Раз уж вчера определились с палаткой, теперь каждый день после уроков весь класс будет занят подготовкой к Фестивалю Сакуры.

Придумать меню для кафе, сделать афиши, оформить помещение… Дел — горы. Чтобы всё успеть, нужно разделить работу между всеми.

Я, как староста, не исключение. Прямо сейчас я стою на четвереньках и режу канцелярским ножом коричневую бумагу — для имитации кирпичной стены.

В самый разгар работы…

«……»

Я, стараясь, чтобы нож не дрожал, одновременно краем глаза изо всех сил слежу за ней.

— Сато Кохару, само собой разумеется.

Не пойму почему, но она присела прямо рядом и уставилась мне в лицо. Эй, серьёзно, что это такое?

«……»

Я чувствую её колющий взгляд на своём профиле, но изо всех сил делаю вид, что не замечаю. Притворяюсь, что так погружена в работу, что ничего вокруг не вижу. На самом деле я вся наполнена страхом перед ней. Мне даже казалось, что стоит нам встретиться глазами — и она на меня кинется.

Похоже, класс думает так же — все явно держатся от нас подальше. Совершенно очевидно, что они лишь делают вид, что заняты, а на самом деле настороже.

Все, кроме неё одной. Она, режа бумагу рядом со мной, ухмыляется.

— (Миоми~ Может, она всё-таки подслушала наш вчерашний разговор?)

— (Васаби, заткнись…!)

Я заставила её замолчать едва слышным шёпотом. Я тут на грани жизни и смерти, а ты улыбаешься! И это мой лучший друг!

… Но что, если Васаби права?

От этой мысли у меня по спине пробежал холодок. Уж не нападёт ли она на самом деле… И в тот миг, когда эти жуткие мысли заполонили мой мозг…

— Игараси-сан.

— Ай!?

Неожиданно окликнутая, я издала жалкий вопль, которого, кажется, не издавала с рождения. Чудо, что сердце не выпрыгнуло у меня из груди.

Дрожа, я посмотрела на Сато Кохару.

Она устремила на меня острый, ястребиный взгляд и ледяным тоном спросила:

— Помочь чем-нибудь?

Плохо. Меня убьют.

Я была как лягушка перед змеёй. Я уже почти смирилась со смертью, как вдруг… явился спаситель.

— Са-Сато-сан! Если ищешь работу, не хочешь сходить со мной за покупками!?

Бодро появился Осио Сота, который до этого работал в дальнем углу. Видимо, не смог больше смотреть со стороны. Словно посланный с небес в самый ад, я ухватилась за его предложение.

— Д-да! Как раз бумаги скоро не хватит, я как раз хотела кого-нибудь послать! И заодно перманентные маркеры! Сато-сан, можно тебя попросить?

— За покупками…

Сато Кохару на мгновение замялась. Спустя некоторое время она медленно встала, сказала «Поняла» и встала рядом с Осио Сотой.

— Т-тогда пойдём?

Сато Кохару кивнула и вышла из класса, следуя за ним. Когда звук их шагов сменился спуском по лестнице… я выдохнула глубоко-глубоко, облегчённо вздохнув.

Спасена… Одноклассники тоже с облегчением выдохнули.

Все, кроме одной Васаби.

— Эй, Миоми.

— Что, Васаби?

— Глянь туда.

Васаби показала пальцем в одно место. То самое, где Сато Кохару работала сначала…

— … Она закончила?

Там аккуратной стопкой лежали разрезанные листы коричневой бумаги. Это…

— Может, Сато-сан… просто хотела нам помочь? Без всякого скрытого смысла.

— … Не может быть.

Чтобы «Богиня соли» действовала из чистого добросердечия?

Я не могла в это поверить. Будь это правдой, она могла бы хоть немного улыбнуться, а не стоять с каменным лицом.

Я попыталась найти поддержки у другой подруги, но…

— А где Хибатти?

Её нигде не было. А я думала, она только что работала совсем рядом.

— А, Хибатти? Пока Миоми тут боялась Сато-сан, она ушла по делам в хозмаг за картонными коробками.

У Васаби всегда найдётся лишнее словечко. Можно было просто сказать «ушла по делам».

… Погоди.

— Хибатти пошла по делам? Одна?

— Угу.

— … Она справится?

— Ну-у… Она сама вызвалась, так что я не стала её останавливать…

Всегда болтливая Васаби на этот раз запнулась. Ч-что-то страшновато…

***

Выйдя из школы «Сакураба» и пройдя немного по самому короткому пути к хозмагу, мы вышли на большую дорогу. Здесь довольно оживлённое движение, поэтому для пешеходов построен надземный переход… но, похоже, она не выдержала, пока мы шли по нему.

Примерно на середине перехода Сато-сан, покачиваясь, будто танцуя, сказала:

— Слушай, Осио-кун! Мне дали поручение! От Игараси-сан!

Услышав её оживлённый голос, я ответил «Молодец» с натянутой улыбкой. Этот разговор у нас уже в третий раз. Похоже, она очень рада.

— Но разговаривать с Игараси-сан всё равно волнительно, она ведь такая красивая. Сердце просто колотилось-колотилось~

— П-правда? Не похоже было…

— Серьёзно!?

Сато-сан, сверкнув глазами, переспросила.

Да, совсем не выглядела напряжённой. Скорее уж, казалось, она «забивала стрелку» — но этого, конечно, я сказать не мог.

Сато-сан была уверена, что её общение с Игараси-сан прошло успешно, и даже замурлыкала что-то себе под нос.

— Значит, я могу говорить лучше, чем сама думала, хе-хе.

Н-невыносимо! Тот факт, что она совершенно не осознаёт, что её прозвали «Богиней соли», делал всё ещё более…

— Угу, угу, я и сама чувствовала, что получилось! Думаю, летняя подработка помогла, и с улыбкой у меня выходит неплохо! Как думаешь, Осио-кун!?

— … Э-э!?

У-улыбкой!? Хотя в последнее время я стал немного лучше различать её мелкие изменения в выражении лица… но это точно не было похоже на улыбку!?

Но под её сияющим взглядом сказать правду было как-то неловко…

— Вы-выражение лица стало… мягче, наверное…

— Получилось!

Сато-сан сделала жест победы и подпрыгнула. Это было очень мило… но ууу, от чувства вины сердце болело… Искренне думаю, как было бы легко, если бы все могли видеть её вот такой.

Она бы сразу избавилась от этого позорного прозвища… Но если такие ситуации будут продолжаться, мне с ума сойти… Пока я так мучился размышлениями, сзади почувствовалось чьё-то присутствие.

Проход узкий. Я собрался посторониться и обернулся…

«…?»

А? Никого.

Странно, я ведь явно почувствовал чей-то взгляд.

— Что такое, Осио-кун?

— Да нет… показалось, что кто-то идёт, наверное, почудилось.

— ? Я ничего не заметила…

Значит, действительно показалось.

Пока мы так разговаривали, мы подошли к спуску. Мы уже собрались начать спускаться…

— А, Сато-сан, стой.

— Чего?

Я остановил Сато-сан и убрал её уже занесённую ногу. На полпути вниз по лестнице виднелась чья-то тень. Тень девушки, которая, держа в обеих руках сложенные картонные коробки, неуверенно поднималась вверх.

— Давай сначала пропустим её.

Повторюсь, проход узкий. У неё большой груз, так что нам стоит уступить дорогу.

… Хотя, кто бы это ни был, она идёт очень неуверенно.

Она несёт в обеих руках несколько сложенных коробок, связанных верёвкой… но коробки слишком большие и закрывают почти весь обзор. К тому же, видя только себе под ноги, она идёт очень неуверенно. Кажется, вот-вот оступится.

… Может, не просто уступить дорогу, а помочь?

Почти одновременно с этой мыслью Сато-сан воскликнула.

— Осио-кун, это же Хибата-сан!

— Э? Серьёзно?

Хибата Ацуми — лучшая подруга Игараси-сан и наша одноклассница. Она тоже вышла за покупками? Но из-за коробок её лицо плохо видно…

Я прищурился, как вдруг порыв ветра пронёсся вокруг. Для нас с Сато-сан это был лишь ветерок… но для неё всё иначе.

Бесполезно большие по площади коробки подхватило ветром, и она, посреди лестницы, совершенно потеряла равновесие.

«Ах—»

Неясно, этот звук издал я или она, вот-вот готовая свалиться вниз. Но одно было точно…

— Хибата-сан!!

В мире, где время замедлилось так, что, кажется, забываешь дышать, первой рванулась вперёд именно Сато-сан.

Сато-сан помчалась вниз по лестнице, словно ветер, и — в последний миг — схватила руку девушки, сильно отклонившейся назад. С опозданием картонные коробки, которые та держала, соскользнули по ступеням.

Спасение в последнюю секунду… так хорошо не бывает.

«Ой, ой, ой!?»

Для изначально неспортивной Сато-сан удержать чужой вес в такой позе было невозможной задачей. Им удалось на мгновение задержаться на месте, но, несмотря на усилия, обе медленно накренились.

— Однако даже этого мгновения хватило, чтобы я пришёл в себя.

— Сато-сан!!

Я тут же схватил руку Сато-сан, тянущуюся в пустоту, и другой рукой ухватился за перила. Почти сразу на мои руки обрушился вес двух человек.

«Гх!?»

Невыносимая боль ударила током в мозг, на миг мир померк. Но я не отпустил руку Сато-сан. Сато-сан тоже всё ещё держала её руку. На этот раз действительно в последнюю секунду — я осознал, что задержал дыхание, и с шумом выдохнул.

Ч-чуть не помер…!

— Са-Сато-сан… в порядке…?

— ……

Ответа не было.

Но, судя по виду, травм вроде нет, просто в шоке. И даже в таком состоянии она не отпустила её руку — это достойно уважения. Ну а теперь…

«А, а что такое? Осио-кун? Сато-сан?»

Из-под нас донёсся несоответствующий ситуации, тягучий голос. Этот голос — не нуждался в проверке.

— Хибата-сан, ты… в порядке…?

Хибата Ацуми, казалось, всё ещё не до конца понимала, в какой ситуации оказалась, и только сонно моргала. Крайне осторожно подняв их со ступенек, я заодно собрал и скатившиеся коробки. И как только она — Хибата Ацуми — увидела, что я вернулся, она засуетилась:

— П-прости, Осио-кун, ты мой спаситель~

— Ха-ха, да ну…

Слово «спаситель» показалось мне немного забавным, и я на мгновение усмехнулся, но шутить тут было не над чем. Мы все трое были в серьёзной опасности. То, что никто не пострадал, можно назвать только чудом.

Я сам всё ещё был как во сне, а Сато-сан и вовсе рухнула на пол, душа не на месте. У мелких животных есть привычка замирать на месте при сильном стрессе — это было именно так.

Скорее уж, Хибата-сан, которая даже после такого смогла сохранить свой неспешный настрой, поражает.

— Если хочешь поблагодарить, скажи Сато-сан… именно она первой бросилась на помощь, так что я скорее успел благодаря ей…

— А-а-ах, Сато-сан, прости~ Ты не поранилась?

— А, да… Всё в порядке…

Схваченная за руку Хибатой-сан, Сато ответила безразличным голосом.

Похоже, шок был слишком силён, и она даже не могла запустить свой обычный режим «солевой обработки»

Наверное, она сама ещё не до конца осознала, какой опасный поступок совершила. Честно говоря, я и сам не ожидал, что она так рванёт вперёд.

Сердце до сих пор колотится.

— Спасибо вам огромное, вы меня спасли~!

Хибатти сказала это своим неторопливым тоном и встала.

Кстати, Хибатти — самая высокая девушка в классе, и когда она встаёт, наши глаза находятся на одном уровне. Я слышал, она с Окинавы, вот и подумал — наверное, в тёплых краях всё растёт более свободно.

Так или иначе, она снова взяла пачку картонных коробок, которую я собрал, точно так же, как и раньше…

— Ладно, увидимся в школе~!

И собралась уходить…

Эй, стой-стой-стой-стой-стой!

Я мгновенно обошел её и выхватил пачку коробок из рук.

Она удивлённо промычала «Фе?», но скорее уж я был в шоке! Если так пойдёт, она же опять взлетит!

— Х-Хибатти, подожди секунду!?

— У-угу, ладно~!

Я оставил озадаченную Хибатчи на месте и быстро развязал верёвку, скрепляющую коробки.

Это был обычный крестовый узел, но немного ослаб. Я перевязал всё так называемым «четвёрочным узлом» — крепче и надёжнее.

— О-о-о~! Кру-у-уто~!

Хибатти лениво захлопала в ладоши. Если подрабатываешь в общепите, такие штуки становятся привычными. Приятно, конечно, когда хвалят.

— Спасибо, Осио-кун! Ну что ж…

Она потянулась за коробками, но я отдернул их.

— Фе? — снова удивилась она.

— В-всё в порядке! Я сам донесу!

— Э-э? Но как-то неудобно…

— Не могу же я позволить девушке таскать такую громоздкую штуку!

На самом деле, причина была в «явной неповоротливости Хибатти», но я тактично это опустил. Так или иначе, я буду куда спокойнее, если сам донесу эти коробки, чем если она потащит их одна!

Я предложил это, исходя из таких мыслей… но, кажется, Хибатти удивилась совсем по другому поводу.

— Мальчик… впервые слышу от парня такое…

— Э?

— Как-то приятно, эхе-хе.

На этот раз она засмущалась. Непонятная, но идущая в своём ритме девчонка… Пока мы так разговаривали, Сато-сан, кажется, наконец пришла в себя. Она вздрогнула и бросилась к Хибатти.

— Х-Хибатти!? Ты в порядке!? Не поранилась!?

— Э-это мы уже выяснили, Сато-сан, травм нет.

— А Осио-кун!?

— Конечно, всё в порядке.

— Фух, слава богу…

Сато-сан облегчённо вздохнула. Сама чуть не пострадала, а в первую очередь беспокоится о других — это очень на неё похоже. Но Хибатти, глядя на неё, только растерянно разинула рот.

— … Сато-сан, ты переживаешь за меня~?

— К-конечно! Мы же одноклассники!

Сато-сан даже повысила голос, как бы спрашивая: «С чего бы это тебя удивлять?». У Хибатти было выражение лица голубя, на которого свалился горох.

Неудивительно. Та самая «Богиня соли», что в классе всегда холодна как лёд, сейчас искренне беспокоится о ней. Я и сам когда-то испытал шок от такого контраста.

… Кстати, в тот раз Сато-сан тоже была в ужасе. Может, в непредвиденных ситуациях её «солевой режим» просто не включается?

— … Кажется, я немного ошиблась насчёт тебя, Сато-сан. Ты же добрая.

— А? С-спасибо…?

Единственная, кто не поняла перемены в настроении Хибатти, была сама Сато-сан. Та, кого только что спасли, теперь сама благодарит. Вероятно, это показалось Хибатти забавным, и она не сдержала смешок.

— Фу-фу, это мне надо сказать спасибо.

Сато-сан, не понимая, почему над ней смеются, только вопросительно нахмурилась. И тогда Хибатти сделала ей предложение.

— Так, вы же за покупками? Не знаю, будет ли это благодарностью, но я тоже помогу вам~!

Так наша команда по закупкам пополнилась Хибатти и стала состоять из трёх человек. После этого ничего особенного не происходило, и мы добрались до хозмага…

— Застенчивость?

Хибатти, слушавшая рядом, повторила это слово. Я кивнул.

— Может, трудно в это поверить, но Сато-сан невероятно застенчива. Когда она сильно нервничает, включается её «солевой режим».

— …?

Хибатти склонила голову набок. По её лицу было видно, что она не понимает, шучу я или говорю серьёзно. Раз уж нас стало трое, я решил, что это хороший шанс объяснить Хибатти механизм «Богини соли»… но да, её реакция понятна. Я и сам толком не знаю, что говорю.

Кстати, Сато-сан, главная тема разговора, сейчас в отдалении, в отделе для животных, уставилась на белого померанского шпица. Стоило нам добраться до хозмага, её будто магнитом притянуло к клетке.

…Сато-сан, у тебя же и аватарка в MINE, и стикеры — все с померанцами. Ты что, их любишь? Наверное, любишь. Она смотрит на шпица в клетке, словно младенец, не отрываясь…

Но вернёмся к делу. Хибатти, глядя на прилипшую к стеклу Сато-сан, сказала:

— Но только что она же нормально со мной разговаривала?

— …У Сато-сан есть склонность слишком много думать в одиночку. Наверное, когда она заранее готовится, то только сильнее нервничает и включает «солевой режим». А тогда всё было неожиданно, и у неё не было времени на лишние мысли…

— У-у-у-м…?

Хибатти склонила голову ещё больше. Пожалуй, без собственных глаз в это не поверить… И в этот момент, как по заказу, появился человек.

Иностранец с золотистыми волосами, на голову выше меня. Он то и дело сверялся с блокнотом и оглядывался по сторонам. Словно что-то ищет. Сато-сан тоже заметила его… и, видимо, почувствовала недоброе предчувствие. Даже издалека было видно, как её лицо напряглось.

Но дурные предчувствия часто сбываются…

— Э-э… дэ́вушка… извинэйтэ

Золотоволосый парень обратился к Сато-сан.

— Шарпинг-стоун, гдэ находитса?

Как только он задал вопрос, выражение лица Сато-сан мгновенно… исчезло.

«Солевой режим» активирован.

— … Что? — холодным тоном бросила она, поворачиваясь.

Это была не та беззаботная девушка, что только что увлечённо смотрела на шпица. Золотоволосый даже вздрогнул от такой резкой перемены.

— Ох… Вота-стон? Уэ́т-стон?

Очевидно напуганный, он заторопился, решив, что его не поняли. А Сато-сан, не отрывая от него холодного взгляда…

— … Мокрый камень?

— Извэнити.

В итоге «солевая обработка» Сато-сан преодолела даже языковой барьер. Золотоволосый парень немедленно капитулировал и собрался уходить…

— Эй, нет-нет-нет-нет! Стоп, стоп!

Это уж слишком жалко! Я бросился вдогонку за его печальной спиной и кое-как остановил его. Затем, используя переводчик на смартфоне, помог найти то, что он искал. Кстати, Sharpening stone или Water stone, оказывается, означает «точильный камень». Он сказал, что как раз учится на повара.

Я показал ему, где находится отдел, пожелал удачи в становлении крутым шефом, и вернулся к двум девушкам.

Сато-сан, должно быть, очень испугалась — она была на грани слёз.

— Страшно было… Спасибо, Осио-кун…

— Н-не за что…

Одних этих её слов было достаточно, чтобы моя беготня оказалась не зря… Пока я пытался отдышаться, Хибатти, наблюдавшая за всей сценой, пробормотала себе под нос: «… Понятно теперь…»

Кажется, она поняла…

— Какая же Сато-сан интересная, оказывается. Кажется, с такой Сато-сан я бы могла подружиться~!

— С такой…?

Сато-сан, кажется, немного зацепило за живое, и она склонила голову набок, как белочка. Её жест, должно быть, показался забавным, потому что Хибатти не сдержала смешок, а затем, словно что-то вспомнив, хлопнула в ладоши.

— Точно! Сато-сан, если хочешь, давай дружить~!

— Д-дружить!?

Сато-сан, ещё секунду назад готовая заплакать, сейчас говорила срывающимся голосом.

Дружить, дружить, дружить…

Она, наверное, медленно переваривала это слово. Её лицо постепенно прояснялось, словно распускающийся весенний цветок.

… Это я недавно понял: у Сато-сан, если преодолеть первый барьер «солевой обработки», дальше всё идёт как по маслу. И Хибатти этот барьер перепрыгнула.

— Вообще-то я тоже давно хотела с тобой подружиться, Хибатти! У тебя есть MINE? А Минста? Любишь сладости? Можно называть тебя по имени!?

— Ой-ой-ой.

Начался шквал вопросов, не дававший Сато-сан и вздохнуть. Наверное, потому что у неё впервые может появиться друг в классе, она была оживлённее обычного на все тридцать процентов. Будь она померанцем, её хвост вилял бы с такой силой, что мог бы оторваться.

Она так резко сокращала дистанцию, что это могло показаться даже чрезмерным… но Хибатти, похоже, это совсем не смущало. Здесь её неспешность сыграла в плюс.

— Конечно, зови Ацуми~, я тоже буду звать тебя Кохару-тян. Так, мой ID в MINE…

Она, улыбаясь, поддакивала Сато-сан и не спеша отвечала на каждый вопрос. Словно спокойная взрослая собака и щенок, полный энергии.

Короче, они прекрасно сошлись.

— Ну слава Богу…

Я незаметно для всех вздохнул с облегчением. Хоть мы и отклонились от первоначальной цели «подружиться с Игараси-сан», результат оказался хорошим — даже, может, гораздо лучше, чем пытаться подружиться с недоброжелательной Игараси-сан.

В конце концов, они похожи. Слишком добрые, немного рассеянные, идущие в своём ритме… Думаю, они хорошо поладят. Если её друг — Хибатти, я могу быть спокоен.

Ах, наконец-то с плеч свалилась одна забота… Но едва я это подумал,

— … А?

Те двое, что только что были здесь, куда-то исчезли. Я огляделся, чтобы понять, куда они подевались, и увидел — они, почему-то, направляются прямо к выходу!

— Эй, нет-нет-нет-нет! Стоп, стоп!

Я снова рванул с места и бросился вдогонку за их болтающими спинами. Эй, вы что, закончили? Мы же ещё не всё купили!

— Это была ошибка.

Идя чуть позади двух болтающих девушек по дороге домой, уже окрашенной закатом, я схватился за голову. Побыв с ними вместе, я понял: неспешность Хибатти — это не шутки.

Я знал, что она нетороплива, но дело не в этом. Хибатчи легко переключается с одного на другое, и стоит отвернуться — она уже исчезла. И Сато-сан в этом ей под стать.

Они слишком похожи. Если оставить их вдвоём, их запросто могут обмануть какие-нибудь нехорошие люди… Такое с этой парой вполне возможно.

Так что о спокойствии не могло быть и речи. Скорее уж, я получил вторую Сато-сан, отчего мои душевные муки только возросли.

— И что же делать…

Конечно, я рад, что у Сато-сан появился друг среди одноклассников. Но это не отменяет беспокойства. Кажется, я стал немного понимать чувства родителей, у которых есть дочь. Пока я с лёгкой тревогой смотрел на их увлечённые разговором профили… вдруг взгляд Хибатти опустился вниз.

— Ой? Кохару-тян, у тебя юбка распоролась.

— Э? … Ой! Правда!?

Действительно, подол юбки немного разошёлся по шву.

… Хибатти, какая внимательная.

— Наверное, когда я чуть не упала с лестницы, за что-то зацепилась… Что же делать…

— Да несильно же. С парой стежков можно легко зашить, если есть инструменты.

— Правда?

— Да, наверное…

Я попытался её успокоить, но она, похоже, всё равно переживала и грустно смотрела себе под ноги. Но тут уж ничего не поделаешь, подумал я… и в тот же миг…

— Кохару-тян, можно тебя на минутку сюда?

Хибатти тягучим голосом указала на ближайшую скамейку. Сато-сан сначала смутилась, но села: «Э-э, сюда?». Хибатти опустилась рядом с ней на колени… и что бы вы думали? Достала из кармана маленький набор для шитья!

— Сиди спокойно, хорошо?

Сказав это, она с привычным видом взяла иголку с ниткой и начала аккуратно зашивать распоровшийся подол. Хоть она и моя девушка, пристально разглядывать юбку девушки на улице — не лучшая идея… но я не мог оторвать глаз — настолько ловко у неё всё получалось.

И пока мы с Сато-сан удивлялись её мастерству, Хибатчи уже закончила. Распоровшийся шов был аккуратно зашит.

— Всё, готово~. Эхе-хе, это в благодарность за то, что ты меня спасла.

— У-ух ты!?

Сато-сан восхищённо ахнула. Это и правда было круто. Я и сам засмотрелся.

— Да что ты, ерунда.

— Нет же! Это было прямо как волшебство! Ацуми-тян была такая классная!

— Эхе-хе.

Хибатчи смущённо улыбнулась.

Сато-сан, видимо, так впечатлилась, что даже беспричинно покрутилась на месте, развевая уже целую юбку…

И правда, как новенькая. Не знал, что у Хибатти есть такой талант.

— Хибатти, ты всегда носишь с собой инструменты для шитья?

— Угу, в кружке часто пригодятся.

— … У нас что, есть кружок рукоделия?

— Нет~, театральный! Точнее, драматический кружок. Когда костюмы рвутся, я их так, на скорую руку, зашиваю.

— А, точно.

— Драматический кружок.

Да, точно, она же член драматического кружка, главой которого является Игараси Мио. И тут Сато-сан, только что танцевавшая вдалеке, мгновенно заинтересовалась.

— Театр!? Ацуми-тян, ты в драматическом кружке!?

— Ага~!

— Значит, ты выступаешь на сцене!?

— Угу, нас всего трое.

— Круто!! Я бы никогда не смогла выступать перед всеми! До сих пор вижу во сне тот провал на утреннике в детском саду! Я тебя уважаю!

… Может, не стоит так долго это помнить? Так или иначе, Сато-сан реагировала по-детски восторженно, а Хибатти снова смущённо хихикала.

Было приятно просто смотреть на них.

— Кохару-тян, какая же ты добрая, всё время хвалишь.

— Потому что Ацуми-тян классная! Скажи, когда следующий спектакль!? Я хочу прийти посмотреть!

— Угу, на следующем Фестивале Сакуры мы ставим «Спящую красавицу». Каждый день после уроков мы репетируем за школой, приходи обязательно в день фестиваля~!

— Ура! Обязательно приду! … Кстати, Ацуми-тян, ты же близка с Игараси-сан?

— Конечно!

Хибатчи сказала это, и на её лице расцвела тёплая, как подсолнух, улыбка.

— Миоми, я и Васаби… то есть, Аой-тян — мы дружим с самой средней школы.

О, так они с тех пор дружат. Я замечал, что они всегда втроём, но они такие разные, что было немного странно. Теперь всё встало на свои места.

Хибатчи рассказывала об этом с такой гордостью, будто это её собственные заслуги.

— Миоми просто потрясающая! И в учёбе, и в спорте она старается изо всех сил, и в отличие от меня, она всё может сама… и она добрее всех!

— Добрее?

Это уже моя реплика. В учёбе и спорте она, судя по её оценкам, и правда хороша, но я просто не мог связать Игараси-сан с образом «доброй», и слова сорвались сами.

Хибатти без колебаний подтвердила:

— Угу! Я всегда была рассеянной, но высокой, поэтому мальчишки постоянно меня задирали… и Миоми меня спасла. Она даже вцепилась парню в руку, и из-за этого её родителей вызывали в школу! С тех пор мы лучшие подруги.

— Э-это впечатляет…

Даже если это история из средней школы, такая озорная выходка совсем не вяжется с нынешним образом Игараси-сан. Сато-сан же была тронута до глубины души.

— Теперь я ещё больше хочу с ней подружиться! — с энтузиазмом заявила она.

Похоже, для неё «подружиться с Игараси-сан» всё ещё остаётся одной из целей.

— Я давно уже хочу с ней подружиться!

Но как только она это произнесла, я заметил, как лицо Хибатти омрачилось.

— … Кохару-тян хочешь подружиться с Миоми~?

— Угу! Особенно после твоего рассказа! Она же такая хорошая! Игараси-сан!

— П-понятно… Хм~…

В отличие от воодушевлённой Сато-сан, Хибатти вдруг стала говорить неуверенно. Сато-сан, кажется, не заметила этого… но, к сожалению, я догадываюсь, почему Хибатчи так реагирует.

Вероятно, Игараси-сан действительно плохо относится к Сато-сан. И её лучшая подруга Хибатчи это знает. Но так как сама она к Сато-сан не испытывает неприязни, то может только неопределённо отвечать, пытаясь замять тему. Хибатти явно не из тех, кто умеет врать. Так что помочь мог только я.

— Э-э, Сато-сан, может, сначала подружиться с Маруямой-сан?

— Э? Почему?

Моё предложение, должно быть, было для неё неожиданным, потому что Сато-сан задала совершенно резонный вопрос.

— П-потому что… хочешь попасть в цель — сначала попади в коня! Чтобы наверняка подружиться с Игараси-сан, лучше сначала подружиться с Маруямой-сан и подобраться к цели с другой стороны!

… Само собой, я тоже не мастер врать.

Сам понимаю, что теория дурацкая, но Хибатти, кажется, уловила мою мысль. Она тут же меня поддержала.

— Э-это хорошая идея~! Попасть в цель… э-э… угу!

Ох, слабовато! Ты, Хибатчи, просто плохо врёшь! Ты даже не договорила! Но сама Сато-сан, похоже, впечатлилась этим «умно звучащим» советом. Она кивнула: «Понятно…» и сделала очень серьёзное лицо.

— Угу… угу! Поняла! Спасибо вам за совет! В следующий раз постараюсь подружиться с Маруямой-сан! Я постараюсь!

…Ну, это тоже лишь временное решение, но всё же лучше, чем напрямую сталкиваться с Игараси-сан, которая так явно её недолюбливает.

Полная решимости, Сато-сан, казалось, уже готова действовать. Я вздохнул с облегчением, чувствуя, что кризис временно миновал.

— Кохару-тян такая милая~.

Неожиданно Хибатти, идущая рядом, произнесла это. Кстати, Сато-сан сейчас была полностью поглощена мысленной репетицией «как подружиться с Маруямой-сан», так что вряд ли слышала наш разговор. Значит, эти слова были адресованы мне.

— Удивилась?

— Конечно, отчасти да, но я и раньше думала, что она милая~. Маленькая, как куколка… Наверное, ей бы любая одежда шла.

Я не стал спорить. Я, чуть не умерший, увидев её в обычной одежде, купальнике и юкате, тоже так думаю. Но если я это скажу, это прозвучит просто как хвастовство, так что я промолчал.

Тогда Хибатти, глядя на Сато-сан, вздохнула и пробормотала:

— … Хорошо тебе, Кохару-тян. Я бы тоже хотела родиться такой милой, носить милую одежду и гулять где захочется.

— Э? А по-моему, Хибатти милая.

— Я не льщу. На самом деле, Хибатти и правда милая.

И её сонные глаза, и брови домиком, и лёгкая улыбка — всё это очень привлекательно. Так думаю не только я, но и, наверное, многие другие. Но Хибатти отреагировала с невиданным ранее удивлением и смущением.

— Э-э, да нет же! Ну, я же выше многих парней, плечи широкие… Мне милая одежда не идёт…

— Для высоких девушек тоже есть много подходящей одежды. У меня есть знакомый, работает в секонд-хенде, он мне часто об этом рассказывает.

Тут я вспомнил разговоры с Мисоно, братом и сестрой.

Каждый раз, заходя к ним в магазин, я слушал их лекции про винтаж, а в итоге меня использовали как манекена в их соревнованиях по стилю. Я не хотел, но знания вбились.

Особенно магазин Мисоно — «MOON» — в основном торгует импортом из Европы. Поэтому размеры там европейские, и вещи чуть больше, чем японские.

Для такого роста, как у Хибатчи, там полно милой одежды.

— Н-но, Осио-кун же не любит таких высоких девушек?

Хибатти дошла даже до этого, но это было совсем не к месту.

— Я не девушка, так что не могу сказать, что понимаю такие переживания.

Сделав такую оговорку, я продолжил:

— Но я уж точно не стану судить о человеке по росту. И… лично мне кажется, что с человеком примерно моего роста как-то проще чувствовать близость, так что мне это даже нравится.

Это была чистая правда.

Мне кажется, даже её высокий для девушки рост — это часть её уникальности. Я сказал это с таким посылом… но почему-то она не отвечала. Заинтересовавшись, я взглянул на неё и увидел, что она закрыла лицо руками. Из-под пальцев проглядывало её лицо, покрасневшее не хуже заката.

Эта реакция, так похожая на Сато-сан, заставила меня невольно выдохнуть: «Э?».

Я что, сказал что-то странное…?

— О-о, кажется, я поняла, почему Осио-кун встречается с Сато-сан…!?

— В каком смысле!?

Хибатти, с тобой что-то не так!?

— … Я тоже рядом.

Услышав голос сбоку, я обернулся… и увидел Сато-сан, которая почему-то была выше обычного.

Её походка была неестественной, я опустил взгляд и увидел, что она встала на цыпочки, изо всех сил вытягиваясь. … Значит, она слышала.

— Ну что ж…

Болтая о разном, мы наконец увидели школу. Солнце уже почти село, когда наша закупочная тройка наконец вернулась.

— Заняло больше времени, чем думалось.

— Простите, что заставили тебя таскать коробки, Осио-кун.

— Я рада, что подружилась с Хибатти!

— Я тоже. Не переживайте. На.

С этими словами я передал пачку коробок Хибатти. Думаю, теперь можно не волноваться. Она, приняв их, радостно улыбнулась.

— Спасибо большое! Я пойду вперёд, увидимся позже~!

— Увидимся, Ацуми-тян~!

Сато-сан размахивала рукой, а Хибатти помахала ей в ответ. Она уже собиралась идти к школе, как вдруг, вспомнив что-то, обернулась.

— Осио-кун, спасибо за тогдашний разговор~! Кажется, я стала увереннее!

«Тогдашний» — наверное, про разговор о росте. Я всего лишь высказал честное мнение, не за что благодарить… но раз ей приятно, то и ладно.

Я, вслед за Сато-сан, помахал Хибатти на прощание. Итак…

— Пойдём и мы.

— Угу, пойдём.

Наша миссия не закончилась покупками. Нужно отнести всё в класс и снова присоединиться к работе. Ведь до Фестиваля Сакуры осталось совсем немного времени. Поэтому мы зашли через главный вход и, чтобы переобуться, открыли дверцы наших ящиков для сменки…

— Э?

На мгновение я не понял, что вижу. Сначала подумал, что открыл чужой ящик… но нет, не мог ошибиться. Я пользуюсь им уже полгода, с начала учебного года.

Да и вряд ли кто-то стал бы пользоваться ящиком в таком состоянии.

— Что такое, Осио-кун?

— …!

Сато-сан, уже переобувшись, сзади попыталась заглянуть в ящик, и я поспешно захлопнул дверцу.

Смутное чутьё подсказывало, что ей этого видеть не стоит.

— Ты не переобуваешься?

— Э-э, а, у-у-ум… Извини, Сато-сан, я вспомнил, что мне нужно ещё кое-куда зайти!

— Что-то забыли купить? Я с тобой.

— А, нет! Все ждут, так что ты иди в класс с покупками!

— У, угу…?

— Всё в порядке! Я скоро!

— ? Ладно!

Она, кажется, не совсем поняла, но, так или иначе, взяв пакет с покупками, Сато-сан побежала в сторону класса. Я подождал, пока она скроется из виду, и снова открыл ящик.

… Да, всё так же.

— Что это…?

От столь странного зрелища я невольно выдохнул.

Вы, наверное, не поймёте, но… мой ящик для сменки был доверху засыпан белым блестящим порошком. И из-под этого порошка чуть выглядывала моя сменка.

Серьёзно, что происходит?

«……»

Так или иначе, стоять здесь бесполезно. Я зацепил пальцем за сменку и осторожно вытащил её. При этом из ящика посыпался порошок и рассыпался по полу.

Это…

— … Соль?

Пробовать на язык, конечно, не буду, но это похоже на соль. Огромное количество соли засолило мою сменку. Бессмысленно.

Кто вообще…

«… Взгляд со спины.»

— Хм!?

Я резко обернулся. И увидел, как кто-то, выглядывавший из-за другого ящика, бросился бежать в дальний конец коридора.

— !

Я рванулся за ним, но вспомнил, что всё ещё в уличной обуви, и остановился. Переобуться никогда — сменка в соли. Но я всё же успел разглядеть спину убегающего. Его силуэт…

— Борец…?

Я увидел, как огромный парень в школьном спортивном костюме с намотанным поверх маваси, расталкивая людей, с бешеной скоростью промчался по коридору и скрылся за поворотом.

Это… член клуба сумо?

У меня было чувство, будто меня околдовала лиса. Мой мозг не справлялся с обработкой этой череды непонятных событий, и я просто стоял как вкопанный…

— … Похоже, они наконец начали действовать.

— Уа-а-а!?

Раздался голос прямо за спиной, и я вскрикнул. На этот раз это был Рэн, пьющий колу из бутылки.

— Рэн!? С каких пор ты здесь!?

— Я был здесь раньше.

Сказав это, Рэн сделал глоток колы. Наверное, заскучал на подготовке к фестивалю и сбежал. Его привычка прогуливать — дело обычное, но сейчас не до этого!

— Рэн… ты видел?

— Борцы, оказывается, быстрые. Да я видел, как тот парень засыпал соль в твой ящик.

— А остановить его!?

— Нет уж. Он бы и меня записал в твои сообщники.

Бесчувственный! А я думал, мы друзья! И судя по его тону…!

— … Рэн, ты что, знаешь, кто это сделал?

Я указал на сменку, покрытую солью. Рэн, бросив на неё взгляд, подтвердил: «Ну да», и продолжил:

— Для начала, может, стоит с обувью что-то сделать?

Я вышел и, сидя у главного входа, вытряхивал соль из сменки.

— Это SSF, — сказал сидевший рядом Рэн.

Сначала я не понял, что это за аббревиатура, но сразу догадался, что он имеет в виду того борца.

— SSF*? Первый раз слышу. Это что, сокращение?

— Фан-клуб «Богини соли».

(П/П: Скорее всего: Shio-taishou no Sato-san Fanclub или Shio Seibo Fan-kurabu.)

Я замер.

Я посмотрел на выражение лица Рэна, но он просто спокойно пил колу.

— … Шутишь?

— Мне и самому смешно, но нет, SSF существует на самом деле. Я молчал, потому что не думал, что стоит об этом говорить, но я не ожидал, что они начнут тебя напрямую доставать. Думаю, решающим стало то, что ты и Сато-сан сбежали с уроков вдвоём.

Я не знал, как реагировать, поэтому просто фыркнул.

— То есть… что? Тот борец — член фан-клуба Сато-сан, и все эти фанаты засолили мою сменку, потому что я с ней встречаюсь?

Мне стало смешно от собственных слов. Что это за издевательство такое. Конечно, Сато-сан, хоть её и дразнят «Богиней соли», несомненно, красавица.

Говорят, множество парней признавались ей и получали отказ, и многие тайно в неё влюблены. Возможно, есть и те, кому не нравится, что я с ней близок. Но даже так…

— Неужели из-за простой ревности кто-то стал бы делать такую дичь?

— Конечно, есть и те, кому просто не нравится, что ты с ней близок. Но суть в другом, всё серьёзнее.

— В чём же?

— Они хотят вернуть «Богиню соли».

Теперь я совсем ничего не понимал. Было бы проще, если бы они просто завидовали и пакостили.

— Не хочу ничего говорить, но вернуть? Сато-сан никогда никому не принадлежала…

— Не совсем. Они хотят вернуть не Сато Кохару, а «Богиню соли».

— Чего?

Разве это не одно и то же? Увидев моё озадаченное лицо, Рэн немного помедлил и сказал:

— Для начала — большинство членов SSF, особенно руководства, это те, кому Сато-сан отказала.

— ….

Я какое-то время не мог понять смысл его слов. Медленно переваривая сказанное…

— Чего…?

Из меня вырвалось искреннее «Чего?».

— Парни, получившие отказ от Сато-сан, создали её фан-клуб…?

— Говорят, там и девушки есть. Короче, видимо, шок от отказа пробудил в них нечто.

— Что именно…? А, нет, стой! Я передумал спрашива…!

— Мазохизм.

— А я и не хотел знать!

Плохое предчувствие заставило меня заткнуть уши, но было поздно.

— Грубо говоря, SSF — это сборище извращенцев, которых возбуждает, когда Сато-сан холодно с ними обращается.

— Это ужасно…!

Меня бросило в дрожь. Зачем мне знать, что мою девушку сделали объектом извращённых фантазий?! Конечно, приятно, что её любят, но сейчас у меня самые противоречивые чувства за год!

… Но тут возник один вопрос.

— Допустим, SSF действительно существует. Мне очень не хочется об этом говорить…

— Что?

— Если они просто хотят, чтобы с ними холодно обращались, то какая разница, встречаюсь я с Сато-сан или нет?

Это не скандал со скрытой любовью айдола. Если они хотят не ласки, а именно «солевой обработки», то какое им дело до наших отношений?

Но Рэн покачал головой.

— Во-первых, думаешь, такие адекватные люди стали бы создавать столь мерзкую организацию?

— Т-точно… Убийственный аргумент.

— И SSF считает, что ты украл у них «Богиню соли». Соль — это предупреждение.

Соль в качестве предупреждения. Кстати, я совсем забыл, но вчера на большой перемене на моей парте кто-то рассыпал соль. И это тоже было предупреждением? Значит, те странные взгляды, что я чувствовал…

Но я всё равно не понимал.

— Как я уже сказал, они хотят вернуть «Богиню соли».

— … Я не понимаю.

Вернуть не Сато Кохару, а «Богиню соли»? Это что, метафора?

— Ну, Сато-сан стала чаще улыбаться с тех пор, как вы встречаешься, верно?

— Ну, да…

Выражение лица у неё всё ещё жёсткое, но по сравнению с прошлым стало гораздо мягче. Я считал это хорошей переменой, но…

— SSF это не нравится.

— Почему? Это же хорошо.

— Для них это проблема. Их мазохизм не удовлетворяется, если исчезает «Богиня соли». Они хотят, чтобы Сато Кохару была холодна и равнодушна ко всем.

— Да они же полные извращенцы…

Наконец-то вырвалась прямая грубость. Я могу это понять, но не разделяю. И меня прямо передёрнуло…

— К этой «высокой цели» примешивается и простая ревность к тебе, и искажённое чувство собственности к Сато-сан, так что весь клуб, говорят, слегка вышел из-под контроля.

— Какая ещё «цель»?

Да он с самого начала не в себе.

— Так или иначе, пока ты с Сато-сан, такие пакости будут продолжаться.

Этими словами Рэн закончил и допил колу. Я какое-то время молча смотрел на его профиль, а затем…

— … Ха-ха.

Фыркнул.

— … Непохоже на меня. Для выдумки Рэна здесь слишком много вымысла.

— Опасно! Я почти поверил! Ха-ха.

Рэн пристально смотрел на меня с серьёзным лицом, но нет, меня не обманешь.

— И соль — тоже твоих рук дело, да? Заморочился ты. Если бы не ты сказал, я бы, может, и поверил.

— ….

Рэн не ответил. Не знаю, когда он собирался раскрыть карты, но я уже всё понял. Было даже забавно, словно слушаешь городскую легенду, но пора закругляться — подготовка к фестивалю ждёт.

Я ещё немного посмеялся, затем встал и сказал:

— Фу-у-х… повеселился. Вряд ли SSF вообще существует…

— БУМ! — тупой звук сзади прервал мои слова.

Я обернулся и увидел, что на том месте, где я только что сидел, лежит расколотый камень. … Вернее, не камень.

Это глыба каменной соли. И размером с две ладони.

— !?

Я мгновенно взглянул наверх. И увидел, как несколько человек, выглядывавших со второго этажа, поспешно скрылись.

— … !?

Кровь отхлынула от лица. Что…? Серьёзно…? Если бы попала в голову, я бы мог… Глядя на меня, Рэн произнёс:

— Они существуют, SSF.

Меня могут убить извращенцы…

***

Возвращаясь в класс по коридору — если бы нас никто не видел, я бы, наверное, запрыгала от радости. Даже сейчас я чувствовала себя невесомой, как пёрышко, и стоило мне немного расслабиться, как ноги сами подпрыгивали. Приходилось себя сдерживать.

Я буквально парила в воздухе. Ведь у меня впервые появился друг среди одноклассников!

«……»

Я изо всех сил старалась не улыбаться. Я, в принципе, понимала, что ухмыляться и прыгать по школьному коридору в одиночестве — стыдно. Но стоило мне подумать об Ацуми-тян, как губы сами растягивались в улыбке… Нельзя! Надо думать о чём-то другом!

Чтобы отвлечься, я по дороге заглядывала в другие классы. На первом этаже были младшеклассники — первокурсники. Они тоже вовсю готовились к Фестивалю Сакуры. Во всех классах царила какая-то приподнятая атмосфера.

Все, включая меня, с нетерпением ждали фестиваль. Осознав это, я не могла не обрадоваться.

И в этот момент…

— Кохару-у-ун!!

Меня окликнул знакомый голос. Насколько я знала, только одна девушка называла меня «Кохарун».

— Цуна-тян?

Цунаси Рэйко. Девушка, с которой я вместе работала в комнате страха летом. Так она же первокурсница… Подумав так, я обернулась на голос.

— Кохару-у-ун!

— А-ай!?

Я вскрикнула. Потому что прямо сзади на меня набрасывался клоун с ножом в руке!

— Маньяк!?

— … Ой, прости, я забыла снять маску.

Маньяк-клоун снял маску. Под ней, как и следовало ожидать, была милая мордашка Цуны-тян.

Даже зная это, сердцу нелегко!

— Ц-Цуна-тян, ты же специально!

— Ну что вы, просто забыла, аха-ха.

Если так можно «забыть» и остановить сердце, то это уже слишком. Успокаивая колотящееся сердце, я взглянула на неё. В прошлый раз мы виделись на работе, так что в школьной форме я её видела впервые.

— Цуна-тян, давно не виделись! После фестиваля?

— Ага! Раз уж мы подружились, ты могла бы и зайти ко мне в класс пораньше! А ты даже не пришла после каникул!

— П-прости! … А ты не приходила?

— Я бы побоялась зайти к старшеклассникам!

Не думаю, что этим стоит гордиться… Но она не уступает мне в застенчивости. Так или иначе.

— Цуна-тян, а зачем ты так нарядилась…?

— Фух, хорошо, что спросила.

Цуна-тян гордо выпрямилась. Наверное, она с самого начала хотела этим похвастаться

— Наш класс будет делать комнату страха! Я это протолкнула.

— Ого, это же твоя специализация!

Цуна-тян, держа нож (конечно, бутафорский), самодовольно фыркнула.

Как вы знаете, она, вопреки хрупкой внешности, заядлая любительница ужасов. Она и на работу в комнату страха устроилась, чтобы найти друзей по интересам.

Слово «протолкнула» настораживает… но всё равно я завидую, что она сможет заниматься любимым делом на фестивале.

— Пришло время показать, чему я научилась на летней подработке! Королева Криков повергнет Фестиваль Сакуры в пучину ужаса! А-ха-ха-ха!

Выражения у неё порой пугающие, но раз она рада, то и ладно. Я, наполовину отключив мозг, просто похлопала восхищённую собой Цуна-тян. И тут…

— Но-но-но, «Королева Криков» — это дословный перевод scream queen, так обычно называют актрис, которые кричат в ужастиках. А ты ведь та, кто пугает, первокурсница.

— Кто ты такая!?

Неожиданно раздался женский голос, и Цуна-тян отпрыгнула, как кошка. Я посмотрела в ту сторону и встретилась взглядом с девушкой, жующей шоколадный батончик.

Девушка с волосами, собранными в пучок на затылке. Её звали… Маруяма Аой. По какому-то совпадению, следующая, с кем я решила подружиться, стояла прямо здесь.

— Маруяма-сан…?

— О, Сато-сан, привет.

Маруяма-сан сказала это, откусывая шоколадку.

О-она со мной заговорила! Маруяма-сан, со мной!? Впервые! Это идеальный шанс подружиться…!

… Но, увы, моя застенчивость.

Как только я начала думать, как же завязать умный и остроумный разговор с интеллигентной Маруямой-сан, я тут же занервничала и окаменела.

Раз она сказала «привет», мне тоже ответить «привет»…!? Но не подумает ли она, что я пытаюсь казаться не такой серой!? Может, просто «здравствуйте»? Но это тоже как-то…!? Или, учитывая время, «добрый вечер»…!?

Я не могла даже ответить на приветствие.

Всё, мой главный недостаток вылезает…

— А-а-а-а-а-а-а-а-ах!? Это что, умничанье? — в тот же миг Цуна-тян завопила так громко, что, казалось, было слышно по всему коридору, и я вздрогнула.

Смотрю — когда она успела!? Покрасневшая Цуна-тян, используя меня как щит, угрожающе смотрела на Маруяму-сан!

— Я и так это знала-а-а! С какой стати вы тут появились!? Бестактная отаку!

— Ц-Цуна-тян…!?

— Хм-м-м, так ты знала?

Видимо, Маруяму-сан задела дерзость Цуны-тян, не признававшей старшинства. Она ухмыльнулась и двинулась вперёд. Цуна-тян же, используя меня как щит, начала отступать по диагонали.

— Цуна-тян! Хватит вращаться вокруг меня, как планета!

— А что, так можно!? Ты что, знаешь, карлик-сэмпай, кто была самая первая королева криков!?

— Карлик-сэмпай!? Цуна-тян, это уже грубовато…!

— Не «карлик-сэмпай», а Маруяма Аой! И самая первая королева криков — это Фэй Рей из «Большого Конга»!

— Маруяма-сан!?

— Хм-м-м! Да это же элементарно! Тот, кто этого не знает, просто некультурен! Не зазнавайся!

Вы двое, не ссорьтесь, кружась вокруг меня В такой дикой ситуации у меня даже нет возможности впасть в свою обычную застенчивость!

— О? А ты не промах, первогодка Кстати, эта маска — из ремейка про пиромана-клоуна, оригинал был известнее и лучше сделан, почему взяла не его?

— Я не «первогодка», я Цунаси Рэйко! И я взяла её, потому что уважаю ремейк! Консерваторка! Фанатка старья! Проваливай!

С-стойте…! Цуна-тян, хватит спорить, используя меня как ширму…! Чувствую, как вместе с ней моя репутация в глазах Маруямы-сан стремительно падает!

К тому же эта картина — «две миниатюрные девушки яростно спорят, кружась вокруг старшеклассницы прямо посреди коридора» — стала привлекать к себе нежелательное внимание! Я готова провалиться сквозь землю от стыда!

— Хотя бы меня одну отпустите!

И, видимо, моя мольба была услышана.

— Ага-ага, фанатка старья сейчас смиренно вернётся в своё гнёздышко.

Первой сдалась Маруяма-сан. Вместо того чтобы помахать рукой, она помахала на прощание недоеденным шоколадным батончиком и ушла. Пока её спина полностью не скрылась из виду, Цуна-тян, прячась за мной, рычала, как бродячая собака, пытаясь напугать её вдогонку…

…Но определённо Маруяма-сан её теперь возненавидела.

«хочешь попасть в цель — сначала убей коня» — мой план провалился, не продержавшись и десяти минут. Мои плечи бессильно поникли.

— … Кохарун.

— Что такое, Цуна-тян…?

Со вздохом я посмотрела на неё.

И тут она… почему-то ёрзала так, как я никогда раньше не видела. И следов не осталось от её угрожающей позы, даже показалось, что она скорее взволнована.

— …Эту девушку зовут Маруяма Аой, да?

— Э? А, да, но…

— Какая же она классная…! В следующий раз обязательно меня с ней познакомь!

— Чего?

От неожиданности я переспросила. Эй? Вы же только что ссорились, разве нет?

— Э? Да мы совсем не ссорились.

Маруяма-сан тоже ответила совершенно невозмутимо, так что я окончательно перестала что-либо понимать.

По словам Цуны-тян — «Да нет же, Кохарун, это не была ссора, если хочешь, спроси у самой Маруямы-сэмпай», — так что я, хоть и скептически, догнала её и спросила, и в ответ услышала то же самое.

Кстати, поднявшись на второй этаж, Маруяма-сан пошла не в класс, а в дальний конец пустынного коридора и принялась за новый шоколадный батончик.

«Перерыв на перекус, перерыв на перекус. После споров всегда хочется есть», — как сказала она сама. Интересно, неужели, постоянно перекусывая, она не портит себе аппетит к ужину…

— Отаку между собой всегда так общаются, Сато-сан~ — Маруяма-сан сказала это в шутливом тоне и рассмеялась. — Сато-сан…?

Видимо, общение между Маруямой-сан и Цуной-тян — это нечто настолько сложное, что моих коммуникативных навыков пока недостаточно, чтобы это понять.

Так или иначе, я успокоилась, узнав, что они не ссорились…

— Ну, если честно, когда меня назвали «фанаткой старья», было немного обидно… У-у…

— Это же Цуна-тян сказала!? Не я!

Маруяма-сан сказала это с поддельной плаксивой миной, и я тут же стала оправдываться. Тогда она, мельком взглянув на моё лицо, сказала:

— … Хотя больше я удивилась тебе, Сато-сан.

— Э? Мне?

А я что такого сделала, что могло удивить Маруяму-сан?

Меня охватила тревога, и я отчаянно пыталась вспомнить наш недавний разговор, как вдруг Маруяма-сан произнесла:

— Сато-сан, ты ведь обычно куда менее улыбчива. Не думала, что у тебя такие живые эмоции.

— Чего?

Ответ оказался настолько неожиданным, что я издала глуповатый звук. Я-то не настолько себя не вижу со стороны, чтобы считать себя милой обаяшкой, которая всем нравится. Конечно, я знаю, что я тревожная и, когда нервничаю, могу вести себя немного отстранённо.

Но если посмотреть объективно…

— Я… не настолько же нелюдима, правда?

— Серьёзно? Сама не замечала? Ты жутко нелюдима.

— !?

Удар как молнией.

— Честно, я думала, ты вообще ни с кем в классе не хочешь общаться.

— !?!?

Ещё один удар молнией. Две молнии подряд — и я уже полная развалина. Но, даже будучи при смерти, я должна спросить!

— А улыбка…

— Э?

— … У меня же получается улыбаться…?

Маруяма-сан удивлённо моргнула. Потом какое-то время смотрела на меня и вдруг фыркнула.

— Ха-ха-ха! Какая улыбка? Её нет! Я думала, ты надо мной издеваешься!

— Ч-что…!?

— Тебе, Сато-сан, стоит научиться смотреть на себя со стороны~

Мощнейший разряд молнии пронзил меня с макушки до пят, добив и без того полумёртвую.

Издевательство…? То, что я считала улыбкой, было издевкой!? С таким подходом не то что друзей завести — со мной вообще вряд ли кто заговорит…

— Н-но Осио-кун сказал, что у меня получается улыбаться…

— Так он же твой парень, Осио Сота, вот и подыгрывает тебе из вежливости.

— !?!?!?

Всего за несколько реплик я, кажется, получила шок на всю оставшуюся жизнь. Нет, такого не может быть, я хотела это отрицать… но чем больше я думала, тем больше находила подтверждений.

Скорее, если предположить, как и говорит Маруяма-сан, что «моё обращение с людьми было отчаянно плохим», то множество мелких странностей сразу находили объяснение. Даже странно, как я сама этого не заметила.

И то, что добрый Осио-кун из вежливости мне этого не говорил, тоже вполне вероятно…

— … Значит, со мной правда очень трудно заговорить…?

— Угу.

Этот молниеносный ответ, светлый как луч надежды, полностью лишил меня, Сато Кохару, боевого духа.

— Вот как…

Мой собственный голос прозвучал жалобно и тихо. Моё настроение упало так низко, будто наступил конец света. А как иначе… Я говорила, что хочу друзей, а сама ходила с недовольной физиономией и, мало того, ещё и насмехалась над всеми.

Если так подумать, то и то, что Ацуми-тян со мной подружилась, наверное, было ошибкой. Я действительно никчёмная старшеклассница… Пока я погружалась в самоуничижение,

— Эй!

— Ай-я-я-я!?

Маруяма-сан вдруг защекотала меня. Её маленькие ручки будто ожили и забегали по моему животу.

— П-подожди, Маруяма-сан!? Щ-щекотно… А-ха-ха-ха-ха!

Не выдержав щекотки, я залилась смехом, и только тогда Маруяма-сан наконец остановилась.

Ч-чуть не умерла…

— Ч-что это было, Маруяма-сан…

— Ну, Сато-сан, когда ты смеёшься, ты ведь гораздо милее, а? Почему ты всегда ходишь с таким недовольным лицом?

— Я-то думала, что выгляжу максимально жизнерадостно…!?

— А-ха-ха.

— А-ха-ха!?

Меня подняли на смех!?

— Кстати, а почему ты в последнее время пристаёшь к Миоми?

Миоми — прозвище Игараси Мио.

— Почему… Ну…

— … Я хочу с ней подружиться.

— Серьёзно!? И это после всего!?

Маруяма-сан схватилась за живот и закатилась хохотом. Она смеялась так искренне, а моё лицо в это время стремительно нагревалось. Наверное, сейчас моё лицо покраснело даже ярче, чем смузи с красным яблоком.

Я вроде бы предвидела такой поворот разговора… Хочу провалиться сквозь землю!

— Н-не надо так хохотать…!

— А-ха-ха-ха-ха-ха! Пр-прости… Слишком смешно…! Не думала, что ты такая забавная, Сато-сан! И-и-и-их!

— …!

Я окончательно надулась, как рыба фугу, и безмолвно запротестовала.

Маруяма-сан просто злодейка!!

И, видимо, мой протест возымел действие, потому что Маруяма-сан, вытирая слёзы, на которые её пробило от смеха, стала извиняться: «Прости-прости».

— И-и-их… Ч-чуть не умерла… Ой, нет-нет, прости! … Так! Ты же хочешь подружиться с Миоми? Тогда в качестве извинений я отвечу на один любой твой вопрос!

— … На любой?

— Да, на любой! От любимого способа заказа в «Футабе» до параметров фигуры!

Сказав это, Маруяма-сан хихикнула. Один любой вопрос — это же огромное преимущество, чтобы сблизиться с Игараси-сан!

Если она расскажет о любимом заказе в «Футабе», это можно использовать как начало разговора, а параметры фигуры… с такой фигурой, как у Игараси-сан, ими наверняка интересуются.

Перед этим свалившимся с неба идеальным шансом я глубоко задумалась. И, хорошенько всё обдумав, наконец задала свой единственный вопрос.

— Маруяма-сан, ты любишь кино?

— Чего?

До этого момента ухмылявшаяся Маруяма-сан отреагировала так, будто её застали врасплох.

— … Это вопрос ко мне, а не о Миоми?

— Угу, ты же сказала «любой», не обязательно про Игараси-сан…

— Ну, не то чтобы нет, но… Тебе разве не нужно знать про Миоми? Ты же хотела с ней подружиться?

Маруяма-сан, казалось, искренне не понимала, и сама засыпала меня вопросами… Конечно, я хочу подружиться с Игараси-сан. Конечно, я хочу знать её любимый заказ и параметры фигуры. Но именно поэтому…

— … Я думаю, такие вещи лучше узнавать от самого человека.

Это был вывод, к которому я пришла.

«хочешь попасть в цель — сначала убей коня» — как ни жаль стратегию, которую для меня придумал Осио-кун, она мне не подходит. Заводить друзей, чтобы через них подружиться с кем-то другим, — на такое я не способна.

И главное…

— Сейчас передо мной ты, Маруяма-сан.

— Я хочу подружиться с тобой лично.

Пусть я и злюсь на её злые шутки… но я всё равно ею заинтересовалась.

— Раз уж я задала вопрос, то ещё одна просьба… Не говори Игараси-сан, что я хочу с ней подружиться. И передай, пожалуйста, Ацуми-тян, чтобы тоже молчала.

— Хм-м, так ты и с Хибатти дружишь… А это почему?

— Потому что иначе будет похоже, будто я подружилась с вами только ради того, чтобы вы меня представили Игараси-сан, а это неприятно… Я просто хочу с вами дружить.

— И правда? Ты ведь нелюдима, может, вы вообще не заговорите друг с другом~

— Угх!

Она снова ткнула меня в больное место, и я невольно застонала. Э-это, конечно, очень больно и обидно…

— Именно поэтому я хочу справиться сама. Иначе, наверное, я так и буду всегда на кого-то полагаться.

Это было моё искреннее желание. Маруяма-сан, сделав вид, что обдумывает мои слова, промычала «Хм-м-м…», а затем сказала:

— Сато-сан, оказывается, ты упрямая~. Должно быть, тебе нелегко живётся~

— Нелегко!?

Ж-жестко! Я уже собиралась возмутиться и пристально на неё посмотрела, как вдруг…

— … Но эта неуклюжесть мне, пожалуй, не противна. Думаю, Миоми, наверное, тоже.

Маруяма-сан негромко бросила эту фразу. Её неожиданно серьёзный тон немного удивил меня. Тогда Маруяма-сан, будто пытаясь скрыть смущение, лукаво улыбнулась и сказала:

— Ладно, неважно. Я обещала ответить, так что отвечу. Я люблю кино, так? Кстати, а почему ты об этом спросила?

— Потому что ты так горячо спорила с Цуной-тян… Подумала, что это для тебя важно.

— Важно, говоришь…

Маруяма-сан обдумала это, несколько раз кивнув «угу, угу».

— Наверное, да. Я люблю кино, очень. И не только кино — драмы, мангу, театр, ракуго*… Особенно… я очень люблю романы.

(П/П: Ракуго — это традиционное японское искусство комического сольного повествования, где один рассказчик, сидя в кимоно на подушке и используя лишь веер и полотенце, создает целые истории с разными персонажами, используя голос, жесты и мимику)

— Романы? Почему?

— Ну, потому что я будущая великая писательница, вот почему.

Маруяма-сан сказала это в шутку. Будущая писательница? Это что, значит…

— Ты что, пишешь!? Ты, Маруяма-сан!? Романы!?

— Хе-хе.

Вместо слов Маруяма-сан сделала знак «V».

— У-у-у-у-ух ты!

Я впервые в жизни вижу человека, который пишет романы! От возбуждения я невольно подалась вперёд и захлопала в ладоши. Маруяма-сан казалась немного смущённой.

— О-о… Я же пошутила, а ты так хвалишь, аж неловко… Писать романы — не такое уж большое достижение.

— Что ты говоришь!? Это же потрясающе! Ты же можешь придумать историю с чистого листа! У тебя талант!

— Разве достаточно просто уметь писать…?

— Я же не умею! Скажи, как ты придумываешь сюжет? У персонажей есть реальные прототипы? Откуда черпаешь вдохновение…

— Тс-с, хватит закидывать вопросами, надоело! Почти угадала!

Маруяма-сан, отталкивая меня обеими руками, сказала это. Похоже, она смущена. Та, что ещё недавно была самоуверенной маленькой бестией, теперь краснеет и отводит от меня взгляд.

По секрету скажу — это невероятно мило. А Маруяма-сан, глядя куда-то вбок, надула губы.

— М-меня не за что хвалить, у меня просто нет других талантов… Писатель — по сути, работа за кулисами, хвалить нужно только то, что я пишу.

Маруяма-сан произнесла это с каким-то просветлённым видом. Эти слова искренне тронули меня: «Ух ты, прямо как у настоящего художника, как круто!» — но всё же… я склонила голову набок.

— Раз ты можешь так уверенно сказать «у меня нет других талантов», то это само по себе достойно похвалы…

— …!

Маруяма-сан вздрогнула и впервые за долгое время посмотрела мне прямо в глаза. Она смотрела на меня с удивлением, широко раскрыв глаза.

Когда так смотрят, становится неловко. Я, чтобы скрыть смущение, почесала щёку и продолжила:

— Я-то такая неумеха, что у меня ничего не получается! Так что я должна стараться изо всех сил, чтобы догнать тебя, Маруяма-сан!

— Сато-сан…

Маруяма-сан замерла, а потом тихонько рассмеялась. Неужели я опять сказала что-то странное…? Пока я волновалась, она тихо произнесла:

— … В средней школе Миоми сказала мне то же самое.

— Э?

— Вы, возможно, поладите.

Маруяма-сан беззаботно ухмыльнулась и ловко развернулась.

— Ну ладно, я буду втихаря болеть за тебя, чтобы ты подружилась с Миоми! Кстати, мы, драматический кружок, репетируем после уроков за школой, если хочешь — заходи посмотреть~!

Сказав это на прощание, она умчалась прочь, словно вихрь. В печальном вечернем коридоре я осталась совсем одна.

— … Маруяма-сан, она только что назвала меня по имени?

Я пробормотала это, но ответить было некому. Получилось ли у меня подружиться с Маруямой-сан…? Увы, у меня мало друзей, так что я не знаю — от одной мысли становится грустно. Но, так или иначе, моя решимость окрепла.

Я сжала кулаки и громко объявила о своей цели.

— Я обязательно подружусь с Игараси-сан!

Ведь Маруяма-сан за меня болеет! Именно сейчас начинается операция «Подружиться с Игараси-сан», разработанная мной лично.

Спасибо, что читаете!!!