Причина вопроса Бенни была прозрачна, как слеза на ее ресницах — она боялась, что я могла подслушать ее ночные рыдания возле туалета.

Я знала, как следует ответить в такой ситуации. Успела подготовиться.

—Какой новичок осмеливается задавать такие вопросы старшей?

— О-о! П-простите! — Бенни запнулась, и по ее лицу разлился алый румянец. Я не упустила момент усилить давление.

— Следи за языком. Если честно, в мое время никому бы и в голову не пришло допытываться до старших о таких вещах.

Казалось, это положило конец неудобным расспросам. Ведь по правде говоря, мне и ответить-то было нечего.

Но лицо Бенни внезапно потемнело.

...Ах да.

Меня охватило острое желание стукнуть себя по лбу. Черт возьми, я что, золотая рыбка, чтобы так быстро забывать очевидное?

Я же видела, как она сражалась со своими демонами прошлой ночью. Даже пытаясь скрыть правду, я могла своими словами добить ее и без того надломленный дух.

О чем я вообще думала? Как всегда, эта проклятая форма словно лишала меня рассудка. Неужели в армии действительно действует какой-то дебафф на интеллект?

— Нет, Бенни, ты ничего плохого не сделала. Просто... я не могу сказать тебе, где была...

Я закатила глаза, отчаянно пытаясь придумать правдоподобное объяснение. Что, черт возьми, я могла сказать? Какое оправдание придумать для ночных вылазок? Что мне вдруг вздумалось заниматься гимнастикой при лунном свете? Или что меня потянуло на романтическую прогулку по тренировочному полю?

Нет, нужно что-то более убедительное...

— Свидание.

— Простите?

— Я... была на свидании...

Едва слова сорвались с губ, я осознала всю их абсурдность. Мы же не в каком-нибудь аристократическом поместье из любовного романа! С кем, интересно, я могла встречаться в этой дыре?

Пока я лихорадочно соображала, как выкрутиться из этой нелепой лжи, лицо Бенни вдруг озарилось пониманием.

— О! Теперь я все поняла!

— Что именно?

— Ты тайно встречаешься с Акилой, да?!

...Каким ветром ее занесло к такому выводу?

Но, похоже, позволить ей верить в это заблуждение было лучшим выходом.

— Эм... Да. Именно так. Но если об этом узнает хотя бы одна живая душа — я тебя прикончу. Ни слова никому — даже крысам в стенах. Ясно?

— Так точно! Молчок до гроба! — Лицо Бенни вдруг просветлело, в глазах заплясали веселые искорки. Видимо, в этом унылом месте слухи о чужой личной жизни были редким развлечением...

— Ха-ха...

Она даже тихонько рассмеялась, явно развеселившись.

Что ж, если эта невинная ложь подняла ей настроение, почему бы и нет?

***

Я планировала понаблюдать за Бенни еще день-другой, но прошлой ночью она снова надолго исчезла. Не сомневалась — снова рыдала в туалете.

Скорее всего, причина ее терзаний крылась в погибших товарищах.

Месяц назад трое новобранцев из ее группы пали в бою. Для такой чувствительной натуры, как Бенни, это должно было стать тяжелым ударом.

Шайн, Маскл... как звали третьего? Кашир, кажется?

Да, точно. Я помнила, как Бенни тогда рыдала, не в силах сдержать отчаяния.

Я думала, она уже справилась с потерей, но, видимо, просто мастерски притворялась.

Неужели она мучилась все это время? Целый месяц?

Если Бенни действительно плакала каждую ночь, ситуация была серьезнее, чем я предполагала. Меня охватило чувство вины — как же я могла не заметить состояние той, о ком взялась заботиться? И тогда я поняла:

Это выше моих сил.

Конечно, если бы я смогла помочь Бенни, она была бы мне благодарна. Но я не была уверена, что справлюсь. Залечивать чужие душевные раны — это удел героев романов или профессиональных психологов, а не таких, как я.

Нужен был специалист, поэтому я отправилась к Юри.

— Юри, это срочно.

— Что случилось?!

Услышав подробности, Юри побледнела как полотно и помчалась докладывать офицерам.

— Я... я разберусь...

Дир, подменяя Таро, который едва держался на ногах, доложил ситуацию командиру взвода.

В результате Бенни немедленно отправили на консультацию в штаб роты.

Похоже, когда дело касалось их карьеры, они действовали с поразительной быстротой.

С этой мыслью я перебрала груду грязного белья. Великолепно — моя рубашка снова была в пятнах крови монстров. Пора вооружиться зубной пастой. Почему от нее должно пахнуть мятой не только во рту, но и на руках?

Когда я, ворча, подняла корзину, Бенни, только что вернувшаяся с консультации, подбежала ко мне.

— Сарувия! Позволь мне заняться этим!

— Конечно.

Я без раздумий передала ей корзину. Моя армейская философия была проста: уважение положено старшим, а не младшим.

Идя следом за Бенни, я услышала ее тихий голос:

— Сарувия...

— Да?

— Можно задать вопрос?

— Конечно.

— Простите?

— Ой, черт. — Я шлепнула себя по губам. Проклятая армия совсем отучила меня от нормальных манер. Кивнув в знак согласия, я увидела, как Бенни, поставив корзину, замялась.

— Скажи... ты тоже считаешь, что мне нужно стать... хуже?

— Что?

Моя ангельская подопечная спрашивала, должна ли она опуститься до уровня других? Это прозвучало как гром среди ясного неба.

— Просто... другие старшие говорят, что я слишком мягкая...

— Хм.

Я вспомнила их высказывания.

— Наконец-то появился перспективный новичок, но какая же она размазня...

— С такими нервами здесь не выжить...

Это были Дрим и Кэррот, новоиспеченные младшие капралы.

— Фу, все новобранцы сейчас — сопливые нытики.

Это Юри бурчала, наблюдая, как я опекаю Бенни.

Да, старшие действительно считали ее слабой.

Но они не знали главного.

Если бы они знали, кем на самом деле была Бенни, они бы прикусили языки. Даже я вела себя с ней осторожно.

Подождите...

Это был шанс! Помочь Бенни и укрепить ее доверие. Если бы я нашла нужные слова сейчас...

Но что именно сказать, чтобы поддержать кого-то? Черт...

— Ты просто... чувствительнее других.

Я тщательно подбирала выражения.

— Но чтобы выжить здесь, нельзя позволять смерти других тяготить тебя слишком долго. Я потеряла шестерых — понимаю, что ты чувствуешь.

Я встретилась с ее карими глазами, мягкими, как осенняя листва.

— Может, вместо того, чтобы тонуть в скорби, стоит почтить их память, живя за них?

Бенни моргнула, затем снова открыла рот.

— Так... старшие думают, что я страдаю из-за их смерти?

— ...Разве нет?

Я пригляделась к ее лицу. Ее глаза были не такими кроткими, как я думала. В их глубине таилось что-то твердое и непоколебимое — стальная решимость, которую я не могла точно описать.

— Это из-за одного из них... Кашира.

— Да, я помню Кашира.

Я не помнила, но кивнула.

— Я видела, как он погиб.

Я вспомнила: их группу атаковал Огненный Рог, монстр второго класса. Опытные бойцы увернулись, новички застыли и погибли.

— Мы же тогда отпустили того монстра, да?

— Да, отпустили.

Огненный Рог скрылся за границей, и мы не стали преследовать. Таро сказал, что теперь он наверняка боится людей.

— Мы должны были убить его. Но отпустили...

...Что?

По дрожи в ее голосу я поняла: Бенни не просто скорбела.

Она была в ярости от того, что убийца остался безнаказанным.

— Я все думаю об этом. Каждую ночь... Не могу спать...

Ее голос, тихий, но наполненный горечью, заставил меня вздрогнуть.

— Я должна была убить его. Но не смогла...

Не зная, куда смотреть, я заметила свежую рану на ее руке.

— ...Как это случилось?

— А... Это я... Не могла уснуть, злилась... била кулаком в стену...

...Вау.

Бенни, оказывается, была крутой.

Теперь я наконец поняла.

Бенни, выжившая в оригинальном сюжете, была сильна не только в бою. Ее дух был закален, как сталь. Под этой хрупкой внешностью скрывался настоящий боец.

Она не скорбела — она жаждала мести. Прирожденный командир. Она определенно превзойдет своего отца и станет генералом.

Я-то думала, она просто милая девушка из романа. Но теперь увидела ее истинную суть.

— Значит, ты злишься, что не отомстила...

— Да, и... — Она замялась. — Один старший сказал, что я слабая. Что чтобы выжить, мне нужно перестать жалеть других и стать... хуже.

— Хм, понимаю...

Видимо, этот жестокий совет и заставил ее спросить мое мнение.

И тут меня осенило.

— Этот старший... он приставал к тебе, когда это говорил?

— О... э-э...

— Бенни, скажи мне, кто это был.

— Я... не могу.

Мои подозрения подтвердились.

Мразь.

Тут я заметила кое-что еще. Бенни, всегда четко соблюдавшая субординацию, на этот раз не использовала почтительного обращения. Значит, этот "старший" был младше меня.

Карон, Джейден, Милфи.

Ответ был очевиден.

Джейден, ты конченый ублюдок.