Белые стены. Белый потолок. Тишина и стерильный запах… Как же часто Ясухиро на протяжении обеих жизней просыпался в больнице. И если в первой в основном из-за очередного перелома, то вот во второй — по причине истощения либо особо тяжёлых ран. Это пробуждение напомнило ему о первой битве в составе Несущих Смерть. А если быть точнее — о её последствиях. Тогда он тоже чувствовал себя отбивной и не мог видеть правым глазом. Но, помимо этого, в тот момент рядом с ним находились все ребята из команды. Сейчас же…

— Ты наконец очнулся…

Знакомый женский голос заставил его резко повернуть голову. Цунаде. Живая и абсолютно здоровая. В её глазах отчётливо виднелись беспокойство и усталость. Лицо слегка осунулось, но в целом выглядело свежо и всё также привлекательно.

— Как ты?

Голос звучал приятно и успокаивающе. Словно пытался убедить, что всё в порядке. Если бы Кагуя не знал её обладательницу, то решил бы, что с ним говорит заботливая мать или сестра. По крайней мере, именно такие ассоциации у него вызывал этот стиль речи.

Но вопрос всё же нуждался в ответе. Опустив голову, юноша оглядел своё тело. Заштопанное и забинтованное. Всё, как обычно, когда просыпаешься в палате больничного центра. Конечности отзывались без осложнений и тремора. Это было хорошо. Однако боль никто не отменял. Особенно в области груди.

— Кха! Кха! Кха!

Снова этот кашель. Кровавый, отзывающийся болью и спазмах в лёгких. Теперь на кристально белых бинтах виднелись небольшие капельки крови. Это вызвало у Цунаде нешуточную озабоченность. Она вскочила с упавшего с грохотом стула, приблизившись к койке.

— Ясу! Что с тобой?! Тебе плохо?!

— Нет… нет… Всё нормально.

Его собственный голос не шёл ни в какое сравнение с Сенджу. Дряхлый и скрипучий. Как у старика. Но так бывает всегда, когда он долгое время пролежит без сознания. Кстати, а «долго», это сколько на этот раз?

— Цунаде, сколько я был в отключке?

— Где-то дней пять с тех пор, как нас спас мой отец.

— Пять дней?! — сквозь полудрёму воскликнул Ясухиро. — Что ж так долго-то?

— После того, что с тобой произошло, тебе необходим был отдых. Причём как телу, так и разуму. Неудивительно, что ты восстанавливался столько времени, — спокойно проговорила девушка, а затем заметно нахмурилась: — Но ты не уходи от ответа! Твой кашель — это ненормально! Ты знаешь, что с тобой происходит? Давай может я тебя осмотрю? Странно, что ирьенины, лечившие тебя до этого, сказали, что твоей жизни больше ничего не угрожает. Не могли же они что-то упустить?

— Могли. Ещё как могли, — выдохнул перерожденец. — Цунаде, спасибо за твою заботу, но, боюсь, ты ничего не сможешь с этим сделать. Даже Ичиро ничего не нашёл, а ты знаешь, насколько хорошо он разбирается в отклонениях и аномалиях в теле.

— Но как же так? Мы же не можем просто взять и забыть про это. А вдруг эта болезнь сведёт тебя в могилу?

Ясухиро закатил глаза.

— Все мы рано или поздно умрём. Так что не волнуйся по этому поводу. Я обещаю, что приложу все усилия, чтобы с этим бороться.

— Хорошо… — опустив глаза, протянула дочь Хокаге.

Подняв упавший стул и поставив его на прежнее место, Цунаде придвинулась немного поближе, дабы дать возможность «больному» не поворачивать голову слишком сильно. Но нужных слов для дальнейшего разговора она не нашла, вследствие чего просто уставилась в уцелевший голубой глаз собеседника, что, впрочем, нисколько её не смущало. Пауза была несколько скомканной и внезапной, из-за чего Кагуя решил её прервать:

— Расскажешь о том, что произошло во время моей отключки? И… где мы сейчас, собственно?

Девушка моргнула пару раз, а затем несколько грустно хмыкнула. Её взгляд потух, а плечи опустились. Юноша сразу понял, что что-то не так.

— Мы в Конохе. И я всё тебе расскажу. Но сначала, хочу услышать про ваш с Ичиро и моим отцом план. Никто из них так и не удосужился мне что-либо объяснить. Говорят, что ты разъяснишь…

— Серьёзно? Вот ведь старые… — неприятно удивился перерожденец, вовремя остановив поток речи. — Кхм… ладно, хорошо. В общем, с самого начала у нас была идея, которая заключалась в том, чтобы я специально попался в плен и указал точное местоположение важного стратегического объекта, где меня бы держали. С помощью семечка, созданного Хаширамой и пересаженного внутри моего тела Ичиро, меня можно отследить практически с любого расстояния. Этот манёвр позволил бы продвинуть фронт и перейти в контрнаступление. Но никто не мог предположить, что сперва захотят похитить тебя, а не меня. Вот я и последовал за тобой, воспользовавшись моментом.

— Я всё ещё не понимаю, как твоё пленение помогло бы Конохе в войне? — сложив брови домиком, с сомнением уточнила девушка.

— Это нужно было, в том числе, и для того, чтобы выманить кого-нибудь сильного. Каге, например, — коротко хмыкнул перерожденец. — Ведь для задержания Последнего из Несущих нужен кто-то посильнее, чем обычный джонин… Вот скажи мне, тебе известна судьба Бьякурена?

— Он мёртв. От руки моего отца.

— Вот об этом я и говорил, — ничуть не удивившись, кивнул юноша. — План удался, хоть и не так, как мы планировали изначально. Теперь ситуация на восточном фронте резко изменилась. Я уверен в этом. Но раз уж ты упомянула ныне погибшего Каге Тумана, расскажи наконец о том, что произошло и какова обстановка сейчас.

После небольшой паузы, во время которой Цунаде структурировала свои мысли, она с выдохом принялась объяснять:

— Ну… Кири фактически вышла из войны. После смерти Бьякурена многие бойцы начали сдаваться. Это было совсем не в духе шиноби Тумана, но похоже, что страх перед моим отцом явно превалировал над жаждой мести. Однако это вмешательство повлекло за собой последствия. Прямое участие Хокаге в битве на фронте вынудило остальных Каге и других сильнейших шиноби деревень также покинуть свои дома и отправиться на войну. Вместе с пятью джинчурики они продавили наши укрепления практически на всех фронтах, кроме того, где командует Мадара-сан. Но для того, чтобы сохранить целостность границ, его войскам и нашим — на восточном фронте, пришлось отступать вместе с остальными. Враги сужают подконтрольную нам территорию, Ясу… И если в начале войны мы стояли на границах Страны Огня, то теперь вынуждены защищаться в двух шагах от Конохи.

— Значит, всё настолько плохо… — тихо проговорил Ясухиро, прикрыв не забинтованный глаз. — А ведь я уверен, что Мадара-сан на пару с Хокаге могут уничтожить добрую половину всех наших врагов. Однако, как всегда это и бывает, не всё так просто…

— Да… но я не уверена, что мой отец сможет это сделать. Всё же он обычный шиноби, хоть и посильнее многих.

— О… ты не представляешь насколько он «посильнее многих», — выделил последние слова Кагуя. — Я с ним и рядом не стоял, как бы мне этого не хотелось. Так что не удивлюсь, если он будет тем, кто остановит эту войну.

— Я на это надеюсь… Кстати, он просил передать, чтобы ты к нему зашёл в Резиденцию, когда очнёшься. Но сказал, чтобы ты не спешил. Всё-таки тебе нужно восстановиться после случившегося. А время для этого ещё есть. Он хотел, как я поняла, о чём-то с тобой поговорить и рассказать подробнее об обстановке вокруг нас.

— Хорошо, я обязательно зайду к нему, — кивнул Ясухиро, а затем задумчиво потёр бинты на лице. — К слову, как долго мне нужно будет это носить? Чешется невыносимо сильно… — Цунаде весело улыбнулась.

— Ха… Тебе второй раз пересаживают чужой глаз. Понадобится время для полного приживления. Подожди немного.

— Эх… — вздохнул перерожденец, смирившись с тем, что будет вынужден терпеть мучительный зуд, от которого никак не избавиться. — Ладно…

— Выздоравливай. И… — Сенджу поднялась со стула и, медленно и несколько робко наклонившись к юноше, поцеловала его в щёку, обдав приятным ароматом цветов и хвои. — …спасибо за то, что сделал.

Не успев ответить что-либо вразумительное умчавшейся из палаты девушке, Ясухиро замер, не в силах пошевелиться. Глупая улыбка никак не могла сойти с лица, хотя он и не хотел, чтобы она исчезала. Он был не против, что подобные эмоции делали из него обычного человека. Всё-таки приятно было осознавать, что некоторые его поступки приносили радость и пользу не только ему, но и другим…

«А она стала смелее…»

Знакомый рычащий голос, возникший прямо в голове, вывел его из состояния оцепенения. Помотав головой, он нашёл свернувшегося на подоконнике ящера, вновь принявшего уменьшенную форму.

— Смауг! Ты как, дружище? — не мог не обрадоваться Кагуя, не имевший возможность говорить со своим призывом во время пленения. Сейчас же никого рядом не было, так что юноша мог общаться с ним так, как привык — вслух: — Стой, то есть ты всё это время был здесь?

«Да, а что?» — поясохвост же, ввиду своей особенности, говорил исключительно мысленно.

— Ничего, — хмыкнул перерожденец, приподнимаясь на локтях, чтобы не напрягать шею при взгляде на подоконник. — Ты как? И почему не отзывался раньше?

Ящер фыркнул.

«Я-то в порядке. Со мной вообще ничего не происходило, да и произойти не могло, учитывая, что я тогда был в форме браслета. А вот реагировать не мог, потому что печать, перекрывшая тебе чакру, повлияла и на меня. И очень даже сильно. Фактически я впал в спячку. Ведь без чакры я не могу нормально существовать, не то, что говорить или менять свою форму. Ты лучше скажи, как сам себя чувствуешь? Я слышал всё, что с тобой происходило…»

— Ты знаешь, на удивление, нормально, — заметив скептический взгляд животного, Ясухиро добавил: — Нет, серьёзно. Без шуток. Зубы целы, глаз новый вставили, все конечности на месте. Да, это было чертовски больно. И да, привыкнуть к боли попросту невозможно. Однако в моей жизни её было достаточно, чтобы научиться терпеть. Да и к тому же у меня была цель — не дать этим выродкам тронуть дочь Хокаге. Ведь если я прошёл через многое и был готов к пыткам, то вот она… — покачал головой юноша. — …вряд ли.

«В этом определённо есть смысл», — задумчиво кивнул Смауг.

— Только вот со шрамами придётся что-то делать… Потому что, чувствую, когда я сниму все эти бинты, их будет настолько много, что трудно будет найти здоровое место.

«Попроси Ичиро их вывести. Для него это — не проблема».

— Это да… — сделал глубокий выдох Кагуя. — Кстати, надо будет его где-нибудь выцепить. Раз уж его ученики здесь, значит, и он должен быть… Ладно, я, наверное, посплю немного. Разбуди часа через четыре. Я думаю, этого хватит мне, чтобы восстановиться и отдохнуть, ведь регенерация сейчас идёт полным ходом.

«Не будет ли это слишком поздно?» — с сомнением уточнил ящер, намекнув на медленно опускающееся за горизонт солнце.

— Поверь, с нынешней ситуацией, сон для Хокаге — непозволительная роскошь. Так что в самый раз.

«Хорошо… отдыхай», — не стал противиться воле своего друга Смауг, развернувшись мордой к окну, чтобы иметь возможность скоротать следующие несколько часов, наблюдая за людьми и засыпающей природой.

***

— Хокаге-сама, вы хотели меня видеть?

За три года, которые Ясухиро проводил среди призывных животных, Хаширама нисколько не изменился. Несмотря на видимую усталость и напряжение, всё тот же статный мужчина средних лет, внушающий трепет и страх одним своим взглядом. Благо, Кагуя уже давно научился противостоять его подавляющей ауре и держаться рядом спокойно и уверенно. Кабинет также практически не претерпел изменений. Лишь добавилось и без того огромное количество бумаг на столе.

— Ясухиро? — немного удивлённо поднял глаза на юношу Сенджу, а затем тут же вернул себе невозмутимый вид: — Ты видел какой сейчас час? Да и ты даже не до конца восстановился. Полежал бы ещё денёк-другой. Куда спешишь?

Хаширама был прав. Вид Кагуи словно кричал о том, что он только-только сбежал из больницы. Наверное, именно поэтому по пути в Резиденцию он был главным объектом интереса проходящих мимо гражданских и шиноби. И если первые удивлялись из-за количества повязок на его теле, то вот вторые вовсю обсуждали возвращение в Коноху спустя три года Героя Первой Мировой — последнего из Несущих Смерть.

Смауг сдержал своё слово и разбудил его ровно через четыре часа. Сбежать из больницы было несложно. Хоть ирьенины и привыкли за многие годы работы в госпитале, что большинство шиноби желают оказаться как можно дальше от белых стен и неудобных коек, а потому научились ловить даже самых упёртых, однако для ниндзя уровня Ясухиро, который был мастером скрытности, они не являлись препятствием. И теперь перерожденец был здесь, в Резиденции Хокаге, далеко за полночь.

— Сейчас время играет против нас, Хокаге-сама. Я думаю, вы понимаете это, как никто другой, — спокойно ответил Кагуя после непродолжительной паузы. — Так о чём вы хотели со мной поговорить?

Мужчина некоторое время смотрел на юношу не отрывая взгляд, словно пытался что-то разглядеть внутри своего собеседника. Однако затем, опустив глаза, он отложил все бумаги перед собой в сторону и расслабленно облокотился о спинку кресла, махнув рукой в сторону дивана напротив.

— Присаживайся. Нам стоит многое обсудить…

Комментарий к Часть 83

Принимаю налёт тапков. Только не жёстко, мне ещё проду писать.