Пересечь границу Юнатара дело не то чтобы сложное, скорее муторное. Стражники там не супер-бойцы, зато те ещё бизнесмены, которые не поленятся обобрать незнающего путешественника на пару десятков лишних серебряных и договориться с ними крайне трудно в виду их твердолобости и отсутствия достаточного количества мозговых извилин. Надо либо угрожать расправой и связями, либо иметь в страже своих друзей, которые спасут от излишних затрат и помогут спокойно пересечь границу.

У меня имеется пара знакомых в пограничной страже, да и то знакомыми их назвать сложно, скорее просто особо благодарные ребята, которым я однажды помогла с монстрами и потом смогла договориться на помощь при пересечении границы. Уже подходя к аванпосту охранников, я хотела позвать их, но стоявшие тогда у поста стражники меня опередили, просто открыв ворота с крайне недовольным выражением лица.

— Хорошие у вас друзья в семье Колабимор, - проворчал один из них, отказываясь на меня даже косой взгляд кинуть.

А, Витмор. Вероятно, для него не составило никакого труда со стражей договориться, учитывая его связи и положение в обществе, да? Хорошие, выходит, друзья у меня в семье Колабимор

Как только мы пересекли границу встал другой, более существенный вопрос: безопасный путь до Дасприи, который не должен сопровождаться какими-либо трагедиями, нападениями, домогательствами, раздорами и прочими неприятными вещами, а это очень сложная задача с присутствием Якиса за спиной.

В новелле, стоило только Якису отойти от границы Юнатара буквально на пару километров сразу же начались проблемы – он наткнулся на караван торговцев, которые пригласили его отдохнуть у костра и составить им компанию. Тогда был уже поздний вечер, Якис был истощен после долгого пути, пережитых десяти сквозных ран и новости о казни травника, что ему помог, а потому, конечно же, без лишних возражений решил отдохнуть рядом с незнакомыми людьми. Итог очевиден: на утро он проснулся без одежды, кошелька, оружия и прочих необходимых для долгого путешествия вещей.

Что было после этого точно вспомнить не могу, потому как после прочтения первых десяти глав я быстро поняла, что всяких жестоких сцен тут будет немерено, в следствие чего мой мозг принял решение перестать запоминать всякие мелкие по меркам этой новеллы моменты, вроде ограблений, потасовок, драк, оскорблений и так далее. Конечно, это решение доставляет мне сейчас уйму неудобств, но все же я не могу отрицать, что оно было довольно мудрым, потому что, если запоминать все подобные моменты, можно очень быстро скатиться в депрессию и уйти запой даже в моем тогдашнем возрасте.

Итак, первая серьёзная проблема предстанет перед нами где-то на середине пути от Юнатара до Диасприи, а потому сейчас надо просто быть настороже и не садиться выпивать с какими-то уличными торговцами. Вполне выполнимо.

— Я понимаю, что прикосновения тебе не нравятся, но, если хочешь жить без откушенного бока, придется потерпеть, - заметила я, кинув косой взгляд на Якиса, сильно нахмурившегося и отстранившегося, стоило мне только приблизить ладони к его все ещё заживающему боку.

В общем и целом, если забывать про подобные моменты, наше путешествие проходит спокойно и молчаливо, в прямом смысле этого слова. Главный герой не особо горит желанием заводить разговор, а я и не настаиваю, так что большую часть времени мы идем в полной тишине. Что интересно, Якис даже ни разу не поинтересовался куда именно мы идем, заместо этого просто таскаясь за мной хвостиком, словно у него нет никаких причин не доверять мне. Да уж, не далеко бы он ушел, если бы на месте наемника была не я, а любой другой человек, который ставит деньги превыше чести. Хотелось прочитать ему нотацию по этому поводу, но потом я быстро вспоминала, что, во-первых, вряд ли Якис поймет, о чем я пытаюсь ему сказать, потому что, видимо, до сих пор каким-то образом верит в честность людей, а, во-вторых, я не его мать, жена, или что-то в этом роде. Вот придет Ринет, все ему разъяснит и объяснит, а я тут просто чтобы довести главного героя до Дасприи.

Итак, в долгом молчании мы медленно перебирались от одного привала к другому, не ссорясь и не сталкиваясь интересами ни в чем, кроме одного: лечения. Да, довольно сложно лечить человека, который до смерти боится любых прикосновений. Стоит мне только сказать, что пора перевязывать рану, как на лице Якиса появляется такое страдальческое выражение, как будто его к вечным пыткам приговорили и это при том, что я стараюсь как можно меньше касаться открытой кожи. Приходится либо ждать, пока он соберется с духом, либо давить на него, потому что лечение не доведено до конца.

— Того, что ты сделала, достаточно. Не стоит продолжать об этом беспокоиться.

Я посмотрела сначала на него, потом перевела взгляд на бок, где все ещё красуется довольно заметная вмятина, пусть и несколько затянувшаяся, затем снова на Якиса, не зная, поражаться мне упорству этого человека, или его глупости.

— Стоит, - в конце концов коротко сказала я.

— Все заживет само, - не сдался Якис. – Кровотечение остановлено, это главное.

Конечно, все само заживет, ты же богиней благословлен, но в какой момент это стало оправданием?

Я устало вздохнула, приложив руку к голове, начиная чувствовать неприятное давление в висках. Якис бессмертен, но он чувствует боль, усталость, изнеможение, тяжелые сквозные раны его не убивают, но оставляют беспомощным из-за слабости. Он может сколько угодно отпираться, оправдываясь тем, что «все само заживет», но я прекрасно знаю, как тяжело ему передвигаться и идти из-за ранений, которым не придают должного внимания. Боже, да одна четвертая проблем в новелле возникала из-за того, что этот парень даже повязку на повреждения не накладывал, уверенный в том, что раз не смертельно, значит можно не следить. А не смертельным для него было любое ранение.

О Якисе либо заботится кто-то другой, либо никто, и раз уж в данном походе эта роль выпала мне, придется выполнять её на все сто.

— Нам предстоит долгий путь, который надо пройти как можно скорее, и я не буду останавливаться только из-за того, что ты не хочешь лечиться, - твердо сказала я. – Либо ты сейчас успокаиваешься, либо ищи другого наемника, который согласится протащить тебя в Дасприю в обмен на какие-то далекие драгоценности.

Эти слова наконец заставили Якиса сдаться. Конечно, ещё какое-то время он продолжал упрямо хмурить брови, но, в конце концов, лег на спину и больше не пытался отодвинуться, когда я начала снимать бинты, старательно пытаясь не коснуться голой кожи, хотя это довольно сложно, знаете ли. Всю последующую процедуру мужчина перенес стойко, ни разу не дернувшись и не попытавшись отстраниться, только поежился после того, как я закончила с заклинанием и начала снова перевязывать рану.

Заглянув в походную сумку, я с досадой поняла, что бинтов осталось слишком мало для нашей компании, в которой имеется один постоянно раненый человек, к тому же съестные запасы подходят к концу и, несмотря на то, что мы оба можем протянуть без еды гораздо дольше, чем обычный человек, все-таки чувство голода – не то, что я бы хотела испытывать на протяжении всего пути.

Итак, надо найти место, где можно будет закупиться провиантом и медицинскими принадлежностями. Сейчас мы находимся на свободных землях Центральных равнин, которые считаются нейтральной территорией материка, и развитых городов тут, соответственно, немного, зато деревень и мелких поселений – предостаточно. Думаю, завтра так или иначе мы наткнемся на одну из них, там и разберемся с припасами.

— Завтра остановимся в ближайшем поселении на быстрый отдых, - оповестила я своего спутника, пряча совсем уже тоненький рулон бинтов в сумку. – Закупимся всем необходимым и продолжим путь.

Якис мне не ответил, только отвернулся на бок, спиной ко мне, словно я только что всю его семью оскорбила. Мне оставалось лишь закатить глаза и, завязав сумку, пойти тоже готовиться ко сну.

Ночи в Центральных равнинах на удивление спокойные и теплые не смотря на первые холода осени. Местность тут в основном открытая, равнинная, но время от времени встречаются не самые большие по площади леса, в которых удобно ночевать, а также искать хворост для костра – так мы и поступили, собственно говоря. Шумящие, ещё не опавшие кроны над головой, стрекотание сверчков и редкое гулкое уханье совы вдалеке – умиротворенная и спокойная атмосфера, в которой я совсем не ожидала усомниться в отсутствии у меня шизофрении.

— «Совсем как ребенок», - раздался мягкий женский голос в моей голове.

На некоторое время я застыла с тканью в руках, которую подстилала для сна на траве. Тупо уставившись перед собой на костер и не двигаясь в попытке обработать произошедшее, я, наверное, выглядела довольно забавно со стороны, благо, Якис этого не увидел, потому что всё ещё смотрит куда угодно, но не на меня.

Так, я, конечно, знала, что у меня есть определенные проблемы, но в какой момент шизофрения взялась? Никогда до этого никаких голосов не слышала и тут на тебе. Это переселение в новеллу на меня так подействовало? Почему только сейчас, а не в любой другой момент в течение всех этих четырех лет? Или притяжение неприятностей Якиса настолько велико, что он притягивает психические расстройства?

Когда моё недоумение достигло степени, при которой мозг имел все шансы перегреться, краем глаза я заметила, как что-то блеснуло в свете костра и, опустив взгляд, я наткнулась на камень душ, закрепленный на моем поясе. Ах да. Это.

— С пробуждением, леди Айватара, - облегченно выдохнув, поприветствовала я. - Предупреждайте в следующий раз, так и до психушки недалеко.

— «Психушки?» - в голосе девушки послышался слабый смешок. – «Какое забавное слово.»

Я растянула губы в невеселой улыбке, решив не объяснять ей, что это слово значит. Да и сама Айватара явно не испытывает к этому особого интереса, потому как уже спустя пару секунд спросила:

— «Знаете, перед тем как вы весьма нелюбезно ударили меня в живот и вывели из сознания, я точно помню, что находилась в старом поместье Симоран, но сейчас… не могу даже предположить, где я. Не посвятите в произошедшее?»

— Извините за это, - усмехнулась я, - ситуация была безвыходная. А что до произошедшего…

Я коротко объяснила девушке все события, которые случились после того, как её вырубили и доставили в лазарет, где заключили в камень для остановки процесса Поражения магией. Айватара все это выслушала молча, ни разу не перебила и даже лишнего звука не издала, словно её и нет вовсе, а я просто сошла с ума и теперь разговариваю с голосом в своей голове.

Плюсом в эту теорию послужил Якис, который повернулся и посмотрел на меня с недоумением, перемешанным с подозрением, как будто за каким-то уличным сумасшедшим наблюдает.

— …ты разговариваешь с Айватарой? – спустя секунду неловкого молчания спросил он.

— Ну, наверное, если я обращаюсь к леди Айватаре, значит я разговариваю с леди Айватарой, - пожала плечами я, стойко выдерживая его полный сомнений взгляд. – Ты не слышишь её?

— Только владелец камня души может слышать человека в нем, - покачал головой Якис.

— Тогда зачем ты спрашивал, если сам все прекрасно знаешь?

— Просто уточнял. Мало ли.

И снова отвернулся, не прилагая к этому больше никаких объяснений. Я раздраженно прищурилась, наблюдая за этим придурком, который каким-то образом смог получить благословение самой Матаниэль. Якис всегда был таким… противным?

— «Боги», - тихо рассмеялась Айватара, - «простите за предоставленные неудобства».

— Все в порядке, - кинув последний раздраженный взгляд на Якиса сказала я.

На некоторое время мы погрузились в молчание, в котором я наконец смогла подготовить место для сна и начать тушить костер, благодарная местному климату за теплые ночи, во время которых не надо заботиться об источнике тепла. Когда все было готово и можно было наконец ложиться спать, я с усталым вздохом устроилась на импровизированной лежанке, приготовившись к долгой ночи, в течении которой я максимум что смогу сделать из отдыха – это вздремнуть.

Пить снотворное рядом с магнитом бедствий на ножках – дело крайне рискованное, так что высплюсь в деревне, где опасностей… не то чтобы меньше, но, по крайней мере, их вероятность не так высока, как в дикой местности.

— «Так значит… Виви решил остаться в Юнатаре?» - тихо спросила Айватара, спустя пару минут после того, как я легла.

— Сказал, что у него там семья и долг, - кивнув, ответила я.

— «И ничего из этого ему не интересно», - невесело усмехнувшись, заметила Айватара, - «но он с самого детства был таким. Важнее всегда другие и никогда он… что за самоотверженный глупыш.»

Она устало, протяжно вздохнула, даже несколько карикатурно, как девица в сказке.

— «Но, полагаю, сейчас уже ничего не изменить», - произнесла девушка. – «Значит, отныне я под вашим присмотром в этом камушке?»

— Вроде того, - кивнула я, - понимаю, условия не самые гуманные, но обещаю, что как украшение использовать вас не буду.

— «О, не сомневаюсь», - рассмеялась Айватара. – «Не волнуйтесь по поводу гуманности… какими бы сомнительными не были эти условия, полагаю, они все же лучше, чем медленное сгорание дотла.»

Надо же, а я-то думала, что после её пробуждения начнутся разговоры о заточении и невольничестве, но нет, Айватара абсолютно спокойно отнеслась к факту своего пребывания в камне душ, как будто это и внимания не стоит. Ну, либо она просто не показывает своего смятения и страха, либо просто уже смирилась со всем дерьмом, которое выпадает на её долю.

Что-то в хорошее в этом, наверное, есть. Не придется разбираться с недовольным голосом в голове, обвиняющим меня в преступлении. Завтра предстоят долгие переговоры с местными деревенщинами, которые по совместительству часто являются теми ещё торговцами, ставящими немыслимые наценки на свои товары. Для этого мне понадобятся силы и нервы, которых итак осталось немного после нескольких практически бессонных ночей.

Вздохнув, я сложила руки за головой и закрыла глаза, начав считать баранов. Интересно до какого числа дойду сегодня? Пока рекорд в две тысячи четыреста пятьдесят шесть баранов побить не удалось…