Наблюдая за перепалкой двух рыцарей, сир Ариад вздохнул и вмешался:

— Господа, вы — опора нашего господина и благородные дворяне. Вам не пристало лезть на стены, словно простым солдатам.

— Ха, так ты предлагаешь доверить авангард какому-то сброду? Это слова рыцаря?

Несмотря на насмешку в голосе сира Лайама, старый рыцарь ответил невозмутимо:

— Быть в авангарде — добродетель рыцаря, но бросаться в пекло без причины — это неверность господину. Зачем рисковать жизнью, если крепость можно взять и без этого? Если подтащить баллисты со стен, разбить решетку и методично войти…

— Баллисты? Сколько времени уйдет на то, чтобы притащить и установить эти махины?

— Лучше потерять немного времени, чем потерять вас или солдат.

— Ты забыл, что снаружи кишат бандиты? Если беспокоиться о тылах, нельзя сосредоточиться на враге впереди. Мы должны закончить этот бардак до возвращения господина!

Эй, мужики, враг прямо перед носом, а вы тут собачитесь?

И что значит «до возвращения господина»? Принца Улкара здесь нет? Куда он делся?

Тут подал голос сир Лэнгболт:

— Лайам прав. К тому же, мы не знаем, почему гвардия сопротивляется. Возможно, граф пытается защитить свою жену, а может, предатели захватили замок. Если не поспешим, графа могут взять в заложники или ранить…

Лэнгболт вдруг замолчал и посмотрел на сира Ариада. Затем, нахмурившись, резко спросил:

— …Неужели вы этого и добиваетесь?

— Я ничего не говорил, сир Лэнгболт.

— Вы все еще не поняли нашего господина? Это не то, чего он желает.

— …Не думаю, что это стоит обсуждать при посторонних.

Старый рыцарь бросил на меня косой взгляд, и остальные рыцари замолчали.

Какого хрена? Сами болтают, а косятся на меня?

Не выдержав этой тягомотины, я вмешался:

— Так что вы решили? Полезете по лестницам или будете ждать баллисты?

Я обвел взглядом рыцарей, но все они, казалось, погрузились в раздумья.

— Ну, может, магов позовем?

— Думаешь, маги графа станут помогать в атаке на Соляную Крепость?

— Есть же мастер Лимонд.

— Он… на другом задании.

Принца нет, мага нет? Чем они там заняты?

— Ладно, проехали.

Я перехватил щит и Хрунтинг в левую руку.

— Решайте свои проблемы сами, а я поднимаюсь. Прикажите солдатам поставить лестницу.

— Что? Какой-то наемник смеет…

Сир Лайам хотел было прикрикнуть на меня, но я перебил его:

— Погодите. Кому принц поручил это дело?

— …Что?

— Принц поручил это дело сиру Ариаду и мне. И вообще, мы здесь только благодаря тому, что я раскрыл предателя. Разве этого недостаточно?

Лицо Лайама окаменело, и он опустил забрало. Я повернулся к Ариаду:

— Как вы знаете, я наемник. Точнее, меня даже не нанимали официально, так что я, по сути, ополченец.

— …Допустим. И что?

— Если я сдохну, принц ничего не потеряет. Просто дайте мне лестницу.

— Почему ты так спешишь?

— Внутри есть люди, которых я знаю. Среди них мой боевой товарищ.

— …Товарищ. Хм.

Старый рыцарь с загадочным видом погладил подбородок. Затем спросил двух других рыцарей:

— Звучит неплохо… Что думаете, господа?

Лэнгболт молча посмотрел на меня и пожал плечами.

— С его навыками… почему бы и нет.

Наконец, Лайам. Почувствовав на себе взгляды, он недовольно буркнул Гилберту:

— Сержант, командуй здесь.

— Слушаюсь, сир Лайам.

Фух. Боялся, что он начнет упрямиться, но обошлось.

Кстати, сегодня я работаю языком больше, чем мечом… Хотелось бы, чтобы так и продолжалось.

— …Как войдешь, сразу спускайся по лестнице. Откроешь дверь — там коридор, в конце коридора комната…

— И покрутить лебедку, чтобы поднять решетку?

— Да. Ты все правильно понял, друг.

— Еще бы. Я слышал это уже пять раз.

Я затянул ремень щита на запястье. Гилберт смущенно почесал подбородок.

— Я правда сказал это пять раз?

— Ага. Так что давай начинать.

— …Но тебе точно не нужны солдаты?

Сержант выглядел обеспокоенным, но я лишь усмехнулся:

— Ты дашь мне своих парней?

— Этого я не могу. Сир Ариад приказал…

— Ну вот и все. А брать с собой сброд — только мешаться будут.

Я слышал, что в Саутхарборе сейчас около тысячи солдат. Из них гарнизон ворот, порта и стража — всего около трехсот. Остальные — пришлые.

Состав внешних сил тоже пестрый. Личная гвардия принца Улкара — всего сто пятьдесят человек, еще сто пятьдесят — войска вассалов, которых он притащил с собой, и около четырехсот — ополчение, собранное по мобилизации.

…М-да. Не десять тысяч, не двадцать, а всего тысяча, и та — лоскутное одеяло.

В любом случае, сейчас за Соляной Крепостью стоит около сотни солдат.

Из них полтора десятка под командованием Гилберта — это, конечно, гвардия принца. Элита в плоских шлемах и кольчугах, вооруженная алебардами, топорами, щитами, арбалетами и длинными луками.

Не только снаряжение, но и взгляд, и выправка выдавали в них ветеранов.

А вот те, кто готовился бежать с лестницами — это ополчение.

Оружие, происхождение, статус, профессия — полный винегрет. Есть опытные бойцы вроде наемников или охранников караванов, но полно и нищих, рыбаков, цирюльников и торговцев.

Те, кто стоял вокруг с факелами для массовки — это войска вассалов. Название громкое, а по факту — крепостные, которых пригнали, сами не знают зачем.

Вместо доспехов — тряпье, вместо оружия — вилы, топорики да дубины.

Доверить спину ветеранам принца я бы еще мог, но ополчению или крестьянам — увольте.

— Я с самого начала собирался идти один. Начинай уже.

— Хм, ладно.

По кивку Гилберта операция началась.

Ополченцы со щитами пошли вперед, за ними — те, кто нес лестницу на плечах. Эта живая масса медленно двинулась к стене.

— Щиты выше!

— Бл*дь! Не наступай на ноги!

— Плечом к плечу, идиоты!

Полный бардак.

Хорошо хоть те, кто нюхал порох, подгоняли остальных, так что строй худо-бедно держался.

В этот момент с разрушенной башни посыпались болты и камни. Большинство пролетело мимо или ударило в щиты, но кому-то пробило плечо или разбило голову.

— Огонь!

По команде Гилберта лучники принца и мобилизованные охотники открыли ответный огонь.

Пока враги на башне пригнулись, солдаты с лестницей ускорились.

— Быстрее, еще быстрее!

— Поднимай лестницу! Эй, сзади, толкайте, чего застыли!

Хм, странное чувство. Больше сотни людей надрываются, чтобы создать возможность для одного меня.

Пусть и скромная, но все же осада. В бытность Ким Сынсу я о таком и мечтать не мог — быть главным героем в такой сцене.

— Фух.

Я перевел дыхание и, сжав меч и щит в левой руке, побежал.

Когда я поравнялся с хвостом отряда, лестницу уже приставили к башне. Я тут же начал карабкаться вверх.

— Толкай! Отталкивай!

— Один лезет! Сбейте его!

Прикрываясь щитом сверху, я без устали работал руками и ногами.

Сверху сыпались стрелы и камни, снизу лестница ходуном ходила.

Ополченцы изо всех сил удерживали основание, но враги сверху отталкивали лестницу длинными шестами.

Крииик.

— Э, э-э!

Лестница, стоявшая под наклоном, начала медленно отклоняться назад!

Черт, почти добрался!

Когда я ступил на последнюю перекладину, лестница уже стояла вертикально.

— Ыть!

Пошатываясь, я ухватился за боковины, пытаясь удержать равновесие. А потом, мысленно крикнув «Была не была!», оттолкнулся и прыгнул в пустоту.

— О-о-о…

Лестница рухнула назад, вызвав испуганные вопли внизу. Но мой взгляд, пока я летел по воздуху, был прикован к врагам на башне.

— Угх!

Ку-данг-танг!

Я приземлился, подмяв щитом вытаращившего глаза солдата, и перекатился.

— Убить его!

Вместе с криком сзади просвистело лезвие, чиркнув по шее. Я быстро вскочил, принимая боевую стойку.

…Ого, а их тут многовато.

Тесная комната башни с обвалившимся потолком была набита битком — человек пятнадцать.

Но проблема была не только в количестве, а в снаряжении.

Как и положено гвардии лорда, они были одеты в кольчуги с латными вставками и шлемы-шапели. В руках — длинные мечи, моргенштерны, боевые топоры. Все оружие отличного качества.

— Вот же бл*дь…

Не успел я их толком рассмотреть, как пришлось выругаться и сделать выпад. Солдаты, ведомые крикуном, навалились скопом.

Дальше начался хаос.

Тяжеловооруженные враги перли напролом. Я отчаянно работал щитом и колол мечом.

Игнорируя удары по ногам и животу, я отбивал только те, что летели в голову и сердце, но даже так едва справлялся.

В этой суматохе я свалил одного, окрасив бурый клинок Хрунтинга в алый цвет.

Враги, не обращая внимания на смерть товарища, продолжали наседать.

Я ударил кромкой щита того, кто лез в лоб, принял на плечо удар моргенштерна слева и вогнал меч в горло солдату справа.

— Кхек…

Тот, с пробитым горлом, стиснул зубы и с невероятным упорством вцепился в мою руку.

— Псих…

Я дернул рукой, стряхивая его, но враги уже заносили оружие для удара.

Ка-гак, дзынь!

— Кх, кха.

Щит, плечо, голова, голень — удары сыпались градом. Отступая в полубессознательном состоянии, я инстинктивно активировал магию, высвобождая Кровавую Ауру.

Кровь, разлитая на полу, превратилась в шрапнель и взметнулась вверх.

Пху-ваак!

— Угх! Что это?

— Мои глаза, мои глаза!

Ошеломленные враги отшатнулись.

Черт, магии было мало, так что доспехи пробить не удалось. Единственный урон — одному не повезло, и ему попало в глаза.

Но выигранного времени было достаточно.

— Хаа, фуух…

С приливом Кровавой Ауры зрение окрасилось в красный. Чувствуя, как обостряются все чувства, я молнией рванул вперед.

— Кх!

Бам!

Гвардеец поднял щит, но от моего удара в полную силу его отбросило назад.

Не поворачивая головы, я отбил щитом меч сбоку и добил упавшего.

Хлюп.

— Гх, кррр.

Клинок, прорвав кольчугу и войдя в горло, словно выпустил красный язык, жадно впитывая кровь.

Бл*дь, не хотел я пить человеческую кровь… Сожаление мелькнуло и исчезло. Тело, измотанное усталостью и ранами, наполнилось странной бодростью.

…Да ладно, плевать. Все равно никто не видит.

Все они здесь умрут, так что какая разница.

Я с силой выдернул Хрунтинг и бросился на следующего.

— Зажмите его в угол!

— Не отступать!

Враги все так же яростно атаковали. Но почему-то их движения казались мне медленными и вялыми.

Я уклонился от клинка, откинув голову, ударил щитом, ломая плечо с топором, подсек и опрокинул того, кто был с молотом.

Я пропустил четыре или пять ударов, но боли почти не чувствовал.

Доспехи отрабатывают свою цену?

…Нет, не то. Враги слабели. Почему?

— Хе.

Откуда-то донесся тихий смешок.

Я отмахнулся от этого неприятного звука и сделал выпад. Враги умирали все быстрее.

— Какой-то наемник…

Их осталось всего половина. В их голосах начал проступать страх.

— Хе-хе.

Смешок стал громче.

Я размахивал Хрунтингом, даже не осознавая, какое у меня сейчас выражение лица. Каждый раз, вонзая клинок в плоть врага, я на мгновение наслаждался приливом жизненной силы.

Вскоре их осталось всего трое.

Откуда-то раздался громкий хохот.

Двое бросили оружие, один побежал к лестнице. Я полоснул кончиком меча по шеям сдавшихся и бросился за беглецом.

Смех преследовал меня, пока я спускался по винтовой лестнице.

Когда я вогнал меч в спину врага, царапавшего дверь, смех затих.