Вскоре мы с художником уже сидели в модном кафе, попивая чай.

Как так вышло, спросите вы? Повернув за угол во время нашей за ним погони, художник по какой-то причине решил остановиться, и я на полной скорости врезалась в него, из-за чего он улетел на несколько метров вперёд и некоторое время не подавал признаков жизни… В общем, мы просто не могли оставить его вот так.

К счастью, в это время на улице почти не было прохожих, а Сафину и Суфию отвлекла Тютте, вовремя указав в противоположную сторону с вопросом: «Ой, а что это там?»

В результате, никто из посторонних не увидел момент столкновения. Сам художник тоже не понял, что произошло.

«Какая у меня всё-таки хорошая горничная. Но, хм, она предположила, что при повороте за угол со мной обязательно произойдёт какая-нибудь ерунда… Надо будет позже её отругать».

В общем, мы помогли ему прийти в чувство, он увидел Суфию и не успокоился, пока наша компания не остановилась в кафе, чтобы поговорить.

«Кажется, я не очень умею отказывать людям. Наверное».

С этой мыслью я переключила внимание на художника: он отчаянно уговаривал Суфию всё-таки побыть моделью для картины. Выяснилось, что его зовут Тойя, и в здешних краях он довольно известен: работы художника продавались за весьма солидные суммы. Меня это не особо впечатлило, но вот Суфия, которую он и так, и эдак умолял поработать с ним, оказалась под огромным давлением. Время от времени она бросала на меня взгляд с мольбой о помощи.

«Прости, что втянула тебя в это… Но нам пора закругляться. Леди Элизабет уже должна была закончить с той конторой».

Я допила чай и уже собиралась сообщить, что нам пора, как вдруг…

— Понимаете, я искал новый художественный стиль, принципиально новый способ самовыражения. Я заперся в своей комнате в поисках озарения и недавно мне наконец удалось совершить прорыв! — взволнованно сообщил Тойя и положил перед нами свой этюдник.

Я не хотела тратить на него ещё больше времени, но любопытство взяло верх, и я заглянула в альбом. Содержимое ввергло меня в шок.

На рисунках была изображена молодая женщина-демон, одетая в простую одежду. Она просто стояла, ровно, как манекен. Фон отсутствовал: вместо него вокруг девушки были в деталях прорисованы различные части её тела: пальцы, ногти, глаза, уши, руки, волосы, рога… Края рисунка были испещрены такими вставками.

«Безумие какое-то… Он выглядит милым, честным человеком, что же заставило его нарисовать нечто подобное?»

Если я была просто в шоке, то Сафину раскачивало из стороны в сторону, словно она может потерять сознание в любой момент; Тютте подхватила её, чтобы этого не произошло. Суфия же, как потенциальная модель для «иллюстрации», вовсе побледнела от ужаса.

— Ну, что скажете?! Это моя последняя работа! — радостно заявил Тойя.

Моя улыбка стала деревянной. Я никак не могла сказать ему, что иллюстрации производят такое впечатление, будто их автор – маньяк с топором.

— У в-вас весьма… Уникальный стиль, — произнесла я, тщательно подбирая слова. — Простите за столь поверхностный отзыв, я не очень разбираюсь в живописи.

У меня были базовые знания в области искусства благодаря занятиям с частным репетитором, но его творчество выглядело чересчур авангардно. И, судя по реакции Суфии, дело вовсе не в том, что в Релирексе такой стиль пользуется особой популярностью. Интересно, что сказала бы Эмилия…

— Жаль… — удручённо сказал Тойя, разочарованный моей реакцией. — Старик Гир осыпал меня комплиментами за этот рисунок…

— Старик Гир?

— О, вы о нём слышали? — спросил он, улыбнувшись. — Его полное имя – Гиртц, кажется, он довольно известный кузнец-маг. Ему понадобился художник, и в итоге он вышел на меня.

Мы уставились на Тойю, а затем вопросительно переглянулись.

«Как интересно. Мы получили информацию о Гиртце из неожиданного источника… Стоп, нет! Теперь леди Элизабет решит, что я всё спланировала! Хотя, нет никаких гарантий, что Гиртц как-то замешан в этом… Может, он вообще не при делах!»

Тем не менее, я не могла проигнорировать слова Тойи.

— Значит, господин Гиртц интересуется вашим творчеством?

— Да, именно так. Впервые увидев мои работы, он заявил: «Да, это именно то, что я искал!», но попросил в рисунках выделять отдельные части тела модели. В художественном плане такая иллюстрация не имеет особой ценности, но я был так рад проявленному интересу, что согласился. Затем он сказал, что моей следующей моделью должна стать служанка-зверочеловек… Ой, это ведь была секретная информация, да?

На последней фразе Тойя понял, что сболтнул лишнего.

«А всё, раньше надо было думать. И откуда он такой беззаботный?..»

— Поэтому вы решили обратиться к Суфии? — спросила я, пользуясь возможностью.

— Да! Впервые увидев её на улицах города, я понял, что она идеально подойдёт! Я набросал скетч и показал старику – он был в полном восторге! — довольно ответил Тойя.

От этих новостей у потенциальной модели хвост встал дыбом. Она обхватила себя руками за грудь, дрожа от страха.

«Да, ужасно. Безумно и отвратительно. Я хорошо понимаю твои чувства… То есть, Гиртц бросил свою ученицу ради вот этого?.. Теперь мы просто обязаны его разыскать».

— Получается, вы делаете всё это не из собственных побуждений, а по просьбе Гиртца, верно? Вы показали ему эскизы и, получив одобрение, пригласили Суфию стать моделью.

— А? Ну да, всё так, — Тойя кивнул, смущённый резкой сменой темы.

— В таком случае, обладаете ли вы достаточными полномочиями обсуждать с ней гонорар за работу моделью, форму оплаты – почасово или за весь проект целиком, а также дополнительные расходы, страховку, даты, сроки, возможную неустойку и прочие детали? — спросила я, сохраняя радушную улыбку.

— М-м, нет… По этим вопросам… М-мне нужно переговорить со стариком…

— В таком случае будет лучше, если мы обсудим эти нюансы напрямую с клиентом, — с улыбкой подвела я.

— Да, но старик Гир очень занят и отказывается с кем-либо встречаться…

— Что ж, если клиент не готов к искренним и прямым переговорам, боюсь, мы не можем ему доверять. Нас очень заинтересовало ваше предложение, и мы готовы рассмотреть его на определённых условиях, но при текущем положении дел сотрудничество между нами не представляется возможным, так что я бы хотела попросить вас больше не приближаться к Суфии…

Я вела себя так, будто речь шла о моей горничной, создавая впечатление, что могу распоряжаться ей как захочу. Нужно было действовать быстро, не давая Тойе времени одуматься.

Я поднялась со своего места.

— Н-нет, подождите! — воскликнул он. — Хорошо, я отведу вас к Гиртцу. Поскольку он главное заинтересованное лицо, думаю, я смогу убедить его встретиться с вами.

— О, приятно слышать.

По сути, я воспользовалась проверенной схемой: «Если они говорят, что для принятия решения должны посоветоваться с боссом – пусть сразу приведут босса». Однако, немного подумав, я осознала, что вела довольно опасную игру. Местные наверняка в курсе, что Суфия является служанкой принцессы, так что Тойя мог в любой момент раскрыть мой блеф, просто спросив: «А вы, собственно, кем будете?».

К счастью, мне удалось заставить его сделать безрассудный выбор. Тойя был человеком искусства, и, вероятно, ему прежде не приходилось вести подобные переговоры. Я и сама не ожидала, что всё пройдёт настолько гладко. В момент, когда он не видел, у меня на губах промелькнула тонкая ведьминская улыбка.

— …Вы и правда слеплены с леди Элизабет из одного теста, леди Мэри, — сухо заметила Суфия. — В сравнении с вами двумя Её Величество – сама невинность.

Меня словно обухом по голове ударили. Сравнение с леди Элизабет было не слишком приятным, а сопоставление с Эмилией показалось по-своему унизительным. После минутной задумчивости я вернула себе естественное выражение лица.

«Что она имеет в виду, когда говорит «слеплены из одного теста»? Не понимаю…»

Прежде чем я успела задать Суфии наводящий вопрос, Тойя вдруг воспрял духом:

— Тогда, пойдёмте! Я провожу вас к старику Гиру! — сказал он, вставая из-за стола.

К нам подошла профессор Икс, всё время наблюдавшая с расстояния. Я объяснила ей ситуацию и попросила сообщить подробности леди Элизабет. Профессор поручила это одному из подчинённых, а сама присоединилась к нам на случай, если произойдёт что-нибудь опасное. Также она принесла с собой катану Сафины.

«Э? А как же я?»

Я была озадачена тем, что профессор Икс не взяла мой меч, то вдруг услышала шёпот Тютте.

— Госпожа, ваш меч у меня. Я взяла его, потому что другой носильщик мог начать задавать неудобные вопросы насчёт материала, из которого он сделан.

— О, Тютте… — я была тронута предусмотрительностью своей служанки. — Что бы я без тебя делала… Так где он?

— В карете.

— Какой тогда в этом смысл?!

— Госпожа, простите. Я не знала, что он вам понадобится…

— Могла бы просто отдать по дороге.

— Я подумала, что вы обязательно вляпаетесь по дороге в какие-нибудь неприятности, так что решила придержать меч.

— Подожди-ка. Это сейчас было грубо, — я бросила на неё сердитый взгляд, но она ответила той же монетой.

— Вы можете, положа руку на сердце, заявить, что ничего бы не случилось?

— Конечно, нет! — тут же сдалась я.

— Вы так хорошо ладите. Совсем как сёстры, — захихикала Суфия, глядя на нашу перепалку.

Мы с Тютте посмотрели друг на друга и смущённо повесили головы.

— Ладно, давайте уже идти! Тойя, будьте так любезны, отведите нас к Гиртцу, — сказала я.

Я оплатила счёт и уже навострила лыжи, как…

— Э-э, нам в другую сторону… — неловко заметил он.

Я осознала, что уже второй раз за вечер попала в дурацкое клише, и покраснела до ушей.

Итак, получив информацию о Гиртце из совершенно неожиданного источника, я отправилась на встречу со старым кузнецом-магом.

________________________________________

Над главой для вас работал RedBay.

Спасибо, что читаете!