Глава 36

Что сделано, то сделано. Я поспешно пошарила по карманам.

— Я всё возмещу.

— Да дело не в деньгах! Мне эти цветы нужны были прямо сейчас! И так товар в дефиците...

— В дефиците?

Учитывая размах праздника, поблизости наверняка должны быть целые цветочные фермы, специально выращивающие цветы для фестиваля.

— Вы что, не местная?

— Да, мы недавно приехали и еще не освоились.

Я крепко прижала Жигора, который порывался выскочить и проучить «этого наглеца, посмевшего так дерзко разговаривать с боссом». Мужчина недоверчиво смерил меня взглядом и боязливо огляделся по сторонам. В его глазах читался явный страх.

— Не советую гулять допоздна. Идите-ка лучше в гостиницу.

Бросив это, он развернулся, всем своим видом показывая, что разговор окончен. Я поспешила за ним.

— Я не могу просто уйти, разбив ваш горшок. Я хочу возместить ущерб.

— Вы всё равно не сможете, так что идите.

— Я слышала, здесь неподалеку есть цветочная ферма. Разве я не могу просто купить там цветы и принести вам?

— Эй, леди! Вы хоть понимаете, что говорите?!

Мужчина аж подпрыгнул на месте. Снова затравленно оглядевшись, он понизил голос и предупредил:

— Ферма временно закрыта. Даже не думайте туда соваться. Если, конечно, жить хотите.

— Так тот безголовый призрак появился именно там?

Мужчина побледнел как полотно. Вместо ответа он еще раз подчеркнул, что «он меня предупреждал», и спешно удалился.

Проводив взглядом его трясущуюся спину, я посмотрела на шмеля, мирно сидящего на ладони.

— Твой улей случайно не на цветочной ферме?

[Нет! Это не наш дом!]

Я бросила взгляд на небо: солнце уже садилось. На улицах еще не зажгли фонари, но сумерки сгущались быстро. Цветочная ферма находится за городом, так что даже если мы выйдем сейчас, доберемся туда только глубокой ночью.

Я бы с радостью отправилась туда прямо сейчас, но...

Мне не давала покоя мысль о ком-то, кто, бурча себе под нос, наверняка всё прибрал, приготовил ужин и ждет меня.

Долго гипнотизируя взглядом кристалл связи, я наконец взобралась на Надава и развернула его.

— Ладно, возвращаемся.

Схожу на ферму завтра рано утром, после того, как заберу нового дюллахана.

***

То, что Генрих сопровождал Макселя в этой поездке, было чистой случайностью.

После поражения в борьбе за власть Генрих никогда не посещал столичные мероприятия. Иногда, ради соблюдения приличий, он мог показаться на каком-нибудь незначительном событии в глухой провинции — статус принца всё-таки обязывал сохранять видимость участия.

В этот раз всё было так же. Главные столичные торжества были вотчиной Макселя, а Генрих должен был присутствовать на скромной церемонии в небольшом городке неподалеку от Фрейи просто для галочки.

Эту поездку организовали в спешке, чтобы успокоить народ, взбудораженный странным поведением монстров.

Но когда поползли слухи о появлении монстра во Фрейе, и к делу подключился наследный принц, были активированы врата дальней телепортации.

Благодаря этому Генрих, который изначально должен был трястись в карете несколько дней, добрался до места с относительным комфортом.

— Ты приехал раньше срока, брат. Тебе хоть есть где остановиться?

На насмешку Макселя Генрих ответил молчанием. Максель, словно и не ожидая ответа, равнодушно продолжил:

— Ах да, вряд ли тот, кому не нашлось места даже за столиком на скромном банкете, может рассчитывать на такие почести.

Город гудел от новости о визите наследного принца. Местный лорд и его вассалы закатили роскошный пир, чтобы встретить высокого гостя. Макселя пригласили на банкет сразу по прибытии.

Разумеется, до Генриха, лишенного всякого влияния, никому не было дела. Как и ожидалось.

Бросив на Генриха мимолетный взгляд, Максель снисходительно бросил слугам:

— Выделите ему комнату. Должно же у нас хватить милосердия хоть на это.

— Не стоит. Я сам распоряжусь своим графиком.

— В округе бродит монстр. Если не повезет, можешь и головы лишиться, разве не так?

Мягкий голос Макселя был низким и холодным. Заложив руки за спину и надменно вздернув подбородок, он посмотрел на Генриха сверху вниз.

— Знай свое место.

Макселю явно не нравилась компания брата. Если бы Император не приказал им отправиться вместе, раз уж врата всё равно открыты, он бы ни за что не поехал с ним.

Для Макселя, который обычно наслаждался своим превосходством и не упускал случая поиздеваться над Генрихом, эта реакция была на удивление острой.

Генрих молча стерпел оскорбление. Ему и правда негде было остановиться, так что он был готов принять любую комнату.

Единственное, что его интересовало — причина столь неприкрытой враждебности Макселя.

— Прошу за мной, я провожу вас в ваши покои.

Медленно следуя за слугой, Генрих выглянул в окно. Скоро праздник урожая, но на улицах царила странно унылая атмосфера.

Кажется, он слышал, что из-за появления монстра подготовку к фестивалю свернули?

— Монстр нанес какой-то реальный ущерб?

— Что? А, да... Поступило несколько жалоб на испорченное имущество.

— И куда смотрит городская стража? Они же должны хоть как-то реагировать.

Слуга замялся, подбирая слова. Но проигнорировать вопрос принца не посмел и осторожно ответил:

— Г-говорят, что это может быть тот самый монстр, который похитил госпожу Воскресшую... поэтому убивать его без приказа боятся.

Генрих, смотревший в окно, резко повернулся.

— Мы ждем официальный отряд из храма. Сказали, что только святые рыцари смогут точно определить, что это за существо.

— И где в последний раз видели этого монстра?

— На цветочной ферме Оэль, за городом. Сейчас она временно закрыта.

Генрих прищурился. Цветочная ферма Оэль. Завтра Максель должен был посетить ее с официальным визитом.

«Я думал, он едет туда, чтобы просто подбодрить народ перед фестивалем, а оказывается, причина в монстре?»

Но это было странно. Само присутствие наследного принца во Фрейе уже было достаточным актом поддержки. Зачем ему лично ехать в место, закрытое из-за монстра? Максимум — послать туда пару своих рыцарей.

Слуга, заметив хмурое лицо Генриха, прервал его размышления:

— Вот ваша комната. Прикажете подать ужин сюда?

— Не нужно.

Отослав слугу, Генрих остался в комнате один, погрузившись в свои мысли.

Очевидно, Максель тоже слышал слухи о том, что этот монстр может быть связан с Воскресшей.

«Анелли всю жизнь готовилась к тому, чтобы войти в императорскую семью. Для нее нет более подходящего места, чем этот дворец».

Высокомерные слова Макселя до сих пор звучали в ушах. И то, как похолодело его лицо, когда Генрих обратился к Анелли по имени.

Его заявление о том, что Анелли «подходит для дворца», прозвучало так, словно он говорил: «Она принадлежит мне».

«Я думал, он просто пытается спровоцировать меня...»

Но что, если это не так? Что, если тот разговор в коридоре действительно задел Макселя за живое?

Генрих помнил Макселя в прошлом.

«Еще немного, и в императорскую семью вошла бы по-настоящему злая женщина».

Максель часто намеренно упоминал Анелли в присутствии Генриха.

«Тебе, наверное, даже любовь такой женщины показалась бы желанной?»

Генрих чувствовал себя виноватым перед Анелли. Из-за него она подвергалась насмешкам, которых не заслужила. Это было одним из самых горьких моментов его бессилия.

«Она не заслуживает такого отношения».

«Решил заступиться за преступницу, приговоренную к смерти? И чего ты этим добьешься?»

«...Ни ты, ни я не имеем права обесценивать ее чувства».

Тогда Максель лишь слегка поморщился.

«Конечно, Анелли без ума от меня. Но моя возлюбленная куда более очаровательна, чем эта каменная статуя».

Для Макселя Анелли была лишь очередным трофеем, способом потешить свое самолюбие. По крайней мере, так было раньше.

«А теперь, когда она воскресла?»

Генрих криво усмехнулся.

Может, его уверенность в том, что Максель питает иллюзии насчет Анелли — это лишь плод его собственного воображения?

«Надеюсь, мы больше никогда не встретимся, даже случайно. Не знаю, как вы к этому отнесетесь, но вы очень похожи на Макселя».

Генрих по привычке поправил очки в роговой оправе.

Этот артефакт создал для него близкий друг и верный союзник. Это была одна из немногих вещей, о которых Максель не знал, и иногда с ее помощью Генриху удавалось обмануть соглядатаев брата.

Монстр, возможно, похитивший Анелли.

Это значит, что Анелли может быть где-то поблизости. Сможет ли он увидеть ее снова?

Она, конечно, сказала, что не хочет его видеть...

«Боюсь, что могу не сдержаться и врезать вам».

Но ведь если он не будет похож на Макселя, всё будет в порядке?

***

Самуэль проснулся в холодном поту.

Было еще темно. Стерев испарину со лба, он тяжело вздохнул. Долго просидев на краю кровати, он медленно поднялся.

Распахнув окно, он впустил в комнату холодный ночной воздух. Пропитанная потом рубашка липла к телу, усиливая озноб.

— ...Фух.

Он потер пульсирующие виски, но головная боль не отступала. В последнее время он часто просыпался по ночам. Раньше это случалось пару раз в неделю, но теперь кошмары преследовали его всё чаще.

Ему и так требовалось мало времени для сна, поэтому эти пробуждения не особо сказывались на его работоспособности.

Проблема была в другом: причиной этих пробуждений всегда был один и тот же кошмар.

Обычно сны быстро стирались из памяти после пробуждения, поэтому он не мог вспомнить деталей. Но одно он знал наверняка.

В его кошмарах раз за разом повторялись два мотива.

Либо он отрубал кому-то голову, либо отрубали голову ему.

Подписывайтесь на наши соцсети, ваша активность очень важна для нас *_* (а еще там доступно больше глав!)

https://vk.com/mercury_story_team

https://t.me/Mercury_Story_Team