Том 3. Глава 7: Неро и Феликс

Неро, неся Сириела на плече, мчался по ночному лесу без единого фонаря — даже в человеческом облике он неплохо видел в темноте. К тому же выносливости у него было куда больше, чем у обычного человека: бежать в полную силу с таким грузом для него не составляло труда.

«Интересно, как этот ледяной парень выбрался из общежития?»

И мужское, и женское общежития были окружены высокими стенами. У ворот стояли вахтёры, дежурившие всю ночь, так что улизнуть было непросто. Конечно, другое дело, если он умеет пользоваться волшебством ветра. Но полёт — не такая уж простая магия. Моника как-то говорила, что овладеть ею могут только маги продвинутого уровня: она требует и точной магической техники, и развитых физических способностей.

С физподготовкой у Моники было всё очень печально, так что максимум, на что она была способна — высоко подпрыгнуть.

«Как по мне, этот парень хорош в магии льда, но вот в остальном колдовстве, похоже, не силён».

С рождения каждый человек обладает предрасположенностью к определённому виду магии. Среди обычных магов не редкость — владеть лишь своей основной стихией.

А вот способность Моники свободно использовать любые продвинутые заклинания — действительно редкость. Порой об этом даже забываешь.

«Похоже, этот парень не владеет магией ветра. Хотя количество льда, что он выпускает в своём возрасте, уже впечатляет».

Так как же Сириел, неспособный использовать полёт, выбрался из общежития?

Мысль оборвалась, когда за деревьями показалась задняя сторона общежития. В одной из стен зияла трещина. Похоже, именно через неё Сириел и выбрался.

— Даже в самой престижной академии, оказывается, бывают вот такие дыры в управлении.

— Я слышал, этой трещиной пользовались студенты и прошлых лет, чтобы сбегать и отдыхать, — раздался голос за спиной.

Неро обернулся, не отпуская Сириела, и увидел знакомого студента.

Высокий, стройный, с идеальными чертами лица и золотистыми волосами, мягко сияющими в лунном свете — перед ним стоял второй принц королевства Ридилл, Феликс Арк Ридилл.

На нём была форма академии, а в руке — широкая доска.

Заметив, что Неро смотрит на неё, Феликс прислонил её к стене, полностью прикрыв трещину.

— Обычно Сириел ставит сюда эту доску, чтобы замаскировать проход, но, похоже, в этот раз у него не хватило времени.

Выходит, даже принц знал об этой лазейке.

Убедившись в этом, Неро опустил Сириела на землю.

— Я тут, понимаешь, проходил мимо, — заявил он. — Этот ледяной парень свалился из-за отравления маной, вот я и доставил его к воротам. Добрый я, правда же? Заслуживаю благодарности.

— Спасибо за заботу.

— А если он начнёт что-то спрашивать — скажи, мол, померещилось. Из-за отравления, ясно?

— …Вот как? — принц скользнул взглядом по Сириелу и снова уставился на Неро; лицо оставалось приветливым, но в лазурных глазах таилась насторожённость. — Добрый путник, можно узнать ваше имя?

— Моё имя не стоит того, чтобы о нём вспоминать… но раз уж я сегодня добрый, скажу. Я — Бартоломью Александер.

Феликс прикрыл рот рукой и тихонько усмехнулся.

— Не думаю, что у вас может быть имя литературного героя.

— Ты знаешь Дастина Гюнтера?

В глазах Неро симпатия к Феликсу немного выросла. Он твёрдо верил: не может быть плохого человека, который любит Дастина Гюнтера.

Феликс, заметив воодушевление в голосе Неро, мягко усмехнулся:

— Я, знаете ли, перепробовал все виды развлечений, какие есть в этой стране. И книги, и игры, и театры…

— И баб? — язвительно вставил Неро, вспомнив, как сам видел принца на ночных прогулках.

Феликс лишь неопределённо улыбнулся:

— Возможно.

«…Мерзкий тип».

Рождённый в королевской семье, обласканный благами с рождения… А в глазах — пустота, как будто у него нет ничего.

Феликс легко подхватил Сириела на руки и, будто вспомнив о чём-то, взглянул на Неро.

— Кстати, знали ли вы, путник? Этот лес — часть владений академии. Посторонним сюда вход воспрещён.

— Вот как?

Неро больше всего ненавидел, когда его пытались заставить подчиняться человеческим законам.

«Я ж, чёрт побери, и не человек вовсе».

Какое ему дело до людских запретов? Он кивнул в сторону Сириела:

— Я спас этого твоего ледышку. Так что можешь сделать мне поблажку, хм?

— Разумеется. Я и не подумаю предъявлять претензии тому, кто спас жизнь Сириелу.

— О-о-о? — Неро сузил глаза, подозрительно прищурился и сунул руку под плащ.

Он пошарил у себя в одежде, будто пытаясь что-то поймать.

— Нет нужды меня допрашивать, потому что этот вот уж выяснит, кто я такой?

С этими словами Неро вытащил руку наружу.

На его пальцах покачивалась белая ящерица. Существо безвольно болталось в воздухе, отчаянно дрыгая лапками.

Поднеся ящера к лицу, Неро оскалился:

— Сейчас съем тебя, слышишь?

Белый ящер забился ещё сильнее, Неро же злобно рассмеялся, обнажив острые зубы.

— Вижу, ты заключил контракт с водяным духом. Хотел спрятать его в моей одежде и тихонько разведать, что да как, да? А вот и не вышло. Я, знаешь ли, чувствую ману за версту.

Духи — сгустки чистой магии. Чем выше ранг, тем проще Неро их унюхать. А этот белый ящер — явно один из высших водяных духов. Без сомнений, фамильяр этого принца.

И всё же, даже когда Неро выставил добычу ему прямо под нос, Феликс не дрогнул — всё с той же спокойной, доброжелательной улыбкой смотрел, как ни в чём не бывало. От этого он казался ещё более жутким.

Неро-то ждал совсем другого — ну хотя бы чего-то в духе: «Ч-что?!» или «Ты кто такой?!». Но этот принц вёл себя крайне спокойно.

— Ну, бывай.

С недовольным лицом он бросил белого ящера на землю и пошёл прочь.

Эй, сияющий принц. Как бы тебе ни было скучно, только попробуй тронуть мою любимицу.

Он не стал задерживаться, чтобы не вызвать подозрений. Если болтать дальше, его личность могут раскрыть. Поэтому он лишь оскалился и пробормотал про себя:

Попробуешь сломать Монику — заживо сожру тебя, сначала голову — потом всё остальное.

***

Белая ящерица, брошенная на землю — Уил, склонился в поклоне перед Феликсом, приняв человеческий облик.

— Прошу прощения за свою слабость. Позвольте мне немедленно отправиться за тем человеком…

— Не стоит. Будет неприятно, если тебя съедят, — с усмешкой отозвался Феликс.

Уил, опустив глаза, будто бы стыдился своей беспомощности.

Феликс не собирался гнаться за тем черноволосым юношей.

Он не знал, кто тот такой… но нутром чувствовал: с таким не справиться, даже если догнать.

Он не человек. И даже не дух — нечто совсем иное.

Тем не менее, кем бы он ни был — если не проявит враждебности, можно оставить его в покое.

— Уил, вернись в облик ящерицы. Будет не очень удобно, если Сириел увидит тебя таким.

— Как прикажете.

Уил вновь принял облик белой ящерки, юркнул по ноге Феликса и устроился у него в кармане. Убедившись в этом, Феликс вновь взвалил Сириела на спину и двинулся дальше.

Вскоре Сириел слабо застонал у него за плечом — похоже, пришёл в сознание.

— Мм… я…

— Очнулся? — спокойно заговорил Феликс.

— Ваше… Высочество…

Сириел несколько раз моргнул, глядя на Феликса затуманенным взглядом.

— Ты потерял сознание в лесу от отравления магией. Тебя сюда принёс добрый путник.

— Простите за беспокойство…

— Пустяки, не волнуйся.

Обычно Сириел сразу бы начал настаивать, что дойдёт сам. Но раз он молчит — значит, его состояние совсем тяжкое.

Когда Феликс доставил его до комнаты, Сириел в изнеможении рухнул на кровать и, всё с тем же рассеянным взглядом, посмотрел на Феликса снизу вверх.

— Тот путешественник… он был невысокий и в капюшоне?

Феликс покачал головой.

— Нет. Высокий, темноволосый мужчина.

— Понятно… — пробормотал тот и закрыл глаза.

Феликсу на мгновение пришло любопытство, и тогда он задал вопрос:

— А что ты видел в лесу? Какие галлюцинации?

Сириел промолчал. Видно было, что он колеблется — вспоминая, перебирая в памяти то, что привиделось ему тогда.

Наконец, не открывая глаз, Сириел медленно произнёс:

— Чудовище в моих галлюцинациях… было ужасающе спокойным… и пугающе сильным… Думаю, я никогда не смогу забыть его.

———