День был пасмурным. Ни солнца, ни дождя. Ни грязи, ни чистоты. Сегодня Никола не разбирался с делами совета и даже не появлялся в совете. Этот день был отведён на похороны. Он находился на кладбище в окружении тех, кто пришёл посочувствовать их с Лукрецией утрате, и пока он стоял и волнуясь искал кого-то в толпе, к нему подошёл служитель местной церкви.

-Сэр, - напряжённо начал священник. - мы уже не можем ждать.

-Подождите ещё немного, - смиренно попросил Никола. - мой брат ещё не прибыл.

-А он точно придёт?

-Он должен прийти. Должен…

Священник всё же уважил просьбу советника повременить с началом церемонии. Сам же Никола направился к своей младшей сестре, которую утешала Салли, и вот, проходя мимо открытого гроба, где лежало бездыханное холодное тело, он с болью вспоминал тот роковой вечер. Однако прилюдно давать слабину не Никола не хотел.

-Ты как? - приобняв сестру, спросил он.

-Всё в порядке, просто… - вытирая слёзы, начала Лу. - Это так… Внезапно и… Прости…

-Ничего. Я понимаю тебя.

-Господин, - вновь подошёл священник. - народ уже начинает негодовать.

-Но…

-При всём уважении, но больше ждать уже просто нельзя.

-Ясно, - помрачнел Никола. - начинайте.

Никола словно погрузился в транс. Он не видел ничего вокруг себя, не слышал священнослужителя, произносящего речь, не слышал сдержанный плач рядом. Были только он и его скорбь. А глаза… Они никак не могли перестать смотреть на лицо старика - пустое и безжизненное.

Гроб закрыли и постепенно начали погружать под землю. Лукреция не справилась с эмоциями. Она уткнулась лицом в брата и тихо всхлипывала, пока тот, поглаживая её по голове, наблюдал за тем, как его отца закапывают. Впрочем, он и сам был на грани от того, чтобы разреветься.

-Пойдём, - сказал Никола, когда церемония была окончена.

-А что насчёт Вэдко? - спросила Салли. - Что, если он придёт, а мы…

-Он не придёт, - горько ответил Никола.

Все они отправились в поместье. К сожалению, теперь оно было даже более пустым, чем прежде.

-Я пойду. Отдохну у себя в комнате, - сказала печальная Лукреция.

-Конечно, - понимающе ответил Никола.

Девчушка тут же ускакала вверх по лестнице, оставив пару в одиночестве. И пока сестра не видит, Никола разжёг камин и бросил него огромную кипу писем.

-Эти письма с соболезнованиями будут приходить ещё неделю, - проворчал он.

-Но люди ведь просто хотят проявить сочувствие, - недоумевала Салли.

-Ну да… Я бы поверил в это, не пиши мы сами такие письма чисто ради вежливости. Поверь моему опыту, в этих клочках бумаги нет и толики искренности. Да и отца всё равно, кроме нас никто не любил. Хотя… Похоже, я и насчёт этого ошибаюсь… Эй, волк.

-Да, сэр? - отозвался клыкастый.

Салли испугалась внезапного появления неизвестного, а вот Никола начал сверлить того недобрым взглядом.

-Не подскажешь, где твой хозяин? - прорычал Никола.

-Я… Я не знаю, - растерянно ответил волк.

-Вот и я что-то понять не могу, где он. Уходи. И больше не возвращайся.

-Но…

-Я сказал пошёл вон! Уйди с глаз моих долой, и чтобы я тебя больше не видел!

Звероподобный был сбит с толку, и он, может, и хотел бы что-то возразить, но по глазам и действиям Николы было видно, что он уже на пределе от того, чтобы накинуться на него с кулаками. Волк не стал испытывать судьбу.

-Как только вернёмся, нужно будет созвать совет, - сказал Никола после ухода волка.

-Зачем? - спросила Салли.

-Я хочу уже наконец решить вопрос с протестующими. Хватит с меня их выходок.

-Но…

-Ты слышала, что я сказал!

Салли испугалась такой резкости со стороны Никола. Он и сам понимал, что повёл себя крайне грубо, однако справиться со всеми этими эмоциями и мыслями, распирающими его изнутри, не получалось. Единственное, что он мог, это сжимать в руке трость, которая когда-то принадлежала его отцу.

Впрочем, Салли не была в обиде. Она всё понимала. Конечно, видеть Николу  настолько взбешённым было что-то с чем-то, но и само положение было из ряда вон выходящим.

-Поговори с Лукрецией о чём хотел, и поедем.

-Ладно, - тяжело вздохнул Никола. - думаешь, она поймёт.

-Ну… Этого я знать не могу…

-Жди меня в карете.

Никола направился к сестре. В открытой двери он узрел всё ту же картину безутешной девочки. От бессилья и обиды она тихо рыдала в подушку, сотрясаясь от каждого всхлипа, как от удара молнии. Никола осторожно подошёл и обнял её.

-Тише, - поглаживая её по голове, повторял он. - я здесь.

-Почему нельзя просто жить мирно? - спросила заплаканная Лу. - Неужели обязательно враждовать и убивать друг друга?

-Я… Не знаю, Лу… Я не знаю…

-Это просто тупо!

-Иногда разногласия между людьми заходят настолько далеко, что… Уже просто не остаётся других вариантов, кроме как проливать кровь. Видимо, этот случай стал таким. Я собираюсь решить всё раз и навсегда, чтобы больше никому не пришлось так страдать.

В комнате повисла тишина. Они провели в ней немного времени, но, в конце концов, молодой советник таки отодвинулся от сестры и взял ту за руки.

-Послушай, Лу… Нам нужно серьёзно поговорить.

-О чём?

Она смотрела брату прямо в глаза, которые, казалось, не выражали ничего, кроме боли и разочарования в самом себе. И как бы он ни пытался успокоиться, как бы ни хотелось не произносить этих слов, но он был вынужден это сделать…