“Делать всё что захотим...”—пронеслось в голове ужасно нервничающего Оливера в десятый раз, однако, к его счастью, девочки решили медленно разгоняться. Ну как, медленно...

—Элис, тащи свой корсет!—вскрикнула какая-то девчонка из тех тридцати, что находились в просторном зале. Другая девчонка куда-то убежала, Оливер зажмурил глаза, скрипнув зубами.

“Чёрт, они хоть понимают, что мне девять? Что это может плохо отразиться на моих внутренних органах? Что они сломают мне психику? Что я могу рассказать о их выходках учителю, и уже они будут душить змеев в лесу? Почему тут никто не задумывается о последствиях, серьёзно, как тут ещё не свергли власть?!”—возмущения Оливера прервало внезапное появление Той-Другой-Девчонки с белым корсетом в руках.

—Имейте в виду, я могу засудить вас или рассказать о вашей деятельности в прессе!—отчаянно кричал Оливер, пока с него снимали пиджак и рубашку, причём по-другому сопротивляться он не мог, злобная Агата наложила на него какое-то парализующее заклятье.

—Осталось только затянуть! —прокричал кто-то, мальчику было невыносимо жарко одновременно и от стыда, и от какой-то непередаваемой прочности корсета, от этого немного покачивало...

Когда нитки затянули, Оливера чуть не вырвало, эта фигня давила нереально сильно... “Плюс искривление позвоночника...”—вынес себе вердикт мальчик.

—О, а давайте теперь наденем на него платье, ну, то самое...—спросила какая-то девчонка, Оливер простонал. “Серьёзно, давайте просто прекратим?!”

На внешности Оливера все закончили только тогда, когда он стоял, как струнка, в корсете и чёрно-красном викторианском платье. Причём не в таком платье из тех, которыми восхищаются и называют эстетичными, а в таком, которое выглядит как слишком дешёвая подделка из Китая. Причём это дешёвое платье из какой-то лёгкой красной ткани было ещё и распашным, из-за чего выглядело как платье с халатом. Причём халат был не одноцветный, нет-нет, он был в чёрных узорах на всё той же дешёвой багровой ткани. Отойдя от Оливера хоть на шаг, можно было спутать эти “прекрасные” узоры с леопардовым принтом. Чёрные рюши покрывали всё, что только можно было, представляя Оливера как петуха, а рюши на рукавах так низко свисали, будто это была чёрная тина. Одевать на Оливера туфли, видимо, было не интересно, вместо этого девочки “исправили” магией его причёску. Во-первых, они отрастили ему густые спутанные волосы по лопатки, во-вторых, сделали из них французскую вывернутую косу, в-третьих, покрасили волосы на башке фиолетовым, а саму косу сделали розовой. Оливер закричал от страха, увидев свои сгубленные волосы. Последним штрихом в работе оказался обычный броский ярко-розовый макияж, Оливер к тому времени включил режим овоща, так что ему стало всё ровно на абсолютно всё, а вот молчавший всё это время Феликс решил прочитать измученную лекцию о том, как может быть безвкусна женская мода, мальчик лишь изредка усмехался его нелепым фразочкам.

После того, как Оливера заставили танцевать польку, облиться какой-то газировкой, покрасить лицо красной молярной краской, измазаться штукатуркой и сыграть в шахматы, стоя на голове, фантазия “Красного венка” сдулась, и Оливера отпустили, убрав магией абсолютно всё, что было на него надето, намазано, наклеено, нацеплено и налеплено. Мальчик глубоко вздохнул и подошёл к первой доске с заданиями. “Скучно. “Присмотреть за жабой”, “Почитать на ночь сказку”, “Станцевать танец живота”... Хорошо быть детективом, танцующим танец живота, да?! Серьёзно, как такие испытания вообще допустили?!” Оливер фыркнул, сорвав с доски задание, в котором просили сделать домашнее задание по зельеварению. Очень хотелось посмотреть, о чём задания на остальных досках, но Оливер поставил себе цель сначала сделать семь заданий с первой доски, то есть одну треть, также четыре задания со средней и одно с последней. В этом случае он попробует себя во всех ролях и времени потратит меньше, чем при выполнении двадцати заданий.

Оливер подошёл к бармену, чтобы спросить, что делать с бумажкой. Девочка посмотрела на него как на идиота, затем забрала задание, поставила печать и отдала обратно Оливеру. Мальчик фыркнул: “Откуда мне знать, каки у вас тут правила?! Ваше просвещение было слишком ничтожным!” Оливер быстро прошёл к кабинету, указанному в задании, то есть в кабинет Древних рун. Это был кабинет дополнительного предмета, так что Оливер тут не был... “Чёрт! Я забыл выбрать дополнительные предметы! Получается, я прогуливаю уроки, замечательно!”

Кабинет был непримечательным, так что Оливер отложил его разглядывание, в приоритете стояла девочка, сидящая за первой партой, на которой уже лежали все нужные ингредиенты для зелья.

—О, ну наконец-то!—Оливер нахмурился: “Эта девчонка меня ждала что ли?”

—Ты же новенькая, верно? Как тебя зовут?—Оливер, скрипя зубами, ответил:

—Елизавета Батори, мой замок недалеко,—девчонка намёка не поняла... Оливер вздохнул.

—Хорошо, Лиза, мне нужно приготовить два зелья какой-то там кожи... Ну, в общем, ты, наверное, тоже на первом курсе, так что догадаешься!—”Чёрт, она не видит моего пиджака, штанов, галстука, нет?!”

—Ладно,—Оливер попросил девочку отсесть, а сам начал готовить зелье. Зелье на тройку. Он добавлял кардинально неправильные ингредиенты, потому что эта девчонка его просто выбешивала. Точнее, теперь его выбешивали все девчонки. После того, что с ним сделали в гильдии, он мог смело становиться женоненавистником. Когда “зелье на тройку” было готово, Оливер незаметно прокусил себе губу, встав спиной к девчонке. Пришлось сильно искусать её, чтобы кровь стекла с подбородка в зелье. Мальчик смешал кровь с синим зельем, получив обманчивый фиолетовый цвет на пятёрку. “Ну, кто-кто, а мистер Тайлер обязан догадаться об этом трюке. Хоть и немного, но зелье специфично пахнет!”

—П-пять баллов...—ошарашенно пробормотала девчонка, Оливер сдержался от того, чтобы не скривить лицо.—С-спасибо, Лиза!

—Спасибо в карман не положишь!—грубо ответил Оливер, вытянув руку, на неё упала лишь одна монета.

Мальчик заметил фиолетовую ленту на запястье девчонки и понимающе промычал. “Понимаю, вот это факультет трудоголиков!”—Оливер покинул кабинет, по дороге специально наступив заказчице на ногу.

***

На следующий день, после всех уроков, а именно истории, английского и русского, которые Оливер благополучно прогулял из-за своей лени, мальчик находился в своей комнате и жаловался Феликсу на жизнь:

—Вот скажи мне, зачем учить уроки, в которых я не разбираюсь, причём ведут их невероятно скучно! Историчка вечно отвлекается, англичанка что-то бормочет на английском про цвета, а Виш травит ядовитыми растениями! А ещё у меня сейчас первый урок нумерологии идёт. Странное чувство, урок есть, но вот меня на нём нет...

—Совесть не мучает?—недовольно спросил Феликс, Оливер отрицательно покачал головой, потянувшись на кровати:

—Наверное, я уже не успею... Можно попробовать домашнее самообучение,—Оливер сел, достал учебник по нумерологии и прочитал первое предложение:

—”Нумерология — замечательнейшая наука о цифрах, раскрывающая потаённые стороны людей, используя необычный способ мистических связей, основанный на паранормальном и неизведанном мире!..” Феликс, ну вот что это за бред? Может, мне сходить в библиотеку, поискать менее скучную книгу о нумерологии? Эй, Феликс! Фели-икс!

—Иди куда хочешь, только отстань от меня!—крикнул лис, зажимающий себе уши.

—Привяжись к будильнику,—лис кивнул, что-то прошептав, а Оливер поспешил в библиотеку. Поспешил, забыв переодеть пижаму...

—Чёрт, я уже на нужном этаже,—Оливер вздохнул, но возвращаться в башню не стал. “Потерплю унижающие взгляды!”

Вместо библиотеки Оливер вошёл в помещение с лабиринтом из шкафов. “Серьёзно?! Местный директор просто с ума сходит из-за этих лабиринтов, но этого, видимо, никто не замечает!”—хмурый Оливер прошёл в самый левый проход из шкафов. Сначала шли разделы с детскими сказками, затем тема резко сменилась на историю. Оливер замер, его взгляд приковала книга “Что случилось с Россией за последние тридцать лет?”. Оливер предвкушающе вдохнул, аккуратно достав большую книгу с полки. Дыхание участилось, сердце заколотилось быстрее. Мальчик держал текст, который мог раскрыть все секреты, ответить на все интересующие Оливера вопросы... Он медленно открыл книгу, заметив, что родители не рассказывали ему о событиях в стране после развала СССР:

—”...После развала государства “серпа и молота” Россию ждали большие перемены. Уже в 1992 году президент предложил принять парламентскую власть, народ и верхушка власти поддержали идею президента, недовольных практически не было. Так простая идея реализовалась в настоящую форму правления 18 августа 1993, когда Россия приняла парламентскую форму правления, Громов Яков Фёдорович был избран на должность премьер-министра, он начал вести бурную внешнюю политику, парламент поддержал его рвение...” “...16 сентября 1998 года произошёл крупный бунт под руководством Михаила Тимковского. Его союзники выражали недовольства по поводу революционных решений премьер-министра, утверждая, что настолько тесное взаимодействие России с европейскими странами приведёт страну к зависимости от Европы. Яков Громов лишь усмехался глупому мотиву граждан, пока несколько членов парламента не поддержали их точку зрения. Россия разделилась на два лагеря, первые утверждали, что необходимо смотреть в будущее и развивать технологии, поддерживать открытия и новые технологии, вторые думали, что их решение приведёт к гибели страны и планеты в целом, поэтому предлагали изменить строй государства на тот, что был при Петре I. Партии получили названия “Future” и “Величие”. Информационная война и стычки этих двух партий прекратились лишь в 1999 году 1 июля, Яков Громов, переименованный в Джона Блейка, принял предложение Михаила Тимковского о разделении России. Страна была разделена на две половины по Уральским горам, получив соответствующие названия: Западная или Европейская Россия и Восточная Россия. Михаил Тимковский восстановил в Восточной России Сенат, став монархом 7 июля 1999 года. Граждане получили право выбрать часть страны, в которой они хотели бы проживать. К удивлению политиков, большое количество людей выразило недовольство по отношению к Джону Блейку, так что население России разделилось практически поровну на обе её части. Западная часть решила не делать ставку на магические способности и таланты, начав с запрета книг для детей, которые опираются исключительно на таланты и магию, школы для детей стали общими, за 2003 год было построено более 20 новых исследовательских лабораторий, финансируемых государством. Восточная часть, наоборот, продвигала образ талантливых и магов как священных, “обычных” начали сжигать на кострах, как в древние времена. Они отказались от абсолютно всех благ цивилизации, окончательно став государством XIII века. Однако, Россия не перестала существовать, как единое государство, 7 января 2000 года...”

—О, Оливер, это ты! —Оливер сразу умолк, быстро захлопнув интереснейшую книгу. Питер Ратри смотрел взглядом, проникающим в душу.—Что читаешь?

—Да так, случайно в отдел истории забрёл,—осторожно ответил мальчик, учитель легко отобрал книгу у мальчика:

—Давай помогу убрать!—Оливер заметил, что мистер Ратри поставил книгу на пять полок выше, чем рост мальчика.—Зна-аешь, мне тут птичка нашептала о том, что ты пла-а-атье надева-ал...

—Да, это правда,—не хотел спорить Оливер, тем более в пижаме перед учителем,—извините, но мне не приятна эта тема и я не хочу её обсужда...

—Тебя заставили, да?—Оливер выдернул руку из ладошек мистера Ратри.

—Нет, я сам,—сохранил конфиденциальность Оливер, нежелающий продолжать разговор, брови учителя поползли вверх:

—Неужели... Надо бы расспросить об этом твоих однокурсников! Меня не покидает чувство, что ты лжёшь.

—Нет, п-прекратите!—голос дрогнул, но Оливеру было наплевать, нужно было спасаться от позора.—Говорите условия неразглашения! Ч-что угодно, только не разрушайте мою репутацию среди учителей, всё только началось складываться!

—М-м... Всё что захочу говоришь?..—Оливер быстро закивал, он только настроил контакт с заместителем директора!—Расскажи, о чём ты говорил со ШР?

—Н-ну, он говорил о том, что я колючий ёж, потом о том, что мне подходят все четыре факультета, затем сказал, что пошутил, он очень долго уговаривал меня прекратить общаться со взрослыми и начать общаться со сверстниками, потом он рассказал о том, кто он, потом сказал, что отправит меня либо на рейвенран, либо на пуфалпуф, потом я сказал, что мне надоела природа, а он сказал, что рейвенран слишком милый факультет и отправил меня на альпендил, а потом сказал, что пошутил, пожалуйста, не говорите ничего никому!!!—протараторил в панике Оливер, Питер Ратри вздохнул:

—И что, не про какие твои секреты он не говорил?—протянул он, Оливер не хотел ухудшать отношения с учителем, так что вежливо ответил:

—Нет, сер! Прошу, не рассказывайте о моей тайне!

—Знаешь, Оливер... Я бы и так не рассказал о ней, так что можешь не волноваться!

—Извините,—после затянувшегося молчания проговорил Оливер ледяным голосом,—но это был шантаж. Даже за выдуманные угрозы сажают в тюрьму, мистер Ратри. И чтоб вы знали, я не наивный ребёнок, чтобы каждый раз вестись на ваши глупые уловки с конфеткой на ниточке...

—Оу, я не считаю тебя наивным, Оливер! Я, наоборот, ценю твоё доверие и... Знаешь, пожалуй, взамен я тоже расскажу тебе секрет!—Оливер сморщился, не рассчитывая на что-то стоящее.—Он состоит в том, что... Я влюбился.

—Отлично, я никому об этом не расскажу, прощайте!—Оливер пройти мимо учителя, но тот преградил путь.

—У меня есть более стоящий секрет!—мальчик нехотя остановился.—Я расскажу тебе о том, кто помимо тебя верит во Всевышнего...

—Откуда в-вы и Шлем знаете?!—воскликнул мальчик отшагнув назад. “Единственный человек, также ни с чего верящий в бога-кота! Я не понимаю, может он такой же сумасшедший, как и я?! Почему он это делает, почему?!”—Скажите мне, прошу! Вы же ничего за это не просите, верно?!

—Я тебе расскажу просто так тогда... Когда я женюсь!

Оливер застыл на месте. Учитель, стоящий перед ним, начал медленно размываться, как и шкафы. Надежда, которую сначала благосклонно подарили, а затем жестоко отобрали пронзала сердце. Мальчик осел на пол, проигнорировав весь окружающий мир. Когда Оливер очнулся, учитель уже ушёл. Он еле достал книгу по истории и пошёл дальше по коридору.

Он запер поражённого Оливера в подвале, рассматривая следующий раздел с книгами для девочек. Какой-то нездоровый интерес заставил Оливера открыть одну из книг. Она оказалась про отношения и ежесекундно наскучила Оливеру. Он уж было хотел поставить её на место, как из-за шкафа вышел тёмный силуэт.

—”Книга для принцесс о отношениях”. Ты решил окончательно стать девчонкой?—этот холодный с долькой издёвки голос нашёл своего хозяина в голове Оливера.

—Джеймс Гилкрист,—проскрипел зубами мальчик, вспоминая тот удар об пол. Раздались медленные издевательские хлопки:

—А ты заслужил дополнительную мисочку корма, или уже заслужила?—Джеймс усмехнулся, выходя из тени. Аккуратный костюм, причём явно дорогой, заставлял Оливера чувствовать себя настоящим ничтожеством в пижаме.

—Я не собираюсь оправдываться перед тобой, так что сожри этот корм сам,—резко ответил Оливер, подходя ближе, сердце заколотилось быстрее от невыносимой ярости.

—Ты что-то слишком осмелел за эти две недели,—наигранно скучающе протянул Гилкрист, подходя ближе.—Помню, каким дрожащим слюнтяем ты тогда был...

Оливер резко вдохнул, ударив Джеймса в рожу. Тот с лёгкость остановил удар ладонью.

—Невежливость... Какой вы порочный, “мистер Оливер”!—мальчик прыснул:

—Действительно, “мистер Гилкрист”! Уж простите, но не могу сдержаться, чтобы не ударить вам по роже!

Оливер схватил противника за рукав пиджака и быстро ударил бок, Джеймс отплатил ударом в солнечное сплетение, заставив Оливера на секунду потерять способность к дыханию. Тогда мальчик ещё сильнее обозлился. Нет, не на Гилкриста, на весь грёбанный мир, но избиение Джеймса послужило бы отличным разрядом этих эмоций! Поэтому осклабившийся Оливер ударил противника в лицо, тот не растерялся, отплатив таким же ударом. Опять удар от Оливера, отплата от Гилкриста, снова, в четвёртый раз, на пятом уже блеснула кровь. Оливер вытер красную струю, текущую из сломанного носа, Джейк приложил руку к разбитой губе. Увидев кровь на рукаве, Гилкрист задохнулся от возмущения, кинувшись на Оливера, тот не успел увернуться. Они начали царапать друг друга, как свирепые кошки, мальчики пытались наносить удары кулаками, но в таких случаях другой карябал его руку, останавливая удар. Когда уже, кажется, все руки Оливера были в крови, он решил прекратить бой, плотно обхватив руками шею Джеймса, тот почти в ту же секунду, будто с самого начала хотел это сделать, сделал тоже самое. Чужие руки медленно сдавливали горло, в то время как свои всё с большей силой давили чужое. Одно более сильное сжатие, и оно проецировалось на свою шею, ощущение, будто душишь себя же. Дыхание сократилось до отрывистых вдохов и резких выдохов. Оливер взглянул в глаза Джеймса, тот ответил вопросительным взглядом. Они одновременно отпустили шеи друг друга закончив на ничье.

—Не хочу, чтобы меня вызывал декан,—сказал Гилкрист, взмахивая палочкой, раны на обоих в миг исчезли, причём безболезненно.

—Мы же теперь враги, я правильно понял?—Оливер встал, отряхиваясь от пыли.

—Ха!—холодно усмехнулся Джеймс, круто развернулся на носочках и покинул кампанию Оливера. Мальчик запоздало усмехнулся в ответ, подбирая книгу по истории.

—Думаю, гордость не позволит ему раскрыть мои секреты.