После того как я вышел из кабинета естественных наук, направился прямо на школьный стадион. Целью был теннисный клуб, тренировавшийся на одном из угловых кортов.

Как и ожидалось, Макисима прилежно занимался вместе с другими членами клуба. На краю корта рядом с ним растягивалась милая первогодка — его нынешняя девушка. Она аккуратно надавливала ему на спину, помогая с растяжкой. Заметив меня, Макисима помахал рукой:

— Эй, Нацу! Редко тебя тут вижу после занятий. Что, решил заняться клумбами или?..

— Макисима-а-а! — прервал я его болтовню, схватив за плечо.

Получив от его девушки разрешение, я потащил Макисиму прочь. Почему-то она даже крикнула нам вслед: «Удачи!» Как всегда — ничего не понятно.

Макисима, которого я всё ещё волочил за собой, расхохотался:

— Нацу, что у тебя с лицом? И так жара невыносимая, остынь немного.

Его спортивная футболка задралась, обнажив живот. Может, дать ему под дых, как это сделала бы Эномото-сан?..

Я притащил его к цветочным клумбам, схватил за ворот и принялся трясти изо всех сил.

— Макисима, хватит уже!

— А? Я вообще не понимаю, о чём ты.

— Только ты мог устроить такой цирк!!!

— На-ха-ха. Не стоит делать поспешные выводы без доказательств. Такое поведение может однажды дорого обойтись.

…Разве это не признание? И потом, Эномото-сан ведь уже сказала, что отступила. Зачем он продолжает вмешиваться? Я его совсем не понимаю. Даже если бы и спросил — он бы всё равно ничего не рассказал.

А спрашивать у Эномото-сан… как-то неправильно. Если честно, с того дня я её вообще не видел. Наверное, избегает меня. Было бы неуместно снова всё ворошить.

Пока я тонул в мыслях, Макисима начал трясти плечами, прикрыл рот складным веером и усмехнулся:

— Знаешь, главное — не оставлять улик.

— Что?.. О чём ты вообще?

— Сейчас ведь можно всё передавать через Лайн или что-то подобное. Но имя отправителя можно легко посмотреть. Понимаешь? Если весь гнев будет направлен на меня — толку мало. Да и у меня нет Лайна Химари-тян, так что пришлось использовать более… старомодные методы.

— Погоди, ты о том сообщении?..

— Речь о рыбалке. Нацу, ты когда-нибудь был на морской рыбалке? Сначала рыбку приманиваешь, потом уже тянешь улов. Брат как-то водил меня — оказалось, это не так просто. Главное — правильно выбрать наживку. Нужно зацепить по-настоящему.

Его слова нарисовали в моём воображении картину: море. Мы с Химари — рыбы. Мы подплываем к берегу, на поверхности множество приманок. Я клюю на яркую, броскую, забыв обо всём... Но это была ошибка. Настоящей целью была…

— Ты и правда думал, что раз Рин-тян отказалась от своей первой любви, то всё уладилось? — с усмешкой спросил Макисима. — Неужели ты веришь, что прошлое можно просто стереть? Поверь мне, человеку с богатым любовным опытом: так не работает.

Он ехидно усмехнулся.

— Как думаешь, на что готова пойти твоя девушка, если узнает об измене?

По спине пробежал холодок.

— Да ты в ад отправишься! — выкрикнул я, оттолкнул Макисиму и бросился прочь.

Всё плохо. Очень плохо!

Единственное, что он мог узнать — это обещание, данное Эномото-сан насчёт выставки!

Эномото-сан его отменила, и я не стал рассказывать о нём Химари.

«Я, Нацумэ Ю, обещаю: если не распродам все свои аксессуары на выставке, то начну встречаться с Эномото-сан».

Эномото-сан записала это на свой телефон. …Макисима, должно быть, как-то получил эту запись. Если Химари её услышит — всё кончено!

Сбросив обувь, я сломя голову бросился в учебный корпус, схлопотал нагоняй от учителя Сасаки и наконец добрался до второго этажа.

Сердце бешено колотилось. Я положил ладонь на дверь кабинета естественных наук и медленно приоткрыл её.

Заглянув внутрь, я увидел Химари. Она стояла спиной ко мне и рассматривала горшки. Напевала себе под нос и, похоже, пребывала в прекрасном настроении.

…Я с облегчением выдохнул. Чего я вообще испугался? Макисима просто поддразнил меня. Конечно. У него и времени-то нет на такие штуки. Хотя… от этого я даже сильнее разозлился на него. Но нужно воспринимать это как предупреждение — впредь надо быть осторожнее.

Я глубоко вдохнул и вошёл в кабинет.

— Прости, что заставил ждать. Я помогу.

— …

Хм? Химари продолжала напевать, не обращая на меня внимания, будто и не услышала. Меня охватило странное беспокойство.

— Хи… Химари-сан?..

Я окликнул её ещё раз. На этот раз она обернулась и ослепительно улыбнулась:

— А, Ю! С возвращением.

— Прости, что оставил тебя одну.

— Всё в порядке. Мы же партнёры, в конце концов.

Её доброта согрела моё сердце.

Хорошо. Значит, моё дурное предчувствие — всего лишь фантазии. Чувство вины, будто я преступник, всё ещё терзало меня, но я старался сохранять спокойствие.

— Ладно… Пожалуй, проверю оборудование, — небрежно бросил я и направился к металлическому стеллажу в глубине комнаты. Заглянул внутрь… ничего не видно… Постойте. Как он вообще собирался передать ей ту запись? Оставил диктофон? Кто в здравом уме будет подслушивать чужие разговоры без разрешения?

Пока я обдумывал, насколько это не похоже на Макисиму, за спиной раздался голос:

— Ю?

Я вздрогнул и резко обернулся. Химари стояла, чуть наклонившись, с улыбкой на лице, будто пыталась заглянуть на полку… Нет, показалось. Я просто накручиваю себя.

— Ю, ты что-то ищешь?

Я быстро заслонил полку собой и натянуто улыбнулся:

— А… да, просто подумал, вдруг спирта для отбеливания цветов осталось мало.

— А. Да, мы ведь летом много потратили. Может, заказать на Амазоне?

— Спасибо. …Я заодно проверю, чего ещё не хватает.

— Хорошо. Тогда я пока продолжу с этими горшками.

…Фух, пронесло.

Химари вернулась к столу. Воспользовавшись моментом, я снова заглянул на полку… и тут рядом с ухом раздался еле слышный шёпот:

— Кстати, Ю, один из горшков сломан.

— Уа-а-а?!

Я вздрогнул и резко обернулся. Химари весело захихикала:

— Пф-ф-ха-ха! Ю, ты как девчонка♪

— Да кто угодно испугается, если ему вдруг в ухо зашептать…

Хотя… стоп. Сейчас не об этом нужно думать. Надо вести себя как ни в чём не бывало.

— Ты сказала, горшок сломан?

— Ага. Я его уронила.

— Понятно… Он совсем сломался?

— Похоже на то.

Ничего не поделаешь. Светодиодные горшки хоть и дороже обычных, но это расходник. Ломать такой — печально, но всё бывает. Иногда проще списать.

— Ладно, дай взглянуть. Какой именно… А?

Я подошёл к столу и застыл.

Он был полностью разбит.

— …Химари-сан?

Я думал, перегорели светодиоды или что-то незначительное… но это не похоже на случайность. Меня охватила дрожь. Я медленно обернулся. Химари стояла с той же самой безмятежной улыбкой.

…Плохое предчувствие вернулось.

— Ю, что-то не так?

— …Ты ведь сказала, что уронила его?

— Угу. Уронила.

— …Но от простого падения такого не случится.

— Э-э-э? Ю, ты мне не веришь?

— А? Нет, я не это имел в виду…

Я что, уже проигрываю?! Я заставил себя сосредоточиться. За те полчаса, что меня не было, с Химари явно что-то произошло. Игнорировать это нельзя.

Нет! Пока ещё рано делать выводы!

Потому что это Химари. Если бы она узнала правду — она бы уже плакала, как в тот раз. Или, может, вызвала бы Хибари-сана. Но раз ни того, ни другого не произошло… значит, ещё не поздно.

В любом случае, нужно действовать. Управлять ситуацией. С тени!

— Химари, я должен тебе кое-что сказать!

— М-м-м? Что именно?

Её тон был по-прежнему жизнерадостным, но… это сейчас неважно.

Я крепко схватил её за плечи и твёрдо произнёс:

— …Химари, прости! Я кое-что не рассказал тебе об Эномото-сан!

— Э-э-э? Правда? И что же?

Слишком веселая… подозрительно. Но я всё равно скажу. Должен сказать!

— На самом деле… я заключил с Эномото-сан пари. Если я не распродам все аксессуары на выставке — должен буду выполнить любое её желание. А я не распродал… Так что… э-э-э…

Мой мозг отключился от волнения. Слова застряли в горле. Что теперь?

Эномото-сан уже отменила уговор. Формально наши отношения с Химари спасены… точнее, она их спасла…

— Хм-м-м…

Пока я судорожно подбирал слова, Химари слабо улыбнулась:

— Ну и что?

— …А?

Я в изумлении посмотрел на неё. Она всё так же улыбалась. Безмятежно. Идеально.

Я уже видел такую улыбку. Где-то… ах да, у Курэхи-сан. Точно такая же — холодная, от которой мурашки по коже.

Плохо дело. Совсем плохо.

Чем сильнее я паниковал, тем труднее было говорить. Во рту пересохло, словно я бродил по пустыне. И вдруг, спокойно, Химари сказала:

— Не надо врать…

— В-врать?..

Я застыл, не понимая, что происходит, а она продолжила:

— Дело ведь не в аксессуарах, да? Тебе просто нравится Эно-тян? Конечно! Она милая, надёжная… и, самое главное — у неё большая грудь, да? Вы ведь собирались устроить миленькое романтическое свидание, да?

— Это неправда!!!

— Мне с самого начала всё казалось подозрительным. Какой ещё дядя, которого не существует? Уж слишком всё складно, не находишь?

— Я тут ни при чём!!!

Это всё Сакура-неесан со своими бредовыми идеями! Я мысленно взывал к своей старшей сестре, даже если её и не было рядом, и поспешил объясниться.

Всё получится, да? Если быть искренним, она ведь поверит. Как в тех фильмах…

— Это просто недоразумение! Изначально Макисима хотел похитить меня и отвезти в Токио, а Курэха-сан с Сакурой-неесан ему помогли… Я сам ничего не знал…

— Хм? Ю, тебе не кажется, что это уже слишком? Слишком уж сказочно звучит.

— Но это правда!!!

Почему она не верит?!

Эномото-сан и правда хотела поехать со мной, Макисима всё подстроил, Сакура-неесан отвезла нас, а уже в Токио популярная модель Курэха-сан подшутила над нами, заказав один номер на двоих!

Если подумать… будь я на месте Химари — да, в это трудно поверить. Почти невозможно. И чего я вообще ожидал? Что она просто так поверит мне?..

Пока я лихорадочно искал способ всё объяснить, Химари нанесла финальный удар:

— В любом случае, теперь всё ясно. Думаешь, я всё тебе прощу, если ты просто прикроешься аксессуарами, да?

— Н-не в этом дело…

— Тогда зачем ты вообще завёл разговор про пари на выставке? Если бы просто признался, что тебе нравится Эно-тян и ты хочешь с ней встречаться, я бы…

— Мне не нравится Эномото-сан! И мы даже не встре…

И в этот момент…

— Нфу-фу. А тогда что вот это такое?

— Э?..

С самой милой на свете улыбкой Химари подняла передо мной фотографию.

…То самое фото, где мы спим вместе.

Я выглядел так, будто позировал для обложки женского журнала, а халат Эномото-сан был расстёгнут, обнажив грудь.

«Эномото-сан, это уже перебор!!!»

Её ключица… такая красивая, идеальная, как будто выточена богиней… Ни один цветок с ней не сравнится…

Погоди. Почему я любуюсь ключицей своей одноклассницы? Что со мной не так? Я извращенец?!

Химари улыбалась — одновременно мило и жутко.

— Ю? Объяснишь, что за утренняя идиллия на этом снимке?

— Откуда он у тебя?!

Это же… той ночью, когда мы вернулись из Токио. Среди фото, что Эномото-сан прислала мне, это было самое опасное. Я сразу же его удалил.

Это всё проделки Макисимы… теперь ясно!!!

Он как-то обошёл цензуру Сакуры-неесан, и фото сохранилось. Кто бы мог подумать, что Эномото-сан вообще покажет его Макисиме?! Серьёзно, зачем она это сделала?!

Химари подошла ближе, посмеиваясь:

— Забавно, да? Ты же говорил, что сблизился с Эно-тян только после выставки. А я точно знаю, что она вернулась домой как раз в день выставки. Знаешь, откуда? Её мама написала мне: «Рион вернулась, так что может поработать в последний день каникул».

Свет в её морских глазах померк, став мутным, как глубины океана.

— Другими словами, это фото сделано до того, как вы узнали результаты спора, верно?

— Э-это, ну…

Всё плохо. Моё недоразумение только подлило масла в огонь.

Химари порылась в ящике и достала…

— Все оправдания отклоняются☆

В её руках оказались садовые ножницы. Она щёлкнула ими — у меня внутри всё сжалось.

— Ю. Попрощайся с прежним собой, ладненько?♡

— Не говори это тоном вдохновляющего слогана из рекламы профпереподготовки!!!

— Всё в порядке, всё в порядке. Даже если кое-что исчезнет — ты ведь всё равно сможешь делать аксессуары.

— П-погоди!!! Это же шутка, да?!

Химари продолжала улыбаться, но в её взгляде промелькнула безуминка.

— Мы ведь партнёры, правда? — прошептала она. — А значит, если партнёр предаёт, его нужно наказывать. Иначе пламя доберётся и до меня.

Снова раздался щелчок ножниц.

Я попятился, опрокидывая стулья.

А Химари, гогоча «Пу-хи-хи!», надвигалась, будто окончательно потеряла рассудок.

— Х-Химари… Я понимаю, что ты злишься. Но… пожалуйста, просто выслушай меня, ладно?

— Конечно. Я внимательно выслушаю… твоим телом♪

— Это же пытка…

— Хм? Разве у вас дома не так принято?

— Здесь не работает логика «у них так, а у нас по-другому»…

Я схватил ближайший стул и поставил его между нами. Хлипкая трубчатая конструкция — мой единственный щит. Моя последняя надежда.

…Надёжности в нём никакой.

— Погоди, погоди. Да, возможно, Эномото-сан и сделала фото. Но ты всё неправильно поняла! Просто у нас был один номер и одна кровать — мы не выбирали!

— Ого? Поэтому вы решили устроить ночной рестлинг?

— Н-ничего мы не устраивали!

— Что, «кобра» Ю-куна уложила Эно-тян с одного удара?

— Это ещё что за извращённые шуточки?!

Боже, только не сейчас…

Я уже не знал, как на это реагировать…

— Честно! Ни поцелуев, ни… этого самого не было!

— Нфу-фу… Думаешь, я в это поверю?

— Поверишь. Потому что я верю в Химари, которая верит в меня.

— Та наивная Химари-чан умерла пару минут назад☆

— Нет! Перестань! Серьёзно, хватит!!!

Химари надвигалась, щёлкая ножницами. Другой рукой она делала какие-то пугающе неестественные движения.

Лезвия приближались.

Всё. Конец. Прощай, мой…

В этот момент между нами пронёсся порыв ветра.

Нет, это была не кульминация боевой сцены — просто дверь в кабинет естествознания распахнулась с грохотом.

Мы с Химари рефлекторно повернулись. И увидели того, кого я ждал — хоть и не до конца верил.

Это была Эномото-сан. Наверное, прибежала прямо с репетиции духового оркестра.

В правой руке она сжимала трубу.

Она встала между нами и твёрдо произнесла:

— Хи-тян, хватит.

— !..

После выговора от Эномото-сан Химари слегка остыла. Но, вспомнив, что та сделала, надулась и буркнула:

— Даже если это ты, Эно-чи, я не собираюсь слушать девушку, которая катается по Токио с чужим парнем.

— Да, мы и правда были вместе. Но это было по-дружески. Ты ведь и сама делала нечто подобное, Хи-тян.

— Ах! Это уже логика Макисимы! Такие отмазки не прокатят!

— Но ведь это ты говорила: «Не каждый парень и девушка в мире обязательно встречаются».

Ты сама это сказала, когда мы возвращались домой в апреле, и я спросила тебя о твоих отношениях с Ю-куном.

Угх!..

Вот это да. Я и понятия не имел, о чём они говорят, но Химари, ещё минуту назад готовая разнести полшколы, вдруг растерялась.

А Эномото-сан… Сама не заметила, как покраснела до ушей.

Если смущаешься, зачем говорить такие слова?..

— Почему ты всегда на стороне Ю?! — воскликнула Химари. — В этот раз я точно не виновата!

— Я подруга Ю-куна. Если мой друг попал в беду из-за меня, конечно, я его защищу.

Эномото-сан мягко взяла Химари за руку:

— И я ведь тоже твоя подруга, Хи-тян.

— Э?..

Химари вздрогнула от неожиданности.

Эномото-сан серьёзно посмотрела ей в глаза:

— Я ведь говорила, что тоже хочу быть для тебя номером один, правда, Хи-тян?

— Н-ну, да, но…

О? О-о-о?

Химари вдруг сникла.

…Погодите, а чего это атмосфера становится подозрительно интимной?

Химари отвернулась, покраснела, прикрыла рот рукой и начала бросать в сторону смущённые взгляды — классический образ застенчивой героини.

Хотя Эномото-сан и правда красивая…

Химари вечно говорит: «Я самая милая, если не считать самой себя», — но это с учётом её харизмы.

Если судить только по внешности — Эномото-сан явно на голову выше. В этом она вся в Курэху-сан.

Чувствую себя здесь лишним. Но раз всё уладилось — и ладно.

Химари, включив режим цундэрэ, фыркнула:

— Т-тогда скажи, что вы с Ю делали в том отеле? Если между вами ничего не было — можешь спокойно посмотреть мне в глаза и сказать это.

— Эм…

Эномото-сан запнулась и косо взглянула в мою сторону.

Её уверенность испарилась — осталась тревога… и, кажется, вина.

И тут меня осенило.

Прежде чем она успела остановиться, Эномото-сан достала телефон.

— Хи-тян, посмотри это видео.

— ?!

У меня нет доказательств, но зовите это интуицией.

Или, может, чутьём, которое я развил, торгуя украшениями с Санаэ-сан на выставке в Токио…

Всплывает воспоминание о том дне.

Моё тело двинулось само.

Эномото-сан, нет! Только не это!

Это — единственное, что нельзя никому показывать!

— Э-Эномото-сан! Подожди секундочку…

Но я не успел.

По кабинету пронёсся пронзительный крик.

— Ю-кун! Давай поиграем с этим игрушечным котиком!

— Эм, Эномото-сан? Может, успокоишься немного?..

— Ни за что! Быстрее, быстрее!

— Это правда стыдно… Подожди… Ты что, снимаешь?!

— На память (самодовольно).

— Н-нет, нет, нет. Точно нельзя.

— Я никому не покажу.

— Дело не в этом…

— Ну хоть чуточку?

— …Ладно. Только один раз.

— Ура! Тогда, Ю-кун, ты теперь котик, мяу♪

— Мя, мяу!

— Ой, какой милый котик, мяу♪

— Мяу!

— Эхе. Пощекотаем пузико, котик♪

— Ня-ха-ха-ха! Э-Эномото-сан! П-погоди, мяу!..

Время будто остановилось.

Пока играло то самое видео — моя тёмная история — мы просто стояли в полном молчании.

…Вот и ответ. Что мы делали в отеле? Вот это.

Эномото-сан тогда была вся в азарте, а я… просто сдался и поддался течению.

К концу вечера мне даже начало нравиться…

Эти воспоминания нахлынули лавиной.

Мы даже хором поблагодарили горничную, принесшую ужин:

— Спасибо, мяу♪

И именно на следующее утро была сделана та самая фотография.

Тогда я хотел провалиться сквозь землю. А потом всё как-то забыл.

Говорят, боль забывается…

Наверное, моя память пыталась меня защитить.

Хотя, возможно, именно в этом была её ошибка.

Когда видео закончилось, в кабинете воцарилась гробовая тишина.

Эномото-сан выглядела довольной.

…Только что она краснела до ушей, а теперь сияет. Где у неё вообще граница стыда?

Из коридора донёсся приглушённый смешок:

— Пфф-бу-ха-ха!

Скорее всего, это Макисима. Пришёл проверить, сработала ли его идея с фото.

Я стоял на коленях, морально уничтоженный.

Будто конец света наступил только для меня.

А Химари…

— …Ю.

Она встала передо мной.

Её голос был тихим.

Пока я покрывался холодным потом, она мягко произнесла:

— Прости, ладно? Похоже, я всё неправильно поняла. Ты не тот, кем я тебя представляла. Ты и Эно-чи — вы не виноваты. Теперь я это понимаю. Ю, правда…

— ?!

Я поднял голову. Химари тоже.

Да, всё это было недоразумением.

Она чуть было не устроила катастрофу…

Но теперь моя невиновность доказана.

Мы с Эномото-сан просто дурачились, как друзья. И ничего больше.

Да! Именно этого я и добивался!

— Химари!

На мой зов Химари прищурилась, будто отвечая.

Как солнечный свет сквозь призму…

С улыбкой, как у лесной феи она произнесла:

— Отвратительно.

С сияющей, как у победителя улыбкой, Химари взяла сумку и покинула кабинет.

Эномото-сан, довольная выполненной миссией, подняла трубу и тоже вышла — наверное, обратно на репетицию.

Макисима куда-то испарился.

А я…

Я остался один.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

Следующее утро.

Я прохожу через школьные ворота, чувствуя неожиданную бодрость.

Ах, как же здорово быть живым. К тому же я могу делать украшения!

Что ещё нужно для счастья? Честно говоря, большего и не пожелаешь.

В это ясное утро я ставлю велосипед на парковку и направляюсь к школьному зданию.

Эта спина…

Ошибки быть не может.

Моя суженая, моя возлюбленная — Химари.

Увидеть её с утра — настоящая удача. Конечно, мы бы встретились и в классе, но такая случайная встреча до начала занятий… это же судьба.

Нужно насладиться этим мгновением.

— Химари! Доброе утро!

Услышав мой голос, Химари обернулась.

Лёгким движением она убрала прядь волос за ухо и ослепительно улыбнулась.

— О, Мяу-Пиппи-сэмпай. Доброе утро♪

…Кто?

Кто такой Мяу-Пиппи?

Похоже, вчерашнее всё-таки было не сном.

Моё бодрое настроение мгновенно испарилось. С ноткой отчаяния я спросил:

— Ты… серьёзно пришла сюда только ради того, чтобы так сказать?

— А ты что, думал, я тебя ждала, Ю? Такой самодовольный Мяу-Пиппи? Фу, мерзость.

— Нет, ну… ты же обычно приезжаешь на машине. Ты не пошла бы сюда просто так, если бы не знала, что я езжу на велике.

— Иногда хочется выбрать в жизни длинный путь, понимаешь? Вот поэтому ты и не можешь перестать быть неудачником, который заполучил девушку и совсем потерял берега!

— А ты не можешь перестать придираться?! Ты же нарочно сюда пришла, чтобы надо мной поиздеваться…

Она что, тренер покемонов?

Обязательно бросаться на каждого с покеболом в руке?

Может, такая жизнь и весёлая, но я бы предпочёл спокойно стоять в спортзале и драться только с теми, кто сам пришёл.

Пока я бурчал, Химари вдруг сказала:

— Знаешь… я тут о многом задумалась.

— А?

Она опустила взгляд и, теребя пальцами, тихо произнесла с ноткой грусти:

— Ты ведь уже в том возрасте, Ю. Если к тебе ластится такая милашка, как Эно-чи… конечно, ты немного теряешь голову, да?

— Ну… после того видео мне не оправдаться. Но всё же я…

Химари покачала головой:

— Не надо, Ю. Я поняла.

— П-поняла что?..

У меня нехорошее предчувствие.

Похоже, она что-то не так поняла… И, судя по всему, «не так» — это мягко сказано.

Подтвердив мои опасения, она вдруг прикрыла глаза рукой:

— Ты ведь на самом деле любишь Эно-чи, да? Именно поэтому ты и вытворял с ней это «мяу-мяу», да?

— Чего?! О чём ты вообще говоришь?!

— Всё нормально, не переживай. Я уже приняла это.

— Идиотка! Не решай за меня! — я схватил Химари за плечи.

Её глаза были полны слёз, а голос дрожал.

— Я… не смогла удержать тебя, да?

— Хи-Химари! Это неправда! Я люблю только тебя! — выкрикнул я, забыв, что мы на территории школы.

Химари немного подняла взгляд и, будто ища подтверждения, прошептала:

— Правда? Только меня?

— Правда! А кого ещё?!

— А ты уверен? Ты же больше не сможешь наслаждаться грудью Эно-чи.

— Да я и не хочу! Мне плевать на грудь Эномото-сан!

— Разве можно так говорить?

— Конечно! Тот, кто считает, что всё очарование девушки в груди, — полный идиот!

— Понятно… — прошептала Химари и отвела взгляд, её щёки порозовели. Губы тронула лёгкая, счастливая улыбка.

Ах… мои чувства дошли до неё.

На мгновение я подумал, что всё потеряно, но, оказывается, с Химари можно договориться, если говорить откровенно.

На сердце стало тепло…

Подождите. Что-то здесь не так…

Плечи Химари дрожали. Она прикрывала рот, едва сдерживая смех.

…Так значит, это не было смущением?

Мне это знакомо…

В следующий момент Химари разразилась хохотом:

— Пфф-ха-ха-а-а! — она указала пальцем за мою спину.

Она будто говорила: «Смотри туда».

Я обернулся.

— ...

— ...

Позади меня стояла Эномото-сан. Её взгляд был холоден и пронзителен.

Она поправила сумку, и её внушительная грудь под тонким кардиганом слегка подпрыгнула.

…Против воли, я сглотнул.

Эномото-сан подошла ближе, глядя снизу вверх, ещё сильнее выпятив грудь вперёд.

— Хм-м-м?

— Эм… Эномото-сан…

— Хм-м-м?

— Эномото-сан?! Эта немая угроза — пугающая!!!

Она внезапно мило улыбнулась.

Такое с ней бывает редко — я даже немного растерялся…

И тут же её правая рука сверкнула, как лезвие ножа:

— Исправительный дружеский удар.

— Мы же в школе! Что ты делаешь? — получив точный удар в бок, я рухнул.

Как и ожидалось от Эномото-сан — точность, будто профи.

Она идеально попала в слепую зону, минуя мою рефлекторную защиту.

Идеальный удар…

— Хмф, — фыркнула Эномото-сан и зашагала прочь.

— Угх… — простонал я, протягивая руку к стоящей рядом Химари. — Хи-Химари, это уже слишком…

Но она безжалостно оттолкнула мою руку.

С сияющим выражением лица Химари рассмеялась:

— Не прикасайся ко мне, а то заразишь своими «мяу-микробами»♪

— …

Химари выглядела чересчур счастливой.

Ну и ладно. Я сам виноват, так что приму всё, как есть.

Завершив «миссию», Химари направилась к шкафчикам для обуви — абсолютно довольная.

Пока я уныло шмыгал носом, позади раздался голос:

— На-ха-ха. Весёлый у вас тут балаганчик, да?

Я обернулся. Макисима, обмахиваясь складным веером, подошёл с довольной ухмылкой.

— После всего, что произошло за лето, ты, похоже, окончательно перешёл на нашу сторону. Добро пожаловать, «Мяу Первый».

— Заткнись! Это всё из-за твоей идиотской подставы!

— Какое необоснованное обвинение. Разве это произошло не из-за тебя? Скрытность — плохо. Рано или поздно всё вскроется, так что я просто ускорил процесс.

— Ты точно кайфуешь от происходящего!..

Макисима пожал плечами:

— Веришь или нет, но сам я тоже в тупике. Я ведь не ожидал, что Рин-тян вмешается и всё остановит. Честно, с этим мягкосердечным человеком одни проблемы.

— А может, тебе просто не стоило вмешиваться?

Разумеется, Макисима проигнорировал мою реплику и продолжил:

— Но знаешь, настоящий сильный человек не ноет о своей ситуации, а ищет, как обратить её в свою пользу.

— Я не собираюсь слушать твои пафосные монологи…

— Так вот, Нацу, небось тяжко тебе, когда тебя шпыняют девушки? Как опытный товарищ, я могу протянуть руку помощи.

Макисима протянул мне руку и с улыбкой сказал:

— На-ха-ха. Такой бардак, как у тебя? Я красиво разрулю его.

— …

Я уставился на его ладонь. Линия жизни у него подозрительно длинная.

Тяжело вздохнув, я слегка улыбнулся…

И хлопнул его по руке:

— Всё. Мы больше не друзья.

— …

У Макисимы на виске дёрнулась жилка. Он натянуто улыбнулся и направил кончик веера на меня.

А глаза за этой улыбкой уже не смеялись.

— Если бы ты спокойно подчинился, я бы обошёлся мягко. Теперь не жалей о своих словах.

Провожая его взглядом, я вздохнул:

— Вот уж действительно… не понимаю, чего он вообще добивается?..

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

Утренний урок математики.

Одно только это слово — как предсказание худшего дня. Но этим утром происходило нечто ещё более удручающее.

Наш учитель математики, Сасаки-сэнсэй — в народе прозванный «умной гориллой», — с воодушевлением выводил формулы на доске.

— Итак, задачи на нахождение чисел x и y — это база, с которой вы будете сталкиваться всю жизнь. А то, что мы разбираем сегодня…

Он начал писать уравнения с синусами и косинусами аккуратным, почти каллиграфическим почерком.

Какая красота… Серьёзно, таким почерком впору восхищаться по телевидению, где его демонстрирует какой-нибудь утончённый каллиграф. Совершенно не вяжется с образом нашего сэнсэя.

— Первое, что нужно понять — это суть мнимых чисел. Важно не просто зазубрить «метод» решения, а уяснить их «структуру». Только тогда всё обретёт смысл.

Надо признать, объяснять ключевые моменты он умеет. Благодаря этому у него, кстати, весьма приличная репутация среди учеников.

Сасаки-сэнсэй красиво и уверенно выписывал на доске «мнимые числа». Если бы он так же преподавал классическую литературу… возможно, я бы даже влюбился.

— Почему важнее понимать структуру, а не метод? Потому что зубрёжка не задерживается в голове. Иными словами, даже в точных науках важна способность к анализу — так же, как и в гуманитарных.

Пока я с интересом слушал, на мой стол упал аккуратно сложенный листок бумаги.

…Я и так знал, от кого он, но всё же развернул.

На нём круглым, знакомым почерком было написано:

«Сэмпай Мяу-Пиппи☆ А вершина у этого треугольника похожа на ободок с кошачьими ушками, правда?»

Я покосился в сторону. Химари сидела с самым серьёзным видом, будто внимательно слушала урок.

Даже такой человек, как Мяу-Пиппи, не может молчать при таком хулиганстве.

Отвечать на бумажке было долго, поэтому я написал ей в Лайн:

«Слушай урок».

Как обычно, она прочитала сообщение за три секунды.

Разве она не должна злиться на меня? Определись уже, пожалуйста…

Пришёл ответ:

«Я и так всё поняла. Это тебе надо слушать, Ю».

«Тогда не отвлекай меня».

«Что? Я тебя чем-то отвлекала?»

«Не строй из себя дурочку. Ты повторяешь то же, что и Макисима…»

«Ты просто хочешь, чтобы я обратила на тебя внимание, раз так бурно реагируешь. (улыбка)»

Эй, да это же бумеранг в лоб! Но я не стал этого писать — только хуже сделаю.

«Эй, ну прости уже».

«Дело не в прощении».

«А в чём тогда?»

«Опиши в 100 символах, что чувствует девушка, увидев видео, где её парень милуется с другой. (5 баллов)»

«Это низкая оценка».

«В самый раз».

Моя жизнь ничего не стоит… Если так пойдёт дальше, она просто перестанет со мной общаться.

Я стал считать символы на пальцах и печатать:

«Увидела, что у него есть такая сторона, и влюбилась в него ещё сильнее. (100 баллов!)»

«Ноль. Абсолютный ноль. Если бы это был вступительный в Токийский универ, твоё заявление сожгли бы».

«Что?! Серьёзно?»

«Ты чего так напрягся? Ю, ты что, реально стал тусовщиком?»

«Ш-шучу я, конечно…»

Конечно шучу. Серьёзно… И понятно, что это не тот ответ, который она ждала.

Обычно в таких ситуациях пишут: «Я разочаровалась, увидев его таким» или «Теперь не знаю, как смотреть ему в глаза».

Но с Химари такой подход не сработает…

Хм.

«Я… просто завидую, что он сыграл с другой раньше, чем со мной…»

«…»

Ответа нет?

«Эй? Это была шутка, честно! Неужели ты восприняла всерьёз?»

«Ю, ты провалился. Провал всей жизни».

«Что?!»

Химари-сан? Почему ты отвернулась, вся красная, и бормочешь: «Ох, нет…»? Это же твой обычный приём перед тем, как взорваться смехом, да?

Когда у неё покраснели уши, я понял — вот он, ключ к разгадке.

«Химари-сан, мне нужен совет».

«Что такое?»

«Если Химари-сан захочет, я стану её верным Мяу-Пиппи когда угодно».

«…»

«Так что, пожалуйста, не дуйся, ладно?»

«…»

Химари одарила меня долгим, абсолютно невозмутимым взглядом.

Я и сам не понимаю, что сейчас несу, но… это же Химари. Должно сработать.

Тем более, у меня дома висит в рамочке «Сертификат почётного участника Международной Ассоциации Химари».

…Хотя, кажется, такой организации не существует.

И вот приходит ответ:

«Ладно».

«Серьёзно?!»

Да! Наконец-то, всё разрешилось!

…Но радость была недолгой. Пришло новое сообщение.

«Но тебе придётся сделать «мяу-мяу» прямо сейчас».

…Что?!

Я чуть не поперхнулся. Сасаки-сэнсэй, обернувшись, посмотрел на меня с недоумением, но я сделал вид, будто ничего не произошло.

Когда урок продолжился, я снова посмотрел в телефон.

«Нет-нет-нет, Химари-сан».

«Нет-нет-нет, Ю-кун».

«Ты же шутишь, правда?»

«Делай».

«А, ты имеешь в виду — в чате?»

«Де-лай. (^_^)»

Чёрт… Химари зловеще улыбнулась и беззвучно прошептала: «Де-лай, де-лай».

Ты мстишь за то, что я тебя раскусил тем сообщением!

Хотя вообще-то я не виноват…

Бесполезно спорить. Если Химари что-то вбила себе в голову — её уже не переубедить.

Каждый ученик по-своему был поглощён уроком: кто-то внимательно слушал, кто-то еле успевал писать, кто-то укнулся лицом в парту.

Но одно было ясно — никто не сможет проигнорировать, есля я скажу «мяу-мяу» прямо здесь…

…Прямо сейчас? Мне серьёзно надо это сделать?..

К счастью, моя парта у окна, в самом конце.

Никто сейчас на меня не смотрит. Воспользовавшись этим, я молча сложил руки в виде кошачьих лап и начал ими вертеть, показывая Химари. И каков её вердикт?

«Хи-хи. Я не слышу голос Ю».

Ну, я так и знал. Нет, правда, я знал! Сердце вот-вот выпрыгнет. Разве я не заслуживаю хоть каплю жалости?

Но выбора нет. Придётся мяукнуть вслух. А чтобы это сделать — мне понадобится кое-что важное.

Наблюдательность.

Во время поездки в Токио, на выставке группы Тэнмы-куна, я кое-чему научился. Одна из участниц, Санаэ-сан, была настоящим мастером по анализу людей. Она с первого взгляда понимала, кто заинтересован в её украшениях, и успешно продавала их. Тогда я перенял у неё один приём. Сработало лишь однажды, но сейчас… сейчас он мне жизненно необходим.

Мои цветы… Дайте мне силы и смелости!

Я начал внимательно осматривать класс. И заметил кое-что: Сасаки-сэнсэй периодически громко кашлял. Если подгадать момент, мой тихий голос может затеряться в шуме. Когда он заканчивает писать, дважды стучит мелом по доске и тут же кашляет.

Не верится, что я это подметил… Может, я и правда гений?

Теперь главное — выбрать момент… Я справлюсь!

Сасаки-сэнсэй начал решать задачу, вычерчивая аккуратным почерком треугольник. Я сосредоточился. Мои чувства обострились до предела. Все звуки исчезли, будто я остался один в этом мире. Я не отрывал взгляда от его руки. Остальные ученики будто растворились.

Я смогу. Я точно смогу.

Почти… Почти… Сейчас!

Как только Сасаки-сэнсэй закончил писать, я принял кошачью позу. Мел дважды ударил по доске, и в этот момент он шумно прочистил горло…

Сейчас!

Вертя кистями, я прошептал:

— Мяу-мяу.

Успех! Мой тихий шёпот заглушил звук кашля и мела. Никто ничего не услышал. Я довольно усмехнулся… и тут моё сердце ёкнуло.

Почему Сасаки-сэнсэй смотрит прямо на меня?

Он повернулся к классу:

— Итак, эта задача…

И его взгляд точно совпал с моим.

— …

— …

Тишина. Густая, как морская бездна. Сасаки-сэнсэй глубоко вздохнул и молча указал на меня. Потом — на доску:

— Решай это уравнение.

Его взгляд ясно говорил: «Ты же знаешь, что будет, если не справишься, да?»

…Сэнсэй, разве можно так смотреть на ученика?

Я краем глаза посмотрел на Химари. Она прятала лицо за учебником, дрожа от сдерживаемого смеха.

Бесполезно.

Выдохнув, я сдался:

— Простите… Я прослушал.

Сасаки-сэнсэй мило улыбнулся. Очень мило. Но на виске у него пульсировала вена.

— Нян-таро[1]. В учительскую после обеда. Понял?

[1]: «Нян-таро» — уничижительное прозвище, где «таро» (типичное мужское имя) добавляет оттенок «простака».

— …Да.

Одноклассники зашептались:

— Нян-таро?

— Что случилось?

А я пытался понять, где же ошибся.

В Токио мои цветочные аксессуары меня поддерживали. Я думал, что и сейчас всё пройдёт успешно.

Но я допустил одну роковую ошибку…

…Забыл, что здесь у меня нет союзников-цветочков.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

Обеденный перерыв. Учительская.

Я сидел перед Сасаки-сэнсэем, тихо шмыгая носом. Нет, не потому, что он на меня накричал. Просто… осознал собственную глупость.

— Ну? Чем ты занимался на моём уроке?

— Эм… даже не знаю. Сам толком не понимаю.

Если попытаться спокойно всё обдумать… Что вообще на меня нашло? Сейчас, оглядываясь на весь этот идиотизм, я испытывал только стыд и злость на самого себя.

Похоже, сэнсэй это понял — больше он меня не отчитывал. Такой добрый человек…

— Нацумэ, я ведь думал, что ты серьёзный парень. Неприметный, но старательный…

— Простите…

После нотации он наконец отпустил меня.

Сасаки-сэнсэй открыл окно, впуская в кабинет тёплый полуденный ветерок. Комната будто стала чуть светлее и уютнее.

— Кстати, Нацумэ. Слышал, ты собираешься заняться аксессуарами на школьном фестивале?

— А? А… да…

Ах да, я же уже подал заявку.

— В этом году я бы хотел не просто выставку, а настоящую продажу устроить.

— Хм… логично.

— Нельзя?.. В средней школе я прикрывался тем, что «прибыль пойдёт на благотворительность»…

— Ну, чисто технически, личная торговая деятельность на школьных мероприятиях запрещена. Так что, если хочешь этим заняться, придётся придумать какое-нибудь официальное обоснование. Ты ведь не собираешься зарабатывать на этом?

Прямо в лоб, но по делу. Даже помогло прояснить в голове, чего я на самом деле хочу.

— Нет. Скорее, мне хочется набраться опыта… для будущего.

— В таком случае возражений нет. Остальные кружки тоже работают в тех же рамках. Такие мероприятия как раз и существуют для личностного роста учеников. Саму идею я не осуждаю, но…

Сасаки-сэнсэй слушал внимательно, с серьёзным лицом. Пусть он и не был нашим куратором, но за нас он явно переживал.

Я даже невольно восхитился тем, какой он чуткий человек.

Он лишь пожал плечами и добавил:

— Только смотри, чтобы не было проблем, ладно?

— Понял.

До школьного фестиваля оставалось меньше двух месяцев.

Конечно, ситуация с Химари была важной… Но мне пора сосредоточиться и на своей деятельности как «You».

Тем более, в этом году у меня есть конкретная цель. Фестиваль — отличный шанс применить на практике всё, чему я научился на выставке Тэнмы-куна: оформление, продажи, организация. Обычно я продавал украшения через интернет, а здесь — настоящая живая торговля. Я просто обязан выложиться по полной.

Не думал, что смогу так скоро применить уроки, вынесенные из поездки в Токио…

Сердце билось чуть быстрее обычного, а мысли уже унеслись вперёд — к грядущему фестивалю.

В тот момент я ещё верил. Не сомневался ни на секунду.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

Обеденный перерыв.

Вместо того чтобы идти в кабинет естественных наук, я решила пообедать с девочками из другого класса. Мы уселись за одной партой и болтали на типично девичьи темы.

— Слышали? В торговом районе открылся новый ресторан пасты! Говорят, просто шикарный! Его открыл какой-то шеф-повар, учившийся за границей. Да, дороговато, но там всегда аншлаг. Очень рекомендую!

Две мои сотрапезницы дружно закивали:

— О-о-о…

Одна из них — Очки-тян, второгодка из духового оркестра. Она была кем-то вроде лидера среди сверстников. Всегда энергичная, похожая на заботливую и весёлую старшую сестру. Она любила пошлые шуточки — на этой почве мы и сдружились.

Вторая — Косички-тян, тоже из оркестра. Она без ума от исторических дорам и очень привязана к бабушке. С виду — тише воды, но на деле настоящий фейерверк. Даже называет себя «сэсся»[2].

[2]: Сэсся (せっさ) — это японский сленговый термин, описывающий игривое, часто нарочито агрессивное поведение между близкими друзьями или романтическими партнёрами.

Очки-тян с досадой вздохнула:

— Эх… Только вот повода поехать в торговый район нет.

— Ага, там половина магазинов уже закрылась. У моего брата из-за этого стресс — он работает над программой по спасению города от вымирания.

Подо мной шевельнулся стул. Я сделала вид, что ничего не заметила, и продолжила есть омлет. Он пропитался бульонным ароматом, как же вкусно...

— Я туда только на фестивали хожу. А так проще в «Эон» — ближе и удобнее.

— Вот именно. Проблема-то, по сути, в расположении.

— Со всех сторон горы. С самого начала торговый район у подножия гор строили.

— А может, всё из-за храма? Большой же. Город, наверное, вокруг него и вырос?

— Возможно… если подумать, логично звучит.

Стул снова задвигался, будто в знак протеста. Но девочки не заметили и продолжили разговор.

— О, кстати! Там, возле десятой трассы, ведь что-то строят?

— А, ты про тот пустырь?

— Да, где раньше был зал игровых автоматов. Интересно, что там будет. Инудзука-сан, ты не знаешь?

— Говорят, «Юникло»[3] откроется.

[3]: Юникло (Uniqlo) — японская розничная сеть повседневной одежды.

У девочек округлились глаза.

— Вау, круто!

— Но разве для одного «Юникло» нужно столько места? Остальное пойдёт под парковку?

— Мой брат говорит, там будет целый торговый комплекс. Со «Старбакс»[4] и заведением с острой лапшой!

[4]: Старбакс (Starbucks) — американская компания по продаже кофе и одноимённая сеть кофеен.

— Прям как в большом городе!

— Сие захолустье наконец обретёт черты цивилизации!

Мы дружно закричали:

— Это будет шикарно!

Но мой стул вновь задвигался. Я не выдержала:

— Эй, Эно-чи, ну хватит уже вертеться!

Эно-чи, на коленях у которой я сидела, холодно посмотрела на меня:

— …Хи-тян. А почему ты ешь у меня на коленях?

Я лукаво усмехнулась:

— А как же иначе? Хочу быть поближе к любимой Эно-чи! Нас тут четверо, за партой тесно. Гениальное решение, правда?

— …

— Могя-я-я!.. Эно-чи, Эно-чи! Не щипай меня за мои нежные ручки! На моей бесценной коже останутся следы! Подожди-ка… Если это будет след от Эно-чи… это даже приятно…♡

— …Хи-тян. Это отвратительно.

Честные оскорбления, словно копьё в сердце.

Вот она — истинная Эно-чи!☆

— Так я есть не могу…

— А чего сразу не сказала? Я тебя покормлю!

Я взяла черри из её бэнто, поднесла к её рту и сказала:

— А-а-ам!

Эно-чи нахмурилась и закрыла рот рукой:

— Хи-тян. Я сама поем… ах!

Наши руки соприкоснулись, а томат выскользнул из палочек и приземлился…

Прямо ей в вырез. Как мячик, угодивший точно в лунку.

Повисла тишина.

— Ах…

Я покраснела, прикрыв рот рукой.

— Э-Эно-чи… это уже чересчур… пикантно, не находишь?

— Это всё из-за тебя, Хи-тя-я-ян!..

— А-а-а!

Железный коготь впился мне в бок, и я взвыла на весь класс.

Тем временем подруги Эно-чи мгновенно заслонили нас от посторонних взглядов.

А сама Эно-чи невозмутимо вытащила помидорку и положила на крышку от бэнто.

Как грациозно… и как соблазнительно.

— Помою потом и доем.

— Тогда я…

Ай! Шутка! Шутка же! Даже я не настолько извращённая, чтобы есть помидорку из её выреза! Пу-ха-ха…

Так что… пожалуйста, не смотри так грозно?

— Хи-тян, может, простишь уже Ю-куна?

— Ни за что! Даже я, великодушная, на сей раз не могу простить этого. Видела его лицо, когда он «мяу-мяу» делал? Даже столетняя любовь остыла бы после такого!

Подруги Эно-чи переглянулись.

— Нацумэ-сан, конечно, даёт…

— Такой милый с виду, а по отелям с пышногрудой красоткой бегает.

— По рассказам — чистый ад. Тогда почему ты сидишь с Рион, как будто ничего не произошло?

— Вот-вот. Разве нормально так няшничаться с любовницей?

Эно-чи тихо пробормотала:

— Не любовница… а подруга…

Но девочки сделали вид, что ничего не услышали.

Я озорно улыбнулась, развернулась на её коленях, обняла за шею и захихикала как роковая женщина из фильмов:

— Сначала я злилась, да. Но потом подумала: ведь виновата не она. Виноват тот дурак со своим «мяу-мяу».

— Хи-тян. Слезь с меня.

— Мы обе пострадали от одного и того же парня. У нас одни и те же раны. Другими словами мы — товарищи по несчастью. Никто нас не поймёт лучше, чем мы сами.

— Хи-тян. Ты мне мешаешь.

Хе-хе, холодная, как лёд! Но я-то знаю — это лишь броня. Защита её доброго и ранимого сердца.

Вот почему я к ней и тянусь. Как к мокрому бездомному псу, которого приютила, даже если он кусается.

Кажется, мои слова тронули Эно-чи. Её «колючесть» пропала, а взгляд увлажнился.

О, кажется, сработало?

Точно такой же взгляд бывает у парней, умоляющих меня о поцелуе…

В моей голове — воображаемый зал суда. Ангел и демон спорят.

Ангел нежно поднимает руку:

— Любовь между девушками — это неправильно!

Демон, зевая:

— Устаревшие предрассудки. Мы живём в новом веке. Думай шире.

— Но это же школа!

— Да-да, Ангел-чан вся такая правильная.

Демон подходит к ней, поднимает подбородок и, глядя в глаза, шепчет:

— Проверим на собственном опыте?..

— Э-э-э?!

Ангела повалили. Суд окончен.

Я распахнула глаза.

Пора действовать!

Положив палец на её губы, я прошептала:

— Эно-чи, тебе ведь больше не нужны парни? Девушки — куда лучше, согласись?

— Хи-тян…

Её дыхание стало горячим.

…Ой, кажется, я сама завелась.

Не-не-не, так нельзя! Если мы тут и вправду займёмся… этим… я стану полной извращенкой!

Но, если подумать, какая разница? Мы с Эно-чи — пара богинь. Да это же эстетическое наслаждение! Можно картину писать! Мир воцарится на земле, глобальное потепление остановится — вот какой это уровень божественной гармонии.

Я потянулась к её губам…

И, конечно же, получила железный коготь!☆

Могя-я-я?!

Я с воплями свалилась с её колен.

Эно-чи встала:

— Хи-тян! Хватит уже!

— У-у-у, Эно-чи, ну ты и злюка.

Тьфу, не вышло.

Чтобы избежать кары, я сделала вид, что вот-вот расплачусь.

Потом попыталась украдкой коснуться её груди — и тут же получила по руке.

Я надулась, схватила пустую коробочку и, показав язык, заявила:

— Ну и ладно! Даже если ты потом пожалеешь, я уже буду в объятиях другой девушки!

— …Хи-тян, и как тебя только считают примерной ученицей?

Я просто выбираю, кому показывать своё настоящее лицо. Это называется баланс. Я — умная женщина.

Собрав бэнто, я потянулась:

— Ладно-ладно. Раз даже Эно-чи просит, прощу Ю. Он ведь всё-таки «мяу-мяу» сделал как надо.

— Вот бы ты сразу так сказала… Стоп, «мяу-мяу»?

— Ага. Я ему сказала: «хочешь прощения — делай “мяу-мяу”». И он сделал. Прямо на уроке математики у Сасаки-сэнсэя!

— Это вообще нормально?

— Хе-хе. Его тут же вызвали в учительскую.

— Хи-тян...

— Пу-ха-ха! Иногда отношения нужно начать с чистого листа. К тому же скоро фестиваль. Так что сегодня после школы я иду в «Эон»!

— Угу, — Эно-чи вздохнула и потянулась за чаем. — Только Ю-куна не мучай, ладно?

— Ничего не обещаю.

Пока она что-то ворчала, я вышла из класса, размахивая сумкой и допивая свой йогурт.

Ну и ну.

Без меня Ю никуда. Но пока я рядом — всё будет хорошо!

На фестивале думай только обо мне, понял? Иначе — не прощу♪

…Вот о чём я тогда беспечно размышляла.

Перевод: ZAK

В ТГК вся информация и новости по тайтлу: https://t.me/AngelNextDoor_LN

На Бусти на 15 глав больше, чем тут и в ТГК: https://boosty.to/godnessteam

Поддержать переводчика:

Тинькофф https://pay.cloudtips.ru/p/84053e4d

Бусти https://boosty.to/godnessteam