Несколько тысячелетий назад, после великой войны, Империя раскололась на пять земель: северные земли — Ворайн; южные — Маршфорт; восточные — Даунбридж; западные — Хартенд; и в самом центре — Руналия. Во главе каждой из территорий стояли лорды. И не было такого края, о котором не слагали бы сотни сказаний да легенд за его пределами. На некоторых суровых землях обитали лишь существа из мифов да беспощадные чудовища, на других волшебные создания учились жить с людьми в мире и согласии.

Одно из владений особенно отличалось от других четырёх, законом туда не допускалось ни одно магическое создание. Эти земли в сердце Империи и называлась Руналией. Руналия была единственным местом, населённым людьми и только людьми. Многие века назад, когда даже Империя ещё не начала своё существование, народ Руналии боялся всех существ, кроме себе подобных людей и колдунов. И страх этот бурлил у них в крови из поколения в поколение настолько сильно, что и по сей день они бы не позволили и шагу ступить на свою территорию ни одному волшебному созданию. Как люди не принимали дивный народ, так и последние лезть в Руналию не стремились, вполне удовлетворённые жизнью в своих плодородных краях.

Не было в Руналии человека, не мечтавшего посетить Афгард. То была не только прекрасная столица всего владения, но и центр процветающей работорговли. Покровительствовали чёрному рынку как колдуны, охочие до беспомощных жертв, так и распутные аристократы, чьи жестокие развлечения не могли не вселять ужас.

От вторжения чужаков растянувшийся на многие километры город защищали высокие каменные стены. В их кольце теснилось множество жилых домов и крупных зданий, а центр полнился магазинами и торговыми лавками, из-за которых там царила атмосфера нескончаемого веселья.

Сегодня день весеннего фестиваля. Каждый житель сплетал венок из свежих цветов и во время танца вокруг костра дарил его любимому. Мужчина, сложённый крупнее заурядных прохожих, продирался сквозь безграничную толпу, мурлыча себе под нос ту же песенку, что пел и хор детских голосов, звучащий из самого сердца городка.

Тело мужчины было закутано в плащ темнее самой ночи, лицо его покрывала маскарадная маска в золотых узорах. Даже такие простые одежды не могли скрыть благородства его походки. Хоть фестиваль и был многолюдным, никто не мог отвести глаз от загадочного незнакомца в маскарадной маске.

Неспешно шагавшего к своей цели мужчину совсем не волновали чужие взгляды, напротив, он считал свой наряд вполне уместным. Рядом шёл златовласый юноша, чуть ниже ростом, с глазами цвета изумрудов, и с любопытством разглядывал витрины лавок. Он обладал пленительными чертами лица и сладкой обольстительной улыбкой. Выглядел юноша зрело, хотя ему было всего около семнадцати лет от роду. Время от времени он замечал группки робко косящихся на него девчонок и приветственно махал им рукой, милостиво улыбаясь. Вокруг незнакомцев собралась настоящая толпа, на лице мужчины в маске появилось недовольство. Сборища и шум — вот уж чего он терпеть не мог. Не в состоянии больше выносить толпу, мужчина зашагал быстрее. Юноша, остановившийся обменяться парочкой слов с девицей, поспешил его догнать.

— Постойте! Милор...

Мужчина в маске быстро обернулся и предупреждающе заговорил:

— Не зови меня так в этом месте.

— Ой, а я и забыл, что мы под прикрытием, — наивно откликнулся юноша.

Мужчина ответил на это предостерегающим взглядом.

— Прошу прощения, — парень ухмыльнулся, а на его лице не промелькнуло ни тени вины. Незнакомец в маске не стал больше делать замечаний и вновь направился вперёд своей ленивой походкой.

Много позже уже порядком уставший юноша, шагая по выложенной камнями дорожке, наконец спросил:

— У нас уже есть все нужные вещи, куда вы направляетесь теперь?

— Что ж, мне нужно кое-что купить в одном месте.

— Купить? Такому отшельнику, как вы? —  хотя мужчина в маске был старше и обладал отталкивающе холодной аурой, юноша говорил дружелюбным тоном, на который совершенно не мог повлиять возраст собеседника. Он обладал тем особым высокомерием, за которое невозможно ненавидеть.

Мужчина выразительно поднял бровь:

— Я не отшельник. А если бы был, стал бы тогда сейчас идти рядом с тобой? И что тогда здесь делаешь ты? Мне надоело с тобой нянчиться.

— Приказ церкви. Они боятся, что вы натворите дел, пока будите бродить тут. Отправили меня, чтобы держать вас на коротком поводке, — ответил юноша, пожимая плечами.

— На поводке, — насмешливо улыбнулся мужчина в маске. — Церковь должна знать, что если я захочу, то покончу с ними в любое время. Даже ты, мой дорогой маленький друг, не смог бы меня остановить.

И эти высокомерные слова не были шуткой. Любой, кто бы его услышал и при этом знал об истинной натуре незнакомца, уже пал бы ниц, в ужасе моля о пощаде. Но дьявольская улыбка юноши ни капли не померкла. Похоже, раньше он много раз слышал эти слова, и страх потерял свою силу.

— Прекращайте острить. Если вы вдруг придёте в бешенство, я скорее встану на вашу сторону, чтобы увидеть конец мира, чем решу глупо погибнуть во цвете лет, — юноша остановился у лавки с фруктами и обменял бронзовую монетку на пару яблок. Одно из них он кинул мужчине в маске, и тот поймал, даже не оглянувшись. Юноша задумался, нет ли у его спутника на затылке пары глаз.

— Вы слышали новости о феях? Рухан сказал, они только что потеряли королеву, — сменил тему юноша.

Наконец услышав что-то интересное, мужчина кинул яблоко обратно и поправил маску:

— Я не могу в этом есть, Алекс.

Алекс, поймав яблоко, пожал плечами и продолжил:

— Впервые в жизни услышал, чтобы кто-то такой, как королева фей, умер от старости. Я думал, они вечны, как и вы.

— Тут ты неправ. Я не король или королева фей. Смерть не имеет для меня значения, я никогда не умру, — подчеркнул мужчина.

— Да-да. Я просто удивлён, что у них вообще есть срок жизни. Думал, они пытались замять её убийство, но кто бы мог подумать, что она умерла от старости? Ладно, в любом случае что вы здесь ищите? — Алекс оглядел улицу, о которой явно никто не заботился. Это показалось странным, в Руналии обожали роскошь. Впервые он видел улицу без шумной толпы.

— Кое-что, — двусмысленно ответил мужчина и резко повернулся. Алекс мгновенно последовал за ним.

Увидев большую статую посреди аллеи, в которую вошёл мужчина в маске, юноша немедленно остановился. Взглядом Алекс обследовал длинный узкий переулок и, удивлённо выпучив глаза, воскликнул:

— Вы зачем сюда пришли?

— Думал, ты знаешь, что я иду за покупками, разве нет? — не оборачиваясь ответил мужчина, продолжая свой путь по мрачной аллее.

Конечно, Алекс знал, что его спутник собирался купить что-то, ради чего притащился в такую даль аж из северных земель Ворайн. Покосившаяся вывеска, два фонаря, одинокая статуя едва ли одетой женщины и цепи на её шее и запястьях… Этого было достаточно, чтобы понять, что за здание находится в конце аллеи. То была та самая статуя у невольничьего рынка, о которой ходили слухи. Юноша был уверен, что они направляются именно туда.

Алекс догнал мужчину и попытался остановить его, потянув за плащ.

— Нет, не знал! Господин Ян, это же путь к рынку рабов! Вы не должны ходить туда!

Ян посмеивался над ребёнком, легко шагая, несмотря на то, что юноша пытался остановить его всем своим весом.

— Спрашиваешь, зачем мне туда? Я очень кое в чём нуждаюсь.

— Нуждаетесь? Церковь доставляла неприятности, вынюхивая о каждом вашем шаге. Что случится, если они узнают, что вы покупаете раба для жертвоприношения? О Боже! Милорд, пожалуйста, остановитесь! — Алекс тянул и тянул, измяв весь подол, но, похоже, всех его усилий было недостаточно.

— И кто тебе сказал, что я хочу принести жертвоприношение? У меня достаточно могущества и я сейчас ни в чём не нуждаюсь. Я собираюсь купить нечто иное, — ответил Ян, входя в здание аукциона.

Алексу показалось странным, что тот, кто способен достать что угодно одним лишь щелчком пальцев, может в чём-то нуждаться и осторожно спросил:

— Т-тогда… Что же вы хотите здесь купить?

Ян ничего не ответил, начав поддразнивающе мурлыкать себе под нос. Он назвал своё имя управляющему, который записал его в книгу посетителей. Мужчина оставил свой чёрный плащ слуге, который открыл перед ними вышитые бисером портьеры, за которыми скрывался вход в главную залу аукциона. Ян повернулся, ухмыльнувшись из-под маски. Ухмылка сама по себе красиво смотрелась на его очаровательной светлой коже, скрывавшейся сейчас под маскарадной маской, украшенной рисунком плачущего человека с капельками золотых слезинок. Это выражение показалось златовласому юноше зловещим.

— Миленького маленького щеночка, — лениво протянул Ян.

— Щ-щеночка? — Алекс вошёл следом и увидел громогласно объявляющего что-то аукциониста. Ян спустился вниз по лестнице, ведущей к сцене. Залу освящали лишь тускло мерцающие свечи, дабы личности дворян были скрыты. Алекс давно уже знал, что Ян безумен, но только сегодня осознал, что безумие его неизлечимо. Оно стремительно бежало по его венам!