Кейт, спасибо, что пришли, госпожа Лилия всегда крайне рада вас видеть, — что-то закончив писать в своей книжке наконец включилась в разговор рыжеволосая колдунья в шляпе и перешла сразу к делу, воть так воть, — какая информация интересует вас в этот раз?

— Чего? Ванесса, зачем же так грубо! Может она просто решила зайти в гости! — испугалась Лилия, но девушка сразу ее перебила.

— Нет, Ванесса, права. Вы уже выяснили то, что я просила в сообщении?

— Да, как раз на счет этого. Совсем недавно к нам заходил исповедаться... монстр...

От такой информации я бы удивился, но боль от потери глаза была сильнее.

— Вот как. Он сказал что-нибудь важное?

— Поведал, что не смотря на свое происхождение, его семья издревне поклонялась местной богине, потому перед битвой не смотря на риск пришел помолится в логово врага. Похоже он был крайне силен раз не боялся быть схваченным. Тем не менее все прошло гладко и местные его не заметили. Ну а дальше я попросила Мордекая проследить за ним. Воть так воть.

— Отдаю должное, этот парнишка довольно неплохо скрывался. Но я все же смог незаметно определить местонахождение их базы, — сказал самурай.

— Ну хоть какая-то от тебя польза, — усмехнулась Кейт, — благодарю, нам пора идти.

Наконец боль стихла и я поднявшись с пола поспешил за Кейт, однако сзади донеслось.

— Погоди Кейти, ты так быстро уходишь? А обнимашки на прощание? — чуть ли не плача спросила Лилия, подбегая к нам. Однако та внезапно запнулась и едва сохранив равновесие наклонилась... И я могу поклясться, что всего на секунду видел его... розовый островок...

— Кхм... кхм... — прокашлялась Кейт и сурово посмотрела на меня.

— Эх... Понял, понял, — сказал я и сам же воткнул вилкой в второй глаз.

____________

— А все же Лилия довольно дружелюбна, не смотря на свою... немного пугающую детскую наивность?.. Я честно говоря не знаю как это назвать. Но не слишком ли сурово ты себя с ней ведешь? — спросил я, когда мы отошли от церкви.

— Это ты не будь так наивен — сурово перебила меня девушка, — Лилия только выглядит, как глупый ребенок, но на деле… она опасный гений, что прячется в тени.

Как бы я не старался, увидеть гения в столь милой неуклюжей девушки я никак не мог, поэтому сказал, — слушай, тебе не кажется что ты преувеличиваешь?

— Как думаешь, у кого самая большая репутация сейчас в деревне?

— А? Ну Вильгельм, наверное.

— Хорошо, а теперь оглядись и присмотрись к местным внимательней.

— Погоди… быть не может…

— Теперь то понял?

— Да… теперь я осознал… осознал что я слепой блин!

— Ах, ну да, точно, — вспомнила Кейт.

Подождав пока зрение вернется я поступил так, как просила Кейт, но ничего необычного не заметил. Крестьяне как обычно занимались своими делами. Продавали товары, гуляли, управляли повоз… Погодите ка… Я застыл на секунду и холодный пот прошелся по всему моему телу. Абсолютно у каждого вокруг в волосах был прикреплен небольшой цветок.

— Теперь заметил?

— Что это… значит?..

— Лилия… Самый опасный манипулятор…