Внезапно раздался голос молодого человека позади них. По тону голоса Тацуми мог сказать, молодой человек должно быть старше его... но ненамного, наверное, ему около двадцати лет.

В ответ на голос обернулась та, чьё имя было названо — Кальцедония. Тацуми начал оборачиваться с небольшой задержкой. Пока Тацуми, идущий немного позади Кальцедонии, оборачивался, он заметил улыбку на её лице. Как-будто заинтересованный её действиями, Тацуми обернулся. Перед его глазами предстал молодой человек.

Молодому человеку двадцать с небольшим лет. Рост превышает сто восемьдесят сантиметров, тощий, но с хорошо сложенным телом. Он одет в металлическую броню, так называемые пластинчатые доспехи, на его поясе висит меч. Волосы ярко-красного цвета, подстрижены в короткую довольно стильную и подходящую ему причёску. Его пара красновато-коричневых глаз ласково смотрела на Кальцедонию, стоящую за Тацуми.

«Вау, он выглядит как принц или герой из сказки!» Такое первое впечатление сложилось о нём у Тацуми.

— Ох, Морга. На сегодня обучение рыцарей клириков закончено?

— Да. Сегодня я тоже хорошо поработал.

— Ох! Не ты ли выжал всех остальных рыцарей клириков досуха?

Из их разговора Тацуми понял: они очень близки друг к другу. Дабы не мешать их разговору он немного отодвинулся в сторону коридора. Отходя, он наконец-то понял, что ранее он уже слышал, как Кальцедония упоминала имя «Морга».

«Ах! Дворянин, с которым мы сегодня встречались, упоминал его. Если я не ошибаюсь, ходят слухи что они с Кальцедонией любят друг друга... И вроде его прозвали «Рыцарем Свободы».»

Пока Тацуми пытался вспомнить разговор с Кашином, молодой человек, Морга наконец-то повернулся к нему.

— Кстати, Кэлси. Кто этот человек? Он носит довольно необычную одежду... возможно он прибыл в Храм из другой страны?

— Ох нет! Я почти забыла... мне очень жаль! — разговаривая, она игнорировала Тацуми, осознав же она повернулась к нему и глубоко поклонилась, — Позволь мне представить его. Молодого человека рядом со мной зовут - Морганич Тиикёрз. Он один из рыцарей клириков, связанных с нашим Храмом Саваив, а также он экзорцист, как и я.

— Э? Как Чиико...?

— Да. Я и Морга всегда выполняем наши задания по проведению ритуалов экзорцизма вместе. — посмеялась Кальцедония, взглянув на Морганича.

Морганич тоже мягко улыбнулся, смотря на Кальцедонию. “Они выглядят как одна из тех звездных пар”, — неуместно подумал Тацуми. Но всё же, в глубине своего сердца он почувствовал небольшое покалывание. Пока Тацуми находился в замешательстве от такого чувства, Морганич подошёл к нему.

— Как и было сказано, я — Морганич. Приятно познакомится гость из другой страны. — заявил он, протянув правую руку.

В этом мире тоже существует рукопожатие? Размышляя, Тацуми взял протянутую руку и пожал её.

— Мне тоже приятно познакомится, надеюсь мы поладим. Я… нет, меня зовут Ямагата Тацуми... Хм, хотя думаю, мне лучше представиться как Тацуми Ямагата?

Ранее Кальцедония представила Тацуми Кашину как "Тацуми Ямагата". Похоже в этой стране, как и на западе представляясь, они ставят свои имена перед фамилией.

— И так, что привело Милорда Тацуми в нашу страну? Как я вижу, Вы здесь с Кэлси, значит, Вы направляетесь на встречу с Его Святейшеством Хризопразом?

В Храме все знали о том, что Кальцедония приёмная дочь Джузеппе. Обычно, Кальцедония лично сопровождала гостей, направляющихся именно к Джузеппе.

— Э? Эмм... Его Святейшество Хризопраз... в смысле Милорд Джузеппе, да?

— Да, правильно. — кивнув, ответила с улыбкой Кальцедония на вопрос Тацуми.

Они просто обменялись случайными фразами, но такой разговор очень сильно потряс Морганича. Джузеппе Хризопраз человек, стоящий на вершине всех верующих в учение Доктрины Саваив, не только Королевства Ларгофили, но и всего континента Зосалайт. Но Тацуми произнёс его имя, как будто он просто его знакомый. Так как он Верховный Жрец учения Доктрины Саваив, его авторитет никак не меньше правителя целой нации.

И этот мальчишка произнес имя Джузеппе в такой дружеской манере. Да кто он чёрт побери?!

Кроме того, ещё одна мысль в уме Морганича отягощала его. Дело в очень нежном отношении Кальцедонии к этому мальчику... нет, у него сложилось такое ощущение, будто она готова прислуживать ему как горничная. Хоть она и приёмный ребёнок, но всё же она родственница Верховного Жреца Доктрины Саваив.

И в Королевстве Ларгофили Кальцедонию называли «Святой Девой» Храма Саваив, и «Святая Дева» вела себя очень покорно перед этим мальчиком, так как будто она ему действительно прислуживает. И ещё больше, её выражение лица явно было восторженным. Будто её счастье — в служении этому мальчику.

Отношение Кальцедонии к этому мальчику всё же тяготило ум Морганича. Безусловно, Кальцедония такой человек: она добра ко всем. Но строго лишь в качестве жрицы, служащей в Храме, и не более того. Она не хотела сближаться с людьми одного с ней пола, а тем более с кем-то противоположного ей пола. Из мужчин она поддерживала близкие отношения только со своим дедушкой и несколькими верховными жрецами из Храма, знавших её с детства.

Но учитывая разницу в возрасте, она действительно не рассматривают их как представителей противоположного пола. И из всех мужчин близких к Кальцедонии по возрасту, Морганич был ближе всех к ней; он тайно возгордился этим фактом.

По сей день Морганич множество раз объединялся с Кальцедонией во время выполнения их обязанностей на заданиях по экзорцизму. Когда дело доходило до заданий, уже множество людей признало их двоих как очевидную пару.

Во многих случаях обычные Охотники на Монстров и Экзорцисты из Храма выполняют задания вместе. На разных заданиях они могут столкнуться с различными сильными противниками: монстрами или демонами. В таких случаях, более разумно столкнуться с ними в многочисленной группе, нежели в одиночку.

Но даже среди охотников и Экзорцистов есть люди, предпочитающие работать в одиночку. Такие люди либо обладают великой силой, либо они плохи в общении с другими, или же просто чудаки.

Прошло много времени с тех пор как Морганич и Кальцедония стали Экзорцистами, но в тоже время они всегда работали вместе. Порой, для достижения цели, они должны были провести несколько дней в пути. Временами, когда они выслеживали злобных монстров и демонов, вместе им приходилось ночевать в дикой местности: в палатке под открытом небом. По началу они минимально общались друг с другом, но так как количество заданий и запросов, которые они выполняли вместе выросло, расстояние в их отношениях также начало сокращаться. Сражаясь вместе, рискуя своими жизнями, постепенно они открылись друг другу. Сперва они были неловки друг с другом, но после множества сражений, пройденных вместе, их уверенность друг в друге начала расти, и они начали доверять друг другу.

Морганич безусловно гордился этим фактом. Хотя и приёмная, но она дочь Верховного Жреца Доктрины Саваив. Каждый день ей поступала гора предложений о браке.

К счастью, Джузеппе не собирался использовать её как инструмент в политических делах. И самым близким к Кальцедонии мужчиной был Морганич. Слух о том, что они любовники, стал довольно распространённым. И, так как они выполняли задания вместе, этот слух укрепился ещё сильнее. И в самом деле, Морганич начал думать о Кальцедонии, не как о простом товарище по работе.

Хоть её и звали «Святой Девой», она не отличалась от обычной девочки подростка.

Он влюбился в её доброту; она протягивала руку помощи каждому нуждающемуся. В её невинность: каждый раз столкнувшись с провалом, она цокала языком от досады. И больше всего, в её поистине лучезарную улыбку, скрывающуюся под фальшивой. Моргранич, как мужчина, стал видеть Кальцедонию, как женщину.

— Вчера я не смог нормально поговорить с тобой. Его Святейшество вызвал тебя, но... теперь, если задуматься, тебя не было видно в последнее время, — в сердце Морганича начали расти сомнения; он вновь повернулся к Кальцедонии.

— Да. По распоряжению моего дедушки, я встречаю Милорда Ямагату.

О призыве Тацуми в этот мир Кальцедонией знали лишь она и Джузеппе.

Люди знали о существовании ритуалов Призыва, но ныне никто не мог осуществить их. Правильнее будет сказать, ныне они стали чем-то вроде легенды или мифа. Если бы люди узнали, что Кальцедонии удалось совершить ритуал призыва, то наверняка разразится огромный скандал.

Конечно, нет никаких гарантий, что Кальцедонии вновь удастся добиться успеха, если ей вновь придётся ещё раз совершить ритуал призыва. Кроме того, Кальцедония не уверена, сможет ли она призвать кого-нибудь другого кроме Тацуми.

Успеха удалось добиться потому, что призывала именно Кальцедония, и призывала она именно Тацуми. Благодаря этим двум условиям у неё получилось.

Из-за выполнения ритуала призыва она фактически изолировала себя в подвале Храма, но для всех, для отвода глаз, Джузеппе, якобы поручил ей приветствовать его гостя. Но опять же, причина отсутствия Кальцедонии не так уж и неточна. Именно потому, что Кальцедония приветствовала Тацуми, он смог попасть в этот мир. (п.р. не нравятся мне знаки препинания, но вроде все правильно. Если кто объяснит мне, что здесь не так, я буду рад ^_^)

— Вот как? Ах, прошу прощения. Так ты вместе с гостем направлялась в кабинет Его Святейшества. Извиняюсь, я задержал Вас Милорд Ямагата.

— Нет, я не возражаю. И если хотите, то можете звать меня Тацуми.

— Понял, Милорд Тацуми. Тогда и Вы можете звать меня Морга. — сказал Морганич с улыбкой.

Но в его красно-коричневых глазах Тацуми заметил свет других эмоций. Морганич поклонился, развернулся и ушёл.

Тацуми смотрел в спину уходящему Морганичу с немного наклонённой на бок головой. Он думал о странном, пристальном взгляде Морги; о взгляде, которым он только что одарил его. Тацуми не смог понять, какой смысл был вложен в его последний взгляд.

— Что-то случилось Хозяин?

— Хах? Ох, нет, ничего такого. Ты мне лучше скажи, за что Моргу прозвали «Рыцарем Свободы»? Почему «Рыцарем Свободы»?

— Я удивлена, Хозяин знает его прозвище... Ах, если подумать, Милорд Санкарей упоминал его.

Обдумывая что-то, Кальцедония наискось бросила несколько взглядов на Тацуми, потом она начала объяснять, что значит «Рыцарь Свободы».

По своей сути Рыцари, это люди служащие под своими Повелителями: Королю и Королевству. Они присягают на верность своему Повелителю и в буквальном смысле становятся для него мечом и щитом. Они должны обладать чистым умом и крепким телом, поэтому они постоянно работают над собой. Из-за своего доблестного, отважного и великолепного естества, они очень популярны среди женщин и детей. Несомненно, все рыцари соответствую перечисленным качествам и, если кто-нибудь спросит: «кто такой рыцарь», скорее всего они услышат ответ, подходящий под это описание.

Но рыцари свободы — свободные рыцари; они никому не служат. Пока у них нет Повелителя, пока они не служат ему, они служат слабым и немощным людям Королевства. В Королевстве Ларгофили таких людей называли «Рыцарями Свободы».

Но конечно не каждый может стать рыцарем свободы. Как уже упомянуто ранее, Рыцари служат своему Повелителю. Взамен своей службы они получаю жалование на свои житейские нужды. Следовательно, Рыцари никому не служащие, оставались без стабильного дохода. Для жизни в обществе нужен хоть какой-нибудь доход. Поэтому обычно свободные рыцари сталкивались с денежными трудностями.

Как правило, остальные видели Рыцарей великолепными и отважными фигурами, но «Рыцари Свободы» не выглядели так. Следовательно, вне зависимости от чего-либо, люди думали о них, как о незамысловатых и невзрачных людях. Из-за этих причин, на сегодняшний день лишь несколько человек называли себя «Рыцарями Свободы». Хотя, по факту, в первую очередь никто самостоятельно не стремится стать «Рыцарем Свободы».

Выслушав описание «Рыцаря Свободы», Тацуми подумал, что по описанию они ближе к обычным героям, нежели рыцарям.

— До сих пор, ради слабых Морга победил множество монстров и демонов. Он никогда ничего не просил взамен. Единственная причина его действий, это люди, попавшие в беду. Конечно, за выполнение официального задания или запроса из Храма он получает вознаграждение. Но он наверняка будет действовать даже если запрос или задание не поступит в Храм. В связи с этим фактом он в прямом смысле слова стал «Рыцарем Свободы».

— ... И когда он сражался ради слабых, Чиико всегда была с ним и помогала ему?

— ... Да... Верно... Я тоже как жрица Храма... и его друг... всегда помогла ему, но... Но!!! — Кальцедония вдруг обернулась и решительно посмотрела на Тацуми. — Я-, Я помогала ему как друг, только как друг!!... Я ни-, ни разу не думала о нём как... как говорят в тех... слухах... на самом деле всё не так, они ошибаются! Тот, кто мне нравится... — лицо Кальцедонии покраснело и приобрело отчаянное выражение.

Тацуми смог понять, что пыталась сказать ему Кальцедония. Она говорила о слухах о «Святой Деве» и «Рыцаре Свободы» упомянутых ранее Кашином. Тацуми просто улыбнулся и сказал:

— Хорошо, понял. Слухи лишь только слухи и ничего больше.

— Д-, Да...!! Хозяин, ты веришь мне...?

— Конечно, я верю тебе. — сказал Тацуми и погладил Кальцедонию по голове; она мило прищурила свои глаза.

— И-, И вообще, нам стоит поторопиться и уже сообщить обо всём господину Джузеппе.

— Да!! — Кальцедония радостно сплела свою руку с рукой Тацуми, также как, они шли в городе, и они направились дальше.

В тот момент Тацуми больше не ощущал того колющего чувства в своём сердце.