…Что?

…Ради Камиллы? Я? Почему?

— Кхх…

Я с трудом ухватился за ускользающее сознание. Из-за того, что я бессознательно прикусил щеку, во рту появился привкус крови.

— …Ты?

В глазах лани, то есть Камиллы, которую я обнимал, читалось замешательство. Я сплюнул кровь и схватил ее за горло.

— Хык?

— Тьфу, сука…

Прежде чем ведьма успела среагировать, я молниеносно выхватил Хрунтинг и вонзил его ей в грудь.

Пу-ук.

Клинок, вошедший плашмя, раздвинул ребра, и на молочно-белой коже вздулись черные вены.

— Кха-а…

Услышав сдавленный крик Камиллы, Гилиус, молча стоявший в углу, с ревом бросился на меня:

— Камилла!

— Ых, бл*дь…

Голова раскалывалась. Пока я пошатнулся, ведьма вырвалась из моей хватки и отступила.

— Гхх, грязный наемник…

Ее глаза, включая белки, стали абсолютно черными. Из них вырвалось сияние. Фиолетовый свет, пленяющий человеческие сердца…

Это был свет, символизирующий «Видение» — странную силу, сотканную из ментальной энергии.

Черт, «Очарование»! Этот паттерн должен срабатывать только если в группе 4 и более человек, почему сейчас?!

Но времени на вопросы не было. От фиолетового света головная боль стала невыносимой.

— Ы-ыть!

Я зажмурился и махнул мечом. Беспорядочный удар Хрунтинга был лишен точности, но полон отчаянной силы.

Сс-сак.

— Кия-а-а!

Кажется, клинок что-то задел, но судя по продолжающемуся визгу, убить ее не удалось.

— Проклятье…

Ква-джик!

— Кха!

Левое плечо обожгло огнем. Обернувшись, я увидел Гилиуса, вогнавшего топор мне в плечо. Огромный наемник вложил в удар весь свой вес, и лезвие вошло на два пальца вглубь.

Если бы не броня, я бы лишился руки.

— Кхх, извращенец хренов…

Ярость ударила в голову, и я рубанул мечом изо всех сил.

Гилиус поспешно поднял щит, но Хрунтинг одним ударом разнес старый круглый щит в щепки. Я пнул его, повалив на пол, и уже занес меч для удара, но…

— Брат! Что происходит?!

В этот момент в спальню ворвался Фарелл, услышавший крики. Он уже был в шлеме, со щитом и коротким копьем в руке.

Окинув спальню потрясенным взглядом, он увидел истекающую кровью ведьму. Его лицо исказилось в ярости, и он уставился на меня.

— Это ты сделал?

— …Бл*дь, да вы издеваетесь.

Не успел я договорить, как Фарелл метнул копье с молниеносной скоростью.

Щит, который я отобрал у Убара, был неплох. Он выдержал бои с гвардейцами почти без повреждений.

Пак!

Но сейчас, от удара копья, брошенного с яростью Фарелла, от щита полетели щепки.

— Я убью тебя!

Фарелл заорал, выхватил еще одно копье из-за спины и снова метнул его.

С ума сойти, его тоже очаровали, да еще как!

Стиснув зубы, я отбил второе копье и быстро отпрыгнул назад. Чтобы прикончить виновницу всего этого — ведьму Камиллу.

— Кхх, как ты посмел…

То, что я отрубил, оказалось предплечьем Камиллы. Однорукая ведьма скрежетала зубами, извиваясь всем телом.

Хрусть, хрусть-хрусть.

С отвратительным звуком ее хрупкое тело начало раздуваться. Разбухшая плоть разрывала одежду, удлиняясь и деформируясь.

Мокрая плоть, усеянная круглыми присосками… Щупальца, напоминающие осьминожьи.

— Ч-что это…

При виде этой чудовищной трансформации у Фарелла отвисла челюсть, и он пошатнулся. Потрясенный, он выронил меч, который только что вытащил.

Но Гилиус, похоже, все еще был под действием чар. Он с ревом бросился на меня.

— Как ты смеешь трогать леди Камиллу!

Я встретился с его глазами, горящими гневом и… похотью.

— Какое там дитя, она уже взрослая. Вполне можно замуж выдавать.

— Убери свои грязные лапы, ублюдок!

— Дядюшка! С дембелем тебя!

— Прости, прости. Я не смог сдержаться…

Дзынь.

— Кх!

Мощный удар щитом отбил топор и отшвырнул Гилиуса.

Не смог сдержаться, говоришь?

Словно выплескивая огонь из груди, я вонзил Хрунтинг.

Пу-ук.

— Кхек…

Клинок, вошедший под подбородок, окрасил грязную бороду в красный.

— Хы…

Фарелл с ошалелым видом вытаращил глаза и беззвучно шевелил губами. Но я ничего не слышал.

Словно в летний зной мне на макушку вылили ведро ледяной воды. Невыносимое наслаждение пронеслось по нервам. Я даже пожалел, что не убил его раньше…

— Дядюшка! Дядюшка Гилиус!

— Хып.

Отчаянный крик привел меня в чувство.

— Б-брат, почему…

Фарелл, с которого спало наваждение, обнимал мертвого Гилиуса и смотрел на меня. В его глазах читался хаос.

…Что я, что я наделал?

— Хаа, хаа.

Пока я пытался выровнять дыхание, ведьма почти закончила трансформацию.

— Грррх.

Камилла, с пеной у рта, яростно раздулась.

Четыре толстых щупальца с присосками выросли из поясницы, и по одному — из подмышек. Всего шесть.

— Ты-ы-ы!

Камилла, чьи глаза стали полностью черными, уставилась на меня и выбросила щупальца вперед. Щупальца толщиной с мою талию и длиной в несколько метров хлестнули как бичи. Я поспешно принял стойку.

— Ха!

Клинок сверкнул ярче, чем когда-либо, оставляя сияющий след.

Сс-суак!

Тьма отступила, и толстое щупальце упало на пол, безумно извиваясь.

— Грр, грррх…

Фарфоровое лицо Камиллы почернело от вздувшихся вен, похожих на паутину. Ведьма задрожала от боли, отступила и ударом щупальца разнесла деревянную панель на стене.

— Вот же тварь…

Прежде чем я успел ее догнать, ведьма сжала свое раздувшееся тело и выскользнула в окно.

— Там, смотрите!

— Чудовище!

— О Господи!

Солдаты, увидевшие ведьму, кричали в ужасе.

Неудивительно. Вид Камиллы — маленькое тело с огромными щупальцами — был поистине кошмарным.

— Б-брат, почему…

— Прости, Фарелл. Я, я…

Фарелл плакал. Я сглотнул и продолжил:

— Я тоже не смог сдержаться.

— Но, но…

Оставив Фарелла, я встал на подоконник и заорал во всю глотку:

— Чудовище! Ведьма убегает! Ведьма, сговорившаяся с бандитами, убегает!

К счастью, кто-то быстро оценил ситуацию, и в ведьму полетел град стрел. Камилла прикрылась щупальцами и, используя присоски, поползла вверх по стене Соляной Крепости.

— Киииии!

Раздался жуткий визг, и из головы ведьмы выросла пара щупалец. Разорвав головной убор и вуаль, они источали ослепительное сияние.

Тот самый свет, что исходил из ее глаз в человеческом облике. Сияние, наполненное магией «Видения».

— …Неужели?

Я в ужасе прикрыл глаза, но головной боли не последовало. Даже глядя на свет сквозь щелочки век, я чувствовал лишь легкий дискомфорт. Я что, уже привык?

Зато вокруг…

— Кха, проклятье!

— Очнись, придурок!

Вокруг Соляной Крепости воцарился ад.

Солдаты с фиолетовыми глазами нападали на своих товарищей. Те, кто получил удар в спину, кричали и истекали кровью.

— Что вы творите?! Прекратите!

— Это злая магия! Придите в себя!

Рыцари и солдаты, избежавшие очарования, пытались успокоить остальных, но ситуация не улучшалась.

Ведьма, забравшаяся на крышу башни, широко раскрыла рот, разбрызгивая пену.

— Киииииееек!

Сияние щупалец на ее голове стало еще ярче. Визг, похожий на сирену, будил людей, а свет очаровывал их.

— Бл*дь, это же имба…

В игре «Очарование» было лишь слегка раздражающей способностью. Прокачав уровень, можно было легко сопротивляться, да и контрить его было несложно.

Связываешь очарованного сопартийца контролем и бьешь «Нераскрытую Ведьму».

Но в реальности «Очарование» превратилось в катастрофу, многократно усиливающую мощь ведьмы. В отличие от игрового поля боя, здесь были сотни людей, которых можно было подчинить.

Сглотнув, я выбежал из спальни. Пронесся по зигзагообразному коридору, взлетел по лестнице и выскочил на крышу.

— Кииииееек!

Крыша была окружена зубчатыми стенами, а по углам примыкали белые крыши башен. Ведьма устроилась на одной из уцелевших башен и источала фиолетовый свет.

Та-дак.

Затаив дыхание, я оттолкнулся от земли и рванул к ней. Ведьма заметила меня с опозданием, но я уже взмыл в воздух в прыжке.

В предрассветном небе сверкнула алая вспышка.

Сс-сак.

Я метил в шею, но вместо нее отсек два толстых щупальца, свисавших по стене.

Я извернулся в воздухе и приземлился на крышу башни. Ведьма изрыгала проклятия:

— Грррх, ты! Все испортил! Разорву! Проглочу!

Да почему она такая бодрая? Я ей уже три щупальца отрубил!

В свете зари я увидел, как отрубленные щупальца извиваются и отрастают заново.

— Да вы издеваетесь.

Щупальца яростно атаковали. Проглотив ругательство, я отпрыгнул назад, на крышу замка.

Я рубил нападающие отростки Хрунтингом, но ведьма ловко отдергивала их, уклоняясь. Тем временем другие щупальца, изгибаясь как хлысты, метили мне в затылок.

— Грррх, до самого конца! Скрывала! Из-за грязной обезьяны!

С оглушительным визгом щупальца ускорились.

Я отчаянно уклонялся и рубил. Иногда кончик Хрунтинга срезал куски плоти с присосками, но в ответ щупальца хлестали меня по спине и затылку.

Одно щупальце ударило прямо в лоб, и я разрубил его чистым горизонтальным ударом, но…

Хвать!

— …А?

Другое щупальце обвилось вокруг моей талии.

Сдавив диафрагму, оно подняло меня в воздух, словно куклу.

— Ах ты осьминог хренов…

Стиснув зубы, я рубанул по щупальцу, державшему меня.

Я уже падал на крышу в нелепой позе, когда последнее щупальце со свистом ударило прямо мне в лицо. Уклониться было невозможно.

— Вот же бл…

Бам!

Как мяч для гольфа, ударенный драйвером. Как бейсбольный мяч, подброшенный битой. Меня вышвырнуло с крыши высоко в воздух.

Тупая боль сменилась пьянящим чувством полета, но лишь на миг. Пришел дикий страх, и началось падение.

— Хы-ып…

Земля стремительно приближалась. Каким бы крепким ни было мое тело, падение с высоты 7-8 этажа я не переживу.

— Бл*дь.

Я зажмурился. И в этот момент…

Вуууух!

— А?

Откуда-то налетел ветер и мягко толкнул меня. Подхваченный неведомой силой, я с размаху врезался спиной в стену Соляной Крепости.

— Кха!

Дыхание перехватило от боли, но я стиснул зубы, цепляясь за сознание. Падение остановилось, но ситуация все еще была опасной.

— Кххх…

Напрягая поясницу, я выровнял тело, чтобы не перевернуться, и коснулся земли. Сделав три-четыре кувырка, я погасил инерцию и вскочил на ноги.

Бум!

— Ха…

Грохот, похожий на взрыв, заставил меня поднять голову.

— Кииииеее…

С крыши башни, охваченной яростным пламенем, падала опаленная ведьма, лишившаяся своей вуали.

Что? Что произошло?

Ответ пришел с криком солдата:

— Т-там!

Солдат указывал на восходящее солнце на востоке. Нет, на что-то, парящее в восточном небе.

— Что это?

— Ых, глаза…

Из-за яркого света зари я не мог разглядеть фигуру. Пришлось сильно прищуриться, чтобы увидеть силуэт.

Пышные волосы, развевающиеся на утреннем ветру. Раздувшаяся мантия, скрывающая маленькую фигурку. Левое ухо, похожее на крыло. И палочка длиной в две ладони, с которой сыпались искры.

— …А?

Ветер с юга отогнал облака, закрыв солнце, и фигура наконец предстала во всей красе.

— …Э-э?

Волосы, словно сотканные из чистого золота. Маленькое личико с сияющими синими глазами. Белоснежная кожа с розовым румянцем. Тонкие длинные пальцы…

Ведьма, несравненно более прекрасная, чем Камилла, с высокомерием взирала на землю.

Узнав ее, я разинул рот.

— …Эллен?

Вдали, на нежно-розовых губах Эллен расцвела надменная улыбка.