— …Мне надоело смотреть на то, как гибнут мои люди из-за алчности и гордыни правителей других деревень. Они не видят ничего дальше своего носа, не заботятся о сохранении мира, не считают нужным остановить кровопролитие! Как в таком случае с ними вообще можно вести переговоры? У них уже был шанс прекратить войны, забыть о кровавом прошлом. Но они снова и снова думают чем угодно, но только не головой!

— Хаширама-сама, у меня возникает такое ощущение, что вы пытаетесь передо мной оправдаться, — невозмутимо прервал его Ясухиро, словно не он сейчас разговаривал с одним из сильнейших людей этого мира. — Я ни в коем случае не осуждаю ваше решение вмешаться в войну. В конце концов, кто я такой, чтобы судить ваши действия? Меня больше интересуют последствия. К чему привело и ещё приведёт ваше вмешательство?

— Всё просто, — выдохнул Сенджу, слегка ухмыльнувшись. — Туман выбыл из войны, когда не стало их лидера и большей части элиты, а их Биджу были перехвачены нами.

— Мне хватило почувствовать малую часть сил Бьякурена, чтобы понять, что он не зря носил титул Мизукаге. Как вам удалось так просто его одолеть?

Хаширама многозначительно хмыкнул, не став раскрывать детали их боя. Вместо этого он продолжил:

— Так вот, осталось три враждебные нам деревни. И знаешь что? Я считаю, что пусть лучше, вкушая плод ложного превосходства, они соберутся в одном месте, около Конохи, например, где мы сможем их один раз прихлопнуть, чем нам придётся ловить их поодиночке рядом с нашими границами, тратя при этом намного больше сил, ресурсов и времени. А учитывая, что в первых рядах у них наверняка будут сильнейшие, их убийство безоговорочно принесёт нам победу в войне.

— Почему вы уверены, что они не задавят нас числом? — с сомнением уставился перерожденец на Первого. — Всё-таки как сильны бы не были отдельные шиноби нашей деревни, численное преимущество врага может сыграть ключевую роль в этой войне.

— Я не могу дать гарантий насчёт того, как всё пройдёт. К сожалению, знание будущего нам недоступно… — криво усмехнулся мужчина. — Однако я уверен, что, если мы будем верны своему делу и мы будем стойкими и непоколебимыми, то у нас всё получится.

— Хотелось бы в это верить… — вздохнул Кагуя.

Некоторое время они провели в молчании. В тишине был слышен лишь мерный пересчёт настенных часов, который с каждым движением секундной стрелки будто бы становился всё громче и громче, постепенно превращаясь в удары молотка о металлическую поверхность. Оттого в условиях подобного «транса», когда ничего вокруг больше не представляло из себя интерес, не менее неожиданно и громогласно прозвучал голос Хаширамы:

— Кстати, я позвал тебя сюда не только для того, чтобы рассказать о том, что происходит на фронте. Я также хотел тебя поблагодарить…

Ясухиро не мог не удивиться.

— Поблагодарить? За что, Хокаге-сама?

— Ты знаешь, Коноха создавалась для прекращения всяких войн, смертей и защиты тех, кто нуждался в помощи, — издалека начал Сенджу, непроизвольно окунувшись в былые времена. — Тогда мы с Мадарой думали в первую очередь о своих кланах. Об их благополучии и процветании. Но затем я перестал зацикливаться на одном лишь клане, начав ценить жизнь и заботиться о каждом жителе Листа независимо от их различий…

«Вот тут я бы поспорил…» — мысленно подметил юноша, вспоминая то, что произошло с ним, когда он оказался в Конохе.

— …Однако как бы я не старался одинаково относиться ко всем людям, семья для меня всё равно всегда оставалась и остаётся на первом месте. То, что ты сделал в плену… — Хаширама встретился взглядом с перерожденцем, показывая серьёзность своих слов: — …заслуживает уважения. Я знаю всё, что произошло в том подвале. Мы с Мито весьма и весьма благодарны тебе за то, что ты не дал тем психам притронуться к нашей дочери. Кто знает, до чего они могли дойти в своей жестокости…

— Боюсь, для таких людей не существует разумных рамок и пределов желаний, — глухо проговорил Ясухиро, с неприязнью вспоминая недавно минувшие события. — Они не остановятся не перед чем, чтобы развлечь свои инстинкты.

— Вот-вот, — кивнул Хаширама. — И поэтому я считаю правильным, что за мной теперь должок. Если тебе что-то понадобится, в разумных пределах, конечно же, то ты можешь смело у меня об этом просить. Я обещаю, что приложу все усилия, чтобы помочь тебе.

— Это… очень неожиданно, Хаширама-сама, — через некоторое время отреагировал Кагуя, тщательно обдумав его слова и вычленив для себя их главный смысл. — Я приму это к сведению…

Сенджу махнул рукой.

— Можно просто Хаширама. Может формально ты всё ещё шиноби Конохи и мой подчинённый, но теперь ещё и мой друг.

— Мне кажется, вы слишком староваты, чтобы я к вам так обращался, Хаширама… — весело усмехнулся юноша. — …сан.

— Хе… Как знаешь… В любом случае пока ты можешь быть свободен. Как полностью выздоровеешь, зайди ещё раз в Резиденцию. Проведём внеочередной совет, где окончательно разработаем план на решающую битву, которая, независимо от того, в чью пользу будет, в любом случае либо закончит этот военный конфликт, либо переведёт его в совершенно иную фазу. В общем, ступай пока домой, раз уж из госпиталя всё равно сбежал.

Вновь придвинув к себе злосчастные документы, которые даже в военное время никак не желали его отпустить, Хаширама всем своим видом показал, что разговор окончен. Ясухиро долго думать не было необходимости, отчего со словами: «До встречи», он встал с дивана, развернулся и неспеша потопал на выход из кабинета правителя Конохагакуре-но Сато.

***

Прогуливаясь по ночной Конохе, держа путь при этом в сторону дома, Ясухиро вспоминал и анализировал всё то, что сказал Хаширама. Оказалось, когда до него дошли вести о том, что Цунаде оказалась в плену у шиноби Кири, он, не колеблясь, стремглав рванул в сторону восточного фронта. При чём в одиночку, потому что никто за спешащим Хокаге попросту не успел бы. Удивительно, но скорость его была такова, что он добрался из Конохи до самой крайней точки Страны Медведей как раз к тому моменту, когда битва всё ещё гремела и рвала многострадальную равнину между двумя полуразрушенными лесами на куски.

Желавшего добраться до своей дочери правителя Листа никто не мог остановить. Джонины, члены клана Кагуя, Хозуки, Хошигаки, Мечники Тумана, даже Биджу — все они были незначительными препятствиями для Бога Шиноби. Единственный, кто мог оказать ему сопротивление — это Первый Мизукаге, который после пленения Ясухиро и Цунаде, хотел вернуться обратно в полевой штаб и руководить оттуда войсками.

Однако, получив сведения о прибытие на поле боя Хаширамы, Бьякурен выбрал неправильную тактику. Вместо того, чтобы соответствовать настоящему шиноби, то есть отступить, перегруппироваться с остальным войском, завести Первого в ловушку и убить его, он решил вступить в открытую схватку один на один. Итог был закономерен и очевиден.

Появление Хокаге и смерть Мизукаге воодушевило солдат Конохи и Узушио. Открывшееся второе, если не третье дыхание позволило отбросить противника и перейти в контрнаступление. Тогда-то шиноби Кири и посыпались один за другим… И как итог: Скрытый Туман, ввиду огромных потерь и смерти командующих на фронте, вышел из войны.

«Просто удивительно, как один человек может единолично решить исход сражения между двумя огромными армиями. При чём, не особо-то и показывая всю полноту своей силы…» — заметив и помахав знакомым с фронта людям, которые в данный момент отдыхали под открытым воздухом в одном из баров, подумал про себя Ясухиро. — «На победу никто из нас особо не рассчитывал. Преимущество врага было слишком велико. Но Хаширама смог в один момент перевернуть всё с ног на голову. Вот только возникает один вопрос…»

«Почему он не сделал этого раньше?» — продолжил за него Смауг, который всё это время, как и положено, пребывал у него в виде браслета на запястье.

«Хм… верно», — хмыкнул Кагуя. — «Если он мог сделать это с самого начала, то почему решил действовать лишь тогда, когда похитили Цунаде?»

«Он же сам тебе буквально только что сказал, что, выбирая между семьёй и деревней, он без раздумий предпочтёт первое. И если честно…» — в сознании у перерожденца всплыла картина того, как одобрительно покивал ящер. — «Я это одобряю. И сделал бы такой же выбор. Впрочем, я уверен, точно так же, как и ты, Ясу».

Кагуя на миг приостановил свой ход, задумавшись над словами друга.

«Да, ты абсолютно прав», — пришёл к выводу юноша, продолжив медленно прогуливаться по тихой Конохе. — «Но как-то странно слышать это от Хокаге. Тем более в военное время. Я, конечно, всё понимаю, но если бы он оказался там раньше, то спас бы множество жизней. Это ли не главная задача правителя деревни?»

«В твоих словах есть зерно истины…» — по-философски заключил Смауг.

«В конце концов, если у тебя есть возможность вершить судьбы тысяч людей, то нужно делать хоть что-то: либо убить их, либо спасти. Но бездействовать…» — покачал головой Ясухиро. — «…это хуже, чем что-либо другое».

«А что, если он таким образом проверял или закалял своих людей? Всё же родитель должен в какой-то момент отпустить своих детей во внешний мир, чтобы они с помощью проб и ошибок научились выживать. Хаширама, видимо, подумал также и позволил шиноби Конохи разобраться своими силами».

Кагуя мысленно фыркнул.

«Ага… а как только схватили его дочь, так он сразу же подорвался… Не знаю, Смауг. Всё это очень неоднозначно. Если он действительно хотел испытать ниндзя Листа, то почему сделал это в такой важный момент? Зачем рисковать таким огромным количеством жизней?»

«Этого мне не понять…»

«Ладно… что было, то было. Пусть это останется в прошлом на совести Хокаге. В любом случае с учётом окончания той битвы всё прошло не так уж и плохо, если говорить в общем».

Закончив на этой ноте мысленный разговор со своим призывом, Ясухиро продолжил идти в сторону дома «в молчании». Но думать о том, что грядёт в ближайшем будущем, он не переставал.

— Кха! Кхм…

Кашель усилился и участился, и юношу это не могло не беспокоить. Пока что это был единственный, наряду с периодической болью в груди, симптом его неизвестной болезни. Слабость не наступала, чакра и контроль были в порядке, температура, вроде, соответствовала норме. Но ключевое слово тут «пока»…

Больше всего его волновало, что приступы могут усилиться в самый неподходящий момент. Скажем, что, если ему резко станет плохо во время сражения? Тогда, когда малейшее промедление равняется смерти. Враг не будет сидеть сложа руки и ждать, пока он оклемается. Поэтому нужно каким-то образом обезопасить себя от подобных неприятных неожиданностей хотя бы на протяжении следующей битвы…

— Дом, милый дом…

Сказано это было с изрядной долей сарказма и иронии. «Такой же огромный и пустой. Только теперь ещё и пыльный…» — так Ясухиро подумал, добравшись наконец до своего жилища и отворив входные двери. Некому за ним было ухаживать за все годы отсутствия его хозяина, а оттого воздух внутри был спёртым и сухим. Проходя по комнатам, перерожденец не раз замечал в углах серебряные нити паутины. Иногда из штор вылетали непонятно как оказавшиеся, а главное — выжившие насекомые из числа мух и молей.

«Что-то у тебя тут грязновато…»

Пока Кагуя открывал в своей спальне окна, дабы впустить внутрь свежий воздух, слезший с запястья Смауг принялся деловито расхаживать по комнате, зачастую морщив при этом мордочку.

— Меня не было в этом месте три года, — покачал головой перерожденец, вдохнув свежий ночной воздух. — А живу я один. Понятное дело, что некому было здесь прибираться. И… о чистоте говоришь мне ты, Смауг? Помню, видел я твою комнату и, честно говоря…

«Ладно, ладно, помолчи…» — тут же перебил его ящер, фыркнув и по-человечески закатив глаза. — «А зачем тебе, в таком случае, такой здоровенный дом, раз уж кроме тебя здесь больше никого нет? Или…» — тут он в звериной ухмылке оскалил свои белоснежные зубы. — «Может, это для вас с Цуна…»

— Да-да, опять эти твои шуточки… — размеренно постилая рядом со своей кроватью чистый футон, спокойно пробормотал юноша, уже давно привыкнув к подобным «подколам» друга. — Ложись-ка ты лучше спать. Подумай о своём поведении немного.

«Что? А ты куда?» — нехотя послушав Ясухиро, поясохвост с удобством расположился на мягкой поверхности, по-кошачьи поджав под себя хвост, иглы которого не доставляли для него никаких неудобств.

Уже уходя из комнаты, перерожденец махнул рукой, успев проговорить напоследок:

— А я пока пойду уберусь в других комнатах. Не волнуйся, скоро вернусь. Мне же всё-таки прописан постельный режим…

Комментарий к Часть 84

Ну что ж... Следующая глава будет последней перед финальной аркой. Ожидайте.