Том 7. Глава 15: Тем временем где-то в совершенно другом месте чихнул Сириел Эшли

Матч по шахматам между Академией Серендиа и Минервой уже близился к концу: среди первых игроков победила Моника, а между средними — Минерва. Итого: одна победа и одно поражение. Победитель будет определён в последнем, решающем матче между капитанами.

Матч между капитанами подходил к концу, но Лану больше волновала Моника, а не шахматная партия.

Вскоре после своего поражения Барни Джонс сбежал с площадки. Моника, скорее всего, отправилась за ним следом.

Лану беспокоило, что Барни может сорваться на Монику и снова наговорить ей гадостей.

В учительскую пошли также Сириел и Нил, что немного успокаивало Лану, но тревога всё равно оставалась.

Через некоторое время в зал вернулся Нил, но не на своё место — он поспешил к Феликсу, чтобы что-то сообщить ему.

— А где вице-президент Эшли?

Факт, что Сириел остался где-то там, и мрачное выражение лица Нила ещё больше встревожили Лану.

В этот момент как раз закончился матч капитанов. Победителем стал Эллиот Ховард. Академия Серендиа выиграла со счётом два к одному.

После матча должен был быть короткий перерыв, а затем должны были начаться партии между Палатой и Минервой, но…

Феликс встал и громко произнёс:

— Приношу свои извинения, что прерываю вас сразу после окончания игры. Мне нужно кое-что объявить.

На его лице не было обычной доброй улыбки.

— Я только что получил сообщение, что на территорию школы проник нарушитель.

Лана замерла от столь неожиданного заявления, впрочем, как и все остальные в зале. Тревога охватила каждого.

Словно пытаясь успокоить волнующуюся толпу, Феликс немного смягчил тон:

— Прошу вас, не беспокойтесь. Мы уже задержали нарушителя, а возле этого зала выставлена охрана. Однако, на всякий случай, я приказал охранникам проверить всю академию, поэтому прошу всех пока оставаться здесь.

После объявления Феликса все зашептались, но никто не паниковал, ведь их заверили, что они уже находятся под охраной.

Минутку! А как же Моника? Её сейчас нет в зале!

Как только Лана захотела что-то сказать, к их местам тихо подошёл Нил.

— Можете уделить мне минутку? — позвал он Лану, Клаудию и Гленна, а затем прошептал. — Мне сообщили, что мисс Нортон была на месте, когда обезвредили нарушителя.

— Что?!

Гленн уже собирался закричать, но Нил быстро прикрыл его рот своей ладонью. Похоже, в последнее время у него отлично получалось затыкать Гленна. Нил попросил быть тише и продолжил:

— К счастью, мисс Нортон не пострадала, но, думаю, она в шоке… не могли бы вы побыть с ней?

— Где сейчас Моника? — поспешила спросить Лана.

Ниль ответил шёпотом, чтобы никто другой не услышал.

— Она в лазарете.

⚚⚚⚚

По просьбе Нила Лана, Клаудия и Гленн выскользнули из зала в сопровождении охраны и направились в лазарет.

— Моника, ты там? — постучав в дверь медпункта, Лана заглянула внутрь.

Вместо школьной медсестры она увидела сидящую на стуле Монику.

…На Монике не было ничего, кроме мужского пиджака, а под ним — только нижнее бельё.

Лана тут же локтем вытолкнула Гленна за дверь, а затем захлопнула её, оставив внутри лишь себя и Клаудию. Она услышала крик Гленна: «Это подло!», доносившийся из коридора, но сейчас он её не волновал.

Моника, кажется, совсем не стеснявшаяся того, что Гленн увидел её в одном белье, лишь подняла глаза на Лану и небрежно сказала:

— А, Лана.

Лана быстрым шагом подошла к Монике и дрожащим голосом спросила:

— Моника, чей это пиджак?

— А? Сэр Сириел одолжил…

Лана схватилась обеими руками за голову и подняла её вверх:

— Вице-президент Эшли! Я, оказывается, ошиблась в нём!

— А? Л-Лана?..

— Что ещё хуже, как он мог оставить девушку в таком виде и уйти куда-то? Просто ужас!

Глядя на расстроенную Лану, Моника занервничала. Только невозмутимая Клаудия, взглянув на мокрую форму, висящую в углу, кажется, поняла, что произошло.

— Не думаю, что этот дурак решился бы на такое.

— Ну! Судя по её внешнему виду, я могу думать только так! — прокричала Лана с налитыми кровью глазами.

Клаудия указала на форму, висевшую в углу комнаты. Та удивлённо обернулась, когда Моника прошептала:

— Ну, в общем… Я промокла и мне стало холодно, поэтому я сняла форму, чтобы она высохла. Но я не знаю, как самой снять корсет… поэтому обрадовалась, когда увидела вас…

...

Лана какое-то время молчала, а затем повернула голову и серьёзными глазами посмотрела на Монику.

— Ты не ранена?

— Нет.

— Ничего не болит?

— Нет.

Моника несколько раз коротко кивнула, только тогда Лана присела и с облегчением тяжело вздохнула.

⚚⚚⚚

После того как Лана сняла корсет, Моника избавилась от мокрого нижнего белья и переоделась в простую пижаму, предоставленную лазаретом.

Она так сильно дрожала от холода, что даже взяла тонкое одеяло с кровати и закуталась в него. Тем временем Клаудия молча протянула ей оловянную кружку, чтобы та согрелась.

Моника с благодарностью приняла её и отпила немного, но тут же застыла и высунула язык.

— Экх, кх, кхм…

— Я добавила туда имбирь, перец чили и цедру цитруса. Они согреют тебя.

Смесь была приготовлена исключительно для того, чтобы согреть тело, но не для вкуса. Однако, по мере того как Моника пила, напиток действительно постепенно согревал её.

Она выдохнула, и Гленн, которому, наконец, разрешили войти в комнату, спросил:

— Так что там всё-таки произошло? Президент студсовета сказал о каком-то преступнике.

Моника задумалась, насколько подробно ей следует всё объяснить.

Очевидно, информация о нарушителе уже дошла до всех, кто находился в зале. Если всё так, то со временем все сведения, которые ей были известны, станут предметом слухов.

Думаю, я должна оставить в тайне то, что убийца был замаскирован под учителя Минервы.

Благодаря сообразительности Барни, Моника в этой ситуации считалась «случайной жертвой».

Убийца, вероятно, не подозревал, что его атаковали безмолвными заклинаниями. Так что, если Барни даст именно такие показания, Моника сможет спокойно продолжать жить в Академии.

Но было кое-что, чего Моника не понимала.

Почему Барни прикрыл меня?

Он так сильно её ненавидел, и насмехался над ней, когда узнал, что она притворяется обычной студенткой, говоря, как ей это не подходит. Но в итоге он солгал, чтобы не раскрыть её истинную личность.

«Будешь благодарна мне всю свою жизнь».

Но я благодарна тебе с самой первой нашей встречи, Барни.

Вздохнув, она начала объяснять:

— Ну, в общем, после того как я пошла за Барни… то есть, за капитаном Минервы в учительскую, я нашла его сражающимся с убийцей…

— Понятно. Так ты оказалась втянута в эту битву, да? Твоя одежда промокла из-за заклинания воды или чего-то подобного?

— Да, там было какое-то заклинание, чтобы обездвижить врага шаром воды…

Пока Моника объясняла, как промокла её форма, Клаудия смотрела на неё с непроницаемым выражением лица.

— Тебя попытались отравить на чаепитии, потом на тебя свалилась груда досок, а теперь столкнулась с убийцей… какая у тебя насыщенная школьная жизнь. Думаю, тебе стоит сходить в церковь и провериться, вдруг на тебе какое-нибудь проклятие.

— Ну…

Если не считать попытки отравления на чаепитии, последние два случая были связаны с покушением на Феликса. Как его телохранителю, ей было естественно находиться на месте преступления, но для постороннего всё выглядело так, будто ей просто крайне сильно не везёт.

Хотя Моника действительно считала себя немного… нет, сильно… или, возможно, невероятно невезучей.

Пока она в очередной раз размышляла о своём невезении, Гленн, некрасиво болтая ногами, пробормотал, сидя на стуле:

— Моника выиграла, но что же будет с шахматным турниром?

Лана кивнула на замечание Гленна:

— Конечно, его отменят. Сегодня выходной, так что всё не так плохо, поскольку в академию пришло не так много учеников, но завтра всё будет гораздо хуже, я думаю.

— Значит, и фестиваль тоже отменят?

На этот раз её лицо омрачилось.

— Фестиваль всего через четыре дня. Если за четыре дня до фестиваля произошёл подобный инцидент, его отмена, наверное, неизбежна…

Лана, ответственная за костюмы для спектакля на фестивале, была явно расстроена. Неудивительно, ведь все с нетерпением ждали праздника. Гленн тоже выглядел разочарованным и пожал плечами, сказав: «Думаю, так и будет».

Однако Клаудия неожиданно развеяла их опасения:

— Фестиваль состоится, как и было запланировано.

Она говорила не для того, чтобы подбодрить Лану и Гленна. Мрачный тон её голоса будто говорил о каком-то печальном факте. Но Гленн и Лана скептически отнеслись к её словам.

— Даже после покушения на Второго Принца?

— Думаю, ради безопасности принца фестиваль отменят.

Их слова были логичны. Однако Клаудия, раздражённая необходимостью объяснять, опровергла их сомнения:

— Герцог Крокфорд непременно заставит Академию провести фестиваль.

Герцог Крокфорд — один из самых влиятельных дворян, а также дед Феликса по материнской линии. Он руководил Академией Серендиа, и все знали, что Академия находится под его влиянием. Но неужели герцог заставит провести фестиваль, пренебрегая безопасностью Второго Принца, которого сам и защищал?

Опасаясь, Моника уточнила:

— Хм, ну… Герцог Крокфорд — покровитель Второго Принца, верно? Тогда безопасность Его Высочества должна быть главным приоритетом…

— Герцог Крокфорд не такой человек.

Моника никогда не встречала герцога лично, поэтому знала о нём лишь по слухам.

По словам Луиса Миллера, он был «безжалостным и амбициозным человеком, который не остановится ни перед чем для достижения своих целей».

— Держу пари, они просто усилят меры безопасности. А поскольку фестиваль станет «выходом в свет» Второго Принца, он обязательно состоится. Герцог Крокфорд обязательно поставит выход в свет выше безопасности принца… И Второй Принц не сможет отказаться, пока остаётся его марионеткой.

Второй Принц — марионетка герцога Крокфорда. Так сказала Кейси. Но почему-то Моника не могла отделаться от ощущения, что слово «марионетка» не совсем подходит Феликсу.

С беспокойством в груди Моника допила напиток, надеясь, что дрожь, прошедшая по спине, была вызвана простым холодом.

———