Фу-у-ух, как же меня «пронесло»… Кхм, так, на чём мы там остановились?.. Ах да, неудавшиеся переговоры.

В общем, дипломатия не сработала — оставался только насильственный метод. И как уже сказал, мы с благоверной, конечно, те ещё уберменши… кхм, то есть крутые ублюдки… И нет, «ублюдок» в данном случае не ругательство, а малость грубый оборот речи — не возникай, малыш, ага! Короче, даже нам не с руки тягаться с армией прошаренных и преисполнившихся вселенскими мудростью и силой магов. Уж точно не в одиночку. И что делать? Вопрос риторический. Конечно же, собирать тиму… кхм, небольшой боевой отряд из не менее мощных ублюдков и рейдить этот данж… кхм, брать крепость штурмом. Классика жанра.

Наверняка у кого-то из вас мог возникнуть резонный вопрос: почему бы Иви, за кем всё ещё числится пост лорда-управляющего — ну или леди, плевать — обширным и вполне себе процветающим регионом, просто не призвать вассальных лордов со всеми подконтрольными войсками и не взять крепость численным превосходством или, на худой конец, измором с неизбежной капитуляцией? Действительно, звучит менее напряжно, чем выискивать хрен пойми кого, хрен пойми где, с хрен пойми какими талантами и намерениями. На первый взгляд. А теперь по пунктам.

Первое, оно же самое главное: участие иных, кроме своих личных или наёмных, войск преобразует конфликт из локального в государственный. Особенно если он напрямую затрагивает интересы короны. А тайные знания, быть может, способные перевернуть мироздание с ног на голову, таковыми без сомнений являются. Проще говоря — местечковая «разборка» выльется в скоротечную, но полноценную войну, согласно трактовкам соответствующего королевского эдикта. И это совсем не играет нам на руку. Повезёт, если Иви успеет хоть что-то прочесть в цитадельной библиотеке прежде, чем ту начисто разграбят и перевезут содержимое в столицу. Потом жди, когда всё досконально изучат их магистры. А затем ещё объясняй, на каком основании следует допускать к этим знаниям лично тебя, пусть высокопоставленного, но юного и своенравного дворянина без соответствующих образования и рода деятельности. Да к тому же бывшего мятежника, за кем требуется маломальский надзор. Нет уж, леди Эвелин, занимайтесь-ка и дальше своим регионом, а мы тут как-нибудь без вас разберёмся. Эка наглая молодёжь нынче пошла, бла-бла-бла…

Ну а второе, не менее значимое: как я ещё тогда разузнал, посетив немногочисленные окрестные деревеньки, — провизию им извне не доставляют, значит, у них своей в достатке. Забегу вперёд: основной рацион магов Цитадели составляют пещерные грибы, но и прочих культур, неприхотливых к температуре и солнцу, хватает за счёт магматической почвы, ледниковых и ключевых вод… О и самое интересное — у них весьма гениальная и одновременно простая система освещения за счёт грамотно развешенных, легко переломляющих солнечные лучи кристаллов: поднимаешь голову — и всюду яркая «паутина». Немного по глазам даёт, если задерживать взгляд, но по-своему красиво. И практично: вместе со светом они передают достаточно тепла для растений, а заодно выступают дополнительным барьером от незваных гостей, кто сумеет каким-то чудом добраться до вершины и спуститься в город через жерло. Правда, теряюсь в догадках, как им удалось развести животину, учитывая довольно скромные пашни и плотную застройку жилых и производственных зданий, но тогда не было времени над этим задумываться — маги, чего только ни придумают. Короче, да, в блокаде их держать при полной, так скажем, автономии смысла немного. Разве что исследовательские экспедиции обрубить, да и только. Сомнительная выгода.

То ли дело наёмники: пообещай достойную награду и перспективы завладеть уникальными магическими таинствами — и кто-то да откликнется. Проблема тут очевидная: абы кого не подрядишь — требовалось сыскать уже огранённые алмазы средь кучи… кхм, шлака.

И на всю Мизандию нашёлся лишь один человек, чья репутация далеко опережала всех прочих — таинственный безымянный головорез-одиночка, кого все незатейливо кличут просто «Ворон». Из-за его манеры выряжаться во всё чёрное с головы до пят. Ходили слухи, что даже глаза у него сплошь чёрные, будто на тебя глядит сама Бездна. И встреча с ним, если ты не заказчик, предвещала исключительно смерть, как в поверьях о настоящих воронах. Но, как это обычно бывает, у страха глаза велики — чел просто не любит показывать лицо: никогда не оставлял его неповязаным и не сбрасывал прилюдно капюшона. Впрочем, такие старания излишни: у него всё равно до одури непримечательная внешность. Ни шрамов, ни каких-то чудовищных ауры или взгляда. Нет, снял экипировку за ненадобностью — и уже среднестатистический горожанин в бежево-коричневом шмотье с по-крестьянски простоватым лицом. Банальное отсутствие тщеславия и каких-либо социальных связей да скромность в быту — вот и весь секрет таинственности. Зайдёт такой в таверну или остановится в постоялом дворе — никто и взгляда не задержит.

Такой человек не мог не заинтересовать. Как минимум имело смысл убедиться в его талантах самолично. Но из-за этой его манеры «возникать и исчезать» то тут, то там возникла серьёзная загвоздка: как с ним связаться? В гильдии тот не состоял. Однако заказы выполнял регулярно и, что самое главное, результативно, иначе бы молва не разошлась так широко. Пришлось воспользоваться политическим влиянием Иви и пустить слушок средь знати и состоятельных горожан, что сама управляющая юго-западным регионом нуждается в услугах Ворона — авось сам явится или кто из бывших заказчиков подскажет способ выйти на контакт. В конце концов «птицу» такого «полёта» ни один наёмник не мог позволить себе проигнорировать. Как и обещанную сумму, что в стократ превышала среднестатистические заказы в гильдиях. Тут, признаться, жёнушка малость погорячилась. Хотя, если взять во внимание ценность потенциальных знаний цитадельной библиотеки — она даже сильно поскромничала. Ну да чего уж теперь.

И первый облом прилетел откуда не ждали: нам пришла анонимная весточка, что Ворон не занимается политическими заказами — даже королю в своё время отказал, когда тот собирал наёмников для поддержки в каком-то конфликте на восточной границе. Удивительно, как его за такую дерзость не сгноили в лагерях… кхм, в темнице. Либо не смогли задержать, либо побоялись: наёмники, даже будучи подданными королевства, вне крестьянского, ремесленного или воинского сословий, и без введения военного положения навязать контракт невозможно — чревато разборками уже с гильдейскими воротилами. Всё же монархия в Мизандии уже как век не абсолютная, хотя и до конституционной пока не дошли…

Не суть. В общем, добрые месяцы ушло, чтобы выудить хоть из кого-то даже крупицу информации. Половину всех городских соглядатаев отправили в «командировку» в соседние регионы — уже не знали, что предпринять. Мы ещё даже не были уверены, годится ли этот Ворон для столь… смелой работы, а он уже влетал нам в кругленькую сумму, засра… паршивец! Впрочем, когда он внезапно объявился — нет, не так: буквально материализовался из тени угла кабинета на четвёртом, мать его, этаже охраняемой по самые яй… гланды ратуши! — и с лаконичной строгостью полюбопытствовал, с какой целью леди Эвелин так рьяно его разыскивала, сомнения малость ослабли. По меньшей мере Иви была впечатлена его скрытностью. Мне же больше пришлась по душе наглость — сразу взяло стойкое чувство, что мы сработаемся.

Естественно, посвящать левого типа сразу во все планы мы не спешили — нужно было сперва удостовериться, так ли он хорош, как говорят. И готов поклясться, когда я с ним кончил… хе-х, выражанцы… То есть закончил небольшую дуэль — силушкой молодецкой да навыками ратными померялись, — я даже вспотел не на шутку: это высокий показатель, стоит отдать ему должное. Впрочем, Иви тоже вызвалась его испытать, но уже преимущественно магическим воздействием. Что ж, и здесь он показал себя вполне крепким парнем — отражать всякое не отражал, зато долго увёртывался, да и в разум проникнуть так и не удалось ни разу. Мы оба остались довольны. А уж когда выложили, как говорится, «все карты на стол» — Ворон недолго думал, прежде чем выразить готовность. Правда, его малость расстроило известие, что мы не можем выдвигаться прямо сейчас — требовалось найти хотя бы ещё пару-тройку таких же внушительных ребят. Однако великодушно поведал способ связаться с ним наикратчайшим образом, дабы не терять время попусту. Из уважения к товарищу я не буду вдаваться в подробности, уж извините…

Нет, малыш, разглашение чужих государственных тайн и нарушение прямых, причём дружеских обещаний — это совершенно разные вещи! Даже не сравнивай их! Мне насрать что на Мизандию, что на Инумию с высокой колокольни! А здесь вопрос личного доверия — с такими вещами я обращаюсь бережно!..

Хм? Что ещё за государственные тайны? Хо-хо-о, это, пожалуй, наиболее интересная часть. И если вас ещё не утомили мои байки — с удовольствием об этом поведаю. А сперва заключу, что первый сопартиец наконец был найден. И если сравнивать с дальнейшими приключениями — довольно-таки быстро и без особых проблем.

Так, мы как раз остановились на удачной «ноте» — давайте-ка «жахнем»! Не знаю, как вы, а у меня уже горло пересохло — следует «заправиться»! Ну же, где ваши кружки? Кампа-а-ай!.. Кхм, то есть — ваше здоровье, детишки! Пей до дна!..

***

— П-с, Мену, а что значит «материализовался»? — украдкой прошептала Нара.

— Ну, возник будто из воздуха или что-то в этом роде… наверное, — погоняв во рту сладковато-пряную жижицу и сглотнув, задумчиво протянула.

— Ты не уверена? Тебя разве там не было?

— О нет, это же административное поместье, там положено находиться лишь работникам и посетителям в отведённое для прошений время. А тогда, если верно помню, уже вечерело — сестрица с братцем заканчивали бумажную волокиту и собирались домой…

— Так ты не видела этого… как его… Ворона? Или вам удалось пересечься? Он правда настолько хорош? И насколько же сильны оказались все остальные, раз им в конце концов удалось пробраться в саму Цитадель? А удалось ли? Герг нам не врёт? Он ничего интересного оттуда не привозил?.. Ну же, подруга, не молчи!

Последнее до неприличия активная Нара уже чуть было не воскликнула, своевременно прикрыв рот ладошкой. Впрочем, это всё равно не уберегло её от косых взоров соседствующих одногруппников.

— А? В чём дело?

И вот уже Нара подозрительно косилась на меня, отметив невольно напрягшиеся от просящегося наружу хохота скулы.

— П-прости, — наконец выдохнула я с нарочитым кашлем: авось не заметит потешные нотки… или не воспримет их на свой счёт. — Я даже не знаю, в каком порядке на всё это отвечать. И стоит ли вовсе? Братец сам с удовольствием всё распишет в наиярчайших подробностях — он это дело любит. Просто потерпи немного.

Подруга раздосадовано повздыхала, но тут же перевела внимание на домогаемого со всех сторон ребятами Герга, выжидая то ли возобновления костровых историй, то ли момента для вклинивания в расспросы. И чего все так возбудились, спрашивается? Не иначе как тихая и размеренная, в чём-то даже серая жизнь дворянского отпрыска накладывает столь… впечатлительный отпечаток. Прямо-таки любо-дорого наблюдать. Особенно с перспективы моего «бурно» протёкшего детства.

Ой-ой… К слову о «терпении»…

— Эй, что такое? — прозорливо, как и всегда, поинтересовалась Нара, когда я, поморщившись, встала с табурета.

— «Зов природы» и до меня докатился, — отшутилась в манере братца, отряхивая подол платьица от приставших листьев. — Надеялась переждать до возвращения домой, но пунш оказался сильнее.

— Мне пойти с тобой?

— Не стоит. Уверена, если здесь и водилось какое зверьё — они давно сбежали в ужасе, стоило Гергу только появиться…

— Сочту это за комплимент, — достаточно громко прокомментировал тот моё тихое замечание. Невесть как услышанное сквозь гомон… и в нескольких ярдах поодаль. До безумия острый слух. — И да, зверья тут нет, можете не беспокоиться. Но лучше всё равно далеко не уходить — заблудитесь ещё впотьмах, потом разыскивай каждого. Слышала меня, малыш?

— Да-да, — махнула рукой со вздохом.

Его забота имела бы куда более привлекательный вид без этих неприглядных обращений. Я уже не ребёнок. Давно как — ещё с момента нашего расставания. Чего братец, увы, до сих пор не понял. Или не принял? Не суть. А впрочем, стоило быть благодарной уже за то, что не подорвался следом. И ведь мог! И неоднократно так делал в бытность наших путешествий! Сестрица из-за этого в том числе постоянно ругалась, а тот знай себе посмеивался, мол «да что я там у вас не видел?» Никаких стыда и чуткости! Бр-р-р.

Поминая добрым словом кочевое детство, как и опыт ночных отлучек по нужде, бесстрашно зашла в гущу плотных деревьев и скрылась за первым же лиственным, без колючек, кустиком. И в который раз невольно хихикнула, представляя однокурсниц в схожей ситуации, кто поголовно вырядились в торжественные многослойные платья — с их подолом непросто справиться даже в цивилизованной уборной, что уж говорить о дикой природе. Когда как мой тонкий, хоть и продуваемый ветрами, без труда закатывался до бёдер. Только с подвязками согревающих портков пришлось малость повозиться — сущая ерунда.

— К-кто здесь? — встрепенулась, заслышав… нет, скорей почувствовав некое присутствие.

Да так и застыла с приподнятым подолом и мёртвой хваткой на приспущенных портках. Не до приличий совсем — что бы там ни было, затылок обдало морозцем, очень недобрым таким. Даже надумай кто из ребят подглядеть — что никак не увязывалось со столь щепетильно выстраиваемым каждым образом честолюбивого дворянина: застуканный падёт ниже простолюдина; да и выказывавших мне знаки внимания среди собравшихся не было, — Герг бы наверняка пресёк малейшие попытки увязаться за мной на корню, в этом ему надо отдать должное. Не говоря уже о том, что затронувшее сердце чувство недвусмысленно намекало на угрозу. Не мнимую, как страх предстать в неглиже, — самую что ни на есть осязаемую, без преувеличений, затрагивающую саму жизнь.

«Ох, это же…»

Тревога вмиг ослабла, стоило краем глаза уловить смутный, но характерный голубоватый блеск крошечных «песчинок» на древесном стволе поодаль. Мана-след. Наверное, разгулявшийся ветерок принёс с озера. Ничего удивительного — всё-таки мы неслабо так «опустошились», пока забавлялись с этим его мя…

Стоп. Но ведь с игрищ на озере минуло не менее получаса. Если не час, поминая «музыкальный перерыв». След от сожжённой маны, насколько помнится, сохраняется от десяти минут до двенадцати часов, в зависимости от мощности техники. Но лишь в месте непосредственного сожжения — «пыльца», осадочные крупицы в воздухе, растворяется куда быстрее. Насколько быстро — уже не берусь говорить твёрдо. Так или иначе, сомнений почти нет — эти «следы» более чем свежие. Откуда? Кто?.. Зачем?

Покалывания в животе тотчас уступили настороженности и любопытству. Узел затянулся обратно. Платье оправилось. И я крадучись двинулась сперва к мана-следу, а от него — в предполагаемом направлении «источника». Откуда-то справа донёсся отголосок хохота Герга, а следом и возмущённые возгласы Йори. Хм, к слову, а братец разве не в эту сторону отлучался недавно? Собравшись по нужде, я намеренно взяла чуть левее от его маршрута, чтобы не вляпаться ненароком — прикапыванием «улик» тот никогда не озабочивался. Выходит, он здесь что-то «чудил»? Ну, погрешить больше не на кого.

Из-за очередного дерева, сквозь высоко поросшую листву, наконец пробилось скромное свечение. Вот он, источник. Осталось понять, отчего он тут образовался. Не то чтобы я подозревала Герга в чём-то худом, но по меньшей мере любопытно: зачем и для чего? Какую-то «погремушку» для создания жуткой атмосферы заготовил? С этого идиота станется, уже ничему не удив…

«К-какого?!.»

Едва дыхание не перехватило, стоило подобраться поближе и приглядеться. По спине будто провели мохнатой когтистой лапой, вынудив оцепенеть, внутренне поёжиться и округлить глаза.

«Ч-что за?..»