Было два часа дня.

Учительница куда-то ушла, учеников-пациентов не было, и я осталась в медпункте совсем одна.

Мягкие лучи солнца проникали через окно, и я, укутанная в их тепло, клевала носом над распечатками с заданиями.

Сознание то уплывало, то возвращалось, то уплывало, то снова возвращалось.

Может, уже сдаться и лечь спать? Это всё учительница виновата, что поставила мой стол у окна. Я тут ни при чём. Я сдаюсь…

Пока эти мысли крутились у меня в голове и силы медленно меня покидали, со стороны двери послышался тихий шорох. Я тут же очнулась, замерла и затаила дыхание.

Однако, вопреки моему напряжению, я услышала протяжный и хорошо знакомый голос:

— Коиро-тя-ян? Ты здесь?

В комнату вошла моя двоюродная сестра, Сатоми-тян.

— Ой, ну и напугала же ты меня. Это ты, Сатоми-тян.

— В школе, пожалуйста, называй меня «сенсей».

— Сатоми-тян-сенсей?

— Кумада-сенсей!

Выйдя из-за занавески кровати, Сатоми-тян упёрла руки в бока и тихонько вздохнула.

— Так-так, а задания-то совсем не продвинулись. Спала, что ли?

— Я сражалась, между прочим.

— Не ври. Тут ни одной пометки ручкой нет.

— А-а, так я не с ними сражалась…

Моим противником была не домашка, а сонливость.

Но в любом случае, от Сатоми-тян в роли учительницы можно было ожидать только нотаций, так что я решила сменить тему.

— А вы, Кумада-сенсей? Прогуливаете? У вас же вроде как сейчас урок.

— Ну что за глупости. У меня просто «окно». Решила зайти проведать тебя, Коиро-тян.

— Вот как! Спасибо, что зашли, сенсей.

Я улыбнулась, и Сатоми-тян тоже улыбнулась в ответ.

— Ну, как тебе в медпункте?

— Хм-м, ну, в общем, уже привыкла.

— Вот и хорошо. По школе вроде бы не ходят слухи, что здесь прячется бывшая айдол Камакура Коюна, так что всё идёт хорошо.

Хм. Если никто ничего не знает, то можно быть спокойной.

Такую информацию мне, не общающейся с другими учениками, было негде узнать, так что это было очень кстати.

С тех пор как я перестала быть айдолом, я удалила все свои аккаунты в соцсетях и больше туда не заглядывала. Поначалу по привычке тянулась открыть приложение, но сейчас уже совсем отвыкла. Так что слухи обо мне до меня, как правило, не доходят.

— Если будут какие-то проблемы, сразу говори. Я постараюсь что-нибудь придумать.

— Правда? Тогда сделай так, чтобы на контрольных не было неудов.

— С этим… постарайся справиться сама, чтобы их не получать.

— Ну-у, ты же сама сказала, что поможешь с чем угодно.

— Что невозможно, то невозможно. Это всё равно что я бы попросила: «Найди мне красивого парня!».

— Ну, с этим-то ты, если постараешься, вполне можешь справиться… Кстати, и тебе, Сатоми-тян, и Яко-тян пора бы уже найти себе постоянных партнёров.

— У меня-то как раз ничего не получается. После неудачных прошлых отношений я стала очень осторожной. А Яко-тян… у неё романы долго не длятся. Она хоть и находит себе парней одного за другим, но…

— Похоже, это надолго… Только не поссорьтесь, если одна из вас выйдет замуж раньше.

— Что ты, что ты. Мы тут на днях ходили в супермаркет и увидели уценённые полуфабрикаты… и нам стало так грустно. Мы обе уже в том возрасте, когда на нас самих скоро начнут клеить стикеры с уценкой. Так что мы договорились: пусть хотя бы одна из нас станет счастливой, а потом мы разделим эту ауру счастья на двоих. Мы поддерживаем друг друга.

— Как-то это печально…

Хотя, мне кажется, им ещё рано так переживать из-за возраста. Средний возраст вступления в брак вроде бы растёт.

Ну, наверное, у взрослых свои проблемы. Своя спешка…

Пока я размышляла об этом, Сатоми-тян неожиданно спросила:

— А у тебя-то как? С Негоро-куном, например.

Я опешила.

— Ты, случайно, не в романтическом смысле?.. Судя по тому, как ты это сказала.

— Конечно! Вы же и в путешествие вместе ездили на летних каникулах, и после начала второго семестра, похоже, продолжаете общаться. Хотя я просила его помочь тебе только на время дополнительных занятий.

С лёгкой улыбкой Сатоми-тян подошла и села на кровать.

— Ну, мы просто сошлись характерами.

На самом деле всё было гораздо сложнее.

Но даже так, мы общались не в романтическом смысле. У нас ни разу не было разговоров на эту тему.

— И это всё?

— Да.

— А может, на самом деле у вас уже всё серьёзно?

— Да говорю же, нет.

— Я никому не скажу, даже твоей маме! Как далеко вы зашли?

— Эй-эй, успокойся.

Сколько бы она ни спрашивала, если ничего не было, то ничего и не было.

— Манамити-кун, конечно, очень важный для меня человек. Но когда говорят о любви, я просто не понимаю. Мне ведь всегда твердили, что романы — под строжайшим запретом. Любовь? Что это? Вот так я к этому отношусь. Так что прекращай!

Я правда не понимала.

Просто сейчас время, которое я провожу с Манамити-куном, очень для меня важно…

— Важный, значит, — пробормотала Сатоми-тян и почему-то хитро улыбнулась.

— Всё, иди-иди отсюда. Скоро звонок.

— Ой, уже столько времени? Чёрт. А у меня ещё куча работы.

— Так ты и правда прогуливаешь.

Я проводила взглядом спешно выбегающую из медпункта Сатоми-тян и вздохнула.

Спокойные будни.

Я с трудом, но хожу в школу, умудряюсь как-то жить.

Когда ко мне должен прийти Манамити-кун, я с волнением думаю, во что бы нам поиграть. Я это скрываю, но мне приятно, что он тоже с головой уходит в игры. Правда, у него, кажется, скоро какой-то пробный экзамен, так что нельзя ему сильно мешать с учёбой.

…Безмятежное счастье.

Где-то в глубине души я всё ещё беспокоюсь, но сейчас мне просто хочется, чтобы эти ленивые дни продолжались.

Разве так нельзя?

***

В воскресенье, после обеда, я шёл к Макуре, которая позвала меня в гости.

«У тебя завтра есть курсы? Если свободен, не хочешь побездельничать?» — такое сообщение пришло мне вчера вечером.

Сегодня занятий на курсах не было, и я собирался целый день просидеть в комнате для самоподготовки. По сути, это было то же самое, что и отсутствие планов, так что я согласился на приглашение Макуры.

После начала второго семестра я заходил к ней два-три раза в неделю. Я мог бы и чаще, но… как-то само собой получилось, что мы стали делать перерывы.

Наверное, так Макура проявляла ко мне заботу.

Чтобы не мешать моим курсам, самостоятельным занятиям — всей моей жизни.

Летние каникулы были чем-то вроде исключения из правил. Было ощущение, что можно веселиться и дурачиться, и тебе за это ничего не будет. По сравнению с этим, второй семестр — это уже реальность. Ощущение, что нужно проживать каждый день как следует.

Если наша цель — продолжать эти отношения как можно дольше, то следующей необходимостью была стабильность.

Чтобы быть вместе всегда, нужно научиться правильно жить в этой повседневности.

Я думал о том же самом, поэтому понимал, что Макура беспокоится обо мне.

И я заметил, что в те дни, когда я иду к ней после перерыва, я чувствую настоящее волнение.

Когда я подошёл к дому Макуры, дверь крайней квартиры на первом этаже открылась. В тот же момент из неё показалась хорошо знакомая блондинка, обуваясь на ходу.

— Добрый день.

Делать вид, что я её не заметил, было бы странно, и я поздоровался издалека.

Яко-сан в повседневной одежде подняла голову. Наверное, собралась на свидание — макияж у неё был ярче обычного.

— М? О-о, ко мне обратился молодой парень! А, это ты, паренёк… Какая жалость.

— Не нужно искать знакомств прямо на пороге своего дома.

— Говорят, никогда не знаешь, где встретишь свою судьбу. Так что нельзя расслабляться. А ты что? К Коиро?

— Да.

Отвечая, я посмотрел на второй этаж.

Тут же Яко-сан подошла ко мне с хитрой ухмылкой.

— Ясно-ясно. Ну, любовь-морковь. Хорошо быть молодым.

— …Что такое?

Чувствуя, что сейчас начнутся навязчивые расспросы, я попытался уйти, но Яко-сан, конечно же, догнала меня и приобняла за плечо.

— Ну, как она? Коиро?

— «Как» — это вы о чём?

— Да ты понял. Как девушка.

— Девушка…

В общем-то, я догадывался, о чём она спрашивает.

— Мы не в таких отношениях.

— Хм-м… А ты сам-то, что о ней думаешь? Нравится? Влю-ю-юблен?

— Нет, не в этом дело.

В конце концов, бывшая топ-айдол случайно появляется в твоей жизни, ты начинаешь с ней общаться и, конечно же, влюбляешься. Такое развитие сюжета было бы слишком примитивным, думал я. Неужели «любовь» — это так просто?

— Ну-у, — надула губы Яко-сан. — А мы тут с Сатоми как раз обсуждали, что же между вами на самом деле происходит.

Кумада-сенсей, значит… Эта парочка взрослых любит поговорить на такие темы. Интересно, что они там обсуждают за нашими спинами.

— Ты же всегда так о ней заботишься. И вот, даже в выходной специально пришёл к ней. Если ты готов столько делать для человека, разве это не значит, что он тебе нравится?

— Нравится…

Честно говоря, я правда не знал. Если бы меня попросили описать словами то, что я чувствую к Макуре, я бы не смог. Слишком мало опыта, чтобы в этом разобраться.

Мне просто было хорошо, когла я проводил с ней время. Я хотел быть рядом с ней — моим кумиром и учителем лени — как можно дольше. Вот и всё.

Не зная, что ответить, я молчал, а Яко-сан пристально смотрела на меня. Через некоторое время она хихикнула.

— Ох уж эта невинная молодёжь. У вас что, в карманах бабочки порхают? Было ли у меня такое время… Слишком давно это было, не помню.

Невинность? Бабочки? Я не очень понял, но Яко-сан весело похлопала меня по спине.

— Ну, удачи тебе, парниша. А я пошла на групповое свидание.

— Групповое свидание? Неудивительно, что вы так нарядились. Вам тоже удачи.

— Спасибо. Помолись, чтобы там были красавчики.

— Может, лучше по дороге в храм зайти и попросить богов…?

— А что, отличная мысль, так и сделаю! Ну, до встречи, парниша.

Неужели и правда пойдёт в храм? Боги, наверное, ошалели бы от такой просьбы…

Яко-сан помахала мне рукой и ушла.

Проводив её взглядом, я шагнул к ржавой железной лестнице.

В последнее время у меня такие спокойные дни, — подумал я.

Окружают меня, конечно, довольно странные личности…

Но по сравнению с тем, что было раньше — всего несколько месяцев назад, — на душе было на удивление спокойно.

Маленькая буря в нашей с ней повседневности разразилась на следующей неделе.