[Конечно, господин Ким Гирёк. Будильник установлен на завтра на 7 утра. Он прозвенит через 18 часов.]

Выражение лица Сону Ён мгновенно стало серьёзным.

Получилось не так, как задумывалось. Это была шутка, брошенная, чтобы рассмешить, но почему-то атмосфера стала ещё более тяжёлой. Видимо, обмен юмором между инопланетными расами был преждевременен.

— Кстати, на случай, если вы беспокоитесь о технологиях моей планеты, скажу заранее — другие альфаурийцы не появятся на Земле.

— Что?

— Если дать одну подсказку… перед смертью я использовал грандиозную магию, преодолевающую межгалактические расстояния. И всё это… на планете, истощённой нехваткой ресурсов.

Преследование с родины было угрозой, которую следовало опасаться, но у меня были свои причины быть настолько уверенным.

В перерывах разговора я имитировал улыбку, пытаясь разрядить напряжение Сону Ён.

— Наверное, из-за моего перерождения там поднялась большая суматоха. Чтобы разобраться с этим, лучшим учёным планеты придется потратить несколько месяцев, чтобы не случилось полного вымирания расы. Даже если бы нашёлся маг, желающий преследовать меня, по расчётам, у них не осталось бы топлива для таких трат.

Но через несколько секунд мышцы лица вернулись к почти нейтральной бесстрастности.

— Мне жаль, что я присвоил энергию, которую мои сородичи бережно экономили. Но если не считать того Инженера, альтруистов больше не оставалось, так какая, чёрт возьми, разница?

Ведь между репликами я потратил слишком много маны на такие мелочи, как контроль выражения лица.

— К тому же, несмотря на все технологические достижения того мира, мои сородичи не смогут извлечь из оставленного мной мозга никакой ценной информации.

Хм.

Я незаметно перевёл дух, стараясь не выдать истощение маны.

Поскольку необходимые заклинания были завершены и кризис в определённой степени миновал, у меня осталось слишком много времени, и я высказал то, о чём хотел поговорить.

— Как вы думаете, из чего состоит душа?

Девушка, которая тут смирно сидела, — землянка. Если подумать, даже на один и тот же вопрос её точка зрения могла отличаться. Раз уж я раскрыл свои секреты, вряд ли общение с инопланетянином станет для неё плохим опытом.

— Честно говоря, я и сам ещё не знаю точной истины.

— …

— Но, по крайней мере, мне удалось выяснить, что душа — это смесь материального и нематериального.

— …

— Как нельзя говорить о личности, не учитывая воспоминания, так и в этой концепции души память играет крайне важную роль. Поэтому вероятность того, что альфаурийцы украдут мою магию перерождения, равна нулю.

— …

— Если затронуть материальную часть, одну из составляющих, то можно естественным образом работать и с нематериальной памятью. При перерождении я собрал и унёс с собой каждую частицу души, не оставив ни крупицы, тем самым повредив память в теле. Это позволило обойти ограничения, наложенные на моё тело.

— …

— Честно говоря, это не удивительно, ведь мы примерно так и представляли себе духов. Разделяют же призраков ребёнка и взрослого, даже если это один и тот же человек. В детстве я считал это забавным, знаете ли? Но когда я начал исследовать этот вопрос, оказалось, что душа действительно подвержена влиянию физического роста. В любом случае, это весьма любопытно.

Концепция души, которая даже после осуществления первого в истории перерождения всё ещё ощущалась как нечто загадочное. Вот уж не помню, когда в последний раз мог так свободно проявлять своё любопытство.

— Я прожил почти всю жизнь, учась и изучая. И до сих пор осталось так много удивительных вещей…

На душе так легко.

Только высказав всё, о чём хотелось поговорить, я смог обратить внимание на свою слушательницу.

«Ах.»

До сих пор я просто думал, что у этой землянки хорошие манеры. Но теперь я вижу, что Сону Ён смотрит в пустоту с растерянным выражением лица.

И правда. Я и сам никогда не думал, что встречу инопланетянина, так насколько же ошеломляющей должна быть эта ситуация для неё?

«Есть от чего потерять дар речи.»

Закатив глаза, я на мгновение перебрал в уме свои действия. И в результате этого размышления я решил дать и Сону Ён возможность высказаться. Поэтому заданный мной вопрос наполовину был вызван искренним любопытством.

— Кстати, раз уж представился случай. Может, вы хотите о чём-то меня спросить?

У Сону Ён не было никакой реакции, пока я не вернулся на своё прежнее место.

Но примерно в тот момент, когда я плюхнулся на место, она наконец осторожно заговорила. Ситуация, когда она осознала существование инопланетянина, появляющегося только в фантазиях. Конечно, я ожидал, что не последует никаких пустых заявлений вроде «мне нечего спрашивать».

— …Спросить? Тогда… имя…?

— Что, простите?

Поразительно.

Спустя некоторое время первым вопросом, который Сону Ён выбрала после долгих раздумий, было ни что иное, как имя.

— Как тебя зовут?

Раз она узнала, что я всего лишь маг, вселившийся в тело Ким Гирёка, то, возможно, ей нужно новое обращение, чтобы отличать мою душу от прежней. Сону Ён задала совершенно не тот вопрос, которого я ожидал.

Чёрт возьми. Столкнувшись с существом из двойной звёздной системы, и всё, о чём она беспокоится, — такая мелочь?

«У нас совершенно разный ход мыслей!»

Окажись я на её месте, то есть, если бы я был тем невежественным аборигеном, сидящим напротив, я бы задал как минимум вопрос длиной в 500 слов. Конечно, и этого было бы недостаточно, и я бы дотошно выспрашивал, дышите ли вы сульфатами, нитратами или какими-то другими веществами.

«Если подумать, пожалуй, такая реакция, как у Сону Ён, более вежлива, чем если бы она докучала мне расспросами.»

На мгновение я погрузился в фантазии, но тут же вернулся к реальности.

Так или иначе, сейчас настал момент ответить Сону Ён. Посмотрим-ка. Имя. Имя, значит…

— Хм.

Оглядываясь назад, моя родина, за исключением заката цивилизации, в основном использовала систему двойных и одинарных звуков. И поскольку двойные звуки требуют воспроизведения нескольких тонов одновременно, землянам их в принципе сложно и услышать, и произнести. Поэтому большинство альфаурийцев не смогли бы ответить на такой простой вопрос, назвав своё имя.

Но мне повезло. К счастью, я очень древний, и к тому же при рождении имел низкий статус, поэтому моё имя короткое и простое.

— М-м… Да. Хорошо.

Шурх.

За этим последовал жест: я протянул ей руку, раскрыв ладонь так, чтобы она была полностью видна. То есть предложение рукопожатия по-земному.

— Послушав, я понял, что действительно сильно задержался с представлением. Простите. Тогда представлюсь заново.

Я воспроизвёл вибрацию из памяти, насколько это возможно, используя голосовые связки Ким Гирёка. Не какое-то бесполезное звание вроде «Первый Верховный маг», впервые за десятки лет я произнёс своё настоящее имя.

— –––Приветствую. Меня зовут «Леминг»*.

— !..

— Рад с вами познакомиться. Раз мы полностью представились друг другу, значит, теперь мы друзья, верно?

В ответ Сону Ён отреагировала с замешательством.

Она казалась несколько озадаченной заявлением в стиле альфаурийцев о том, что с момента обмена именами между ними устанавливаются дружеские отношения. Но не выглядела недовольной. Скорее, если разбираться, она казалась слегка взволнованной.

— Э, э-э… Да, конечно. Я тоже рада нашему знакомству…

Но потребовалось всего несколько секунд, чтобы эти неловко приподнятые уголки губ вернулись на место.

— Ах!

Спустя мгновение Сону Ён пронзительно крикнула.

Вероятно, причина такой реакции в том, что сразу после рукопожатия на её ладони возникло загадочное покалывание.

— Летняя статика?

Более того, на долю секунды в месте соприкосновения ладоней промелькнула синяя вспышка.

Сону Ён наклонила голову с недоумением и тут же вспомнила распространённую причину. Но это был неверный ответ.

Пора прояснить кое-что для моего инопланетного друга.

— Охотница Сону Ён.

— Да.

— Знаете что? Это секрет, но на самом деле я ужасно не люблю, когда меня называют Леминг.

— Ах.

— Сейчас я как раз на пороге нового начала и намерен оставить прошлое позади. Я хочу, чтобы меня называли только по-земному, полностью отбросив имя из прошлой жизни. Честно говоря, я уже привык к имени Ким Гирёк. Оно мне нравится.

Легким тоном я поднял тему.

На первый взгляд, это могло показаться простой просьбой продолжать называть меня Ким Гирёком. Однако в действительности…

— А, кстати, это не просьба, а предупреждение.

— Что?

— Потому что только что во время рукопожатия, я наложил заклинание, которое разнесёт вашу голову вдребезги, если будет произнесено слово «Леминг».

Длинноволосая землянка уронила то, что держала. Это была дешёвая термочашка.

— Заклинание, срабатывающее по определённому триггеру. Как у вас здесь говорят… Навык проклятия, да?

Я продолжил, игнорируя то, что ее чашка покатилась по полу.

— И даже если это будут не два слога «Леминг», если вы бездумно разболтаете секреты, услышанные в этой комнате, с вами произойдет то же самое.

В отличие от первого момента появления [Юстиции], теперь Сону Ён, приняв эстафету у хозяина дома, начала покрываться холодным потом.

Кое-кто слишком глубоко погрузился в воспоминания. Поскольку реальное время разговора в этой комнате длилось всего около 10 минут, для землянки эта ситуация могла быть шокирующей.

Неужели этот инопланетянин за время, достаточное лишь чтобы сварить одну чашку лапши, успел завершить проклятие, взрывающее голову? Но такова реальность. Ведь теперь на этого архимага не было наложено никаких внешних ограничений.

— Хотите, расскажу кое-что полезное?

Подперев ладонью подбородок, я посмотрел на неё.

Зафиксировав эту позу, я передал ей следующее на корейском — родном языке этой страны:

— Госпожа Сону Ён. Если маг вдруг начинает изливать душещипательную историю, то в девяти случаях из десяти это делается для того, чтобы тайно выигрывает время для сотворения заклинания.

— …

— Это было общеизвестно на моей родине.

— …

— В общем, если у заклинателя вдруг развязывается язык, правильный ответ — не слушать его молча, как вы, а немедленно ударить его по горлу. Ха-ха-ха.

Сказав это, я рассмеялся.

— Но сейчас уже слишком поздно. Заодно я закончил модифицировать условия барьера в этой комнате, так что теперь вы, госпожа Сону Ён, не сможете выйти наружу без моего разрешения.

Звяк.

В этот момент. Сону Ён держалась за колонну [Юстиции], словно за спасительную верёвку, поэтому результат проявился.

Правда.

Правда.

Правда.

— Если вы надеетесь на эффект [Суда] этих чёртовых весов, сдавайтесь. Раз я веду себя так уверенно, разве не догадываетесь, почему?

Череда подтверждений «правды».

Что ж, хорошо, что тяжкие труды последних 10 минут не прошли даром. Чтобы обойти эту долбаную [Юстицию], мне пришлось бормотать, вспоминая истории многовековой давности.

— Так, слушайте внимательно. Я инопланетянин, который может убить охотника уровня B одним пальцем. Сопротивление бесполезно! Поэтому с этого момента вам следует быть очень осторожной в своих действиях.

Звяк.

Весы склонились в сторону «правды» и замерли. Появилось множество доказательств того, что махинации архимага сработали.

Увидев это, Сону Ён, сама того не ведая, так жалко задрожала плечами. Несколько дней назад я, возможно, счёл бы такого доброго человека достойным жалости, но сейчас у меня не было на это времени.

— Вы же не думаете, что эта ситуация несправедлива?

— Н-несправедлива?

— Если разобраться, именно вы вторглись на территорию мага.

Я запугивал великого техномага передо мной, чтобы предотвратить бессмысленное сопротивление, но с другой стороны, вёл себя заискивающе. Моя конечная цель — не конфликтовать с ней, а, наоборот, сделать её своей союзницей.

— Не знаю, какую чушь нёс тот тип, Кан Чанхо, но вы, госпожа Сону Ён, по собственной воле вмешались в наши дела. Верно?

— Ах…

— Так что давайте теперь заплатим цену за этот выбор. Я прошу вас помочь бедному пострадавшему инопланетянину. Конечно, не волнуйтесь слишком сильно. На самом деле, я всегда относился к вам довольно хорошо.

Но прежде чем перейти к главной теме, возник один нюанс.

— Если вы сами не наделаете глупостей, у меня не будет причин злиться. Правда. Я искренне надеюсь, что мой новый друг благополучно выйдет из этой комнаты.

По-настоящему дружеское заявление о том, что я желаю ей благополучно вернуться домой.

Эта фраза была явно произнесена мягко с целью сыграть роль «пряника», так почему же Сону Ён с самого начала съёживалась всё больше, словно её отхлестали плетью?

***

*[Прим.ред.: Слово "레밍" — корейский англицизм "lemming", обозначающий небольшого грызуна, обитающего в тундре; на русский буквально переводится, как "лемминг". Если транскрибировать имя максимально близко к оригинальному звучанию, то получается “Реми́н”.]