[Проклятие, из-за которого охваченный жаром постепенно вскоре погибает.]

— Лихорадка, приводящая к смерти...

Симптомы "наследственной болезни", о которой знал Бенедикт.

Но если это не болезнь, а "проклятие", почему его до сих пор не удалось снять?

Хотя герцогский дом Винфилдов из-за короткой продолжительности жизни не был влиятельным, королевская семья ценила членов семьи, словно братьев.

Если бы об этом рассказали королевской семье, они наверняка бы помогли, и тогда проклятие можно было бы снять, разве нет?

В ином случае, в соответствии с жестокими законами мира, где выживают сильнейшие, род Винфилдов давно бы угас, и это не стало бы неожиданностью.

Бенедикт отложил письмо и уставился на дверь.

Голова была пуста.

Даже касаться лба не было необходимости, чтобы все понять.

Надоедливая температура снова поднялась.

Вернувшись в комнату, Люсьена вновь подошла к окну, вспоминая произошедшее днем.

Встреченная у могилы женщина несколько раз с нежностью провела рукой по надгробию покойного герцога.

Выглядело так, будто они были связаны чем-то большим, чем просто формальные отношения.

Люсьена вспомнила слова, сказанные Бенедиктом по возвращении.

[Ах, говорят, она ушла, но это, конечно, ложь!]

Если это правда... тогда.

Люсьена сдержалась, чтобы не делать поспешных выводов, и покачала головой.

Что бы Джун сделал Джун в такой ситуации?

Подумав немного, она что-то вспомнила, спрыгнула с подоконника и вышла в коридор. В этот момент по лестнице поднимался Алфи.

— Что-то случилось, мисс?

— Дворецкий. Могу ли я взглянуть на портреты? Ах, и мне бы хотелось посмотреть ботанический справочник.

*****

— Я нашел брачный контракт.

На следующее утро Бенедикт с каким-то странным выражением лица постучал по документам, лежащим перед ним.

— Брачный контракт? — Люсьена задала вопрос, откусывая банан.

Бенедикт медленно кивнул.

— Да, это документ, в котором описывается условия сотрудничества моих дедушки и бабушки во время брака. Я просмотрел все старые бумаги и нашел его.

— Разве для брака нужны такие документы?

По мнению Люсьены, брак был союзом двух людей, обещавших вечно быть вместе. Она не знала, что для этого могут быть нужны какие-то документы.

— Так бывает среди аристократов. Ответственность и имущественные вопросы могут быть довольно сложными.

— Понятно... — Люсьена медленно кивнула, макая банан в шоколад. — Значит, Бенедикт тоже подпишет контракт, когда будет жениться?

Люсьена начала осознавать, насколько сильно отличается его положение от ее.

— Что? Ни за что! Никогда! – воскликнул он, вдруг испугавшись, но затем, откашлявшись, добавил, — я имел в виду, что... не собираюсь жениться. Понятно?

Люсьен просто кивнула, как будто узнала что-то новое.

Бенедикт начал внимательно наблюдать за выражением ее лица.

— А почему?

— П- потому... в любом случае, раз у нас есть эти документы, все в порядке. Здесь есть пункт, в котором говорится, что бабушка обязана быть верной дому Винфилдов.

Бенедикт слегка усмехнулся.

— Если она предаст герцогский дом, ответственность за это понесет ее родной дом – семья Рокридж.

— И, конечно, ответственность означает деньги. Как низко, хозяин.

Алфи подлил ему чая, добавив свое мнение. Но Бенедикт не стал оправдываться за свои слова.

— Знаю, это мелочно и грязно.

— Бенедикт...

Он медленно отпил чаю и, смотря в глаза Люсьене, сидевшей напротив, решительно сказал:

— Но я все равно хочу, чтобы она стала моим опекуном.

— ...

— Почему у тебя такое недовольное лицо?

— Я просто боюсь, что кто-то может пострадать.

— Ну, это неважно. Согласно письму, которое я читал вчера, она не ладит с родственниками из дома Рокридж, и ей не захочется иметь с ними дело. Поэтому у нее не останется выбора, кроме как принять мои требования.

— Это не единственное, о чем стоит беспокоиться!

Люсьена опустила приборы.

— Она будет страдать, но и ты, Бенедикт, тоже будешь страдать из-за ситуации. Давай попробуем найти другой способ...

— У нас нет времени.

Бенедикт резко прервал ее.

Больше за завтраком они не разговаривали.

После завтрака Люсьена вернулась в свою комнату. Обычно в это время она занималась учебой, но сегодня никак не могла сосредоточиться.

"В конце концов, вчера мне так и не удалось посмотреть портрет госпожи."

К сожалению, не было ни одного ее изображения.

"Но..."

Люсьена все же узнала кое-что о семенах, которые захватила случайно, когда вчера выходила из кладовой.

"На одном из пакетов было написано 'светлячковая роза'."

Светлячковая роза – это очень редкий в королевстве Шевон цветок. И у него романтичное значение.

(В книге по ботанике было очень много сложных слов, поэтому большую часть информации она поняла с помощью картинок и диаграмм.)

— Жаль, я не захватила другие пакеты.

Люсьена положила голову на стол, и попыталась вспомнить каждый из пакетов, которые видела вчера в кладовой.

— Что же там было... эх, если бы я только взяла их все!

Ей казалось, что, если бы она узнала о других растениях, ответ возник бы на основе связи между ними.

— Не могу вспомнить.

Расстроенная, Люсьена встала со своего места.

Но что это? Пакеты с семенами, которые она видела вчера, вдруг упали на пол из складок ее одежды.

Они появились неожиданно, словно по волшебству.

— Я что... так много взяла?

Нет, точно нет.

"Будто они появились, потому что я захотела..."

Люсьена покачала головой, решив, что такого волшебства просто-напросто не бывает.

Наверное, Алфи, увидев, как она просматривает справочник, тайно и незаметно подложил ей остальные пакеты с семенами. Все, чтобы помочь Бенедикту.

Люсьена открыла справочник и начала искать названия растений на пакетах.

Когда она была погружена в работу, послышался стук в дверь. Вероятно, Алфи пришел, чтобы начать урок.

Люсьена быстро открыла.

— Господин дворецкий, вы правда, замечательный человек!

— Что?

Кажется, он решил сделать вид, что не понял, о чем она. Люсьена подумала, что это доказывает, насколько он добросердечный человек, и протянула ему один из пакетов с семенами.

— Вы ведь тоже беспокоитесь о Бенедикте, да?

— Ну да, верно. Кстати, пакеты очень качественные.

— Качественные?

— Да, это те, которые торговцы используют, когда перевозят семена на кораблях. Пакеты сделаны из бумаги, созданной магами, так что они редкие и довольно дорогие.

— Откуда вы знаете?

— Эхэм, я ведь тоже когда-то работал на торговом судне и таскал ящики.

Похоже, чтобы стать дворецким герцогского дома, нужно обладать разносторонним опытом.

Люсьена восхищенно смотрела на него и осторожно заговорила:

— Господин дворецкий, могли бы вы передать кое-что Бенедикту? — Прижимая пакеты к сердцу, она внимательно посмотрела на Алфи. — Скажите ему, что сегодня он должен пойти к бабушке вместе со мной.

****

— Почему ты хочешь, чтобы я пошел с тобой?

Хмурый Бенедикт, задал этот вопрос, когда они сидели в карете.

— Прости, я понимаю, что это не мое дело.

Люсьена вертела в руках маленькую сумочку и извинялась.

— Я не это имел в виду. Сегодня холодно.

В этот момент окна кареты задребезжали от ветра, и холодный воздух проник внутрь.

Они оба одновременно начали тереть грелки, приготовленные для них Алфи.

Карета уже выехала за город и вскоре оказалась на тихой дороге, окруженной лесом. Когда они проехали через местность, заросшую деревьями, впереди появилась прозрачная стеклянная постройка.

— Вау…

Придвинувшись к окну, Люсьена не могла оторвать глаз. Она впервые видела такое удивительное здание.

— Это стеклянная оранжерея.

Бенедикт поднял с ее колен грелку и вернул ее на место.

— Я никогда не видела такого собственными глазами.

— Дед построил ее для бабушки, чтобы она могла наслаждаться разными цветами.

— Теперь понятно.

Люсьен тихо кивнула и пробормотала себе под нос. Бенедикт спросил, о чем она говорит.

— Да нет, ничего.

Люсьен посмотрела на него с улыбкой и покачала головой.