— Матушка, не плачь.

Держа за руку Терезу, Луи-Шарль потянул Марию за рукав. Мария погладила его по голове и поцеловала в лоб.

Франция восемнадцатого века. Революция ещё далеко, и королевская семья живёт в мире.

Мария-Антуанетта смотрела в окно Версальского дворца.

— Моя королева.

На плечо положил руку тогда ещё король Франции. Луи XVI.

Доброе лицо и округлое телосложение. Но мало кому было известно, что на деле он владел боевым стилем семьи Бурбонов. Его пухлое телосложение скрывало мышцы, а ноги были толщиной с тело его ребёнка.

Он был молчалив и производил впечатление слабовольного короля, но был решителен, когда это требовалось. Особенно когда надо было защитить семью, он был готов пожертвовать собой. Таким он был мужчиной.

Мария очень любила его. Любила всем сердцем. Он воплощал её идеал мышц.

— Ваше величество.

— Моя королева. Не грустите. Ваша матушка делает всё ради Австрии, она любит вас и уже больше десяти лет шлёт письма. Вы должны продолжать улыбаться.

Луи XVI прижал её к груди.

— Матушка...

Тут её потянула за платье Тереза. Она обнимала со спины юного Луи-Шарля. Похоже переживала из-за того, что её мать грустит. Ей ещё даже десяти не было, она никогда не видела бабушку, но понимала, что матери грустно.

— Матушка, не плачь. А то я тоже, у-у...

Тереза не сдержалась, и из её глаз потекли слёзы.

— Не плачь, Тереза.

Однако Марии и самой было тяжело сдержаться. Тереза была названа в честь её матери. И в ней женщина видела свою прекрасную мать.

Тут внезапно в дверь постучали.

Это были королевские покои, помимо служанок сюда никто не мог войти. И раз в этот раз стучали.

— Моя королева.

— Можно... Заходи.

— Это Д’Эон. Ваше величество, прошу прощения.

Вошла проворная точно кошка красавица с двумя хвостиками. Это была шевалье Д’Эон, на ней была форма драгуна, и у неё было право входить в королевские покои.

Она считалась военным дипломатом, но на деле была шпионом королевской семьи. Верная Марии, она действовала во благо королевской семьи.

— Д’Эон, — обратился к ней Луи XVI.

Она ничего не сказала, опустилась на колени и поклонилась.

Это точно послужило знаком.

И Мария-Антуанетта заплакала на груди мужа.

От её плача сердце Д’Эон разрывалось, но ей надо было выполнить её миссию.

— Позвольте доложить. Мария Терезия скончалась.

Мария Терезия.

Императрица Австрии. Королева Венгрии и Балонии. Обладательница огромных земель Габсбургской империи и величайшая героиня.

А ещё мать Марии-Антуанетты, и её наставница.

Она научила женщину придворному стилю боя, «клыкам белой лилии».

Прошло какое-то время, и Мария наконец перестала плакать.

Сидя на троне рядом с мужем, она взяла его за руку. Даже натренированной физически женщине было непросто справиться с потерей матери.

— Какой она была?

— Я не заслуживаю права говорить об этом... Но, думаю, она до конца оставалась прекрасной и спокойной.

— Вот как, ну раз ты так говоришь.

Говорили, что её подкосила горячка, но Мария не верила в это. Что её мать во время прогулки свалила горячка.

Обладательница мышц, выглядевшая не по возрасту, просто не могла вот так уступить судьбе. Мария отлично знала мать, потому и не верила, но та оставалась простым человеком.

— Трудно поверить. Матушки больше нет. Моей матушки. Она была такой сильной и красивой. Подобной ей не было и не будет. И ей было отведено так мало времени...

— Моя королева... — Луи XVI не знал, что сказать. Он и сам не верил в это.

На ней поднялся вопрос наследования в семье Габсбург, и всё не могло идти гладко. Вспыхивали войны, много раз их пытались захватить, но ничего не получалось. Именно они положили конец семилетней войне.

А ещё семья Габсбург владела техникой мышц. Они могли противостоять сотне тяжеловооруженных солдат. А Марии Терезии было по силам выстоять против целой армии. Её превосходство можно было воспевать сутками.

Погрузившийся в эти мысли Луи XVI покачал головой. Она должна была выжить. В том водовороте она родила столько детей и воспитала их, её можно было назвать сверхчеловеком.

— Моя королева. Мне не постичь вашей печали. Но я всем сердцем уважал вашу матушку. Будем молиться каждый год. Каждый месяц, каждый день. Чтобы под вашим и моим началом Франция процветала.

— Спасибо, ваше величество. Матушка на небесах наверняка рада за нас.

— Эй, эй, матушка, матушка, -Тереза снова потянула её за рукав.

— Что такое, Тереза?

— А какой была матушкина матушка?

После этих слов женщина задумалась.

Она ведь и правда ничего не рассказывала о ней детям.

А ведь стоило это сделать.

Возможно стоит сделать это сейчас. Рассказать, какой великой была её мать и наставница Мария Терезия.

— И правда. Матушка... Ваша бабушка. Я расскажу о ней.

— Ваше величество. Моя королева. Прошу прощения, я пойду...

— А, подожди, Д’Эон.

Д’Эон встала, но её окликнули, и она снова опустилась на колени.

— Я хочу, чтобы ты тоже послушала.

— Уву могу? Я рыцарь на службе у королевской семьи.

— Д’Эон.

Луи XVI мягко улыбнулся. Она была буквально опьянена королевой, но и короля очень любила.

— Ваше величество.

— Я тоже прошу. Моя королева хочет, чтобы ты послушала.

— Это честь для меня. Я расскажу всем, какой части удостоилась.

Мария с мужем переглянулась и улыбнулась. И маленькая Тереза порадовалась, что будет слушать вместе с Д’Эон.

— С чего бы начать? Я много всего помню о матушке. Как-то во время прогулки мы сказали, что хотим есть, и она достала для нас дикую птицу голыми руками.

— А? — Д’Эон подняла голову.

Она была не уверена, правильно ли расслышала.

— Она была сильной и доброй матерью.

— Верно, ваше величество. Она научила нас пользоваться арбалетами, раздала их нам и велела целиться в неё, а потом пальцами с завязанными глазами отбивалась.

— ?!

— Да. А когда у неё было плохое настроение во время прогулки, она крушила камни. Она всё покрошила, но садовники обрадовались, сказав, что это пойдёт в качестве гравия.

— М?!

— Хм. Тренировки с метанием и в семье Бурбонов есть. Но с завязанными глазами это непросто. Не уверен, справился бы я.

Д’Эон хотелось сострить, но она сдержалась.

— Бабушка такая сильная! Эй, эй, матушка! А можно ещё послушать?! — глаза Терезы сияли.

— Я-я тоже хотела бы послушать! — и у Д’Эон тоже.

Ей было известно о силе Луи XVI и Марии.

Мышцы Марии были божественны, она была лучшей в придворных турнирах, и единственная, кому она могла проиграть — мадам Дюбарри. Её можно было назвать почти непобедимой, все, кто бывали во дворце, знали об этом. И Д’Эон восхищалась её силой и красотой.

А её учитель с лёгкостью превзошёл Марию.

Конечно ей хотелось знать, что это за человек.

— Так. Это случилось незадолго до того, как я прибыла сюда. Перед тем, как я стала готовиться стать невестой, я проходила тренировки матушки.

Сейчас весь мир знал королеву Марию-Антуанетту.

Так же известную как королеву мускулов «Могучую Антуанетту».

Но имя её матери, Марии Терезии, не было настолько же известным.

Дальше пойдёт речь о сильнейшей матери.

Это случилось ещё до того, как поток истории сместился.

И мышцы здесь тоже играют важную роль.