Вечером Оливер магическим образом подавил свою лень и пошёл в кабинет гильдии, выполнил задание по поиску совы, за которое дали целых десять марок, а теперь шёл обратно в свою комнату.

—Да уж, я просто заглянул под их кровати и нашёл сову. Может они просто щедрые?..

Размышления Оливера о том, записывать ли этот случай в тетрадь с рефератом по психологии людей, прервал сильный удар в спину. Мальчик не удержался и влетел в стену, дыхание спёрло, губа как всегда закровоточила. Оливер медленно и с трудом обернулся на смех. Позади него стояли те же ребята, что избивали ту девочку, после которой у Оливера началась паническая атака перед уроком “Защиты”.

—Деньги гони!—приказал жирный парень в обтягивающем все его складки свитере. Оливер, не думая, протянул дрожащими руками только что заработанные деньги.

—Отли-ично...—он мерзко облизнулся, поглаживая каждую блестящую монетку.—Можете начинать, парни!

Не успел Оливер и моргнуть, как смачный удар угодил ему в плечо. Тело по инерции отбросило к стене, но его остановил жёсткий пинок в спину, обессиленный мальчик рухнул на пол. Острая боль разрывала спину и левый бок, не давая даже вздохнуть.

—Молчаливый,—Оливер с трудом поднял взгляд на мальчика с вытянутым лицом и высунутыми изо рта передними зубами, из-за чего он напоминал крысу.

—Ничего, р-разговор-рим,—жёсткий голос парня с растрёпанными волосами и клыками напоминал рычание Пушка.

В тот же момент Оливер вздёрнули за шиворот, прилепили спиной к стене и положили холодную руку на горло, резко начав душить... Снова. Оливер почувствовал, как в кожу впиваются острые когти... Как сейчас, перед ним предстали ужасные лапы Присциллы, по щеке скатилась слеза, он жалко всхлипнул, жмурясь.

—Если хочешь, чтобы мы перестали тебя избивать, по крайней мере сейчас, прими одно условие,—Оливер вяло закивал, волк отпустил его горло, мальчик наконец смог вдохнуть полной грудью, горло жгло так, будто его насквозь продырявили.

—С этого момента ты выполняешь наши приказы, соответственно и приказы босса,—они исчезли в темноте коридора, мальчик не в силах стоять на ногах осел на пол.

По щекам скатилось ещё несколько слёз, в голове крутились лишь обвинения в своей слабости, да невыносимая грусть. Оливер задрожал, всхлипывая. Его никто не поддержит. Тут у него нет друзей. Мальчик встал и на обессиленные ноги, продолжая тихо плакать и дрожать, он просто шёл туда, куда просилось сердце.

Через минуту, может десять, хотя казалось, что прошла и вовсе бесконечность, Оливер оказался на пустом балконе, там он впервые заговорил с мистером Тайлером и поговорил со странной Альверой. Мальчик забрался на периллу, слёзы начали медленно высыхать, Оливер уселся поудобнее, начав покачивать ногами, смотря вдаль на детей. Давящая печаль заставила встать ком в горле, так мальчик только через силу выдавил:

—Феликс... Помоги...

Лис незамедлительно появился, причём первым делом он попытался столкнуть Оливера обратно на балкон:

—Мне будет всё равно, если у тебя будет сотрясение мозга, главное, чтобы ты был цел, понимаешь?!—Израфил вымученно улыбнулся, посмотрев под ноги на кучку детей, играющих с большой жабой.

—Как я много вру. Говорю, что я детектив, тем более называю себя Оливером...

—Ты думаешь, всем не всё равно на то, что ты решил называть себя другим именем?! Да и распутывать убийства тебя никто не просит, ты просто раздуваешь из этого проблемы! Просто скажи, зачем? Что произошло?

—Меня побили хулиганы и...—Оливер крепко сжал глаза и зубы, голову ни с чего пронзила резкая боль.

Тело мальчика закачало, он схватился за голову, это было его ошибкой. Отпустив от перилл руки, он полетел с балкона. Перед глазами медленно пролетели моменты из жизни. Лицо Майка приветливо улыбалось перед самым падением... Бульк! Тело Оливера отпрыгнуло от мягкого тела гигантской лягушки прямо на траву, лёгкие обожгло разочарование. “Из крайности в крайность... Так я самовольно выйду в самоубийцы...”—Оливер встал с травы, проходя к своей башне...

***

—Ты плакал. Что случилось?—интересовался здоровьем странноватый Питер.

—Оливер, у вас красные глаза... Всё хорошо?—мистер Тайлер ещё долго пытался предложить Оливеру исцеляющее зелье.

—Звёзды говорят, что ты в печали,—утверждала Альвера де Лон, поджимая губы.

—Хорошо, можешь не мыть доску, пол, поливать и вытирать цветы, протирать пыль, сортировать бумаги, переставлять шкаф и остальные дела на сегодня, только скажи мне уже, что случилось?!—в своей манере беспокоилась Виш.

Оливер молчал не по своей воле. Утром хулиганы приказали ему молчать, альтернатива, где мальчик рассказывал всё взрослым, должна была закончиться его смертью. Оливер понимал, что исполнение этой угрозы маловероятно, однако, избиение до полусмерти никто не отменял. К тому же он может потерпеть.

—Очень не хочется говорить, но...—Виш вздохнула, бросив печальный взгляд на стоящего у доски Оливера, повесившего голову.—Минус десять баллов с азар...

Оливер не удержал слёзы. Молчание могло дорогого ему стоить, не только баллов, но, например, и здоровья. Кто знает, может вчера, во время избиения, ему искалечили почки, и теперь требуется пересадка? Мальчик даже не смотрел вперёд, когда шёл к своей башне. Из-за этого он в кого-то врезался и начал торопливо извиняться.

—Оливер, Оливер! Всё хорошо, правда! Ты сам-то как?—мальчик поднял ошарашенный взгляд, перед ним стоял Ник, тот самый мальчик с длинными русыми волосами, с которым он познакомился перед распределением на факультеты.

—Н-ник... Давай... П-просто пойдём на улицу...—Оливер опять уткнул взгляд в пол, Ник поддерживающе взял мальчика за руку и с обеспокоенными подглядываниями привёл его на полянку за замком.

—Давай сядем...—Оливер потянул всё ещё крайне волнующегося Ника на траву под большим могучим дубом, тот послушно сел.

—Так, видимо, начинать разговор ты не очень настроен...Хорошо, тогда это сделаю я... За эти три с половиной дня, проведённых в школе, я заметил, что тут есть собственная, отделённая от другого мира политика и экономика. Причём заправляют этим всем дети. Дети, практически не разбирающиеся в том, чем управляют... Впрочем, Западная Россия уже давно умственно развивает детей с детства, так что не удивительно, что и эта школа ориентируется на такую программу.

—Ладно,—протянул Оливер, отводя взгляд, после долгого молчания,—я расскажу, что произошло за эти три дня, только не думай, что я жалуюсь... В общем, уже мой первый день в школе не задался... Я сорвал все лепестки с цветка Виш просто от безделья, из-за чего меня заставили убраться, но я специально покинул кабинет, чтобы не делать этого. Перед историей я упал, разбил нос и губу об фонтан, поэтому сломал его кувалдой... Помню, как я очнулся от голоса учителя. Перед травологией я пошёл на балкон, так как не знал куда идти и там встретил заместителя директора... Он обращался со мой как нянька, но всё же помог найти теплицу, в точности описав её местоположение. Там я потрогал растение с названием “чистый яд”, в итоге на зельеварении меня рвало кровью... И... Я искусал губы в кровь... А потом... Потом я завязал на своей левой руке верёвочку и пустил кровь ручкой... Т-также н-на в-в-в...—Оливер задрожал мелкой дрожью, тихо заплакав.

—Тебе было очень больно, я понимаю,—Ник грустно улыбнулся, приобняв Оливера одной рукой.—Не бойся... Это событие... Оно уже прошло, теперь ты не совершишь тех ошибок, да Оливер?

—Честно, на самом деле я не такой размазня,—скрестивший руки Оливер согнулся сильнее.—И да, те ошибки я больше не совершу, потому что п-появятся н-нов-вые...

Оливер вскочил с травы и уж было хотел броситься в сторону замка, но Ник остановил его. Оливер замер, обернулся и округлёнными глазами уставился на руку Ника, слабо, но отчаянно сдерживающую его запястье. “П-почему я сразу вспомнил Майка? Теперь опять слёзы наворачиваются”,—Оливер всхлипнул.

—К-как ты смотришь на то, чтобы завтра сходить в деревню Незмит?—к счастью, голос дрогнул только на первом слове, Ник сразу улыбнулся такому предложению:

—Конечно, я только рад!—Оливер хмыкнул, полностью развернувшись:

—Тогда завтра в шесть на этом месте!—он улыбнулся, со всех ног рванув к замку, несколько опешивший Ник только через секунду метнулся вслед за Оливером:

—Э-эй! Погоди! Я вообще-то выспаться хочу! Суббота же! Давай хотя бы в восемь... И-или девять!..—Ник быстро устал, отставая от Оливера, мальчик благородно остановился, крикнув:

—Хорошо, идём на компромисс! Семь часов!—Оливер впервые за всё нахождение здесь искренне хихикнул, убежав в замок и оставив компанию Ника.