Том 6. Глава 4: Имитация войны

Существует универсальная отговорка, которая выручает в любой неловкой ситуации.

«Мне нужно в туалет».

Однако не каждому под силу воспользоваться этим оправданием, пусть и универсальным. Для тех, кто чрезвычайно застенчив, даже просто заговорить вслух — уже подвиг.

Вот и Моника застыла на месте, безуспешно пытаясь выговорить заветную фразу. Она то открывала рот, то снова закрывала. Потом опять открывала. И снова молчала.

Вот сейчас скажу, вот в следующий раз точно скажу, как только разговор на секунду прервётся — скажу. Только бы найти удачный момент… Какой вообще удачный? — мысленно подгоняя себя, она продолжала колебаться.

Измеритель маны же неумолимо приближался. Сейчас наступила очередь Кейси и Нила прикладывать ладони к кристаллу.

Стоит ей коснуться этого шара — и всё будет кончено. Вся правда раскроется, и они поймут, что она вовсе не обычный человек.

— Хм… Моя стихия — огонь. Маны всего 52… не густо.

— Говорят, чем больше колдуешь в юности, тем сильнее развивается мана. Так что, может, у тебя ещё вырастет.

После Кейси свою руку на кристалл положил Нил. Его результат: стихия — земля, мана — 96. Неплохо.

Феликс с одобрением отметил:

— Помощник по общим делам Мэйвуд, ты ведь прежде не пользовался магией?

— Да, только немного на занятиях. Говорят, отец хорошо владеет ею.

— Что ж, семья Мэйвудов всегда славилась магией земли.

Вот он, шанс. Самое время сказать: «Извините, я на минутку…» — и уйти. Но... не прозвучит ли она так, будто грубо прервала Его Высочество?

— Теперь моя очередь! — радостно воскликнул Гленн и снял перчатки.

А-а-а-а-а, после Гленна пойду я… Нужно выбираться отсюда…

Пока она, обливаясь потом, держалась за голову, рядом раздался треск.

Треск?

Он доносился от измерителя маны. В том месте, где кристалла касался Гленн, появился красный свет, а потом трещина.

— Упс, — выдохнул Гленн. В следующую секунду трещина начала разрастаться. Он поспешно отдёрнул руку. — Профессор! Шар сломался!

— Не может быть… Ти-и хоть представляешь, сколько он стоит?

— Нет-нет, это не я! Он бракованный! Просто прибор неправильный!

Красный свет означал, что стихия Гленна — огонь. Проблема была в количестве маны. Стрелка шкалы ушла за пределы — до самого конца.

Прибор был рассчитан на максимум в 250. Это означало, что сила Гленна превысила этот предел… Но как такое вообще возможно?

В королевстве можно по пальцам пересчитать людей с таким уровнем маны. Даже среди Семи Мудрецов только двое могли похвастаться подобным.

Если у Гленна действительно больше 250… было бы невероятно. Но…

Все в классе, включая Монику, решили, что прибор просто дал сбой.

Гленн тем временем осторожно поднял треснувший измеритель и, паникуя, повторял:

— Он ведь не взорвётся? Всё будет в порядке, да?

Остальные студенты сгрудились вокруг, наперебой обсуждая увиденное. И вот — появился шанс.

— Эм… Я… Я в туалет.

— А, да, конечно.

Кейси даже не подумала сомневаться и легко кивнула. Моника с облегчением выдохнула и тихонько выскользнула из класса.

Фух, пронесло…

Тяжело выдохнув, Моника прислонилась к стене. Сердце стучало так, словно вот-вот выскочит.

Однако расслабляться было рано. До конца обхода элективных курсов ещё оставалось много времени. Если она так и не вернётся на практическую магию, Кейси или Феликс могут заподозрить неладное.

Медленно бредя по коридору, Моника ломала голову, какую придумать отговорку. Может, сказать, что всё это время сидела в туалете с болями в животе?

Пока она размышляла об этой грубой отговорке, взгляд её упал на стеклянную дверь одного из кабинетов.

Шахматы?..

Внутри ученики сосредоточенно играли в шахматы. Моника никогда не играла и даже не знала правил, но слышала, что такие настольные игры пользуются популярностью среди знати.

…Выходит, в этой академии и шахматы входят в программу…

Она достала из кармана лист с перечнем факультативов — и правда, шахматы там были. Судя по числу учеников, на предмет есть спрос.

…Эти фигуры ведь движутся по определённым правилам, да?

Пока Моника с интересом заглядывала внутрь, дверь неожиданно распахнулась.

От неожиданности она вздрогнула и на шаг отступила.

На пороге стоял парень с вечно опущенным взглядом — секретарь студсовета, Эллиот Ховард.

Как-то он смеялся над тем, как Моника репетировала танец, отобрал у неё значок и закинул его на крышу.

Моника рефлекторно сжала в пальцах значок на воротнике. Эллиот усмехнулся, приподняв уголки губ.

— О, кто это у нас? Любимая белочка Его Высочества. Шахматами интересуешься? Пойдём, я тебя научу.

— Н-нет, я просто…

Но Моника не успела даже обернуться — Эллиот уже схватил её за запястье и втянул в класс.

Несколько учеников, занятых партией, отвлеклись на новоприбывшую. Монике стало не по себе, она тут же потупила взгляд.

— Ну, садись. Ты сколько уже играешь?.. А, погоди… ты же, наверное, даже названий фигур не знаешь?

— Д-да, не знаю…

Ответила она с наивной честностью — и Эллиот расхохотался. Причём не один — смешок прошел по всему классу.

Подёргивая плечами от смеха, он опустился на своё место напротив неё.

— Тогда начнём с простого. Покажу тебе, как называются фигуры и как они ходят. Вот, например, пешка — самая слабая из всех.

Эллиот поднял чёрную и белую фигурки и стал объяснять, как они двигаются.

Моника плохо разбиралась в играх, и в настольных, и в карточных. Не то чтобы ей было неинтересно… просто не было случая поиграть. Ещё в Минерве она лишь издалека наблюдала, как дети знатных семей развлекаются шахматами.

Когда Эллиот закончил объяснять фигуры, Моника робко подняла руку:

— Эм… можно вопрос? А что надо сделать, чтобы выиграть?

— Ха-ха! Да ты и правда с полного нуля! Ну, победа простая: нужно взять короля противника. И всё.

Он взял белого короля двумя пальцами и, прищурившись, зловеще улыбнулся.

— Шахматы — это имитация настоящей войны. Развлечение, которое учит дворян стратегии.

— …Имитация войны…

Моника опустила взгляд на расставленные на доске фигуры.

Пешка, конь, ладья, слон, ферзь, король… шесть типов фигур, имитирующих боевые действия.

— …А какая фигура изображает солдат-магов?

— Ну… наверное, слон. Раньше монахи, говорят, часто использовали заклинания.

— Тогда, маги-монахи… у них фиксированные параметры? Какова дальность их атаки, скорость установки защитных барьеров, индивидуальные боевые способности солдат и объёмы продовольственных запасов в крепости?

— А?

Эллиот изумлённо распахнул глаза, а Моника тут же задала следующий вопрос, ещё быстрее:

— У этого симулирующего сражения есть заданные сезон, климат, температура? Какая высота рельефа? Каково направление ветра?

Эллиот посмотрел на неё в полном замешательстве… а потом расхохотался.

— Ну ты даёшь, белочка! Откуда на доске взяться всему этому? Это же просто игра! Такое чувство, будто ты и правда была на войне!

— Я… в настоящей человеческой войне не участвовала.

И правда, на войнах людей Моника не была. Зато вступала в схватки с драконами.

Когда она сражалась с виверной, её тщательно обучал Луис Миллер — как читать карты, как оценивать обстановку. Виверну приходилось уничтожать в воздухе, поэтому требовалось учитывать рельеф, направление и силу ветра, чтобы точно выпустить заклинание.

Но на этой доске ничего подобного не было.

— Здесь просто плоская поверхность, ясно? Высота не играет роли. Фигуры ходят строго по определённым правилам. Никаких переговоров между командирами — только победа над королём.

— П-понятно…

Моника уточнила на всякий случай, и Эллиот кивнул — как будто глядя на диковинное существо.

Продолжая смотреть на доску, Моника спокойно сказала:

— Тогда… должно быть просто, я думаю.

———