Том 9 Глава 11. Гнетущее чувство

В этом году спектакль прошёл на удивление хорошо, особенно запомнилась одна яркая сцена, которая редко когда удаётся. И хотя у большинства зрителей сложилось именно такое впечатление, за кулисами развернулась целая череда неожиданностей, к счастью, закончившихся благополучно.

Внезапный порыв ветра опрокинул порох, использовавшийся для спецэффектов, что едва не привело к пожару. Работники сцены уверяли, что устройство с порохом было надёжно закреплено, однако при осмотре выяснилось, что винты ослабли.

К счастью, до пожара не дошло, и, если бы Гленн Дадли не сумел применить заклинание полёта, они бы оба серьёзно пострадали.

— Принц Феликс. Я так испугалась, — робко проговорила Элиан, и на её глаза навернулись слёзы; она надеялась, что он её утешит. Но Феликс, прекрасно её зная, уже догадывался, что произошло на самом деле.

Это её рук дело…

Он также предположил, что именно из-за неё пострадал главный актёр, игравший Ральфа. Феликс мягко улыбнулся Элиан, холодно размышляя о том, какими глупыми были её выходки.

— И всё же спектакль удался. Спасибо тебе и Дадли за прекрасную игру. Из вас вышли идеальные воплощения первых Короля и Королевы, Ральфа и Амелии.

— …Спасибо…

— О, а где же твой герой? Что-то я не вижу Дадли.

— Интересно, куда он пошёл.

Феликс упомянул Дадли, и настроение Элиан заметно испортилось. Её губы сохраняли грациозную улыбку, но глаза — нет. Он чувствовал себя виноватым за то, что заставил Гленна Дадли взять главную роль, но в душе испытал облегчение, когда пьеса увенчалась успехом.

Феликс ещё с момента поступления Гленна в академию знал, что тот — ученик одного из Семи Мудрецов. Именно поэтому он и порекомендовал его на главную роль, полагая, что даже если Элиан что-то задумает, Гленн справится.

И у Гленна, пусть он и не знал об истинных причинах, получилось даже лучше, чем Феликс ожидал.

Луис в последнее время всё вынюхивает, так что я и его ученика остерегался... впрочем, этот парень оказался весьма полезен.

Погружённый в эти мысли, Феликс тут же приказал рабочим убрать обрушившиеся декорации. Элиан продолжала бросать на него взгляды, надеясь, что он её успокоит. Но сейчас у него были другие дела.

После этого ему нужно было заняться подготовкой к балу, и он уже собирался уходить, но Элиан его остановила.

— Ваше Высочество Феликс... не удостоите ли Вы меня чести разделить Ваш первый танец на сегодняшнем балу?

Феликс про себя усмехнулся её приглашению. Эту фразу она произносила каждый год, приглашая его на танец. Это стало уже своего рода традицией.

Разумеется, он не мог ей отказать. В конце концов, она — дальняя родственница Феликса Арк Ридилла, а также кандидатка в невесты, выдвинутая герцогом Крокфордом.

— Конечно. Я с радостью принимаю ваше приглашение, — ответил Феликс с присущей ему безупречной вежливостью, и обычно этого было достаточно, чтобы она осталась довольна. Но сегодня она была необычайно настойчива.

— Я надеюсь, вы могли бы дать мне что-нибудь... в доказательство вашего обещания...

Ему не нужно было гадать, чтобы понять. Она хотела традиционное цветочное украшение. И буквально выпрашивала его.

Феликс никогда прежде не участвовал в этом обычае. Из-за своего плотного графика ему приходилось менять партнёрш по танцам в зависимости от ситуации, а иногда и отдавать предпочтение важным гостям.

Но самое главное, подарить цветочное украшение означало бы, что он определился с выбором невесты.

Внезапно в мыслях Феликса возник образ одной девушки. Моника, с синей лентой и белыми розами на груди. Она робко сказала ему, что это украшение — оберег от неловкостей. Он задумался, какое лицо она бы состроила, расскажи он ей истинное значение этого украшения. Или, вернее, какова будет её реакция, если он подарит ей украшение из жёлтой ленты с лазурными розами, приглашая на танец?

Она точно не покраснеет, как Элиан. Вместо этого побледнеет, словно вот-вот упадёт в обморок, и будет упрямо мотать головой, будто та сейчас взорвётся, приговаривая: «Я-я-я-я-я-я не могу, это слишком большая честь для меня».

Оберег, значит? Как хитро с твоей стороны, Сириел.

Ведь ему нельзя было просто так дарить кому-то цветок.

Он скрипнул зубами. О нет, нельзя стискивать зубы слишком сильно, иначе его прекрасная улыбка исчезнет.

Не то чтобы ему так уж хотелось подарить кому-то украшение с розой, но... если и дарить, то именно той девушке.

Это точно будет интересно.

⚚⚚⚚

Разобравшись с Элиан, Феликс вернулся в здание академии, чтобы завершить последние приготовления к балу. Оставалось лишь вернуться в общежитие и приготовиться к выходу.

Приближалась зима, и потому солнце садилось быстро. За окном вечер уже сменялся сумерками.

— Ваше Высочество, — окликнули его сзади.

Обернувшись, он увидел приближающегося человека.

Ему показалось, что с их прошлой встречи прошло необычно много времени. Если подумать, в прошлом году Сириел Эшли всегда был рядом с Феликсом, называя себя его телохранителем.

— А, Сириел. Давненько не виделись.

— Прошу прощения. Нужно было разобраться со множеством проблем.

— Если хочешь что-то доложить, говори кратко.

Феликс пошёл дальше, поторапливая его, и Сириел начал докладывать, следуя за принцем по пятам.

— Один из представителей Института, Роберто Винкель, он...

Услышав неприятное имя, Феликс слегка нахмурился.

— Он снова искал Монику?

— Изначально он прибыл лишь в качестве сопровождающего профессора Реддинга из Института...

Даже Феликс не ожидал, что Роберто приедет в качестве сопровождающего профессора Реддинга.

Всё-таки Академия Серендиа редко выдаёт разрешения на вход посторонним из других учебных заведений. Поэтому он и потерял бдительность.

Что ж, больше беспокоиться не о чем, ведь Роберто всё равно не сможет попасть на бал. В конце концов, он проводился только для студентов Академии Серендиа и нескольких избранных гостей.

— Прошу прощения, принц Феликс... у вас на плече насекомое.

— М-м?

Не успел Феликс и пошевелиться, как Сириел двумя пальцами подхватил мелкое тельце с его плеча.

Это оказался маленький паучок размером с ноготь, из тех, что не ядовиты и встречаются повсюду. Сириел хотел его выбросить, но неловко смахнул, и паук, ударившись об оконную раму, безвольно упал на пол и замер.

…Что?

Пауки — на удивление живучие создания. Неужели он смахнул его с такой силой, что тот замер? В тот момент Феликс ощутил лёгкое беспокойство...

— П-прошу прощения... — снова позвали его.

К нему неуклюже подбегала Моника.

Она остановилась перед Феликсом и Сириелом и, переведя сбитое дыхание, устремила взгляд не на принца, а на его спутника.

— Сэр Сириел, можно вас на минутку?

— Случились какие-то неприятности?

— Э-эм, неприятностей нет, но... есть кое-что важное, что я должна вам сказать до бала, и… — неловко проговорила Моника, опустив голову и теребя пальцы. Затем, не глядя на Феликса, она добавила: — Н-но с этим можете справиться только вы, сэр Сириел...

Феликс невольно задался вопросом, почему у него так кольнуло в груди.

— Понятно, слушаю.

— С-спасибо, н-но я не могу говорить при посторонних, так что... — произнесла Моника и нерешительно потянула Сириела за рукав, увлекая того за собой.

Феликс впервые видел, чтобы Моника сама потянула кого-то за рукав.

Почему сердцу так больно?

— ...Хорошо, пойдём. Ваше Высочество, с вашего позволения.

— Да... — как обычно спокойно ответил Феликс, провожая взглядом уходящих Монику и Сириела.

⚚⚚⚚

Моника привела Сириела в пустой класс неподалёку. Это помещение не использовалось для фестиваля, поэтому в нём никого не было.

Бал приближался, и ученики уже расходились по своим общежитиям, чтобы подготовиться. Из-за этого в самом здании академии почти никого не осталось.

Моника отпустила пиджак Сириела и повернулась к нему, стоя спиной к окну.

Закатное солнце било ей в спину, и из-за этого он не мог разглядеть выражения её лица.

— Итак, о чём вы хотели поговорить, мисс Нортон?

Он мельком уловил выражение лица Моники — оно было таким же бесстрастным, как во время шахматного турнира.

Едва Моника подняла правую руку, как вокруг Сириела образовалась золотая клетка — из заклинаний молнии. Дотронешься — и серьёзных проблем не избежать.

— Что всё это значит, мисс Нортон!

— Сэр Сириел никогда не называл меня «мисс Нортон» или по полному имени… он всегда звал меня «казначей Нортон», — бесстрастным голосом произнесла девушка, пока мужчина заикался от изумления. — Позвольте спросить, кто вы такой?

———