Том 7. Глава 4: Просьба Моники

После уроков, когда Феликс работал в кабинете студенческого совета, Эллиот и Моника одновременно вошли в комнату. Как оказалось, они были выбраны на шахматный турнир и кратко обсудили это с профессором Бойдом.

В совете, кроме Феликса, никого не было. Все остальные были заняты подготовкой к фестивалю, переговорами с внешними сторонами и встречами с руководителями различных департаментов. Напротив, Феликс ждал отчётов, и потому у него освободилось чуть больше времени.

И вот, он услышал хорошую новость: Эллиот и Моника были выбраны на шахматный турнир.

Феликс улыбнулся им:

— Рад слышать, что два наших члена совета снова выбраны в этом году. Удачи вам в представлении Академии. Я немного сокращу вашу нагрузку, пока не закончатся соревнования.

— С-спасибо...

С приближением школьного фестиваля члены студенческого совета, естественно, были очень заняты, но Моника всегда быстро справлялась с работой, а Бриджит, которая разделяла должность секретаря с Эллиотом, смогла бы заменить его.

Бриджит, хоть и талантлива сама по себе, оказалась весьма умелой в организации работы. Её способность контролировать руководителей департаментов, комитетов и представителей клубов была невероятна.

Феликс взглянул на Монику и Эллиота, обдумывая распределение обязанностей.

Моника как обычно сжалась, опустив взгляд, вертя пальцами. А Эллиот, казалось, стал в разы спокойнее.

Эллиот не был рад тому, что Моника, простолюдинка, стала членом студенческого совета, но его отношение к ней немного изменилось.

...Недавно поменял мнение Сириел, а теперь и Эллиот. Что-то произошло между ними и моей белочкой, о чём я не знаю?

В случае с Эллиотом, наверное, дело в шахматах. Изначально Феликс хотел порекомендовать Монике курс практической магии, но она выбрала шахматы. Если бы он был на год младше, то мог бы играть вместе с ней, думал Феликс, слегка разочарованный. В конце концов, он сам проходил курс шахмат в прошлом году.

— Насколько сильна белочка по твоему мнению, Эллиот?

— Чудовищно. Спустя всего лишь три партии она довела меня до ничьей.

— О?

Эллиот был выбран капитаном команды, и ничья с ним заслуживает похвалы.

Феликс вдруг что-то вспомнил, достал шахматную доску и комплект фигур из шкафа и повернулся к Монике.

— Как насчёт сыграть со мной? Всегда полезно сразиться против разных соперников перед турниром.

— Я-я-я-я... Не посмею... я... не хочу мешать вашей работе, Ваше Высочество.

— У меня есть немного свободного времени. Знаешь... если ты выиграешь у меня, я выполню одно твоё желание, что угодно.

Глаза Моники округлились из-за предложения Феликса. Её обычно тёмные карие глаза блеснули светом молодых листьев.

— Л-любое?..

— Да, — кивнул он, сдерживая волнение в груди.

Обычно Моника никогда не просила ничего у других. Она извинялась даже за просьбу одолжить перо.

И теперь эта самая Моника попросит у него что-то!

Что же именно?

…Может, книгу по математике?

Это вполне возможно, и Феликс не был против. В конце концов, как не захотеть наградить милого маленького питомца, когда он что-то просит?

Феликс вспомнил, как не так давно Моника пила горячий шоколад с Сириелом.

В последнее время его любимая белочка, похоже, довольно сильно привязалась к Сириелу. Она даже поменяла обращение с «Сэр Эшли» на «Сэр Сириел». А к Феликсу по-прежнему обращалась «Ваше Высочество»!

В общем, он дулся из-за того, что его любимый питомец привязался к кому-то, кроме него.

Что ж, если она попросит книгу по математике, пусть будет так.

Было бы интересно подарить ей какое-нибудь редкое издание, тогда она точно удивится.

С этими мыслями Феликс разложил свои фигуры.

Теперь ему нужно было проиграть, но так, чтобы никто из тех двоих не заметил этого.

⚚⚚⚚

— Шах и мат.

Феликс украдкой усмехнулся заявлению Моники.

...Хм-м-м...

Он и вправду немного схитрил, но Моника выиграла игру честно. Возможно, не стоило было играть с поблажками.

Я собирался сделать игру немного более напряжённой, но... ладно. Всё равно я хотел проиграть.

Пока Феликс размышлял об этом, Эллиот, наблюдавший за этим односторонним и подавляющим матчем, уставился на Монику, нервно подёргивая щеками.

— …Только сейчас понял, мисс Нортон… ты сдерживалась во время нашей игры на обеде, да?

От его слов Моника растерялась и замотала головой:

— Н-н-н-нет, я… я не сдерживалась!

Моника принялась отчаянно отрицать обвинения Эллиота…

— Я сделала всё, что могла, чтобы получить ничью!

…но сама же себя выдала.

— Я так и знал! Ты с самого начала нацелилась на ничью, и знаешь, что это? Это называется сдерживаться! — проворчал Эллиот.

Затем он сдавил правую щёку Моники и потянул её. Несмотря на худощавость, она натянулась сильнее ожидаемого.

Моника начала извиняться, оставаясь с такой же сжатой щекой:

— Я просто хотела проверить стратегию для выхода на ничью...

— Так ты использовала меня как подопытного. Теперь я злюсь. Пойду, скажу профессору Бойду, чтобы он поменял местами капитана и основного игрока.

— Не-е-е-ет! Простите меня-я-я!

Сцена, в которой Эллиот щипал щёки скулившей Моники, показалась Феликсу знакомой, прямо как в старые времена.

Хотя теперь Эллиот одержимо поддерживал благородный статус, Феликс знал, что раньше он был настоящим хулиганом.

…Хм, какие они энергичные.

Феликс засмеялся, глядя на Эллиота, который выглядел странно довольным, несмотря на свой гнев.

— Секретарь Ховард, пощади её. Ты растянешь щёчки маленькой белочки.

Эллиот с угрюмым видом отпустил Монику, и она, с заплаканным лицом, начала поглаживать свои покрасневшие щёки.

— Так чего же ты желаешь, белочка?

— Я... могу попросить что угодно... верно?

— Да, конечно, — с изящной улыбкой кивнул Феликс.

Моника, глядя на него, вдруг сжала кулачки и с твёрдой решимостью заявила:

— Пожалуйста, больше не называйте меня белочкой.

— …

Феликс с мягкой улыбкой потянулся к её левой щеке и, не говоря ни слова, схватил её. Его пальцы сжали её нежную кожу.

— П-почему?!

— Ух ты, она правда хорошо растягивается. Да, это, наверное, станет привычкой.

— Ай-ай-ай, больно…

— Ой, прости, Моника.

Он быстро убрал свою руку, Моника погладила свои щёки с обеих сторон, горько всхлипывая... а затем до предела распахнула глаза и посмотрела на Феликса:

— Только что... вы назвали меня...

— Мм. Что с тобой, Моника?

От его слов, произнесённых с улыбкой, она резко побледнела, оставив при этом щёки такими же красными.

Моника, всё ещё прикрывая щёчки, начала дрожать:

— По крайней мере, называйте как все остальные... ну, мисс Нортон или казначей Нортон...

— Ты хочешь, чтобы я перестал называть тебя белочкой, так? Но ты не указала, как именно хочешь, чтобы я тебя называл.

Моника наконец прекратила дрожь.

Феликс и понятия не имел, что в этот момент в голове у Моники смеялся Маг Барьеров.

Ха-ха-ха, вот что бывает, когда не ставишь чётких условий, коллега.

Так вот, что значит выиграть бой, но проиграть войну, думала Моника, рыдая душой.

———