"Сын, сын, мой сын. У меня будет сын, и я объясню ему все это, когда он подрастет и сможет понять меня. Однако только лишь подумав это, я уже знал: никогда он не поймет, да и не захочет он ничего понимать, а делать будет все те же vestshi, которые и я делал, - да-да".

Энтони Берджес. "Заводной апельсин".

Одним из множества плюсов проживания в новой квартире, было то, что мне удавалось прекрасно высыпаться. Я больше не просыпался ни свет ни заря от того, что Гоблин нарочито громко гремел посудой и топал по квартире. Он вообще не заходил с утра в нашу с Настей комнату. Поэтому, проснулся я в великолепном настроении. Свежимм, бодрым и готовым к новым свершениям.

Настя еще спала, свернувшись и сладко посапывая у меня под боком. Стараясь ее на разбудить, я осторожно встал и, зевая потопал на кухню.

Гоблин уже сидел за столом. Перед ним стояла большая кружка с чаем и блюдце с бутербродами. И, судя по его жутко довольному лицу и мечтательной улыбке, он все – таки выиграл вчера у Вики.

- Как вчера прошел вечер? – поинтересовался я.

В ответ Гоблин лишь хитро усмехнулся:

- Оказывается, наша гостья умеет пить.

- Не удивлен, - осторожно ответил я. – Она ведь медик.

- Судмедэксперт, - раздался голос за моей спиной. Я обернулся. Вика стояла у кухонного шкафа, пытаясь достать кружку.

- Не каждый медик может выпить литр водки и при этом не «перекинуться», - заметил Гоблин, отпивая чай.

Вика бросила на него недобрый взгляд. Однако прежней ненависти в нем уже не было. Лишь недовольство. Гремя посудой, она достала – таки чашку и уселась за стол, наливая из заварочного чайника настоявшийся до черноты чай.

- Ты… выпила вчера литр водки? – ошарашено спросил я, глядя на Вику. При росте метр шестьдесят пять, она весила, казалось, килограмм сорок. И мне вдруг стало жутко любопытно, как хрупкая девушка смогла выпить целый литр, при этом не окосев.

- Кто сказал, что она выпила вчера литр? – удивленно поднял брови Гоблин. – Я сказал, что после литра она не «перекинулась».

Вика снова промолчала, глядя в кружку.

- Ладно, проехали эту тему, - Гоблин отхлебнул из кружки чай и ухватил с блюдца бутерброд. – Ты мне лучше поведай, как вы вчера съездили к нотариусу?

- А Филин разве тебе не рассказал? – удивился я.

- Филин свалил куда – то с утра, - ответил товарищ, прожевывая бутерброд. – Я проснулся – его уже не было. Тачки тоже под окном не наблюдается. Так что – рассказывай.

Гоблин отставил кружку в сторону, с любопытством глядя на меня.

- Василий Королев не сказал точно, кто еще входит в Синдикат, - ответил я.

- Но? - не отставал товарищ. – Система же не зря дала задание на допрос.

- Что за система? – оторвавшись от чая, полюбопытствовала Вика.

- Не забивай голову всякими глупостями, - отмахнулся Гоблин. – Ну так что?

- Нотариус сказал, что в Синдикате либо федеральный судья, либо городской прокурор, - поделился я информацией.

- Логично, - согласился Гоблин. – Прохоров хоть и не последний человек в городе, но самостоятельно проворачивать такие дела ему не под силу. И? Ты выяснил, кто из этих двоих в Синдикате?

- Ладно, не буду вам мешать, - Вика встала из-за стола, забирая кружку. – Системы какие – то, задания… пойду я.

- Тоже верно, - философски изрек Гоблин. – Меньше знаешь – крепче спишь. Иди лучше играть учись. Чемпион города по файтингам… пятнадцать процентов комба… Мрак! Ужас! Кошмар!

Губы Вики тронула легкая улыбка:

- Может, я поддавалась? – лукаво спросила она.

Гоблин обернулся к ней:

- Реванш? – спросил он.

Вика задумалась:

- Не сейчас, - с явной неохотой ответила она. – А вот вечером – можно.

- Договорились. Не думаю, что случится чудо, и за день ты научишься играть…

Но Вика уже вышла с кухни, так и не дослушав его глумливый монолог.

- Вернемся к нашим баранам, - Гоблин вновь стал серьезным. – То бишь, к главам Синдиката. С кого будем начинать?

Вместо ответа, я открыл Интерфейс.

«Желаете поставить метку на цель»?

Я подтвердил запрос. И охуел. В этот раз, карта не ограничилась чертой города. Даже областью. Вместо привычных очертаний региона, навигатор поставил точку в ебенях, рядом с каким – то огромным водоемом. Так. Как уменьшить масштаб?

Водоем оказался Сиамским заливом. А маркер стоял в Патае. Прокурор был в Тайланде. Ебаный ты по голове! А Система, словно издеваясь, заботливо прокладывала маршрут.

- Гоблин, я уже говорила тебе, что ты извращенец?

Возмущенный голос Насти выбросил меня из Интерфейса Системы на кухню нашей сьемной квартиры.

- Я извращенец? – искренне поразился Гоблин. – Да однажды я вызвал проституток, чтобы они помыли у меня посуду. И пропылесосили. Безо всяких грязных мыслей.

Видимо, Гоблин надеялся удивить Настю этой историей. Но девушка лишь покрутила пальцем у виска:

- К тому же, еще и ебнутый, - подвела она итог и вышла из кухни.

- Итак, - Гоблин обратился ко мне. – С кого начнем? С прокурора?

- Можем и с прокурора, - согласился я. – Если сможем добраться до Тайланда, находясь в розыске да без документов. Прокурор греет свою жопу в Патае.

Услышав это, Гоблин аж чаем поперхнулся:

- Вот еб твою мать. Надеюсь, он уехал в отпуск, а не свалил туда, опасаясь волны гонений и расправ над нечистыми на руку работниками правоохранительных органов. Иначе добраться до него будет проблематично.

- Ладно, - отмахнулся я. – Будем решать проблемы по мере их поступления. Посмотрим, где наш второй клиент.

На наше счастье, Прохоров был в городе.

- Максима Горького тридцать один, - озвучил я расположение маркера цели.

- Главное управление МВД области, - спокойно ответил Гоблин. – На работе, значит. Прокатимся?

- На чем? – удивился я. – Филина же нет. Тачки тоже. Да и какой смысл? Навигатор покажет, куда он поедет. Так маршрут и проследим. И из дому выходить не надо.

Гоблин лениво потянулся на стуле:

- До чего же удобная вещь, эта твоя метка. Все - таки правду говорят: передовые технологии делаю нашу жизнь проще. И удобнее. Ты пока следи – а я пойду посплю еще пару часов.

***

- Хм… Это точно? – переспросил Гоблин. – Может быть, сбой какой – то? Или хитрый дядя Витя сумел наебать Систему? Можно перезагрузить эту твою штуку?

- Маловероятно, что Прохоров смог обмануть «метку», - покачал я головой. – Думаю, он даже не подозревает, что за ним следят. А вот про перезагрузку…

Признаться честно, в какой – то момент мне и самому начало казаться, что метка начала сбоить. Потому что маркер проторчал на здании МВД весь день. И иногда, включая навигатор и видя, что цель на одном месте, мне начинало казаться, что «метка» зависла. Шло время, Гоблин все больше нервничал, постепенно зверея, а точка была все там же. На улице Горького

- Да ебаный в рот! – взорвался мой товарищ после нескольких часов такой «слежки». – Сколько можно торчать на работе? Тоже мне, трудоголик, блять.

Прохоров решил покинуть свое убежище лишь ближе к полуночи.

- Цель выехала! – тут же сообщил я Гоблину.

- Ну, наконец – то, - с облегчением вздохнул тот. – Я думал, он там уже прирос. Корни пустил. Поехали, посмотрим, где он живет. Может, удастся убрать его уже сегодня.

Но и с этой частью плана вышла лажа. Это стало очевидно сразу же, как Филин высадил нас у парка «Швейцария», напротив ЖК, где жил Прохоров.

- «Черные Паруса», - протянул Гоблин, осматривая территорию. – Ебись ты Витя, провались. Добраться до тебя будет чуточку сложнее, чем до остальных.

Про «чуточку» Гоблин сильно загнул. Как по мне добраться до Вити в его доме, было невозможно.

ЖК «Черные Паруса» был самым безопасным микрорайоном во всем городе. Даже в СИЗО на Гагарина пробраться было куда проще, чем попасть в гости к генералу МВД. Жилой комплекс был огорожен высоким металлическим забором, по углам которого красовались видеокамеры. Въезд к домам был только один. И его преграждал металлический шлагбаум, который поднимался только магнитным ключом. Но это было лишь половиной беды. Второй половиной был охранный пост на въезде на территорию. И дежурил там отнюдь не пенсионер или бабушка – божий одуванчик. Вовсе нет. В будке охраны сидел такой лось, что его ебло едва пролезало в приемное окошко. Да и пристрели мы его – на территории всегда дежурило две – три машины с группами быстро реагирования. Так что вариант с бесшумным проникновением на территорию был исключен. Для того, чтобы добраться до квартиры Прохорова, пришлось бы устроить настоящую бойню в центре города. С охраной, полицией и спецназом, которые стянутся на стрельбу как мухи на… мед. Видимо, седалищный нерв Прохорова очень остро чуял приближающиеся неприятности. А может, Витя изначально был параноиком.

- Попасть на территорию можно будет только с воздуха, - задумчиво изрек Гоблин. - Нам нужен вертолет. Или планер. Спустимся ночью на тросах, приземлимся на одну из крыш – и пиздец Вите.

Я усмехнулся. За два часа, что мы торчали в «Швейцарии», рассматривая со всех сторон ЖК «Черные Паруса», это была единственная идея, как попасть к дому Прохорова. И та, признаться, была на редкость ебанутой. А других идей нам в голову не приходило.

- Ладно. Валим домой.

Гоблин сплюнул на засыпанную шелухой дорожку и встал со скамейки, распугав стаю голубей, разгуливавших неподалеку в поисках еды.

- Что будем делать с генералом? – поинтересовался я.

- Поживем – увидим, - уклончиво ответил Гоблин. – Проверим завтра маршрут. Может быть, появится возможность ебануть его по дороге на работу.

***

«Цель опознана»

- Вон он, - я кивнул в сторону черной тонированной иномарки, которая выезжала с территории жилого комплекса. – В той тачке.

Филин завел машину и медленно тронулся следом за Прохоровым, стараясь особо не приближаться к объекту слежки, лавируя в плотном потоке машин, но при этом, не теряя иномарку из виду.

В компании Витиной иномарки, мы отстояли пробку на проспекте Гагарина, свернули на Горького и остановились неподалеку от конечной точки маршрута.

- Вот тебе и весь шанс, - прошипел я, глядя, как подсвечиваемая красным цель поднимается по ступенькам в здание МВД.

- Еще не вечер, - спокойно ответил Гоблин. - Может, иногда он меняет привычный маршрут. Подождем еще недельку.

Но неделя слежки не дала нам ровным счетом нихуя нового. Памятуя о своих безвременно почивших соучредителях, ездил Виктор Прохоров строго по одному маршруту: дом – работа – дом. Проходило это тоже всегда одинаково: утром на территорию «Черных Парусов» приезжала одна и та же тонированная иномарка, которая забирала Прохорова и доставляла его прямо до ступенек здания МВД, которое Виктор не покидал до самого вечера. Потом маршрут повторялся с точностью до наоборот. К концу недели мне начало казаться, что Витя, что его черти ебли, смог предусмотреть все. Потому как в распорядке его дня не было ни единого изъяна. Ни единого окна, в которое можно было бы влезть, дабы испортить планы генерала на светлое будущее. Мне даже стало казаться, что на работу и обратно он специально ездит исключительно по пробкам. Дабы мы не могли к нему подъехать. Хотя даже если бы мы и подъехали на нужную для стрельбы дистанцию – тачка наверняка была бронированной.

- Какой хитрый пидор! – выругался однажды Гоблин, в бессильной злобе глядя, как цель, живая и невредимая, поднимается по ступенькам на работу. – Ну, какие мысли?

Я лишь пожал плечами:

- Вижу только один вариант. Проникнуть в здание и завалить его прямо на работе.

Гоблин задумчиво потер ладонью подбородок, словно обдумывая мой план:

- Даже не думай, - отверг я эту идею. – Даже не будь я в розыске – я бы не стал валить человека в здании, полном копов. А уж когда моя рожа расклеена на каждом углу…

С этими словами я кивнул на фонарный столб, на котором и вправду болталось мое выцветшее от дождей фото.

- Это билет в один конец, брат.

- Пожалуй, ты прав, - нехотя согласился со мной Гоблин. – В здание главка соваться пока нехуй. Мы что – нибудь да придумаем. Обязательно придумаем.

***

- Может быть, прокурор уже вернулся в город? – со слабой надеждой поинтересовался Гоблин, когда мы в один прекрасный день сидели на кухне.

- Можно проверить, - согласился я, открывая навигатор. - И… сектор хуй на барабане. Долгий, однако, отпуск у госслужащих.

- Да ебать! – прорычал Гоблин. - Прошел месяц, а к цели мы не приблизились ни на шаг.

- Да уж, - согласился я, ставя маркер обратно на Прохорова и собираясь уж было выходить из настроек, как…

От увиденного на карте, я чуточку охуел. Вернее не так: охуел я очень сильно. Точка, обозначающая Прохорова ехала куда – то за город.

- Ну ты что там завис?

- Кажется, у нас появился шанс, - осторожно, словно стараясь не спугнуть удачу, прошептал я. Глаза мои неотрывно следили за точкой. Казалось, это какой – то хитрый трюк, и если я сейчас закрою карту – точка мигом вернется либо в «Черные Паруса», либо в порядком заебавшее меня здание на Максима Горького.

- Ну что там? Эй! Слышишь меня? Я с тобой разговариваю. Братан?

Я вылетел из настроек аккурат в тот момент, когда Гоблин интенсивно махал вверх – вниз ладонью перед моими глазами. При этом, вид у приятеля был донельзя озадаченный.

- Что там? – мигом налетел он на меня с расспросами, едва заметил, что я «вернулся».

- Кажется, Прохоров поехал куда – то за город, - осторожно ответил я.

- Что значит «кажется»? – переспросил Гоблин. – Навигатору кажется, или у тебя уже глаза ебутся от постоянного контроля?

- Прохоров уехал из города, - уже более уверенно произнес я.

- Ну наконец – то!

Гоблин вскочил со стола и в нетерпении принялся расхаживать по кухне:

- Куда он едет?

- Хуй знает, - ответил я, сверившись с картой. – Деревень на этой автостраде овер дохуя.

- Едем! – подытожил Гоблин. – И похуй мне, куда он там собрался. Второй такой шанс может выпасть лет через сто. Филин! Ну где ты там? Собирайся, поехали.

Несмотря на то, что Прохоров получил огромную фору, Филину, который до выезда из города смог без зазрения совести нарушить абсолютно все правила дорожного движения, удалось почти нагнать его.

- Вон его тачка!

Я указал пальцем в зеоленый внедорожник, который как раз проехал знак с надписью «населенный пункт «Чернышиха».

- Да куда его хуй несет с такой – то скоростью? – поразился Гоблин.– Мы уже на полпути к соседней республике.

Внедорожник проехал Чернышиху, сворачивая на проселочную дорогу. И здесь, Филину пришлось остановиться и дать Прохорову еще одну фору: на ухабистой проселочной дороге ехать прямо за ним, было бы большим палевом.

- Дальше по навигатору Огаревский лес, - удивленно протянул Гоблин. – Что Витя забыл в лесу?

- За грибами поехал? – предположил я.

- Если только за поганками, - ответил мой товарищ. – Не сезон уже для грибов то. Ах, блять!

Гоблин с досадой хлопнул себя ладонью по лбу.

- Что еще? – непонимающе спросил я.

- Сегодня десятое ноября. День полиции, - ответил Гоблин. – Скорее всего, Витя рванул пьянствовать на лоне природы. Что там у нас есть в окрестностях?

- Усадьба «Огарево», - ответил за Гоблина я. – Можешь не искать. Филин, поехали.

Цель и вправду остановилась на территории какого – то комплекса, подписанного как усадьба «Огарево».

- Погоди ехать – то, - поспешно сказал Гоблин, когда Филин хотел было уже заводить машину. – Сперва нужно посмотреть, что это за усадьба.

- И как ты решил это сделать? – ехидно спросил его я.

- В этих ваших интернетах, - ответил Гоблин, уткнувшись в мобильник. – Пока он здесь еще ловит. Ага. Вот и их сайт.

Он передал мне телефон:

- Вот. Смотри.

Прогружался сайт хуевасто. Но мне вполне хватило и картинку турбазы, что была в шапке сайта.

Несколько невысоких одноэтажных домов, обнесенных кирпичным забором. Вьезд на территорию – через большие металлические ворота. Стоп!

- Смотри! – я увеличил фото, показывая его Гоблину. – Здесь у них, по ходу баня. А вот тут, - я ткнул пальцем на фотографию, - должен быть спуск к пруду.

- Звучит заманчиво, - Гоблин задумчиво потер ладонью подбородок. – Филин, сможешь проехать к этому пруду?

Вместо ответа, Филин завел машину, сворачивая на ухабистую проселочную дорогу.

Впрочем, дальшейшая наша поездка была недолгой.

- Дальше пешком, - заглушив двигатель, пробасил Филин. – Если вы хотели покататься сегодня по лесу – нужно было купить внедорожник.

- Принято, - ответил Гоблин, передавая Филину рацию. – Если что пойдет не так – дам тебе знать.

Мы вышли на холодный стылый воздух.

- Далеко до цели? – спросил Гоблин, открывая багажник машины и пряча в рюкзак два автомата и обрез.

- Полкилометра, судя по карте, - ответил я. – Только это если по прямой. Нам же придется сделать крюк, чтобы выйти к пруду.

- Тогда веди, - коротко скомандовал Гоблин, забрасывая рюкзак за спину.

Поздней осенью, лес казался мертвым. Деревья шелестели черными ветвями, на которых уже не было ни одного листочка. Порывы ветра бросали за шиворот холодные капли, срывающиеся с веток. Под подошвами ботинок хрустели гнилые ветки. Пройдет еще неделя, может две – и мягкий ковер из мха, опавшей листвы и сосновых иголок полностью скроет снег.

Я остановился, сверившись с навигатором. Усадьба осталась справа, скрытая стеной деревьев. Значит, мы взяли правильное направление.

- Пруд за тем холмом.

- Так идем, - Гоблин зябко поежился. - Бр-р-р-р. Ну и холодрыга, блять.

Холм зарос густым кустарником, который надежно укрыл бы нас от посторонних глаз. И едва мы вскарабкались на верх, как вся база открылась перед нами как на ладони.

У подножия холма начинался огромный пруд, гладь которого еще не сковал лед. На том берегу стояли разбросанные домики базы отдыха, огороженные с трех сторон забором. От берега базы вел настил, мостиком соединивший берег и небольшую баню, покачивающуюся на волнах на середине водоема.

- Сколько человек на территории? – обернувшись ко мне, спросил Гоблин.

- Показывает одного, - ответил я. – Но Система не учитывает гражданских. Только цели, которые можно или необходимо уничтожить.

- Вот и заебись, - Гоблин раскатал балаклаву, которая была у него вместо шапки. – Тогда подождем, пока он пойдет в баню.

- Система просила меня зачитать жертве приговор и застрелить из обреза, - осторожно начал я.

- Да ебаный в рот! Вот ей не похуй, как Витя отправится на тот свет?

- Задание есть задание, - пожав плечами, ответил я. – И после того, как система выписала мне штраф, мне очень не хочется с ней спорить. Такие себе ощущения.

- Вот блять нытик. Ладно, хер с тобой. Камер здесь вроде нет. Так что придется лезть через забор. Только сперва осмотримся. Посидим здесь чуточку. За это время как раз и стемнеет.

Гоблин оказался прав. За полчаса, что мы прятались на холме, я не заметил на территории базы ни одной живой души. Только точка цели, сидевшая безвылазно в одном из домов.

- Скорее всего, Витя полностью арендовал базу, - заметил я.

- Конечно. Вряд ли он хочет быть на одной территории хуй пойми с кем. С его – то паранойей. Скорее всего, ждет гостей. А может просто вызвал проституток и хочет оторваться по полной. Идем.

Пригнувшись, Гоблин выбрался из засады, спускаясь с холма и растворяясь в вечернем полумраке. Стараясь не отставать, я быстро последовал за ним.

- Хорошо, колючей проволоки нет, - заметил я, рассматривая кирпичный забор.

Гоблин с удивлением посмотрел на меня:

- С хуя ли ей тут быть? Это же база отдыха, а не тюрьма или какой – нибудь режимный обьект. Ты бы вот стал отдыхать в месте, которое огорожено забором с колючей проволокой. Подсади.

Вдвоем, мы быстро перемахнули через забор, оказавшись на территории базы. И, словно ожидая этого момента, цель пришла в движении, выходя из своего бунгало и направляясь к пруду.

- Клиент идет в нашу сторону, - прошипел я.

Один за другим мы бесшумно юркнули за стену ближайшего к берегу домика.

- Держи, - Гоблин развязал тесемки рюкзака, доставая автомат и рожок.

- И обрез.

- Да блять!

Гоблин, который уже успел завязать шнурки рюкзака, принялся вновь распутывать узел.

Вдоль ведущей к берегу дорожки начали загораться фонари. Очевидно, на них были установлены датчики, которые реагировали на движение. И в очередной раз я поблагодарил провидение и все богов за то, что мы не ломанулись к дому Вити напролом. Потому что ту иллюминацию, которую бы мы устроили на территории базы, не смог бы заметить наверное только слепой.

Загорелся фонарь, стоявший как раз напротив укрывающего нас дома, проложив грань между светом и непроглядной тьмой, укрывшей нас с Гоблином. По дороже, мимо нас медленно прошел Виктор. На нем был темный спортивный костюм. Через плечо было переброшено широкое банное полотенце.

«Цель опознана».

- Чего ты ждешь? – зло прошипел Гоблин, когда доски пирса жалобно заскрипели под тяжелыми шагами генерала. – Думаешь, настил проломится под весом этого борова, и Витя утонет? Стреляй давай.

Я вскинул автомат. Прицелился. И в этот момент, дверь бани резко открылась и на площадку понтона, под свет фонаря, с визгом выскочили две девицы. И из одежды на девицах были лишь простыни, плотно обмотанные вокруг стройных фигурок. Впрочем, эта одежда была на них очень недолго. Простыни полетели на доски площадки, а девицы с визгом прыгнули в холодную воду.

- Это еще кто? – спросил я, убирая автомат от плеча.

- Сестры его, блять! – саркастично прошипел Гоблин. – Семейный отдых решили устроить. Ай, в пизду.

Гоблин вскинул автомат, прицеливаясь в спину генерала. И нажал на спуск.

Бах! Бах! Бах!

Генерал всплеснул руками, словно поскользнулся на мокрых досках, и ничком рухнул на настил.

- Добивай быстрее – и валим!

Я метнулся вперед, срывая дистанцию и стараясь как можно быстрее преодолеть пятно света от вспыхнувшего фонаря.

Виктор был еще жив. Он отполз на площадку. Развернулся, глядя на приближающуюся к нему фигуру с обрезом в руке.

- Виктор Прохоров, - начал я, наводя обрез на лежавшего на досках Виктора. – Вы обвиняетесь в ряде особо тяжких преступлений, таких как: рэкет, создание преступной группы, бандитизм, убийства, вымогательство…

- Дети всегда идут тропой своих отцов. да, Венедиктов? - прохрипел Виктор, и его губы тронула легкая улыбка.

- Что? – не понял я.

- Вы все стали теми, кем были ваши родители. Все. Ни одного исключения. Интересно, как это связано?

Только сейчас я понял: что-то идет не так. В голосе Виктора не было и тени страха. Лишь любопытство.

- Чего ты блять городишь? – переспросил я.

- Твой отец был линчевателем в банде Чемпионов. И ты тоже вступил на путь борьбы с преступниками, - абсолютно спокойно начал обьяснять мне Прохоров. – Зачем? Можно было стать убийцей. Разбойником. С такими талантами стать миллионером – нехуй делать. Но нет. Ты выбрал путь пиздить шпану и отстреливать наркоторговцев.

- Что? Ты знаешь про Игру? Откуда?

Виктор расхохотался:

- Ма-а-а-льчик, - протянул он. - Мне известно все, что происходит в этом городе. А уж игроки… таких лучше держать на виду. Люди любят деньги. За них, они готовы продать все что угодно. Весь вопрос в цене. За засекреченную информацию заплатить придется больше. Один ученый, что был в «Антитерроре» очень нуждался в деньгах, когда проект перестали финансировать. Он отдал мне все данные по подопытным. А догадаться, что игра станет регистрировать наследников было делом техники. С тобой только вышла осечка…. Не знал, что баба, с которой Макс переспал один раз, залетит. Да и к тому же, она свалила из города незадолго до того, как Чемпионы попали в блудняк. Да и будем честными, не зря свалила: она ведь чемпионов и сдала. С потрохами. Бабы очень падки на деньги. Не знаю уж, почему.

- Из-за нее погиб отец? – ошарашено переспросил я, опуская обрез.

Виктор с удивлением посмотрел на меня.

- Погиб? У тебя же должна быть информация обо всех игроках. И живых, и мертвых. Разве нет? Твой папаша жив – здоров. Отбывает пожизненный срок в «Полярной Сове». Если будет хорошо себя вести – выйдет лет через шесть.

Где – то рядом раздался плеск воды, женский смех, а затем и истошный визг тех самых девиц, что несколько минут назад прыгнули с понтона в ледяную воду.

- Девочки, идите погрейтесь в баню, - спокойно попросил их Виктор. – Нам с юношей нужно поболтать с глазу на глаз. И ты выходи уже из-за дома, хуле там притаился.

Последняя фраза была адресована Гоблину.

- Откуда?

Виктор снова расхохотался:

- Вы не перестаете меня удивлять. Думаете, вы все так тщательно спланировали? Ха-ха-ха-ха! Я понял, за каким хуем ты остался в городе, едва увидел тебя в «Тортуге». Тропою отцов, да, мальчик? Только вот зачем? Токарев в бегах, вы остались сами по себе. Денег, что вы спиздили у Паука, на вашу ораву надолго не хватит. Жизнь вне закона – удовольствие не из дешевых. Так что скоро вы будете опять последний хуй без соли доедать, да думать, где бы раздобыть еще денег. Зачем оно вам?

Прохоров уставился на меня в ожидании ответа.

- Ваша банда ничем не хуже остальных, - жестко ответил я. – Даже более опасна. Вы – угроза для города.

- Ох уж этот идеализм, - протянул Прохоров. – Однобокий взгляд на ситуацию. Давай посмотрим с другой стороны. Ну – ка? Кого мы убили? Или ограбили? Недвижка? Наркоманы и синяки только увеличивали уровень преступности в районах. Чем меньше их становилось – тем спокойнее жилось обитателям спальных районов. Отжатые фирмы? Ты серьезно думаешь, что люди которые их открыли, заработали деньги честно? Ха-ха-ха-ха! Две трети этих бизнесменов – как раз остатки старых банд, которые опасаясь линчевателей, решили завязать с промыслом и легализоваться. На этих деньгах столько крови, что твои выходки по сравнению с этим – невинные детские шалости. Даже твой наниматель Токарев замазан в грязи по уши.

- А банды твоего друга Паука? – напомнил я - Они грабили банки.

- Банки грабят людей, а люди грабят банки, - философски ответил Прохоров. – Такой вот закон равновесия. А что до ювелирок… Владельцы магазинов оставались только в выигрыше: все изделия застрахованы. И страховка перекрывала убытки. Даже выводила в плюс. Наркота? Этот героин был волшебным: убивал конченных, опустившихся особей за месяц, и опять же делал город чище. А вот убитый тобой Хонда содержал почти все детские дома в городе. Серов помогал больницам. У Большакова был благотворительный фонд, который помогал нуждающимся в помощи людям. Так что я такой же бандит как и ты, Венедиктов.

Прохоров развел руками:

- Впрочем, я догадывался что ты идеалист. Говорил об этом Серову. Но, к сожалению, природная тупость помешала ему внять голосу разума. В его голове всегда не хватало серого вещества. После того, как он погиб, я понял кто следующий. И решил убить двух свиней одним камнем.

Я замотал головой. В башке была каша от той обрывочной информации, которую я получал. И картина событий никак не хотела складываться воедино. Наоборот: чем больше Витя говорил, тем меньше я понимал, к чему ведет генерал.

- Пришлось кататься несколько недель, - продолжал Витя. – Ждать, пока вы окончательно потеряете терпение и впадете в такое глубокое, беспросветное отчаяние, что ухватитесь за первый подвернувшийся, пусть даже самый хуевый вариант. И приедете на эту пустую базу отдыха.

И только сейчас я заметил, что на груди Прохорова нет следов крови. Хотя, пули в спину наверняка пробили бы его навылет. Гоблин промахулся? Или пули прошли по касательной?

- Я знал, что вы придете мальчик, - ответил Прохоров, расстегивая толстовку спортивного костюма. И в тусклом свете показался черный кевлар. Этот пидор был в бронежилете! Так вот почему он до сих пор жив и спокойно себе пиздит за дела давно минувших дней! Вот же сука!

- И вот мы здесь, - раздался за моей спиной голос Гоблина. – И где твой камень?

- Камень? – переспросил Прохоров. – А вот он.

«Сбой системы»

Красное сообщение с огромным восклицательным знаком мигом скрыло от меня окружающий мир. А следом накатила дикая головная боль, от которой я заорал что есть мочи.

«Перезагрузка системы».

«Перезагрузка завершена».

«Калибровка персонажей».

И в этот момент, в доски настила, вышибая мокрые щепкти, ударила автоматная очередь. Стреляли откуда - то со стороны базы отдыха. Но по счастью, темнота скрывала нас, пожтому, пули ушли в молоко, не задев ни меня, ни Гоблина.

- Сука! – отскакивая в сторону, рявкнул Гоблин. – Ты же говорил, он тут один.

- У ассасинов свои особенности, - ответил Прохоров. – Один из них - маскировка. Квестовое опознание на них не работает. Маскировка блокирует эту способность.

- Ух блять. Линчеватель, пора валить. Витя нас развел.

А затем кто-то плечом сшиб меня с причала, и я полетел в холодную воду. Плюх!

Черная гладь воды поглотила меня с головой. А затем пришел жгучий, сводящий судорогой конечности, холод. Мне едва удалось вынырнуть, подняв фонтан брызг. Барахтаясь и пытаясь удержаться на плаву.

- Долго плескаться будешь? – раздался из темноты злой окрик. – Уебываем отсюда.

По воде ударила длинная автоматная очередь, которая здорово ускорила принятие решения. Скорее всего, калибровка ассасина прошла еще не до конца, Поэтому, стрелял он наугад. Но везение могло кончится в любой момент. Широкими гребками я поплыл к другому берегу.

Гоблин уже стоял на берегу. С него ручьями стекала вода.

- Филин, - прохрипел он в рацию. – У нас тут небольшая накладка вышла. Так что жди. Идем к дороге.

«Провалено».

« Покушение на генерала Виктора Прохорова не удалось».

«На вашего персонажа наложен временный штраф:

Навык «Знаток анатомии» (заблокировано)

Навык «Ликвидация» (заблокировано)

Системное сообщение выскочило, едва я, задыхаясь, выполз на берег. И кабы не холод, который прочищал мозги, головная боль свела бы меня с ума. Но все равно боль была такая, что я стиснул виски ладонями, опасаясь, кабы она не лопнула:

- Какого хуя провалено то? – зарычал я. – Это все из-за ебучего сбоя.

«Жалоба игрока принята и находится на рассмотрении».

Головная боль не утихла. Видимо, пока жалобу рассматривали, игрок все еще считался проштрафившимся.

- Хули завис? – Гоблин тряс меня за плечи. – Валим, пока этот косорукий ассасин не добрался до нас.

Я затряс головой, разгоняя начавшие расплываться системные сообщения. И бросился следом за Гоблином.

«Жертва вызвала наряд полиции. Время до прибытия наряда: десять минут»

Таймер уже начал отсчитывать время. И тут же замерцали серым звезды розыска. Все пять!

- Ух ебать тебя в коромысло!

- Что там еще? – не оборачиваясь, спросил бежавший впереди Гоблин.

- Прохоров вызвал мусоров. У нас восемь минут, чтобы сьебаться отсюда.

- Мусоров? – переспросил Гоблин.

- Мусоров, росгвардию, маршалов, штурмовые группы и ЦСН, - поправился я. – Весь набор.

- Вот Витя! Вот хитровыебанное животное! Он переиграл нас как детей.

- Ты о чем?

- Он нанял ассасина, чтобы тот избавился от нас. А потом вызвал копов, чтобы те пристрелили наемника. – Гоблин на бегу сплюнул в траву. – Изи. Вот сука! Хотя…

Внезапно Гоблин остановился. И не ожидая такого маневра, я врезался в его спину, едва не сбив с ног.

- Ты чего?

- У меня появился план.

Гоблин на ходу снял рюкзак и принялся торопливо копаться в нем, лихорадочно выискивая что – то очень нужное.

- У нас семь минут.

- Не дави на меня! – огрызнулся он, не отрываясь от поисков. – Ага, вот она. Как знал, что пригодится.

Он вытащил из рюкзака какой – то сверток и бросил его мне:

- Переодевайся. Это наш единственный шанс.

Я на лету поймал сверток, разворачивая его. Внутри лежала… та самая форма, которую Гоблин прикупил по случаю, когда мы гостили у Кота.

- Иногда Кот бывает чертовски проницателен, - торопливо сдирая с себя мокрую одежду, пояснил Гоблин. – Словно Ванга.

Я быстро последовал его примеру. Мокрая одежда полетела в рюкзак. Между черных стволов деревьев стояло два бойца в черной штурмовой форме центра специального назначения.

- Прекрасно, - одобрил Гоблин, поправляя разгрузку.

Как по мне – маскировка была рассчитана на полного лоха. Невнимательного или болеющего головой. Хотя бы потому, что наше оружие было проебано. Но как бы то ни было – это был наш единственный шанс.

- Филин, - едва слышно прохрипел Гоблин в рацию. – Едь в деревню. Встретимся там.

- Услышано.

Сквозь треск и помехи, бас Филина было практически не разобрать. Да и похуй, честно говоря. Главное, что он понял нас.

Мы бегом бросились по лесу, стараясь держаться поодаль от дороги. Потому что там уже слышался вой полицейских сирен. Вся полиция города стягивалась к базе отдыха, на которой несколько минут назад мы едва не добрались до Прохорова.

- Пора ускорится, - Гоблин мигом среагировал на прибытие полиции. – Потому как скоро этот лес будет кишеть мусорами, заглядывающими под каждую кочку.

Словно в подтверждении его слов, где – то возле базы отдыха раздался приглушенный расстоянием собачий лай.

- И с собачками, которые мигом возьмут наш след, - быстро добавил мой товарищ. – И укусят нас за жопы. Бегом!

Если бы Гоблин не нашел себя в работе на Токарева, он вполне мог бы пойти работать физруком в среднюю общеобразовательную школу. Во всяком случае, после его мотивирующей речи про собак, я припустил с такой скоростью, какой не развивал никогда в своей жизни. Я ломился через лес не разбирая дороги, абсолютно не задумываясь, что вполне могу переломать ноги, уходив в яму или чью–нибудь нору.

В себя я пришел лишь в редколесье, когда впереди замаячили деревенские дома. Почти во всех горел свет Видимо, полиция обходила дома в поисках тех, кто подпадал под ориентировки.

Первый кордон оцепления встретился нам на окраине деревни, едва мы, сбавив скорость, выскочили из леса. Пятеро в форме Росгвардии, в бронежилетах и с автоматами наперевес.

- Стоять! – один из сотрудников правопорядка предостерегающе выставил вперед ладонь.

- Свои! – рявкнул Гоблин в ответ. – Не видишь, чтоли?

Он вышел на свет и бойцы Росгвардии враз растеряли враждебный настрой.

- Проходите.

Мы проскочили мимо патруля, и быстрым шагом направились по единственной деревенской улочке.

Филин ждал нас в машине, напротив деревянного дома с выгоревшей вывеской «закусочная «Огонек». Завидев машину, Гоблин поднял маску, дабы водила признал его. И в ту секунду, когда мы уже подходили к машине, в моей голове забрезжила было мысль о том, как легко нам удалось отскочить от этого блудняка, как…

Неподалеку от машины остановился черный микроавтобус с тонированными стеклами. Раздвижная дверь открылась, выпуская на полутемную осеннюю улицу наших братьев – близнецов, в разгрузках и с автоматами. Они выскакивали из недр черного фургона, быстро строясь в шеренгу. И мы уже почти сели в машину, как нас остановил грозный окрик одного из бойцов:

- А «Вымпел» что здесь делает? Они же должны быть на базе отдыха? Стоять!

Звезды розыска перестали мерцать и загорелись белым, показывая, что нашу маскировку раскрыли. Впрочем, это было понятно и без подсказок Системы.

Дослушивать Гоблин не стал. Рывком он открыл дверь машины и едва только плюхнулся на сиденье, истошно заорал:

- Гони, Филин. Ходу отсюда!