Услышав мои слова, сотрудник А Сын вскрикнул:

— Н-нет, нельзя! Если я предам их...

— Сотрудник А Сын, вы уже предали торговый союз Серебряного моря. Что вам мешает сделать это ещё раз?

— ...

— К тому же, предав их сейчас, вы искупите свою вину перед союзом, которому нанесли удар.

Я посмотрел ему прямо в глаза и спросил:

— И вы правда верите, что они сдержат обещание?

— ...

Зрачки А Сына неистово задрожали. Он и сам прекрасно понимал, какая судьба ждёт его и его семью. Просто до этого момента иллюзия была единственной соломинкой, за которую он мог цепляться.

— Сотрудник А Сын, вы ведь знаете, какие две вещи наш союз ценит больше всего?

Он кивнул и дрожащим голосом ответил:

— Людей и доверие.

— Верно. Неужели вы не доверяете нам?

— ...

— Это прискорбно. Выходит, сотрудник Хранилища финансов не верит своему же союзу.

Я спросил снова:

— Хоть раз за всё время вам задерживали жалованье?

— ...Н-нет.

— А бывало, чтобы вам отказывали в отпуске?

— Не бывало.

— И после этого вы всё ещё нам не доверяете?

Воцарилось недолгое молчание. А Сын осторожно спросил:

— Вы действительно... сможете защитить мою семью?

Разговор затянулся, но это был хороший знак. Значит, он начал поддаваться на уговоры. Я мысленно поблагодарил отца и предков за ту репутацию, которую они выстраивали годами. Именно благодаря этому кредиту доверия мои слова имели вес.

— Да. Даю вам слово. Мы защитим вашу семью.

Его родные не были ни в чём виноваты. Чего не скажешь о самом А Сыне, как ни крути, он совершил попытку поджога. Тем не менее, до самого пожара дело не дошло, так что были смягчающие обстоятельства.

— Отдайте мне огниво.

— ...

— Живее.

После повторного требования А Сын дрожащей рукой протянул мне огниво. Приняв его, я мысленно выдохнул с облегчением.

В этот самый момент в архив вошли бойцы Отряда Серебряного ветра.

— Молодой господин! Вы в порядке? — спросил мужчина, стоявший во главе отряда.

Я узнал его. Это был Чон Чхун, один из командиров звеньев Серебряного ветра. В будущем он дослужится до заместителя главы отряда. Я был рад его видеть, но виду не подал и лишь коротко кивнул:

— Да, я в порядке.

Я обратился к стоявшему позади Ё Чхан Ый:

— Вы прибыли гораздо быстрее, чем я ожидал.

— У вас было такое серьёзное лицо, когда вы велели мне звать Серебряный ветер. Я запросил поддержку по высшему разряду. Но... почему сотрудник А Сын в таком состоянии?

Я бросил взгляд на дрожащего коллегу:

— Он пытался совершить поджог.

— Что?!

Лица присутствующих исказились от изумления. Командир Чон Чхун первым пришёл в себя и крикнул подчинённым:

— Это поджигатель! Взять его!

— Есть!

Я добавил, обращаясь к Чон Чхуну:

— Он важный свидетель. Прошу, не обходитесь с ним слишком сурово. И отправьте людей, чтобы защитить семью А Сына.

— Простите?

Чон Чхун в недоумении склонил голову, и я пояснил:

— Я пообещал ему.

У А Сына покраснели глаза, и он начал всхлипывать.

— Где сейчас ваша семья? Говорите.

Малый зал заседаний торгового союза Серебряного моря. Здесь собрались члены совета «Серебряной Луны»: глава союза Ын Гиль Сан, Главный управляющий Палаты финансов Ю Со Ак, глава Отряда Серебряного ветра и Внешний управляющий Го Иль Пхён, а также главы Палаты процветания и Палаты торговых потоков.

Ын Гиль Сан со вздохом произнёс:

— Как же так вышло...

Ю Со Ак ответил ему:

— Нам несказанно повезло. Даже страшно представить, что было бы, если бы архив сгорел.

В голосе Ю Со Ак чувствовалась ярость. Остальные невольно вздрогнули, все знали, что Ю Со Ак больше всего на свете ненавидел, когда его беспокоят во время сна. Если причина была уважительной, он терпел, но виновник инцидента рисковал познать весь его гнев.

— Кхм-кхм, как бы то ни было, молодой господин Со Хо совершил великое дело, — поспешил перевести тему Го Иль Пхён.

Внешний управляющий союза не только возглавлял боевой отряд, но и решал все проблемы вне поместья. Это был выдающийся мастер, известный под прозвищем «Меч, Сотрясающий Небеса». К тому же, он был учителем боевых искусств для старших братьев, Ын Джон Хо и Ын Джин Хо.

Услышав слова Го Иль Пхёна, отец негромко кашлянул:

— Кхм-кхм... хоть он и мой сын, но заслуживает похвалы.

— Но... как молодой господин узнал об этом и успел предотвратить беду? — спросил глава Палаты процветания.

Его звали Чок Пён Чхоль. Это был тихий мужчина средних лет, не любивший лишнего внимания. Однако без его чуткого надзора за хозяйством союза дела бы быстро пришли в упадок, поэтому его мнение имело большой вес.

Ему ответила глава Палаты торговых потоков:

— Нам передали общую суть дела, но подробностей мы пока не знаем...

Её палата была сердцем союза, отвечая за отбор товаров, логистику и торговлю. Возглавляла её Ён Да Ми, выдающаяся женщина, чья воля и хватка помогли союзу Серебряного моря занять нынешнее положение.

— Скоро они придут, и мы всё узнаем сами, — подытожил Ын Гиль Сан.

В этот момент доложили о прибытии Ын Со Хо и Ё Чхан Ый. Двери открылись. Войдя, они засвидетельствовали своё почтение пятерым членам совета. Отец предложил им сесть.

— Прежде всего, хочу выразить благодарность. Благодаря вам мы избежали катастрофы.

Ё Чхан Ый замахал руками:

— Моя заслуга лишь в том, что я позвал Серебряный ветер.

— И это немало. Но мне любопытно: как вы поняли, что в чае снотворное, и не стали его пить?

— Это... благодаря проницательности молодого господина Ын Со Хо.

Отец повернулся ко мне:

— Что ж, я слышал, что именно ты предотвратил беду. Как всё было?

— Да, отец. Позвольте объяснить.

Я перевёл дух и начал рассказ:

— Сегодня я заступил на дежурство вместо сотрудника Ин Дэ Су. Вместе с коллегой Ё Чхан Ый мы отужинали в ресторане «Три вкуса» и вернулись в комнату дежурных. Но мне кое-что показалось странным.

— Что именно?

— Во-первых, горел фонарь. Как известно вам и Главному управляющему Ю, в Хранилище финансов много горючих материалов, поэтому сотрудников учат всегда гасить огонь, уходя из комнаты.

Ын Гиль Сан и Ю Со Ак кивнули. Отец сам когда-то работал в Хранилище, а Ю Со Ак руководил им сейчас.

«Но неужели кто-то обратит на это внимание и сразу заподозрит неладное?»

«Это действительно привычка сотрудников, но заметить такое всего за десять дней службы?»

Присутствующие переглянулись, понимая, что думают об одном и том же. Я продолжил:

— Кроме того, на ручке крышки чайника остались странные следы. Присмотревшись, я понял, что это отпечатки пальцев, испачканных в туши.

— И что в этом странного? Если кто-то другой хотел выпить чаю, он мог оставить следы.

— Если бы это было так, пятна были бы только на ручке чайника и сверху на крышке.

Я имитировал жест наливания чая:

— Когда наливаешь чай, придерживаешь крышку пальцем, чтобы она не упала, но не берешься за саму ручку крышки целиком.

— Ах!

— Значит, крышку именно открывали. А открывают её обычно только тогда, когда чай закончился, верно?

— Верно.

— Но чай приносят прямо перед началом дежурства, он не мог закончиться так быстро. Значит, кто-то открывал крышку, чтобы что-то подсыпать.

— К тому же, у слуг из чайной комнаты руки не могут быть в туши...

Мой дедушка, Ын Джи Бон, был крайне придирчив к чаю. Именно благодаря этой страсти чайный бизнес союза процветал. Он даже создал в поместье отдельную чайную комнату и нанял специалистов, которые занимались только чаем. Одно из его главных правил гласило: «Тот, кто нечист телом, портит вкус чая». За немытые руки дедушка мог устроить суровую взбучку, поэтому работники чайной комнаты мыли руки до фанатизма. Следы туши на чайнике были просто невозможны.

— Так ты всё понял по этим деталям?

— Да. Я налил чай и увидел в чашке странный белый осадок. Написав записку Ё Чхан Ый, я велел ему не пить и притвориться спящим.

— Хм...

— Пока мы лежали, кто-то осторожно прокрался в архив. Тогда я попросил господина Ё вызвать Серебряный ветер.

— Понятно.

Советники согласно кивали, но мысли у каждого были свои:

«Мой сын... он просто поразителен!»

«Какая острота ума»

«Будущее союза в надёжных руках»

«Из этого мальчишки выйдет толк»

«С такими талантами ему бы боевые искусства изучать...»

Отец продолжил расспрос:

— Но почему ты сам пошёл ловить преступника?

Я изобразил искреннее недоумение:

— Разве это не естественно? Я сын главы союза и наследник Серебряного моря.

Пятеро прожжённых жизнью мастеров застыли в оцепенении. Такого ответа они не ожидали. Первым опомнился отец, негромко кашлянув:

— Кхм-кхм... Я понимаю твой порыв, но это было безрассудно. А если бы у него было оружие?

— Как может наследник союза просто стоять и смотреть, когда в его доме творятся такие бесчинства?

Я осторожно добавил:

— Но я признаю, что заставил вас волноваться. Прошу прощения.

— Хорошо, впредь будь осторожнее.

— Да, отец. К тому же, у него оказалось второе огниво, и чтобы успокоить его и предотвратить пожар, я пообещал защитить его семью. Честно говоря, долги и попытка поджога, это его вина, но родные ни при чём.

Я снова склонил голову:

— Прошу простить, что принял решение без вашего согласия.

— Нет, ты всё сделал правильно, — ответил Ын Гиль Сан. — Родные действительно не виноваты. К тому же, благодаря этим переговорам архив уцелел. Там ведь было разлито масло? Если бы вспыхнуло... у меня сердце замирает при одной мысли об этом.

Все согласно кивнули. А Сын пытался поджечь именно тот отдел архива, который называли «Пурпурными стеллажами». Там хранились оригиналы документов, не имевшие копий. Самое важное в торговле, контракты и акты приёмки с печатями обеих сторон. Только по ним можно подтвердить подлинность сделок.

Отец поднял лист бумаги, лежавший перед ним:

— Значит, Павильон Роскошных Пиров...

Павильон Роскошных Пиров когда-то был крошечным домом развлечений, но благодаря советам дедушки Ын Со Хо стремительно разросся. Они сменили статус на элитное заведение и наняли талантливых куртизанок. На протяжении десятилетий союз Серебряного моря и Павильон были партнёрами, но теперь этой дружбе пришёл конец.

— Похоже, хозяин Павильона совсем отчаялся, раз пошёл на такое, — заметил Го Иль Пхён. Ю Со Ак вскипел: — Лучше бы он тратил силы на то, чтобы найти деньги на оплату долгов, а не на эти подлости!

Тут я осторожно подал голос:

— Отец, у меня есть вопрос.

— Слушаю.

— Вы сказали «найти деньги на оплату». У них есть задолженность перед нами?