— Б-братец Ге-е-ерг!

— А? Что? Я ничего. Просто подумал, может, вам помощь нужна, ну и…

— Замолчи и скройся уже!

— Ладно-ладно. Пф, жен…

Древесная дверь рывком и с визгом захлопнулась, оборвав того на полуслове. Но успокоиться я смогла лишь когда накрепко задвинула засов. И то после недолгого выжидания, убедившись, что умывальня — или некий закуток рядом с трюмом, оборудованный под неё — надёжно изолирована. Ну что за…

— И зачем надо было поднимать такой шум? — подала усмешливый голос зрелая женщина, непринуждённо натиравшая сладко-карамельную нагую кожу душистым мылом. — Подумаешь, мужчина завалился. Невидаль какая.

— Д-для вас в порядке вещей, когда мужчины наблюдают вас обнажённой? — всё ещё пребывая в возбуждении, опешило пробормотала я.

— Ну как… — Та на миг задумчиво уставилась в потолок. — Если кто заявится без приглашения — мигом лишится своего мужского достоинства. Какая-никакая дисциплина на моём корабле должна поддерживаться.

— Хочешь сказать, ты пригласила его сюда? — окончательно выпала в осадок.

— Не то чтобы пригласила… Но я была бы не прочь, натри он мне спинку, — на удивление легко пожала мыльными плечами южанка.

— Благословенная луна, Маджая, ты быть сильно… как… озабочена, — на ломаном мизандийском — какой мы сейчас все использовали для удобства — натурально прорычала зверолюдка, когтистой рукой прочёсывая мокрый волосяной покров на груди.

— Не тебе меня судить, Ахра, — усмехнулась смуглая женщина. — Тебя-то уж точно никто здесь не возжелает, можешь быть спокойна.

— Этот человек сильно… как… свободный. Я не удивляться он… как… наклонности.

— А? С чего ты?.. Хо-о-о… А этот парень и впрямь тот ещё прохвост, как чуяла…

— Хвост?

— Прохвост, дура. Это… Ай, неважно. Дай, что ли, я тебе спину разотру — иначе вечность провозишься, с твоей-то шерстью.

— Я нет понимать, зачем я обращать большой внимание помывка. Я иметь слюна язык.

— Да-да. Но, знаешь, нам с тобой плыть пару месяцев. И я не хочу весь путь наслаждаться запахом псины: скверных ароматов и от мужчин хватает. Так что посиди ровно и дай привести тебя в порядок.

— Хр-р-р, нежный человек…

Несмотря на проскальзывающие мимоходом ругательства и даже колкости, обе излучали не только беззаботность, словно и не было никакой грязной выходки со стороны одного негодника, но и дружелюбие. И не скажешь, что они долгое время… как там говорил братец?.. а, собачились.

Я вскоре так же поддалась общей атмосфере блаженства и вернулась к своей бадье с завёрнутым в тряпку мылом.

Забавно… или грустно?.. что первым же применением моих немногих талантов — надеюсь, не последнее — стало нагревание воды для помывки. То ли я единственная, кто владел техниками манипуляции огнём — довольно простенькие, надо признать, — то ли других магов, если таковые в принципе имелись в команде, подрядили на более ответственную работёнку. В общем-то, я и не возражала. Тем более, что девочки оказались первыми на очереди. Не знала, что в море тоже действует этикет.

— А ты чего притихшая, как морской воды в рот набравши?

— А? — осёкшись, обернулась к невесть когда сблизившейся Маджаи. И невольно вздрогнула: наши носы разделяло просто-таки неприличное расстояние. — Н-ничего такого, п-правда.

— Неужто так смутилась визитом папочки? — С озорной усмешкой она ущипнула меня за бок чуть выше ягодиц. — Я понимаю, вы не кровная родня — это и слепой бы разглядел. Но ты же, как я слышала, с малых лет у нашего прохвоста на попечении. Разве вы никогда не мылись вместе?

— Н-нет, никогда. Сестрица пару раз купала и причёсывала, пока я… И-и вообще, причём здесь?..

— О, так ты нас стесняешься?

— Н-нет!.. Да и с чего бы? Мы же все девушки… В этом ведь ничего такого…

— Ну, по меньшей мере у одной из нас ещё поди разгляди, девушка ли она в самом деле.

Маджая лукаво покосилась в сторону Ахры. На что последняя, заметив, кратко прорычала, но тут же возвратилась к вычёсыванию — чуть ли не вырыванию — волосяных комочков на лоснящейся пенной шерсти.

— В общем, простите, если причинила беспокойство, — не найдясь с лучшим ответом, понуро склонила голову.

— Да будет тебе, милашка, — Маджая добродушно похлопала меня по плечу. — Напротив, я очень рада присутствию ещё одной… кхм, нормальной девицы. Ох, не в обиду, Ахра.

— Порядок… Я тоже испытывать радость, — будто бы нехотя, но без всякой уязвлённости бросила зверолюдка.

— Женщин тут не то чтобы много, так что и вашему ушастому брату тут рады. Ну, или сестре, — бессовестно, полагаю, приличия одного ради, оправилась южанка.

М-да, люди есть люди, чего удивляться? А впрочем, я и такому рада. Посему с искренней благодарностью улыбнулась.

— Так, эта твоя сестрица… — спустя недолгое затишье подала она голос. — Полагаю, ты ради неё ввязалась в эту сомнительную авантюру?

— А вам, значит, Герг сообщил иную причину? — припомнила я схожую реакцию Шиногары.

— Ну как… Да, прохвост упоминал сбежавшую жёнушку, но нас заманил… хм, несколько иными обещаниями.

— И какими же? — Осёкшись, осторожно добавила: — Если не секрет, разумеется.

— От своих-то какой прок таить… — миролюбиво, хотя и малость небрежно отмахнулась она; я в последний миг успела прикрыться от сорвавшихся с тряпки мыльных брызг. — Да и ответ очевиден: у магов Цитадели, пусть и жалкого её осколка, наверняка есть чем поживиться. Если и не деньги, то редкие артефакты какие.

— Разбой? — откровенно подивилась я. — Как-то это… низко.

— М-м-м? Значит, папочка тебе не сказал, — озорно протянула Маджая.

— О чём?

— Как ты уже знаешь, я капитан этого корабля. И чем, по-твоему, я занимаюсь, чтобы содержать такую махину и команду в сотню голов? Не говоря уже о внесении солидной доли в эту… как он там выразился?.. а, мо-дер-ни-зацию.

— Разве не?..

Но тут же смолкла, преисполнившись сомнениями. Нет, на торговцев, как я сперва подумала, они явно не походят — слишком… воинственны. А у наёмников, насколько мне известно, не в почёте грабежи — какой-никакой кодекс у них имеется, даже у горячих южан. Остаются только…

— Так вы пираты? — с тщетно скрываемой тревогой прошептала я.

— Мне больше любо «морские волки», — ничуть не смутившись, даже навеселе покивала она. — И да, порой приходится кого-то ограбить, кого-то убить, перевезти что-нибудь незаконное. Обычная цена за желание быть свободным.

— Мне кажется, «свобода» и «вседозволенность» не одно и то же.

— Не говори о том, чего не понимаешь, милашка, — вмиг посерьёзнела Маджая. — У нас есть свои законы и порядки — не делай из нас варваров. Просто они идут вразрез с теми, что приняты на суше. К тому же, будь мы беспринципными головорезами, твой папочка уже покоился бы на дне морском, а не пытался подглядеть за нами.

— Д-да не пытался он… уф…

Хотя кого я обманываю? Несмотря на зрелость — какую-никакую, — да вдобавок наличие супруги, Герг и впрямь порой ведёт себя как… это… а, пу-бер-тат-ный подросток, точно. Избранная им манера дурачества и кутежа для меня так и остаётся загадкой. Впрочем, учитывая, через что ему пришлось пройти — как и сестрице, — могло быть и хуже. Лучше уж пусть будет таким, чем замкнутым, нелюдимым, озлобленным…

— П-постой, — встрепенулась я. — «Покоился на дне»?.. А как вы вообще встретились?

— Ха-х, он и об этом никак не обмолвился.

В краткой усмешке скользнула искренняя досада. А то и разочарование.

— Ну да, и правда, кто я ему такая? Всего-то спасла его щуплую задницу. Такая мелочь, не достойная и упоминания…

— Спасла? От чего?

— Правильней было бы спросить: зачем, — вздохнула. — А впрочем, без разницы. Ладно, мы уже тут порядком засиделись — вода вот-вот остынет…

— Н-ничего страшного, я ещё подогрею, расскажи, пожалуйста, — поспешно вставила я.

— Позже. А то в такой парилке кожа скоро поморщится страшнее чернослива. Да и мальчики нас уже заждались, не стоит быть такой эгоисткой.

— Уж чего-чего, а такое услышать от пирата не ожидаешь, — невольно улыбнулась.

— Эй, я ведь и обидеться могу, — насупилась было та. Но тут же… — И тогда мигом укорочу твой и без того малый размерчик.

— Л-ладно-ладно, поняла, молчу, — инстинктивно скрестила руки на груди.

Впрочем, напрасно: её обидеть — это надо постараться, что прекрасно передавал надменно-страстный, но в то же время добродушный, почти миролюбивый взгляд. Так не увязывавшийся с выстроенным в голове образом типичного морского разбойника, жаждущего лишь богатств да крови. Да уж, чем только жизнь ни удивит…

Дальнейшее умывание прошло в ускоренном и молчаливом темпе. Счистили осевшую на коже грязь, смыли накопившееся напряжение, обтёрлись, высушились, переоделись — и будто заново родились.

Хотя, казалось бы, с момента отплытия не прошло и суток.

— Ху-у-ух, благода-а-ать, — натурально пропела Маджая после глотка горячительного, как мы уступили место «мальчикам» и гурьбой завалились в капитанскую каюту.

Меня даже не спрашивали, хочу я присоединиться или нет: просто взяли в охапку — и я опомниться не успела, как уже полулежала на диванчике, блаженно вбирая прохладный воздух разгорячёнными лёгкими.

Признаться, меня не на шутку обеспокоила мысль несколько месяцев ютиться в их этом… а, кубрике, вместе с полсотней-сотней моряков — почти сплошь мужчин! — на подвесных лежанках. Но корабль оказался куда… вместительнее, имея в наличии по меньшей мере пять-шесть комнат… вернее кают, да. Тесноватых в сравнении с этой — оно и понятно, всё-таки капитанские апартаменты, — зато уединённых и ухоженных.

— Так… теперь тебя не затруднит рассказать? — осторожно подала я голос.

— Хм? О чём? — обратила ко мне лицо Маджая, казалось, в искреннем недоумении.

Уже забыла? Серьёзно?

— Как вы повстречались с братцем Гергом. Вы обе, — мимолётом зацепила взглядом и Ахру. — С остальными я успела познакомиться ещё давно, во время совместных странствий, а о вас он, как ты верно заметила, даже не упомянул.

— Грубость, — тихо прорычала зверолюдка. — Забыть наш плечо-плечо битва против южные дикари, как пролить кровь, как…

Но, не успев договорить, тут же брезгливо взвизгнула, отряхивая когтистую лапу от пролитого напитка: видимо, её это неслабо задело, отчего мгновением ранее подхваченная древесная бочковидная кружка с треском промялась от могучего сжатия мускулистых пальцев.

— Плечом к плечу, дура, — рассмеялась южанка. — Учишь её, учишь, а всё без толку.

— Давай ты начать говорить на грааху или раахша, так я смех и… как… глумление, — скорей для виду, нежели от обиды фыркнула та.

— К тому же, насколько я ведаю, зверолюдам в принципе тяжело даются человеческая и эльфийская речи из-за… кхм, несколько отличного строения челюсти. А нам, соответственно, непросто даётся их язык из-за обилия рычащих и горловых слогов, — постаралась я ненавязчиво вклиниться, дабы смягчить обстановку.

Сама не знаю зачем, раз уж их обоюдные колкости не несли в себе какой-то заметной, и что важнее — искренней, неприязни. Я надеюсь на это.

— Ох, мне-то можешь не рассказывать, милашка, — несколько грубо отмахнулась Маджая, чему я уже не придавала особого значения: дело привычки, полагаю. — Я с их братом… и сестрой, — оправилась, не иначе как заметив на себе прищуренный взгляд Ахры, — давненько знакома. Ладно бы дело только в речи, так с ними в целом тяжело найти общий язык.

— А цепь снять с сородичи перёд разговор не пробовать, южный человек? — та неприглядно казала клыки.

— Вот не начинай, дорогуша, ага, — покачала она головой. — Сколько можно повторять: я никогда не занималась работорговлей — не в моих принципах. Взятие пленных — да, но без этого никак: не топить же вместе с кораблём. Особенно если это знатные шишки, за кого можно выручить кругленькую сумму. Как по мне, это даже благородно.

— Н-не сказала бы, — натянуто улыбнулась я во избежание конфронтации.

Промолчать же вовсе, увы, не смогла: всё-таки это… ну, если и не ужасно — и то если пленных содержали в порядочных условиях, в чём имелись сомнения, — то всяко не благородно.

— У каждого своё мнение, — легко пожала плечами Маджая. Проявив этим большее благоразумие, чем я. Досадно. — Ладно, что ты там спрашивала?.. А, где мы столкнулись. Хм… говоря кратко: прямо тут.

— В этой каюте? А что Герг здесь забыл?

— Ну, учитывая, что я проснулась уже с моим же клинком у моего горла, сперва решила, что кто-то из властей подрядил наёмника по мою голову. Но всё оказалось куда прозаичнее: им требовался мой корабль для спешного ретирования с берега.

— Что?.. Кому им?

— Он вёл целую ватагу из пленных зверолюдов. Беглецы каким-то чудом отыскали сокрытую в пещере бухту, где промышляют контрабандисты и пополняют запасы разыскиваемые пираты. В числе последних и я, поэтому бросила якорь неподалёку, когда настала пора «выгулять» парней после долгого плаванья. И как на зло — или на счастье, тут уж как поглядеть, — именно в тот день я решила не сходить на берег, взявшись отсыпаться в каюте. В принципе, мне не привыкать — никогда не любила сушу…

— П-постой. Пленные? Ты имеешь в виду рабов?

Ох, верно, Герг ведь упоминал, что его словили трапперы на севере и продали в один из южных колизеев. Откуда потом его вызволила Иви, создав бучу и поспособствовав освобождению рабов. Но когда это было? Явно незадолго до побега сестрицы. Значит, или это произошло не более месяца назад с учётом проделанного пути, или же братца где-то ещё носило… И это когда с его возлюбленной приключилось такое? Надеюсь, всё же первое.

— В общем, такой финт мне пришёлся не по душе, — продолжила Маджая. — Но куда деваться? Пришлось принимать «пассажиров» и отчаливать. С той несчастной дюжиной «счастливчиков», оставшихся нести вахту, на такой-то громадине, ага. Великие пески, а мне потом чуть ли не за руку пришлось вылавливать оставшийся в городе экипаж спустя боги знают сколько недель. М-да, головной боли твои папочка с мамочкой доставили немало…

— Прости, что снова перебиваю, — откровенно растерялась я. — Но если тебя буквально силой заставили… хм, помочь, то почему?..

— Я не отправила их всех на корм рыбам при первой возможности? — прозорливо заключила за меня ухмыльнувшаяся южанка.

— С-стали союзниками, е-если быть точным, — осторожно поправила.

Не то чтобы её формулировка далека от истины, и всё же…

— М-м-м? А кто сказал, что мы союзники?

— А?

— Не пойми превратно, милашка, но я всё ещё подумываю о том, чтобы лишить твоего папочку кое-чего важного пониже пояса. Его счастье, что «оплата» за ту невольную «услугу» оказалась выше моих ожиданий. И то, как неохотно он расстался с этой штукой, наиболее красноречиво говорит о её ценности…

«Ш-штука?.. — вовремя сдержалась, дабы не озвучить вслух. — Но его самая драгоценная вещь до сих пор при себе. Тогда что же он отдал?.. Б-боги, нет, только не говорите, что это…»

— …и только обещание грядущих богатств склонила меня к повторному сотрудничеству, иначе я бы сразу его… Хм? В чём дело?

— А? — осеклась, отметив её пробирающий до нутра пронзительный взор. — Н-нет, прости, ничего такого.

— Теряешься в догадках, что это?

«Да нет, ведь, если подумать, мало что из сотворённого братцем способно вызывать такой интерес конкретно у разбойника», — про себя раздосадовано повздыхала.

Но вслух, разумеется, не сказала — обошлась неопределённым покачиванием головой.

— М-м-м… А знаешь, я тебе даже позволю им попользоваться, — неожиданно выдала с недоброй улыбкой Маджая. — Как раз разомнёмся перед отбоем. Да и чего греха таить — это довольно весело.

— Н-нет, благодарю, я им уже пользовалась… разок, — тут же поникла. — Он слишком громкий. Да и кисти потом болят.

— Ах, ну да, ты ведь у нас маг: белоручковая неженка из верхов, да? — неприглядно рассмеялась.

— Я-я не белоручка!.. Однако и не отброс, вроде тебя, это так!

Ой-ой, куда-то меня не туда повело. Чего я так взъелась? Отчасти ведь так оно и есть…

Н-нет, эта зазнавшаяся головорезка первая начала — моя грубость с её и рядом не стояла! В конце концов, я не настолько слаба, чтобы терпеть подобное обращение! И плевать, что это её посудина — ей придётся со мной считаться!.. Хотя бы немного.

— М-м-м, какой пыл, — довольно протянула она. — Ушастая малютка осмелилась казать едва прорезавшиеся зубки. Как мило.

— Зато твоё личико таким не будет, когда мои «зубки» оставят на нём парочку глубоких шрамов, можешь мне поверить, — со скрипом, тщетно туша бушующий в груди пожар, процедила я.

Краем глаза не без удивления отметила равнодушно следящую за нашей перепалкой Ахру. То ли она не воспринимала нашу конфронтацию всерьёз, то ли ей просто всё равно. М-да, сплочённая команда, ничего не скажешь.

— Верить — удел храмовников, — незатейливо пожала плечами Маджая…

И запустила руку в ящичек письменного стола, что-то там нащупывая.

Предвкушая недоброе, я тотчас вскочила на ноги и встряхнула руками, незаметно концентрируя ману. Пока лишь на кончиках пальцев — для простенького «щита» должно хватить. А там уж только бы успеть выскочить за дверь и найти укрытие для подготовки более серьёзной техники. Или же позвать на помощь братца с остальными? Почему-то этот вариант всплыл в уме последним.

— А удел морских волков — наблюдать и оценивать.

Едва Маджая договорила, как я, опомнившись, в последний момент неуклюже перехватила брошенный в мою сторону небольшой свёрток. И стоило лишь оттянуть уголок…

— З-зачем ты мне это дала? — опешило пробормотала я с округлившимися глазами.

— Хочу поглядеть, поспевают ли твои слова за твоими же действиями. — И вновь это незамысловатое пожатие плечами, что уже начинало раздражать. — Давай, покажи, чего стоишь.

— Великие духи, мне не нужна эта… штука, чтобы продемонстрировать боевой потенциал, — твёрдо возразила.

— Видишь ли, малютка…

— Хватит меня так называть.

— Ладно, — Маджая на удивление миролюбиво развела руками, не настаивая. — Мену, так? Видишь ли, Мену. Там, куда мы отправляемся, успели обустроиться маги Цитадели. И уж не знаю, чему учат в этих ваших академиях, но более чем уверена — для них твои заклинания…

— Техники.

— Да плевать, как это называть, — огрызнулась она, явно теряя терпение. — В сравнении с их магией твоя — лишь детские фокусы. Тебе повезёт, если ты хотя бы вовремя распознаешь их возможные ловушки, а то и защитные барьеры какие снимешь…

«Об этом до нас наверняка позаботится сестрица», — только и промелькнуло в уме, но рот благоразумно удержался закрытым.

— …А это — уже гарантированное средство. Хотя бы за счёт эффекта неожиданности. Так что прими дружеский совет…

«Дружеский?.. После всего сказанного-то?..»

— …Всегда держи пару-тройку «неожиданностей» про запас.

Маджая ненадолго притихла с прикрытыми глазами. А затем, вздохнув, рывком поднялась с кресла, уже держа в руке невесть когда появившийся…

— Ладно, этот можешь забрать себе — он всё равно в столе пылится, для подстраховки больше.

— Д-да я же сказала, что мне не нужно…

— Давай уже, двигай. — Ликующая головорезка тотчас взяла меня в своеобразный захват, обвив шею, и натурально поволокла в коридор, напрочь игнорируя мои потуги на протест… и даже борьбу. — Проветримся и попрактикуемся — лишним всяко не будет. — И на миг застыв в дверном проёме… — Дорогуша, ты с нами?

— Я нет любовь шум, — равнодушно буркнула позабытая в какой-то момент Ахра. — Я доверие природный сила. Пожелание веселье.

— Ну, ты не такая милая, как эта малютка, так что рыдать в случае твоей кончины не стану, так и знай.

Посмеиваясь, Маджая захлопнула за собой дверь и потащила меня в сторону лестницы, словно набивную игрушку.

И стыдно признаться, я никак не смогла этому противостоять. Вернее, моей агрессии только и хватало, что на пустые слова. Не знаю, страх то пред более опытным бойцом иль привитая окружением покладистость, но факт есть факт: без прямой угрозы жизни — а её здесь не чувствовалось, как ни парадоксально — я скорей всего не смогу причинить кому-то вред. Надеюсь, мне это не аукнется в ближайшем будущем…

Или же в ответственный момент я всё-таки сумею пересилить себя. Хочется верить. Но пока верилось с трудом.